Ты в моих снах

Квартиру заливали блеклые лучи пробившегося сквозь тучи солнца. Запах сырости и плесени наполнил воздух, и казалось, что вода стояла тут не меньше месяца, превращаясь в болото. Я позвонил в дверь Данниль, но она не открыла, наверное, отсыпалась после ночных подвигов. Впрочем, я был этому только рад, видеть ее не очень-то и хотелось. Мой мобильник лежал на столе безнадежно вымокший. Кто и когда успел намочить его, оставалось догадкой. Если его высушить и при условии, что он не крякнет, скорее всего, я обнаружу там сто двадцать пропущенных звонков от Джареда. Я вцепился зубами в нижнюю губу, до боли оттягивая ее. Все происходящее не укладывалось в голове. Я все еще пребывал в стадии шока после случившегося. Вещей у меня был минимум, кое-какие шмотки валялись в квартире Джареда, но туда я точно не пойду, так что сложил сумку я за десять минут. Вопрос, куда идти, не мучил меня просто потому, что голова не торопилась включаться, несмотря на реальную опасность для моего бренного тела. Морган слов на ветер бросать не будет. Уходя, я бросил последний взгляд на комнату. Неожиданно меня посетила идея проверить слова Олсена. Вдруг… - Скажите, как дела у Джареда Падалеки, он поступил вчера с черепно-мозговой травмой. Кто спрашивает? Брат. Старший брат. Что? Не позволено сообщать? Мисс… постойте, мисс… Короткие гудки подтвердили заверения охранника. Надо полагать, клинику теперь охраняют не больше, не меньше «морские котики», которым приказано стрелять в меня на поражение. Хотя… не проверю – не узнаю. Закинув на плечо сумку, я покинул дом и сощурился от яркого солнца, немного дезориентированный. Рядом знакомо зашипели колеса, только без подвизга экстренного торможения. - Дженни, приятель, - смутно знакомый голос окликнул меня, и я удивлением узнал Томми из танковых частей, с которым познакомился в Copacabana, - куда это ты в такую рань? Внятного ответа у меня не было, но на улыбчивом лице возникла озорная гримаса: - Сбегаешь, да? Садись, подвезу. Я закинул сумку на заднее сиденье, а сам устроился на переднем рядом с Томми. У него был раздолбанный красный форд со смешной обезьянкой, приделанной пружиной к панели приборов. Я тронул ее, обезьянка оглушительно завизжала, неприятно напоминая ор Моргана в больнице. Мне вдруг почудилось, что в его истерике было столько же искренности, сколько в этой игрушке. Насквозь фальшивые чувства, скрывающие холодный расчет. Я не сразу понял, что значил щелчок, который уловил периферическим слухом. Блин, это ж блокировка дверей. Изумленно уставившись на Томми, я увидел совершенно иного человека: откуда-то взялись морщинки у глаз, взгляд сделался профессионально-жестким, как и линия прежде мягких пухлых губ. Он даже стал намного старше прежнего весельчака Томми. - Спокойно, мистер Эклз, - проговорил мужчина голосом «очень серьезного человека», - есть разговор. Пока вы не попытались вырубить меня или выпрыгнуть на ходу, скажу, речь идет о спасении Джареда. - Куда мы едем? – спросил я, когда «форд» миновал бруклинский мост. - Для начала, - живо откликнулся Томми, - надо выполнить условие мистера Моргана, то есть покинуть Большое Яблоко. Он снова скинул маску крутого чувака и сделался «своим парнем». Но пока меня не слишком занимали происходящие с ним метаморфозы. - Я не собираюсь уезжать, пока Джаред… - Ну и дурак, твоя выходка только навредит Падалеки. - Что ты имеешь в виду? – похолодел я. - Ничего особенного, до чего ты не мог бы додуматься сам, Дженни, - мягко проговорил он самое отвратительное производное от моего имени. – Мистеру Моргану нахрен не сдался претендент на его должность, так что у нашего Джареда есть все шансы не выйти из комы, а у тебя – покинуть-таки город, но только уже по частям и в пластиковых мешках. - Они убьют его? – я снова посмотрел на уродливую мартышку и вспомнил о своих ощущениях. Ложь, Джеффри Дин Морган изначально представлялся мне ее сосредоточием. И Джаред его боялся. Джей… он сейчас там один, беспомощный, с этим чудовищем. - Спокойно, - Томми, видно, прочитал все по моему лицу, - они не станут его убивать в клинике на глазах у всех. Скорее всего, если по прошествии какого-то времени Падалеки не придет в себя, Морган убедит персонал отключить парня от аппаратов жизнеобеспечения. Но на это уйдет время, и мы должны успеть. - Кто это мы? – вот теперь мне захотелось понять, с кем я связался и каковы шансы на спасение Джея. - Потерпи, дарлинг, сейчас приедем на место, и все узнаешь. Кстати, ты в кино не снимался? – пряча ехидную усмешку в рыжеватой щетине, спросил он. – Нет? А может, в рекламе? - Откуда ты…? – не поверил я ушам. Это было моим личным позором. Когда я учился в старшей школе, мама отвела меня на кастинг моделей, и какое-то время я вполне успешно рекламировал подростковую одежду в глянцевых журналах. С той поры прошло уже сто лет, я приложил максимум усилий, чтобы из похожего на девочку, кавайного паренька превратиться в солдата, в мужчину, который внушает уважение. Но до сих пор от воспоминаний о съемках в идиотски узких джинсах меня бросало в жар. - Мммм, - удовлетворенно кивнул Томми, - а Артур не смог этого выкопать. Ну, считай, что я просто офигительно умен и прозорлив. Он остановил машину возле придорожного мотеля с потертыми стенами и не горящей неоновой вывеской. Зато запахи из кафе доносились вполне аппетитные. - Не Хилтон, конечно, но несколько дней перекантуешься, - сообщил мне Томми, - выбираясь. Кстати, вот твои новые документы, - он сунул мне в руки водительское удостоверение и медицинскую страховку на имя Джейсона Тига. Откуда у него мои фотографии, я предпочел не спрашивать, итак ясно, что непростые люди забили мне стрелку в этом месте. Томми сам переговорил о чем-то с администраторшей, симпатичной, но потасканной девицей лет двадцати пяти. Я только и успел, что обратить внимание на облупленный лак на ее ногтях, а мне в руки уже всунули ключ от номера. - Пойдем, золотце, - томно проворковал мой спутник, легонько подпихнув в спину. Я с ужасом подумал, что выглядит это, как будто два гомика сняли номер для траха. Почему-то меня передернуло от этой мысли, и вовсе не оттого, что меня могли принять за пидараса, а потому, что со мной был не Джаред, а какой-то посторонний чувак. Да он, если честно, даже не в моем вкусе. - Располагайся, - по-хозяйски предложил Томми, входя в номер и тут же снимая светлый легкий пиджак, под которым красовалась бордовая шелковая рубашка. Усевшись на широкую постель, он снял ботинки, вытянул ноги и пошевелил пальцами. - Ну и жара! И где там эти двое, сколько можно их ждать? Не успел я спросить, кого именно мы ждем, как в номер постучали, и сразу открылась дверь. Я почти не удивился, увидев мистера Гордона и Ариадну, неспроста эти ребята крутились возле Джея. А он-то, бедолага, думал, что они его друзья, и ценят не за деньги и положение в обществе. - Привет, Дженсен, - слабо улыбнулась мне Ариадна, она выглядела такой расстроенной и не выспавшейся, что я передумал язвить на тему их с Джозефом появления здесь. - Имс, - сморщил нос мистер Гордон, - надень ботинки, здесь нечем дышать. Пожалуйста. Томми, названный Имсом, улыбнулся неожиданно ласково, хоть и с ехидцей: - Только для тебя, Артур, - промурлыкал он, пропихивая ноги в ботинки. У меня сжалось сердце – Джаред также смотрел на меня, как этот Имс на Джозефа, и примерно также я готов был на все, чтобы ему было хорошо. - Давайте уже обсудим наш план, - дрожащим от смущения и нетерпения голосом призвала нас Ариадна. - О, у нас уже есть план? Я что-то пропустил, пока ездил за нашим другом? – удивленно поинтересовался Имс, отчего девушка залилась краской смущения и только и смогла махнуть рукой Гордону, чтобы он все объяснил. Артур пожал плечами, пододвинул себе стул, с некоторой брезгливостью уселся и закинул ногу на ногу. Я невольно отметил, что одет он, как и всегда, с особой утонченной элегантностью, присущей только настоящим аристократам. И почему мне кажется, что Имсу тут не светит? Я тут же одернул себя – какое мне дело до этих двоих, лишь бы помогли мне вытащить Джареда из той пропасти, в которой он оказался по моей вине. - Мистер Эклз, - чуть наклонив голову к плечу, обратился ко мне Артур, - прежде, чем мы начнем что-либо обсуждать, разрешите спросить: насколько вам близок Джаред? - Не будь он близок, - Имс выразительно поиграл бровями, похлопав по кровати рядом с собой, приглашая меня сесть, - Дженни уже был бы где-нибудь в Коннектикуте. - Имс, вообще-то я спрашивал не тебя. - Он прав, - кивнул я, - Джаред для меня очень много значит. Я готов на все, чтобы ему помочь! - Даже пожертвовать жизнью? - Даже пожертвовать жизнью, - убежденно ответил я. Чего стоит моя жизнь, если в ней не будет парнишки с умилительной родинкой на щеке и глазами избалованного щенка. Не так уж я ценил свою шкуру, если честно, хотя упоминание о пластиковых пакетах, признаюсь, пробирало дрожью. - У вас еще есть возможность отказаться и уйти, - очень серьезно, не допуская даже мысли о преувеличении, проговорил ушастый преподаватель экономики. И двое его сообщников тоже остались предельно серьезны. - А если я захочу уйти позже? – уточнил я. Хоть и не собирался сдаваться, но прощупать этих подозрительных типов не мешало. - Если вы сорвете нам операцию, я лично вас пристрелю, мистер Эклз, - сощурив темные глаза, сказал Артур. - Он шутит, - тут же похлопал меня по напряженному плечу Имс, - наш Арти даже мухи не обидит. Вот во сне – это да, там он воплощение робокопа, просто терминатор, убивает голыми руками… - Боже, Имс, заткнись, пожалуйста! – простонал Артур, а Ариадна нервно вскрикнула: - Давайте уже расскажем ему все и обсудим детали. - Торопиться в любом случае некуда, - успокоил ее Гордон, - нужно подождать, когда состояние Джареда стабилизируется, и у нас появится его энцефалограмма. Я переводил взгляд с одного на другого, с другого на третью. - Объясните мне, кто вы и чего добиваетесь? - Мы – извлекатели, детка, - Имс снова панибратски положил руку мне на плечо, приобнимая и рассказывая доверительно, как старому приятелю, - наверное, ты о нас никогда не слышал… - Почему же? Джаред рассказывал, - неприязненно отозвался я, стряхивая его руку с себя. Кажется, я начал понимать, что к чему. - Как неосторожно с его стороны, - переглянувшись с Артуром, буркнула Ариадна. - Но тем лучше для нас. Артур тут же взял все в свои руки и принялся излагать, стараясь не смотреть на Имса. - Нашему заказчику необходима информация, которая, предположительно, скрыта в подсознании мистера Падалеки. К сожалению, его отчим озаботился подготовить Джареда к вторжению в его сны, он что-то об этом говорил? - Немного, - припомнил я, - о том, что лечился в психиатрической клинике, где женщина по имени Мол применяла на нем какие-то техники… - Обучала защищать свое подсознание от таких, как мы. Воцарилась тишина. Имс почесал носком ботинка костяшку на щиколотке, Ариадна посмотрела на часы. - Ну? И что из этого? – нетерпеливо спросил я. Пока понятно только одно – команда извлекателей не справилась с заказом. Теперь Джаред в коме, а доступа к информации как не было, так и нет. Артур поднял на меня спокойный, хладнокровный взгляд. - Дело в том, что в своих попытках пробиться через защиту, мы обнаружили одну интересную вещь. В своих снах – точнее, в бессознательном, которое Джаред даже не помнит, он доверяет одному человеку. - Кому? – ревниво спросил я. - Вам, Эклз. Я запутался. Что-то явно не сходилось, где-то в логических заключениях крылась ошибка, но я ее не видел. - Вы говорите, что предпринимали попытки воздействовать на Джея. Когда это было? Мы все время были вместе и… - Это было ДО вашего знакомства с Падалеки, - грустно пояснила Ариадна. - Но тогда… как он мог мне доверять, если не знал меня? Имс легкомысленно пожал плечами, а Артур ответил: - В этом весь парадокс ситуации. Джаред знал вас, в своем подсознании он создал мир, где идет постоянная война, где нет никого, кому можно верить. Но в этом мире у него есть человек, которому он полностью доверяет. И этот человек – вы. - Так, - я сжал пальцами виски и уставился в потертый паркет, - я не очень в теме, но и мне кажется странным, что Джей видел меня во сне. - Ничего странного, на самом деле, - сказал Артур, - я полагаю, Мол случайно увидела вас где-то… - Где-где, в рекламе нижнего белья, - расхохотался Имс, а я тут же покраснел. - И вовсе не нижнего. Это были джинсы и рубашки, ковбойский стиль, шляпы там… - Да неважно все это. Главное, Мол поселила в голове Джареда вашу проекцию, Эклз. Вы стали его альтер эго, его лучшим другом… - горячо и страстно заговорил Артур. «А может, и не только другом», - прочитал я в сощуренных глазах Имса. - Так вот зачем ты летал в Калифорнию? – спросил он с видимым успокоением. - А ты о чем подумал? - А я подумал, что голубые глаза с томной поволокой от несчастной любви все еще не дают тебе покоя по ночам, - подколол его Имс. - Оооо, замолкни! – не выдержал Артур. – Это последнее дело, в котором я работаю с тобой, Имс. - Ты не забыл, что нас ждет мистер Сайто для какого-то серьезного разговора? - Парни, хватит собачиться! – неожиданно звонко и уверенно рявкнула Ариадна. – Нужно решить, что делать дальше. - А кому-то еще что-то неясно? – удивился Имс. – Дженни пойдет с нами в сон и уговорит свою принцессу вернуться, а заодно раскрыть нам все тайны старого упыря Моргана. - Просто отлично, - в тон ему сказал Артур, - а почему никто не говорит Эклзу, что спуститься придется в лимб? Всю следующую неделю я провел в номере мотеля, в практически полной изоляции от внешнего мира. Я не мог найти себе места, метался, как зверь в клетке, совершенно потеряв сон и аппетит. Вечером, когда я готов был уже кидаться на стены, приходила Ариадна и приносила новости о Джареде. Собственно всех новостей был с гулькин хрен – состояние не менялось. Это было не хорошо и не плохо. Жизни Джея, по всей видимости, ничего не угрожало, но долгое пребывание в коме говорило о том, что у него в мозге произошли какие-то серьезные нарушения. - Или он просто не может проснуться, - выдала версию Ариадна, - кстати, Дженсен, а как получилось, что Джаред попал под машину? Вы же всегда были вместе, ты за ним ходил, как примагниченный? Действительно, примагниченный, подумал я. И чего меня дернул черт в ту ночь переться в свою квартиру? Дани уболтала меня, рассказывая про убытки и иски. Интересно, кто теперь рассчитается с мисс Гэмбл, которая в Риме? Ариадна выслушала мой рассказ о потопе и нахмурилась. - Твоя квартирная хозяйка сейчас в своем доме в Нью-Джерси, Артур проверял. - Получается, Данниль наврала мне? – почесал макушку я. – С какой же целью, интересно? - Вот и мне интересно. Ну что, начнем занятие? Ариадна занимала почетную должность моего инструктора по дримшерингу. В первый день она читала мне долгую и занудную лекцию о теории осознанных сновидений, уровнях сна, архитектуре и проекциях, при этом, очаровательно смущаясь, через каждое слово повторяла, что и сама пока новичок. Но, надо признать, теория показалась мне занимательной. На третий день забежал Артур, буквально на пять минут, только задал мне несколько вопросов по теме, недаром преподаватель, убедился в том, что все относительно понятно, и разрешил приступить к практике. Вот тут и начались головокружительные путешествия под действием сомнацина, после которых я долго не мог прийти в себя и понять, где реальность, а где сон. - Сегодня будем учиться выходу из сна, - немного неуверенно сообщила Ариадна, когда я уже уверился, что готов ко всему, - это самое трудное, потому что инстинкт самосохранения во сне не слабее, чем наяву. - Что нужно будет сделать? - Покончить с собой. Любым способом, который покажется тебе ммм… приемлемым. Теоретически выглядело просто. А вот на практике оказалось, что прыгнуть с небоскреба Эмпайр Стейт Билдинг это… очушеительно. - Не бойся, - под бешеными порывами ветра кричала Ариадна, - ты не почувствуешь удара о землю, сразу проснешься. Я стоял в двух метрах от края, с колотящимся сердцем наблюдая за движущимися блестящими точками – автомобилями на серых мерцающих лентах трасс. - Может… лучше пулю в висок? – голос позорно дрогнул. Прежде я не боялся умереть. Даже на войне, там было просто как-то не до этого. На тренировках отбивают все мысли о возможности смерти, дан приказ – выполняй и не думай, голова тебе не для того, чтобы думать, а для того, чтобы соображать. Ну и есть в нее, само собой. В общем, как-то не приходилось всерьез подумать о вечном. - Ну… может, - неуверенно согласила Ариадна и протянула мне пистолет. Кажется, она совершенно не представляла себе, как выглядит нормальное оружие, пушка, похожая на раритетный дерринджер, просто потерялась у меня в ладони. Но в магазине был патрон, поэтому, смирившись с неудобством, я все-таки приставил дуло к виску. И опять забуксовал. А хули я вообще делаю? А если это все реально? А если нет никакого дримшеринга, и троица накачивает меня наркотой под видом сомнацина или вводит в какой-нибудь хитрый гипноз, пока Джаред там… Джаред. Там. Ждет помощи. Или уже не ждет, кто знает. Говорят, люди в коме слышат голоса родных, чувствуют, что их ждут, любят. А мой мальчик там совсем один. - Да пошло оно все! Я разбежался – там и было-то всего три шага. Нога соскользнула с карниза, меня бросило ветром в сторону и… я сел на кровати, хватая ртом воздух, как огромная сухопутная рыба. Бросил дикий взгляд на просыпающуюся Ариадну, которая слабо улыбнулась и деловито вытащила иголки из вены. - Завтра попробуем еще. - У меня же получилось, - инстинктивно сжимаясь при мысли, что придется повторить, возразил я. - Ты пока не уверен в себе, Дженсен. Плохо отличаешь реальность от сна, сомневаешься в себе, сомневаешься в нас… так ты не поможешь Джареду, а только навредишь. У нас будет один-единственный шанс попытаться его разбудить. - А если не получится? Она пожала плечами. - По-правде, девяносто процентов вероятности, что ничего не выйдет. Придется спуститься очень глубоко, потому что Джаред не просто спит. Артур вчера летал в Лондон к какому-то именитому профессору, показывал энцефалограмму… - И что сказал профессор? – в волнении я схватил ее за руку. - Он сказал, что некоторые части коры больших полушарий Джареда не включаются в работу. Теоретически, сон – это продолжение мыслительной деятельности, и если какие-то зоны выключены из процесса мышления, то реакция на снотворное может быть непредсказуемой. - Стоп, я ничего не понял. Ты говоришь какими-то общими формулировками. Объясни мне попроще, что может быть во сне Джея? Мы можем навредить ему своим вторжением? Он может умереть? Ариадна смотрела на меня полными сочувствия глазами и качала головой. Кажется, я повысил голос. Кажется, даже просто кричал. - Я не знаю, Дженсен. Я такой же новичок, как ты. - А кто знает?! Имс? Артур? Вы собираетесь копаться к голове Джея, а сами не уверены в его безопасности? А если он умрет из-за нашего вмешательства? - Или умрет, потому что мистер Морган решил сохранить секрет. Я замер. Ариадна тоже замолчала и, кажется, перестала дышать. В наступившей оглушительной тишине попискивал ее разряжающийся мобильник. - То есть ты хочешь сказать, что Морган узнал о вас и решил избавиться от Джареда? Он понимал, что рано или поздно вы доберетесь до его тайн, которые хранятся в голове Джареда, и подстроил все это? - У тебя больная фантазия, Дженсен, - опустив взгляд, пробормотала Ариадна, - тебе бы сценарии к триллерам писать. Ладно, на сегодня мы закончили, до завтра. Девушка встала и направилась к двери, но я перехватил ее и сжал тонкую прохладную ладонь. - Подожди. Ответь еще на один вопрос. - Давай, - с подозрением покосилась она. - От чего будет зависеть, проснется Джаред или нет? Будет ли его жизнь первостепенной задачей или… - Дженсен, за кого ты нас принимаешь? – печально вздохнув, укорила Ариадна. – Мы сделаем все возможное, чтобы не навредить Падалеки. Но убедить его вернуться придется тебе, больше никому это не под силу, понимаешь? Поэтому мы тут и возимся с тобой. До завтра, Эклз. И она ушла, захлопнув дверь перед моим носом. На другой день Ариадна не пришла. Сперва я решил, что девчонка дуется на меня за вчерашнее, потому и не торопится на тренировку. Но время шло, и на меня начала накатывать паника. Что, если Джареду стало хуже? Что если его вообще… Нет-нет-нет, этого просто не могло быть! Но сидеть взаперти и ждать непонятно чего было сущей мукой. Чертовы извлекатели! Куда они запропастились? Вечером пришел Имс. Я сперва не узнал его в респектабельном гладковыбритом мужчине со стильными очками на носу. Он выглядел как дорогой адвокат или, еще хуже, похоронный агент. Я сразу затосковал. - А где Ариадна? - Что, приглянулась? – знакомо ухмыльнулся Имс, раскрывая на тумбочке чемоданчик PASIV. – У нашей девочки больше нет свободного времени, она устроилась на работу. Медсестрой в клинику при Колумбийском университете. Так что, пупсик, у тебя сегодня последний экзамен, дальше надо действовать быстро. - Я готов! Сердце заколотилось от радостного волнения. Неужели ожидание закончится, и я, наконец, увижу Джареда. Возьму за руку, поцелую, скажу, что люблю. - Не сомневаюсь, - внимательно глядя на меня, сказал Имс, - но тебе придется это доказать. Он аккуратно снял и повесил пиджак на спинку стула. - Расскажи мне, как ты собираешь действовать, когда окажешься во сне? В вопросе мне почудился подвох. Имс сам был воплощенным подвохом. Человек с множеством лиц, с легкостью фокусника меняющий маски. Как там сказала Ариадна – имитатор? - Найду Джареда. Объясню ему все… он поймет, я знаю. А потом… - Ну? – склонил голову к плечу с легкой усмешкой на пухлых губах Имс. - Потом… - я сглотнул внезапно вставший в горле комок. Я понял, на что он намекает. Я должен буду убить его. Он пришел проверить, готов ли я убить Джея. - Я смогу! - Отлично, малыш, я верю в тебя! – широко улыбнулся имитатор, закатывая рукав рубашки, но глаза при этом остались серьезными. Нам пришлось потесниться на одной неширокой кровати. Вдвоем с Ариадной нам вполне хватало места, но Имс не был хрупкой девушкой. Я попытался отодвинуться, когда он устроился вплотную ко мне, но дальше был уже край, так что я рисковал свалиться с кровати и проснуться раньше положенного времени. - Не вертись, дорогуша. И не волнуйся, приставать не буду. Давай руку, - он навис надо мной, заглянул в глаза, будто что-то пытался там прочесть, а потом осторожно ввел в вену иглу. Это был какой-то незнакомый ночной клуб. Интерьер и музыка казались довольно презентабельными, среди тусовки встречались как традиционные пары, так и гомосексуальные, причем многие явно под кайфом. - Чего тебе налить, сладкий? – барменша с выдающимся бюстом перегнулась через стойку, выставляя впечатляющую часть тела напоказ. - Виски со льдом, - машинально отозвался я, не отрываясь от разглядывания толпы. Долбанные стробоскопы, как тут искать Джареда? И в этот миг большие теплые ладони закрыли мне глаза, узнаваемо легко поглаживая кожу на скулах. - Джей? Он скользнул ко мне гибким змеиным движением, словно хотел разом потереться всем телом. В этом жесте было столько страсти, столько потаенных чувств. Тоже соскучился, мой мальчик. - Пойдем? Джаред взял меня за руку и потянул в какой-то темный коридор. Соображать не осталось сил. Только, забыв запереть дверь, уронить его на кровать, целовать, гладить все его горячее, по-юношески тонкое и длинное тело, расстегивать пуговицы на поясе. Я рванул с него джинсы, и Джаред с готовностью задрыгал ногами, позволяя стащить узкие штанины. Раскинулся передо мной прекрасный, готовый, с плывущим от страсти взглядом. У меня тряслись от нетерпения руки, когда я пытался расстегнуть собственный ремень. Джинсы упали, что-то грохнуло об пол. Стоп-кадр. Пистолет, которым я должен его убить. Из жара меня бросило в холод. Джаред изогнулся на скользкой шелковой простыне, призывая, провоцируя. Рукой погладил бедро, ухватил мошонку и сильным движением сжал истекающий смазкой член. - Иди ко мне, - прохрипел он. Я наклонился за пистолетом. А потом подчинился его требованию и забрался сверху, оседлав его бедра. - Прости, детка… - Дженс, - он подбросил бедра, сжал мои бока, облизывая и без того влажные, покрасневшие от поцелуев губы, - хочу тебя… - И я тебя, малыш. - Поцелуй меня, ладно? Я распластался на нем. Хотелось плакать. Хотелось орать во всю глотку. Отбросить пистолет, сжать его в своих объятьях, никуда не отпускать, забыть, что это сон. Я поцеловал глубоко, втянул язык Джареда. Прости, это ради тебя, маленький. Я люблю тебя, веришь… Стоп-кадр. Грохот выстрела. Имс сидел на краю кровати и смотрел на меня с любопытством, медленно и аккуратно расправляя рукав. - Я недооценил тебя, Дженни. Это было… впечатляюще. Страстно и… Меня подбросило на кровати. - Это был ты?! - Хорошо сыграно, да? – самодовольно засмеялся имитатор. – Реалистично. - Иди на хуй. - Ты чуть не растекся там, я думал, совсем двинешься от спермотоксикоза. Красноречивый взгляд на мою ширинку не мог смутить еще больше. - Придурок долбанутый! И как тебя терпит этот зануда препод? От выходки Имса меня просто колбасило, хотелось побольнее его зацепить, проехаться и по его чувствам тоже. Имс посмотрел на меня с любопытством и некоторым даже сочувствием. - Артуру тоже нравятся не все мои шутки. Ты как, оклемался? - Ага. Но лучше держись от меня подальше. - Какой-то ты не гейский гей. - Я верный! - Ладно, на том и порешили. Он преспокойно смотал проводки капельниц, закрыл свой чемоданчик и направился к двери. - И что дальше? – спросил я. – Я ведь прошел экзамен, да? Что теперь? Когда я увижу Джареда? - Слишком много вопросов, Дженни. Через три дня у Ариадны ночная смена, будь готов и подумай, что собираешься сказать Падалеки. Вряд ли он даст себя завалить… там. - Там? – не понял я. – Где там? - В его снах. Я был в них. Знаешь, там настоящий ад. Трое следующих суток прошли в тягостном ожидании и бесконечных раздумьях, что я скажу Джареду, когда окажусь в запрещенной реальности его сна. Я понял, что не задал ни Ариадне, ни Имсу самый важный вопрос – что из воспоминаний сохранится у Джареда во сне. Будет ли он помнить, что увидел меня с повисшей на шее полуголой Данниль и последующую аварию? Тогда можно долго гоняться за ним и уговаривать выслушать, зная упрямство и неуверенность в себе этого капризного мальчишки. Вот что такого ужасного он увидел в ванной, что ломанулся прочь, даже не дав объясниться? Неужели все, что у нас было, так и не убедило Джареда в серьезности моих чувств и намерений. И тут же я вспомнил, как на слова любви всегда уклонялся от ответных признаний, менял тему, предпочитая говорить о сексе, а не о наших отношениях. Как в ответ на грандиозные планы Джареда на лето мелочно подумал, вот бы отпроситься на недельку в отпуск, чтобы сгонять домой. Мне даже в голову не пришло взять Падалеки с собой в Даллас. - Я все изменю, - вслух обещал я пустоте мотельного номера, - ты увидишь, все будет хорошо, Джей. После Малибу рванем в Техас вместе, будем ходить на родео, на бейсбол, в бар кантри, и я познакомлю тебя с семьей. Они славные, правда, они обязательно тебя полюбят… В семь вечера на третий день позвонил Артур. - Мистер Эклз, вы готовы? – спросил он вежливо и немного надменно, а может, мне это только показалось. - Да… я готов, - от волнения перехватило горло. - Собирайтесь скорее, берите все вещи с собой и выходите к парковке. Имс заберет вас. Я поспешно собрался, просто сметая в раскрытую сумку вещи из шкафа и с тумбочки. Вылил в раковину недопитый кофе и оставил на полке немытую кружку. Это просто невероятно волшебное ощущение – когда изматывающее ожидание заканчивается и у тебя появляется реальный шанс повлиять на ситуацию. Не просто увидеть Джареда, сказать ему о любви, поцеловать, как Белоснежку, блин. А попытаться его разбудить, вернуть к жизни из его вечного кошмара. Что же творится у него в голове, если даже такой парень, как Имс, вспоминает об этом с содроганием. Имс ждал меня, как и было условлено, на парковке. - Ты чего запыхался? За тобой черти гнались? – нахмурившись, полюбопытствовал он, когда я бухнулся на переднее сиденье. - Артур сказал, надо поторопиться. - О, Ааартур и эта его любовь к порядку! Запомни, амиго, когда пойдешь с нами, ты должен быть спокоен и сосредоточен, и ни на мгновение не забывай, где ты и для чего там находишься, понял? - Кажется, да. Ариадна повторяла это без конца, заставляя раз за разом отыскивать в иллюзорной реальности признаки ее неправильности, чтобы точно знать, во сне я нахожусь или наяву. - Ни при каких обстоятельствах, да? Я кивнул. Согласно известной восточной мудрости, можно тысячу раз сказать «халва», но во рту слаще не станет. Если я плохо представляю, с чем мне придется столкнуться, я не могу быть уверенным, что все пойдет как надо, и я не рехнусь, увидев гигантских тараканов, которые обосновались у Джареда в голове. Имс не торопился заводить мотор, смотрел перед собой задумчиво, сложив руки на руле. - Что-то не так? – спросил я его. - А? Нет, все хорошо, просто нам некуда особо торопиться, охранник Падалеки уходит с закрытием клиники в десять. - Я о тебе говорю. Вид у тебя, приятель, краше в гроб кладут, - заметил я, пихнув его кулаком в бок. Имс шутливо вернул тычок. - Переживу. Просто наш Артур, чертов мазохист, снова звонил Коббу. Это его бывший босс, если интересно. Вроде как под предлогом узнать, как именно обучала Джареда его жена Мол, но скатился на нытье и глупые слезливые признания. «Мне тебя не хватает, ты – лучшее, что у меня было в жизни, кто готовит тебе манную кашу на завтрак…» Тьфу, как девчонка, слушать противно! - А ты подслушивал? – не сдержал я смеха. - А ты никогда не подслушивал? – сделал вид, что обиделся, имитатор. – Все, поехали уже, - буркнул он, будто это я был за рулем и не хотел заводить мотор. - Слушай, - перевел я разговор на давно интересующую меня тему, - а ты, правда, в Ираке был? - Я похож на идиота, который гробит жизнь по пустякам? Наивные детишки полагают, что сила в оружии, и великая миротворческая держава принесет мир и покой в отсталые страны с дикой религией, – развеселился Имс, подмигивая мне. Я ответил ему презрительным взглядом. Сам я воевал не за деньги, за идею. Да, война редко бывает справедливой и приводит к разрушениям и гибели людей, но я считал решения командования оправданными и верил в то, что делаю благое дело. - Впрочем, довелось мне побывать наемником в Афганистане, задолго до «Несокрушимой свободы», но ты, наверное, тогда еще на горшке сидел, - небрежно бросил Имс, не глядя на меня, и тут же снова свернул разговор к предстоящему извлечению, - в общем, ты понял: если Падалеки начнет стрелять, беги, прячься и стреляй первым. Лучше, конечно, расположить его к себе. Думаю, тебе это без труда удастся. Но если нет, не геройствуй. Ты не должен умереть раньше, чем Джаред. Это понятно? Я кивнул. Если я умру во сне, то сразу проснусь, и шанса вернуть Джареда у меня не будет. - А если его расстрелять из засады? – мелькнула подленькая мыслишка. - Молодец, - похвалил имитатор, - только попробуй к нему подобраться на расстояние выстрела. Эта хитрая бестия уничтожает все, что движется и дышит, там его мир, его лимб, он там живет много сотен лет. Нас он раскусывал в минуту и вышвыривал, как котят. - Это ты сейчас про Джареда? – изумился я. Имс скривил губы, выразительно подвигав бровями. - Наш малыш тебя удивит. Ладно, слушай дальше. Если ты не последняя свинья и хочешь помочь своему парню и нам, попробуй его разговорить. Он должен рассказать тебе о самом важном секрете. О тайнике. - О каком еще тайнике? – насторожился я. - Не знаю. Это может быть все, что угодно, от шкатулки под половицей до банковской ячейки. Он должен ее открыть. - Зачем? - Блин, Дженни! – выругался Имс. – Ты такой тупой или прикидываешься? Нам нужен компромат на Моргана. Если ты сейчас скажешь, что ты фанат этой скотины и не станешь ему вредить, или хоть один писк об американском законодательстве, клянусь, я сам порежу тебя на мелкие кусочки. Вот мы, кстати, и приехали. В полном офигении я выбрался из «форда» и постарался увеличить расстояние от имитатора, который в этот момент показался очень недружелюбным. - Хорошо, я разговорю Джареда. На Моргана мне плевать, честно, - уверил я его, с облегчением замечая, что к нам приближается собранный и деловой Артур.