Музыка дьявола

«Первым инструментом, который изобрели люди, был барабан. Потому, что люди хотели как-то воспроизвести первый звук, который они услышали в жизни – звук сердца матери.» (с) Рик Сэвидж, Def Leppard

- Все началось пять лет назад. Мне было около четырнадцати, переходный возраст, то, сё. Я связалась с плохой компанией, - я усмехнулась своему определению, - в общем, они были старше меня, некоторые были уже наркоманы со стажем. Я приходила домой глубоко за полночь, далеко не трезвая, иногда под кайфом. Нескончаемые скандалы с родителями, тогда я думала так и должно быть. Я часто видела, как мама плачет по ночам, а отец… ему было плевать. Я видела, что маме было очень тяжело, но почему-то ничего не хотела менять. За днями шли недели, а я так и находилась в полукоматозном состоянии от дури и алкоголя, - слезы текли по моим щекам. Это было трудное время для меня, и я очень жалела обо всем, что тогда происходило, - девственность я потеряла в какой-то прокуренной квартире в пьяном угаре с каким-то… если честно, я даже ни имени его не знаю, ни лица. Отец тоже стал частенько пить, от этого стало еще хуже. Когда он приходил домой «в стельку», я начала понимать маму. Потом мы узнали, что мама беременна Вадькой. Я стала больше находиться дома, помогать ей, а отец все чаще стал напиваться, его уволили с работы, и он уходил в запой на недели. Начались скандалы, я опять стала больше курить, в основном травку. Отец увидел мои косяки и сорвался: ушел, а пришел только ночью вдрызг пьяный, начал руки распускать. Я старалась, чтобы он не подходил к маме, она тогда была уже на седьмом месяце беременности. Кое-как уложив его спать, я легла с мамой, запершись в комнате. На утро он попросил прощения, но затем все повторялось вновь и вновь. Когда родился Вадюшка, я впервые задумалась о своей жизни, задумалась о том, что я делала. Я не могла спокойно смотреть на этот пухлощекий комочек, - я улыбнулась сквозь слезы, - я сидела около него и ревела. Думала о том, что он должен жить лучше, и не слышать всех этих скандалов. Все решив для себя, я полностью разорвала старые связи, перешла в эту школу, познакомилась с Кристиной. Она помогла мне полностью избавиться от вредных привычек, за что ей огромное спасибо, одна я бы не сделала этого. Вроде все вошло в норму, хотя дома все также были скандалы. Как только кто-то начинал кричать Вадька, закрывал уши руками и забивался куда-нибудь в угол, мне было ужасно на это смотреть и я стала вмешиваться в скандалы, чтобы их утихомирить, но стало хуже… - Я остановилась. Обняв себя за колени, смотрела невидящим взглядом на стену. Лёша взял меня за руку, подбадривая, чтобы я продолжила рассказывать. – Отец чаще стал поднимать на нас руки, и мы с мамой боялись, что он доберется до мелкого. Как-то одним вечером, я шла домой с Кристиной, и услышала как звонит мой телефон. Тогда я почувствовала какой-то укол в сердце, у меня тряслись руки, звонила мама. Вся в слезах она просила скорей прийти домой и отвлечь отца, чтобы собрать вещи. Я не успела спросить, что случилось, как услышала какой-то хлопок в трубке. Со всех ног я побежала домой, что-то сказав на ходу Кристине. Прибежав домой, я застала самую страшную картину, какую только могла увидеть. Мама с Вадькой на руках, стояла спиной к отцу, а он целился в нее пневматическим ружьем. – Я начала реветь в голос, не смогла сдержать рыдания от воспоминаний, до того было страшно за маму и двухгодовалого брата. – Я возненавидела отца пуще прежнего, и не глядя схватив что-то тяжелое я ударила его по голове. Он упал, а я повела маму в комнату, чтобы она собирала вещи. Мне было плевать куда мы пойдем, мы с мамой знали, что теперь он ни перед чем не остановится. На тот момент главное было поскорее уйти из квартиры. Собрав как можно больше вещей, мы собрались только выходить, как я увидела, что отец очнулся. Выйдя из комнаты первой, я заперла на замок маму с братом в комнате. Тогда он озверел по настоящему и стал шмалять из пистолета. Я закрывалась как могла, он стрелял по ногам, по рукам. Затем все стихло, я открыла глаза и увидела, как дядя Гера заломил руки отцу, затем зашла Кристина. Оказалось, что дядя Гера старый друг отца Кристины, и, когда я убежала домой, подруга, почуяв неладное, позвонила ему, потому что он работал в полиции. Пока отец был в отключке, мы собрали необходимые вещи и ушли. Так мама познакомилась с твоим отцом. Через месяц он сделал ей предложение и мы переехали сюда. – Я вторично улыбнулась сквозь слезы и посмотрела на Лёшу. Он точно был ошарашен и… зол. Да я видела, как у него сводило скулы от злости. Посмотрев на меня он поменялся в лице и притянул меня к себе. Прижав крепче к своей груди, он качал меня как маленькую, приговаривая: - Солнышко мое… бедненька… девочка моя… - как я уже говорила – стоит только меня пожалеть, и я начинаю рыдать в голос. Но что странно, в этот раз мне не хотелось. Я как будто сбросила тяжелый груз со своей души, и мне просто хотелась сидеть, прижавшись к этому парню.