try try try

Жизнь – сплошная череда черно-белых полос, но так уж заведено, и не нам, бессильным против вечного, менять порядки. Но и неважно, если всегда можно отвлечь Лухана от работы над очередной курсовой, притянуть в объятия, послушать недовольства и «у меня мало времени», а завершить всё лукавым взглядом, долгим поцелуем и стиранием пальцами своей слюны с его губ. Любить Лухана здорово, любить Лухана хочется, любить Лухана так правильно. Он, на самом-то деле, тот ещё балбес, и смеется иногда над абсурдными вещами, и между кожей и ребрами у него никакой прослойки почти нет, но он такой родной, такой свой, такой необходимый; как приложение к воздуху. Иногда кажется, что я был бы несчастлив, если бы Лухана не было. Не то чтобы в моей нашей постели, моей нашей квартире, в моем сердце – просто вот не было бы. Не встретились бы у банкомата, не перекинулись бы парой фраз на корейском, не созвонились бы на выходных. Или судьба не столкнула бы нас. Или бы кто-то из нас не появился на свет в двадцатом или даже двадцать первом веке. И жизнь была бы совсем у меня другая. Может, одна за другой шли бы черные полосы, может, я бы уже пустил пулю в лоб, может, меня бы здесь уже ничего не держало. А сейчас я часто гадаю, почти каждый день, что же будет у нас на ужин – рамён или пицца (спасибо службе доставки). Сейчас я вешаю на ключи парный брелок и думаю, что это больше мило, чем глупо. Сейчас я получаю на телефон минимум три десятка сообщений в день, так как Лухан подключил какую-то безлимитную опцию, и, как идиот, отвечаю на каждое, даже на те, что ответа не требуют. Сейчас я не имею права ложиться спать позднее двух часов – серьезно, Лухан начинает кусать мои плечи вовсе не в шутку и ни капли не эротично толкает на кровать, едва стрелки на часах переваливают за двойку. Сейчас я хожу в магазин с четким воображаемым и разбитым на подпункты (разные отделы) списком, и первым делом там пробито что-нибудь вкусненькое для балбеса. Сейчас я могу быть рядом с ним, и мне иногда даже плевать, если ли у меня (или нас) будущее и настанет ли завтрашний день. Сейчас я рядом с ним, а всё остальное не так важно. По утрам он разгуливает по дому в одних шортах или джинсах, а я любовно запихиваю озябшего после сна себя в толстое одеяло и шлепаю в сторону кухни, чтобы увидеть, как кое-кто второпях выпивает обжигающий кофе. Лухан привык опаздывать, везде и всегда, лет с пятнадцати, поэтому вечно не завтракает нормально. Балбес. После учебы он валится с ног и, бывает, бессовестно спит на диване, сидя и с включенным ноутбуком на коленях, устав ждать меня. У меня ведь вечно дела, прогулки с друзьями, сложности в универе; Лухан, хоть и непунктуальный балбес, но всё делает вовремя. Или, как он, бывает, объясняет, «делай всё в последний момент, обычно везет». После душа или ванны он плюшевый и теплый, и здорово очень целовать пахнущие гелем локти и ладони, и ерошить мокрые волосы, и валить его на кровать, чтобы после зацеловать уже всего, да ещё и стоны с губ ловить своими. Он присылает на мой телефон сообщения, не забывая прикреплять селки, на которых наигранно серьезное выражение лица и аудитория фоном. Он ни черта не умеет готовить, и мы часто пытаемся сотворить шедевры с кулинарных сайтов вместе. Он любит ладонью забирать челку назад. Он любит походы в кофейни и в киноцентры на фильмы ужасов. Он любит сваливать одежду в одну огромную кучу на кресле и ненавидит уборку, а особенно ходить по комнате с пылесосом. Он любит в выходные от учебы дни завтракать зеленым кофе в полдень, восседая на столе и кутаясь в серый махровый халат (мой, кстати). Он любит делиться со мной чем-то новым и любопытным – серьезно, снимки вспышек на Солнце очень красивые, а дельфины афалина, оказывается, узнают себя в зеркале.       «О Сехун, я люблю вас» Этот идиот всегда будет использовать смс как поле для серьезных тем и разговоров?       «А я люблю балбеса» Этот идиот повторяет мне те же слова поздно ночью, когда стрелки на часах перевалили уже за тройку, и завтра нам обоим на учебу, а я ловлю его губы для очередного поцелуя и расстегиваю пуговицы на его дурацкой полосатой рубашке. Мы вместе, а всё остальное не так важно.

Иешуа ♡