Легенда

      Первое, что она почувствовала — это пробирающий до костей леденящий холод. Сильные потоки ветра, казалось, не унимались и на секунду, легко ворочая желтоватый песок, что неровным слоем покрывал всю землю вокруг них и простирался много дальше. Отсутствие всякой растительности или хотя бы толики тёплого магического отклика говорит о том, что жизнь уже давно покинула это место.         Стелла непонимающе оглядывается, останавливая свой взгляд на замершей в нескольких метрах от себя девушке, которая несколько ранее и перенесла их сюда. Та несколько длинных секунд неподвижно стоит к ней спиной, словно кого-то ещё тут вовсе нет, и лишь ветер треплет её длинные платиновые волосы.         — Это Зейден, — Селия оборачивается и нечитаемым взглядом смотрит прямо на Стеллу, — моя родная планета. Когда-то это был великий и процветающий мир, однако сейчас он фактически мёртв. То же в скором времени случится и с Солярией, а вы двое разделите её судьбу.         Стеллой недоумённо хмурится, оглядываясь назад и с удивлением замечая чуть позади своего отца. Радиус был сильно напряжён, не отрывая своего пристального взгляда от кристально чистых глаз Селии, что отвечает ему лишь лёгкой улыбкой и едва заметным кивком головы.         — Ты так и не оставила его, — он делает несколько шагов вперёд и лёгким ненавязчивым движением пихает не сопротивляющуюся Стеллу себе за спину. — Я думал, ты будешь благоразумнее.         Селия коротко усмехается на его слова, на пару секунд прикрывая глаза. Когда она вновь пересекается с Радиусом взглядом, он легко читает в них скрытую насмешку.         — Не слишком ли поздно читать мне нотации? — девушка приподнимает светлую бровь в вопросе, видя материализующийся в руках мужчины массивный клинок. Тяжесть собственного она ощущает в своей руке уже через несколько секунд. — Впрочем, ты всегда был в этом мастером… отец.         Они почти синхронно срываются с места под ровный свист ветра.  

***

        Огрон недовольно кривится, когда его очередная попытка снять сковывающую его магию игрушку с треском проваливается. С лёгким ударом электричества, если быть точнее, но это уже детали.         Он был слишком неосмотрителен, за что и поплатился. Но кто вообще мог подумать, что Хранитель добровольно лишит своего Защищающего магии? Уж точно не он. О чём, спрашивается, Флора только думает?...         Огрон не желает сдерживать самодовольной усмешки, когда наконец-то слышит довольно громкий для пустого коридора звук соприкасающегося с полом металла. Наручники больше не сковывали его. Он маялся тут уже не меньше пяти минут, а решение было таким простым. Надо было лишь «одолжить» немного волшебной энергии их хозяйки, которой и являлась его дражайшая королева, к счастью, не пожелавшая ограничить от его поползновений их связь и свою магию. Но ей всё равно придётся неплохо заплатить за эту глупую выходку…         Огрон не успевает сделать и нескольких шагов, как слышит довольно громкий взрыв, доносящийся примерно из тронного зала, куда он сейчас и направлялся в поисках своей «подопечной». Оказавшись там буквально через несколько минут, Огрон видит уже во всю сражающихся друг с другом людей и, к счастью, весьма быстро невдалеке замечает Флору, которая, кажется, решила присоединиться к этому побоищу и сейчас вполне удачно стискивала природной магией какого-то уже посиневшего мужчину. Сама девушка была цела и невредима, поэтому, решив не заставлять себя ждать, Огрон создаёт небольшую высоковольтную электрическую сферу и просто запускает её в человека, буквально за пару мгновений отправляя его к праотцам.         — Пошли, — он коротко кидает ей это, когда их взгляды пересекаются, и, не оборачиваясь, быстро идёт подальше от места сражения. Ему не нужно смотреть назад, чтобы понять, что Флора, уже находящаяся в привычном для себя виде, идёт следом.         В зале он находит не только её, Анагана или Винкс, но и парочку знакомых из своего прошлого. Огрон не имеет понятия, что тут делают подчиняющиеся напрямую Анриелю демоны или Верховные, поэтому очень хочет это выяснить. Желательно, у самого Анриеля, которого он предсказуемо не замечает среди сражавшихся (не)людей. Тот по своей привычке не станет светиться или вступать в бой, пока не добьётся своего. Вот только чего? На Солярии нет ровным счётом ничего, что могло бы привлечь его внимание. Надо это узнать, но для начала надо найти самого Анриеля.         Вопреки всем своим талантам, в поиске людей Огрон никогда не разбирался, даже если это касалось поиска магического. Зато в этом прекрасно разбирается Флора. Имея очень прочную связь с живой природой, она определённо точно сможет это сделать…         Саму Флору хоть и мучили некоторые вопросы, но лезть с ними к Огрону она не спешила. Тот сейчас явно был весь в своих мыслях, поэтому добиться хоть какого-то удовлетворяющее её ответа будет немного… сложно. Однако факт отсутствия на руке Защищающего магического подавителя вызвал на её губах довольную усмешку: Флора и не сомневалась, что Огрон легко с ним справится даже без её вмешательства.         Когда он останавливается, они уже находятся, как это ни странно, в королевском саду Солярии. Огромное разнообразие многих видов растений в другое время приятно бы порадовало девушку, но сейчас она больше удивлена, нежели впечатлена, о чём и спешит сообщить.         — Зачем мы здесь?         Огрон оборачивается и с лёгким прищуром смотрит ей в глаза. Так же он смотрел ещё почти час назад, когда решил проникнуть на закрытую церемонию королевской семьи, что ясно давало Флоре понять, что ответ ей может не очень понравиться.         — Мне показалось, что тут это будет сделать легче, чем в набитом людьми замке, — видя на лице девушки лишь скептически изогнутую бровь, он спешит пояснить: — Я хочу, чтобы ты нашла кое-кого.         — И кого же? — подозрение в её голосе было почти материальным.         — Моего старого приятеля. Просто ищи человека с тёмной магией.         — Как будто тут сейчас мало таких людей, — Флора недовольно фыркает на такой ответ, но больше ничего не спрашивает, присаживаясь на одно колено и упираясь обеими ладонями в сухую землю. Чем быстрее она начнёт, тем быстрее узнает ответ на свой вопрос.         — Не просто тёмной, чёрной. Магия, ощущение смерти. Ориентируйся на это.         Флора косится на него и прикрывает глаза, полностью сосредотачиваясь на своих ощущениях. Природная магия Солярии тут же проникает в её тело, спеша поделиться столь необходимой сейчас информацией. Она позволяет Флоре почувствовать всё и всех на много километров вокруг неё, и, как девушка и говорила, самых разных тёмных существ сейчас тут полным-полно. Кто же из них нужен Огрону?...         Сам Огрон лишь стоит на месте, время от времени без особого интереса поворачиваясь на громкие звуки очередных взрывов и сопутствующих им разрушений. Начало правления королевы Стеллы определённо войдёт в историю, как самое фееричное...         Слабое жжение в ладони почти мгновенно стирает с его лица ухмылку, тут же заставляя стать в несколько раз серьёзнее. Татуировка, знак братства, чуть светится тусклым алым свечением, говоря о том, что кто-то из Чёрного Круга находится в серьёзной опасности. Ещё до смерти в Омеге проведённый ими четырьмя ритуал никогда не давал сбоев, а значит и сейчас он тоже ошибаться не будет. Если он не поспешит на помощь, кого-то из своих названых братьев Огрон вполне может лишиться…         — Нашла! — невольно вырывая мужчину из размышлений, довольная собой Флора улыбается и быстро поднимается с земли. Несколько секунд назад, она определённо это почувствовала. Магия смерти, как он и говорил. — Он близко, пошли… — видя на его лице замешательство, она на несколько секунд замирает. — Огрон?         Огрон зло сжимает кулаки, быстро обдумывая ситуацию. Анриель определённо опасен, и никому до сих пор не понятно, что именно он затеял. В будущем его действия могут принести немало проблем ему или кому-то из его окружения, однако совсем необязательно, что сейчас его целью является кто-то из них. Но совпадение ли, что все они оказались в одном месте? Да, Анриель слегка слетел с катушек, но это вовсе не делает его глупцом. Вот так безрассудно нападать на чужую планету абсолютно точно не в его стиле, но тогда почему, чёрт побери, он это делает?!...         Огрон громко выдыхает, пытаясь вернуть себе самообладание, и быстрым шагом направляется обратно в замок. Туда, куда зовёт его метка на ладони, что с каждой секундой горит всё ярче. Сейчас жизни его товарищей в приоритете.    

***

         — Пошевеливайся, фея!         Думан чуть ли не шипит на неё, даже не пытаясь скрыть свою злость из-за вынужденного побега, отчего в Рокси тоже постепенно начинает просыпаться раздражение, но уже из-за самого Думана. В конце концов, не только он тут оказался слишком слабым для подобных противников. И пусть в обычной ситуации он во много раз сильнее её, но сейчас, хоть Рокси и не понимает причины, пользоваться всей своей силой он явно не может...         Какое-то чувство быстро мелькает у неё в голове, но Рокси не успевает прочувствовать его как следует. На секунду ей кажется, что магический фон Думана как-то неуловимо изменился, стал… теплее?...         — Смотри под ноги!         Думан вновь недовольно ворчит, когда ушедшая в себя Рокси, не заметив приличных размеров булыжник, запнулась об него и чуть не упала, в последний момент схватив мага за руку и тем самым на несколько секунд приостанавливая их небольшую группу. Весьма вовремя, как оказалось мгновеньем позже, когда прямо перед ними рухнула одна из массивных каменных колонн. Ещё через секунду Рокси чувствует лёгкий толчок в спину, а Думан, проклиная всё и вся, едва успевает увернуться сам, слыша едва ощутимый свист рассекаемого воздуха. Аккурат у его уха пролетела тонкая стрела синего огня, которая рассеивается, так и не долетев до пола. Её хозяин, что сейчас висел вниз головой на выступающим из стены штыре и широко усмехался, тоже не заставил себя ждать.         Рокси с трудом узнаёт в нём того самого демона, с которым она совсем недавно боролась в бальном зале. Его черты лица неприятно заострились, а чёрные смоляные волосы сильно отросли, свисая вниз неопрятными длинными прядями. Его чересчур тонкие ноги сейчас больше напоминали птичье, к низу переходя в мощные когтистые лапы, которыми он и удерживал себя в таком положении. Ещё через несколько мгновений, когда объятый синим пламенем лук исчезает из его рук, на их месте, быстро обрастая перьями, появляются огромные чёрные крылья. Несколько долгих мощных взмахов — и вот он уже стоит перед ними, снова переходя в человеческий облик.         — Мне жаль, но я не могу позволить вам пройти дальше, — он чуть улыбается и с наигранным разочарованием разводит руками, впиваясь в их компанию хищным взглядом.         — Хочешь попробовать остановить меня? — Думан в ответ на это опасно скалится, демонстрируя острые выступающие клыки, а затем, скрещивая на груди руки, коротко пренебрежительно хмыкает: — Ворон-тэнгу.         — Лис-оборотень, — темноволосый парень поджимает губы и щурится, внимательно вглядываясь в Думана.         — Мне казалось, что всем членам твоего вида уже давным-давно поотрывали крылья. Неужели это лишь слухи?          Произошедшая около десяти лет назад волна нападений на поселения Карасу Тэнгу была хорошо известна по всему Измерению Магии. Они издавна были хранителями лесов и их тайн, поэтому Думан совсем не удивился, когда кто-то решил присвоить их себе. Лишь пожалел, что не сделал это первым.         — Это правда, кицуне, — ворон едва заметно хмурится, всё же отвечая на его вопрос. — Я последний представитель земного рода Альдез, Хейн Гор Альдез…         — Что ж, — Думан перебивает его с притворным разочарованием на лице, которое, впрочем, быстро сменяется оскалом, — тогда ему суждено навеки угаснуть. Я с радостью порву тебя на клочки! — оборотень с предвкушающим рыком срывается с места.         Не ожидавший от врага такой прыти тэнгу едва успевает увернуться от острых когтей, просвистевших буквально в нескольких миллиметрах от его шеи. Думан на это лишь досадливо цокает, и с разворота бьёт его ногой в бок. Его враг отлетает на несколько метров, но и сам оборотень чувствует небольшую отдачу от подобных «фокусов». С такой физической активностью ему всё же стоит быть поосторожнее…         Думан глупо моргает, когда внезапно осознаёт, что ещё секунду назад еле стоявший ворон куда-то исчезает. Он непонимающе оглядывается, пытаясь обнаружить своего врага, однако бесполезно.         — Думан, сверху!         Он слышит крик Рокси одновременно с громким свистом разрезаемого крыльями воздуха. Подняв голову, Думан замечает летящего прямо на него ворона. В нескольких метрах от него тэнгу внезапно останавливается, почти мгновенно формируя вокруг себя несколько синих шаров пламени, которые уже через секунду летят прямо на оборотня. Тот, рыча себе под нос проклятья, отскакивает в сторону, однако это не особо помогает — пламя, будто на дистанционном управлении, летит за ним, отчего Думан едва успевает уклоняться. Неудачно изогнувшись, он не может сдержать раздражённого шипения, видя быстро приближающийся к его плечу огненный шар, которому, однако, не даёт совершить задуманное возникшая буквально из ниоткуда прозрачная зелёная стена. Защитный барьер, насколько понимает Думан и оглядывается на вновь трансформировавшуюся Рокси. Та, поймав на себе его взгляд, довольно усмехается, на что он просто не может не ответить такой же ухмылкой и, видя на щите трещины, отпрыгивает обратно к девушке. И очень вовремя — остальные шары от соприкосновения с барьером взрываются, отчего тот, расходясь множеством мелких трещин, рассыпается прозрачной пылью.         — Довольно неплохо, фея.         — Сочту это за комплимент, — Рокси улыбается и, едва заметно нахмурившись, спрашивает: — У тебя есть идеи, как нам победить его?         — Да, — Думан кивает, — но мне нужно время. Отвлеки его.         — И как ты предлагаешь сделать это в одиночку? — она скептически приподнимает бровь, но понимая, что он вполне серьёзен, лишь с долей досады вздыхает, предвидя вполне очевидные неприятности. — У меня осталось не так много магии, поэтому долго удерживать я его не смогу.         — Долго и не надо, и ты будешь не одна, — поймав на себе удивлённый взгляд феи, Думан чуть прикрывает глаза, отчего те наливаются тусклым фиолетовым светом. Через несколько секунд их окружают с десяток его копий. — Просто задержи его на достаточный срок.         Рокси кивает ему и направляется к ворону, а за ней и большая часть его клонов. Всех отправлять было бы неблагоразумно — кого-то надо оставить для себя. И пусть они всего лишь иллюзии, но пока их враг этого не понял уничтожить их ему не удастся. Одна из разновидностей иллюзий ранга С+ — быстро и легко. Однако победить так просто у них, к сожалению, не выйдет. Тут нужно более искусное волшебство и чуть больше времени, последнее ему и предоставит земная фея…         Рокси тем временем весьма удачно справлялась со своей задачей, или, если правильнее, с ней справлялись клоны Думана. Они не исчезали, сколько бы демон ни попадал по ним, однако, что странно, никакого вреда ему они тоже не наносили. В их прошлую встречу маг владел лишь волшебством трансформации, но его копии явно не были плодом именно этой разновидности магии. Тогда почему?...          Секундная заминка и губы феи озаряет торжествующая улыбка. Если вспомнить, то в самом начале их битвы этот парень назвал Думана кицуне. А кицуне, как им рассказывали на уроках в Алфее, были прекрасными лжецами. Это качество в них было развито настолько хорошо, что даже позволяло создавать морочащие головы иллюзии…         — Значит, вот как, да? — демон внезапно прекратил нападать и, прикрыв на секунду глаза, коротко усмехнулся, отчего окружающий его копии рассеялись тёмным облаком дыма. Встретившись с ним взглядом, Рокси понимает, что они догадались обо всём одновременно. — Умно. Но этого мало!         Он опускается на мраморный пол и, переходя в человеческую форму, призывает объятый синим пламенем лук. Рокси успевает заметить лишь насмешку в его глазах, прежде чем на неё летит целый град стрел. Отточенные до автоматизма слова срываются с её губ сами собой, и перед феей с громким рыком появляется изумрудного цвета дракон, что тут же несётся вперёд, не давая врагу ранить свою создательницу.         То, что что-то пошло не так, Рокси понимает, когда её дракон, встретившись с атакой ворона, начал резко уменьшаться в размерах. С каждой секундой он становился всё меньше и меньше, пока и вовсе не исчез, превратившись в маленький энергетический шарик, что тут же рассыпался снопом искр. Стрелы, в которых теперь проглядывались ощутимые прожилки зелёного, быстро летят прямиком к фее. Удивлённая, она не сразу понимает, что произошло, поэтому едва успевает увернуться и выставить перед собой небольшой защитный барьер. Однако, как и в прошлый раз, ничего не выходит — щит просто растворяется в её руках, а напитанная магией стрела вонзается ей прямо в плечо. Боли нет, но что-то не так. Через несколько долгих мгновений Рокси осознаёт, что из неё просто-напросто выкачивают волшебную энергию из-за чего трансформация феи спадает сама собой, а она сама летит прямиком вниз. К счастью, уже у самой земли, когда Рокси уже была готова распрощаться с жизнью, её подхватывает плотный магический поток. Его хозяин тоже обнаруживается в паре метров от неё.          — Спасибо, — твёрдо стоя на земле, фея наконец-то может позволить себе облегчённо выдохнуть. Однако она не может сдержать своего удивления, когда, посмотрев на стоящего рядом с ней Думана, обнаруживает в нём несколько новую... деталь? — Откуда у тебя… это? — как назвать без всякого ущерба для себя ощутимо выпирающий живот оборотня Рокси не знает, поэтому только и может смотреть то на него самого, то на его явно отчего-то увеличившийся живот. На месяцев так пять увеличившийся.          — Мне объяснить тебе, как делают детей? Или лучше показать? — Думан насмешливо изгибает бровь и ухмыляется, смотря ей прямо в глаза, отчего Рокси непроизвольно краснеет. Оборотень лишь фыркает на это, позабавленный подобной реакцией. Помнится, у Огрона с Гантлосом была похожая, если, конечно, не интереснее, когда они узнали о его беременности. — Слишком затратно было поддерживать несколько иллюзий одновременно в моём положении.         — Твоём положении? Ты… — поймав на себе его буквально пропитанный издёвкой взгляд, Рокси внезапно понимает, что над ней просто потешаются. Беременный он или нет — это не изменяет того, что перед ней всё ещё Думан со своим, откровенно говоря, поганым характером. В конце концов, это вполне может объяснить то странное тёплое чувство, что всё это время не переставая исходит от него невидимыми мягкими волнами волшебной энергии. Да и недовольство Анагана становится ей вполне понятным. — У тебя будет ребёнок, поэтому ты до сих пор и не изменил своё тело. Ты навредишь ему, если будешь пользоваться этой силой.          — Какая догадливая, — Думан недовольно хмыкает, замечая в её глазах столь раздражающую его искру зарождающегося беспокойства. У него нет никакого желания выслушивать что-то ещё и от неё, поэтому этот разговор нужно закончить как можно быстрее. Прямо сейчас. — Просто будь здесь, пока я с ним не разделаюсь.          Рокси не успевает ничего сказать, как маг, объяты тёмным туманом, исчезает, через несколько секунд появляясь прямо перед находящимся в воздухе демоном. Магии в себе она всё ещё не ощущает, поэтому, вопреки своему внутреннему желанию, остаётся на месте, хотя мерзкое чувство опасения по-прежнему грызёт её изнутри, лишь ярче разгораясь с каждым новым мгновением…          — Не думаешь же ты, что это меня остановит? — тэнгу, как и девчонка немногим ранее, без всякого стеснения уставился на его живот, что, однако, на этот раз Думан предпочитает проигнорировать.          — Ты глупо поступил, когда не захотел убить её.          — Не захотел? — в глазах ворона проскальзывает холодок, а сам он, чуть прищурившись, наконец-то смотрит своему врагу в лицо. — Я бы не получил её магию, если бы просто убил, — поясняет свои действия тэнгу. — Тут, как оказалось, полным-полно сильных соперников, поэтому мой магический резерв весьма быстро потрепался. Слабаки вроде вас оказались идеальными вариантами, чтобы восполнить его.          — Слабаки? — в голосе Думана послышалась скрытая угроза, которая, впрочем, быстро сменилась коротким смешком, а в сверкающих от магии жёлтых глазах загорелся яркий огонёк смешанного с превосходством предвкушения. — В любом случае, энергия тебе больше не понадобится. Магия не нужна мертвецам… — Думан хитро щурится, сейчас забавно напоминая свою звериную форму, и, одним ровным движением стерев с предплечья белый непонятный врагу символ, негромко отрывисто произносит: — Inferorum flammis…         Хейн ощущает изменения уже спустя несколько секунд. Температура в зале как будто резко подскочила на десяток-другой градусов, заставляя его тяжело вздохнуть от прокатившейся по телу горячей волны. Несколько раз непонимающе моргнув, он замечает, что теперь их обоих окружает плотное кольцо ало-рыжего пламени, которое своими языками едва не касается высокого потолка. Огонь, казалось, был везде, не давая увидеть хоть что-то помимо себя, а из-за исходящего от него жара дышать с каждой секундой становилось всё сложнее.          — Один и тот же фокус не сработает дважды, кицуне, — Хейн поджимает губы и, вопреки своим же словам, старается дышать через раз. Хоть всё это и было лишь иллюзией, ощущения были настоящими, будто этот похожий на яд дым на самом деле с каждым вдохом всё больше наполнял его лёгкие. Хейн закрывает глаза, концентрируясь на рассеивании морочащего голову дурмана. Вновь открыв их, он с недовольством понимает, что ничего так и не изменилось, кроме, пожалуй, оборотня, которого теперь не было в этой «клетке», что с каждым мгновением стремилась стать всё меньше, подбираясь буквально вплотную. С трудом подавив рвущийся изнутри кашель, тэнгу создаёт перед собой несколько шаров синего пламени, которые тут же начали поглощать окружающий их огонь.          — Бесполезно…          Прозвучавшие прямо у уха шёпот заставляет Хейна резко обернуться. Кроме огня за его спиной предсказуемо никого нет. Как нет ничего, когда он поворачивается обратно. Его поглощающая волшебство магия рассеялась, будто бы её и не призывали вовсе. Новое попытки ничего не дали, а тем временем языки пламени уже опасно касались его одежды, заставляя пробудиться отголосок спящего глубоко внутри страха.          — Проклятый лис, где ты прячешься?!         За спиной раздалось негромкое утробное рычание, и, повернувшись на звук, Хейн обнаруживает прямо перед собой объятого огнём девятихвостого лиса, в чьих ядовито-жёлтых глазах Хейн легко читает смешанную с насмешкой угрозу. Он не успевает и дёрнутся, как зверь, широко оскалив пасть, бросается прямо на него…            Рокси инстинктивно вздрагивает, когда из-за окружающего мага и демона фиолетового барьера доносится громкий душераздирающий крик. Она вскакивает и делает несколько шагов вперёд, но тут же останавливается, краем глаза замечая яркий розовы сполох чуть левее себя.          — Думан!          От её крика сидящий около стены маг досадливо морщится и, откидывая голову назад, прикрывает отчего-то потускневшие глаза. Секундная радость перерастает в волнение, когда Рокси замечает, что его и без того бледная кожа побледнела ещё больше, а под глазами появились едва заметные синяки.          — Ты цел? — она присаживается рядом с ним, не понимая, как с ним себя вести. Ему явно сейчас не помешает помощь, но как ему помочь, если сам Думан, судя по недовольно взгляду, что он кинул на неё при попытке к нему прикоснуться, этого не хочет?          — Со мной всё будет хорошо, надо лишь восстановить силы, — он фыркает и вновь прикрывает глаза, а уже через мгновение окружающая ранее его и ворона сфера, прерываясь трещинами, лопается, из-за чего всё ещё находившийся там тэнгу стремительно летит вниз и с негромким звуком падает на пол, более не подавая признаков жизни. Хоть его падение и длилось лишь несколько секунд, Рокси успевает заметить полностью покрытое ожогами тело.          — Он… мёртв? — она спрашивает это с некоторой заминкой, сама не зная, на какой именно ответ надеется. Будет лучше, если этот демон больше не сможет причинить им вреда, однако что-то внутри неё всё ещё сопротивляется таким мыслям.         Думан коротко хмыкает и приоткрывает глаза, смотря в ту же сторону. Чуть нахмурившись после непродолжительного молчания, он отвечает:          — Не знаю.          — Ты не убил его?! — от проскользнувшего в голосе феи удивления он не может сдержать ухмылки.          — Он должен быть мёртв, если всё пошло по плану.          Он определённо точно должен быть мёртв. Материальную иллюзию невозможно развеять, если жертва уже поверила в неё однажды. А вызванное им адское пламя погасить весьма непросто, как и убить реального клона, забравшего половину его сил. Подобное всегда отнимает просто уйму магии, зато результат гарантированный. Если ворон и жив, толку в бою от него будет мало. По крайней мере, так было раньше...        — Нам нужно уходить отсюда, вскоре тут может ещё кто-нибудь появиться, — через несколько минут говорит Думан, наконец-то чувствуя, что его состояние более-менее приемлемое, и, чуть пошатнувшись, встаёт, направляясь к одной из полуразрушенных арок. Рокси молча идёт следом. Обернувшись напоследок, она встречается прямо с горящими синим огнём глазами и, не успев ничего толком осознать, словно поддавшись какой-то внутренней установке, отталкивает Думана в сторону, принимая на себя весь удар смазанного потока чистой магической энергии.         На этот раз она чувствует боль. Рокси кажется, что она действительно слышит звук рвущейся кожи, а затем и хруст смятых рёбер, после чего, не в силах устоять, она падает на колени, ощущая стекающую по подбородку кровь. Думан подхватывает её уже у самого пола и, скорее всего, делает это чисто на автомате. Почему-то от застывшего в жёлтых глазах замешательства Рокси хочется рассмеяться, однако сил на это просто не хватает. Она и сама не понимает своих мотивов. Она, та, кто чаще других пыталась отречься от склонной к геройству сущности феи, и представить никогда не могла, что сможет вот так пожертвовать своей жизнью ради врага. Уже бывшего, но это лишь детали. Что важнее — Думан цел, а исходящее от него тепло никуда не делось. Рокси чувствует его. Чувствует, как невидимыми нитями её окутывает чья-то неизвестная ей магия, отдаваясь едва заметными тёплыми импульсами в теле. Несмотря на странность происходящего, это всё кажется до безумия правильным…         Она не может сдержать громкого стона, когда на пару мгновений в глазах темнеет от отчего-то вспыхнувшей с новой силой боли. Однако уже буквально через полминуты она начинает затихать, с каждым мгновением становясь всё менее и менее заметной. Боль исчезает, а Рокси лишь с удивлением может смотреть на стремительно затягивающуюся рану, напоминанием о которой через пару секунд служит лишь порванная одежда. По её телу разливается странное чувство, очень схожее с тем, что Рокси довелось испытать в свою первую трансформацию. Смешиваясь с чужой магической энергией, собственная магия разгорается словно яркий костёр. Она быстро напитывает её изнутри и, в конце концов, решительно вырывается наружу, заливая всё вокруг ярким слепящим светом…         Когда он исчезает, Рокси открывает глаза, почти мгновенно понимая, что что-то в ней изменилось. Её ноги были оплетены причудливыми нежно-розовыми лентами. Привычные шорты и топ тоже значительно видоизменились, сразу будто становясь в несколько раз ярче из-за появившегося на них блеска и разноцветных лент. Ровно, как и прозрачные блёкло-жёлтые перчатки на руках, что сейчас были несколько выше локтя. Собранные в необычную причёску волосы стали длиннее, спадая на плечи ровными розовыми прядями и почти достигая колен. Когда Рокси поворачивает голову чуть назад, она видит большие мерцающие прозрачным цветом крылья, на которых, казалось, поселились просто сотни маленьких сияющих звёздочек — пыльца феи.         — Энчантикс… — Рокси поражённого выдыхает, не в силах скрыть своего восторга. Она чувствует, как по телу растекается новая, ранее неизвестная ей сила. Она чувствует себя завершённой. И что сейчас кажется самым главным — она всё ещё чувствует наполняющее её изнутри тепло.         — Не только, — Думан, который уже сумел перебороть своё удивление, недоумённо кривится. Хоть ему и кажется до жути странным её поступок, ему понятно, как именно она завершила своё превращение в фею — он родился и долгое время жил именно на Земле, однако ТАКОГО поворота событий он предсказать никак не мог… — У тебя, — секундная заминка, — у нас большие проблемы, фея.         — О чём ты? — Рокси отвлекается от рассматривания своего нового наряда, неосознанно дёргая длинным белым хвостом, и, даже не успев этому удивиться, почти мгновенно ощущает пронзившую всё её тело боль. Не в силах сдержаться, она громко кричит, в отчаянном порыве сжимая рукой горло. Отросшие когти до крови впиваются в кожу, но это кажется просто ничем по сравнению с ужасающими ощущениями в теле, поэтому она просто не замечает этого. По щекам сами собой бегут слёзы, и Рокси с неким облегчением понимает, что сознание стремительно от неё ускользает…         Когда бессознательная фея чуть ли не до скрипа сжимает от боли челюсти, отчаянно поджимая под себя колени, Думан всё ещё не понимает, как это могло произойти. Он не понимает и злится, но почти неосознанно ей сочувствует — самому пришлось пережить подобное почти год назад. Трансформация в оборотня всегда была очень болезненной, поэтому остаётся только ждать, переживёт ли она первый этап — изменение генов.         Думан недовольно фыркает и встаёт, смотря на застывшего в метрах пяти от себя ворона, который, нужно признаться, выглядел, мягко говоря, потрёпанным. Как и он сам, истративший почти всю свою магию, тот сейчас явно не в своей лучшей форме. Всё можно закончить одним ударом, тем самым навсегда избавив Волшебное Измерение от последнего из выродков тэнгу. Получится или нет — это лишь вопрос везения. Этот приём из-за Анагана, пропади эта наглая псина пропадом, ему так и не удалось отточить как следует, поэтому риски есть и не только для него самого...         Рука сама собой ложится на больше не сокрытый иллюзией выпуклый живот, посылая невидимые волны магии. Получив своеобразный ответ, Думан позволяет небольшой улыбке появиться на губах, краем глаза мазнув по корчившейся от боли Рокси. Почему-то его ещё нерождённый ребёнок решил поделиться с феей своей силой, что и спасло ей жизнь. Регенерация оборотней не распространяется на кого-то, кроме самого оборотня или, в редких случаях, его истинную пару, однако каким-то образом у него всё же получилось сделать это — даже больше. Животной магии оказалось слишком много для ослабшей феи, что и привело к такому итогу — обращению без укуса. За весь свой год вместе со стаей Думан видит такое в первый раз. Анаган, он уверен, тоже будет удивлён. Как и предсказывало пророчество, его ребёнок определённо будет сильным.          — Мы остались лишь вдвоём, — тэнгу широко ухмыляется неким подобием губ, позволяя проскочить в голосе ноткам истерики, и вновь вытирает изуродованной огнём рукой вытекающую из пустой глазницы кровь. — Я не отпущу тебя, будь уверен. Я за всё тебе отплачу, кицуне!         Думан щурится в предвкушении и надменно усмехается своему врагу прямо в лицо, любуясь на результат работы своих материальных иллюзий. Снова такого провернуть не получится, не сейчас — сил слишком мало, поэтому остаётся лишь один выход...         Думан чуть улыбается и, видя бегущего на него врага чуть ли не в замедленной съёмке, закрывает глаза в концентрации. Он погружается глубоко в себя…         Он открывает глаза, слыша мелодичный металлический перезвон, и видит, что оказался в лесной чаще. Проникновение в подсознание оказалось удачным. Вновь уловив знакомый звук, Думан без всяких промедления идёт прямо к его источнику. Он заходит ещё глубже в лес и идёт так неопределённое количество времени, пока не замечает расплывчатое алое пятно, что имело смутное очертание человека. Поймав краем глаза на себе его взгляд, оно разворачивается к Думану лицом и в одно мгновение оказывается рядом, ласково проводя когтистой рукой по его щеке.         — Сейчас не до этого, Кирин, — он сбрасывает руку аловолосой женщины со своей щеки и смотрит в её янтарные без белков глаза несколько долгих секунд, прежде чем продолжить. — Мне нужна сила.         — Нет, — её тихий голос не дрогнул, а ответ последовал почти мгновенно, заставляя его нахмуриться. Словно она уже заранее знала о его просьбе. — Ты ещё не готов. Не сейчас.         — Ты постоянно об этом говоришь, — Думан повышает голос, однако женщина в лице так и не изменилась, как, он видит, и не изменилось её решение. — И когда же я буду готов? Или, поставим вопрос по-другому, доживу ли я вообще до этого момента?!         Она едва заметно хмурится, недовольная подобной столь несвойственной лисам резкостью, и, подцепив пальцами за подбородок его голову, твёрдо отвечает, смотря прямо в его жёлтые глаза:         — Не сейчас, Думан. Просто научись терпению. В конце концов, не забывай, что в стае ты далеко не один...         Оборотень лишь громко хмыкает в ответ, понимая, что с каждой секундой его тело становится всё менее плотным. Кирин не собирается более продолжать этот разговор, поэтому и оставаться в подсознание ему больше смысла нет. Не один? Ладно, раз она так говорит...         Когда Думан открывает глаза уже в реальном мире, он тут же чувствует лёгкий поток ветра, а уже через мгновение откуда-то из-за его спины выскакивает небольшой чёрный ком, который через пару секунд приобретает очертания человека и с размаху бьёт по груди тэнгу, что был уже в метре от самого Думана, длинными острыми когтями. На ней остаются несколько длинных кровавых борозд, а от силы удара сам ворон делает несколько шагов назад.         — Ты, — с долей удивления констатирует Думан, ловя привычно серьёзный взгляд кроваво-рыжих глаз невысокой черноволосой девушки. Она в ответ лишь больше хмурится, что, однако, на её детском лице выглядит крайне забавно, вызывая на тонких губах мага короткую ухмылку. Кирин снова оказалась права. Завидев его реакцию, девушка недовольно фыркает, невольно дёргая длинным пушистым хвостом и отворачиваясь. Короткая заминка стоит ей много — слишком поздно она замечает находившегося непростительно близко к ней врага. В ушах звенит громкий крик: — Кираби, в сторону!         От охватившего её буквально на секунду замешательства она не может сделать и шага, мысленно уже готовая поплатиться за свою смертельную неосмотрительно, однако… Поток магии просто ужасающей силы отталкивает от девушки её незадавшегося убийцу мощной энергетической волной, из-за чего тот, пролетев с десяток метров, проламывает своим телом одну из каменных стен и буквально кубарем вылетает за пределы королевского замка.         Завидев нового человека, Кираби тут же отходит от своего странного оцепенения и предостерегающе рычит, скаля острые клыки и загораживая собой Думана. Появившаяся женщина лишь одаривает её презрительным взглядом тёмно-карих глаз и смотрит дальше, туда, где на мраморном полу от боли сжимается совсем ещё юная розоволосая девушка — её дочь. От увиденного в груди Морганы с новой силой закипает ярость, а магия окутывает её тело ярким салатовым покровом. Королева не простит того, кто заставил пережить Рокси подобное. Того, кто, опираясь на часть разрушенной стены, сейчас тяжело дышит и смотрит на неё в упор, гневно сверкая ярко-синими от магии перевоплощения глазами.         — Богомерзкое создание, я сотру тебя с лица земли…         Пожалуй, её шипению позавидовали бы даже змеи.    

***

        Огрон останавливается, прислушиваясь к своим чувствам. Метка на его руке вновь потускнела, почти сливаясь с кожей, что лучше всего говорило об уже минувшей опасности. Значит, пока можно не волноваться о них и полностью сосредоточиться на другой задаче, а именно — Анриель.         — Огрон…         Он смотрит на Флору, которая почему-то выглядит слегка растерянной. Она непонимающе быстро оглядывается, будто пытаясь что-то найти. В конечном итоге Флора останавливает свой взгляд прямо на нём и сразу же хмурится, предостерегающе щуря сверкающие магией зелёные глаза. Буквально за секунду охватившая её тело энергия дарует ей облик феи, а поднятая на уровень груди рука быстро накапливает в раскрытой ладони магию, формируя тёмно-зелёную сферу с едва заметными человеческому глазу чёрными прожилками.         — Советую тебе отойти, если не хочешь лишиться какой-нибудь части своего тела, — её голос звучит тихо, но устрашающе грозно, что говорит о явной степени раздражения.         Огрон скептически изгибает бровь и уже хочет ответить, как слышит за своей спиной едва уловимый короткий смешок. Его тут же накрывает волна ранее скрытой чёрной магии, заставляя отскочить в сторону, а в месте где он стоял уже через секунду раздаётся негромкий взрыв. От высвобождения двух разных видов магической энергии весь коридор на несколько долгих мгновений оказывается залит светом, а когда он рассеивается, Огрон встречается взглядом со светло-синими глазами темноволосого совсем ещё юноши. Анриель тепло улыбается ему и, коротко взмахнув рукой в знак приветствия, говорит:         — Похоже, что я нашёл тебя первым, мой любимый ученик…