Family - the most important word

Утро у меня выдалось на редкость странным. Ещё никогда по утрам у меня не болело всё тело! Тяжёлая голова не хотела отрываться от мягкой нагретой подушки. Руки не выдерживали и тряслись, стоило мне попытаться подняться. Внутренняя сторона бёдер гудела так, как в детстве, когда я впервые села на шпагат! Да и сон мне приснился сегодня…необычный. Я и Раф…Мы с ним занимались…этим! Сладко зевнув, я протёрла глаза, прогоняя остатки сна, и с удивлением обнаружила, что нахожусь не в своей комнате. Знакомые гантели на полу, зелёная лавовая лампа в углу комнаты, гора разного хлама рядом с кроватью, зеркало на стене, покрытое трещинами. О нет. Это комната Рафаэля! Мне начало казаться, что мой сон вовсе не был сном. «Микеланджело опять занял мою кровать, вот я и пришла к Рафу!» От этой мысли мне стало немного легче, но встав с кровати, я застыла на месте! Если это так, то почему же я голая? Быстро нахожу свои вещи на полу, одеваюсь, и покидаю комнату. Вокруг ни души, интересно, сколько сейчас времени? Наверное, все спят, тогда почему, когда я проснулась, рядом со мной не было Рафаэля? Мне удалось тихо прошмыгнуть в ванную. Ступив на холодную плитку, я напряглась, пытаясь сдержать дрожь, и подошла к висевшему над раковиной зеркалу. Закинув волосы за плечи, я уставилась на своё отражение, с интересом и удивлением рассматривая многочисленные синяки на шее и ключицах. Зрачки расширились, а стопы противно свело судорогой. Стоять было невозможно, и я упала на пятую точку, схватилась ладонями за стопы. Я напрягла тело ещё сильней, надеясь перетерпеть неприятную боль, но она всё усиливалась. Донателло давно рассказывал, что при судорогах нужно расслабиться, тогда она быстро пройдёт. Я решила прислушаться его совету и выпустила ноги. Через пару минут судорога прекратилась, чему я несказанно обрадовалась. Судороги у меня бывали, но не так часто, мне ещё не удалось к ним привыкнуть. Я взглянула на свои бёдра и обнаружила на них такие же синяки, только были они немного больше. Проведя по одному из них пальцем, в голове как-будто что-то щёлкнуло, и я начала вспоминать и переживать моменты сегодняшней ночи. Огромные, немного прохладные лапы мутанта, поглаживающие мои плечи и спину, горячее дыхание над моим ухом, тёплые губы на моей шее, томный взгляд зелёных глаз, хрипловатый голос, а потом…режущая боль, а дальше сменяющее эту боль наслаждение. То, чем мы занимались с Рафаэлем, не было сном. * * * Так получилось, что я проснулась раньше всех, но если верить часам, то через полчаса должен проснуться Леонардо и разбудить ребят на утреннюю тренировку. Спускаясь по лестнице, я услышала знакомый храп, он доносился из гостиной. Медленно дойдя до диванов, я обнаружила на одном из них спящего темпераментного брата. Он лежал на животе, свесив руку и ногу вниз, а другую лапу подложил под голову. При свете работающего телевизора багровая, словно запекшаяся кровь, маска немного съехала в сторону. Я уже не стала её поправлять, а то разбужу ещё. Все знают, что из-за обязанностей Ночного Всевидящего у Рафа практически нет времени для сна. Пару минут я разглядывала спящую морду старшего, вспоминая всё, что между нами сегодня произошло. Всё произошло так неожиданно. Так быстро. Я не была к этому готова. А Раф…он ведь даже не спросил, хочу ли я этого? Эгоист, не думает ни о ком, кроме себя. На кухне я открыла шкафчик, выбирая, с каким вкусом мне выпить чай? В углу стояла внушительных размеров банка с кофе. Донателло за день выпивает кружек восемь, а то и больше! За что же он так любит этот напиток? Я достаю банку, кружку с рисунком мультяшной лягушки и кладу в неё две ложки кофейного порошка, заливаю кипятком. Усевшись, я аккуратно подношу кружку к губам и делаю первый маленький глоток. Я сделала второй глоток и позволила себе посмаковать напиток. Кофе был чересчур горьким, оставив после себя неприятный привкус. Как Донни может пить такое? Я отодвинула кружку и начала прислушиваться к разным звукам. В нескольких метрах от меня храпит владелец сай, с крана тяжёлыми каплями вода ударяется об металлическую раковину, гудящие звуки доносятся из лаборатории гения. Скорее всего он сегодня опять не ложился спать. Теперь главное, чтобы Леонардо не сильно на него ругался. Вскоре и сам сонный мозг зелёной команды вышел из своей обители и шатающейся походкой дошёл до кухни. Заметив меня, Донни не подал никакого признака удивления, ведь на часах половина шестого, а я уже на ногах! - Доброе утро, - вяло поздоровался старший, открывая шкафчик и доставая банку с кофе. Быстро заварив его, брат сел напротив меня, с закрытыми глазами вдыхая любимый аромат бодрящего напитка. - Донни, как ты пьёшь такое? – спрашиваю я у него, - я вот решила тоже попробовать, но чего-то у меня не получилось… - мутант спокойно взял мою кружку и немножко отпил из неё. Распробовал и поставив кружку на место, он произнёс: - Добавь сахара с молоком, тогда вкуснее будет, - я сделала так, как он сказал, затем вновь глотнула из кружки, боясь, что вкус не изменится. Но гений был прав, в принципе, как и всегда. Мы услышали нытьё Микеланджело, который явно не хотел просыпаться, и настойчивый, но в тоже время мягкий голос Леонардо. Оба спустились к нам, младший весь путь от комнаты зевал и потягивался. Я быстро опомнилась и спрятала под волосами шею и ключицы, странно, что Донателло ничего не заметил. - Ты сегодня рано встала, - произнёс лидер и посмотрел на спящего за столом Дона и покачал головой. - Бессонница, - коротко ответила я и одним глотком выпила остатки кофе. Глаза Микеланджело будто стали в два раза больше. - Ты пьёшь это? – он тыкнул пальцем сначала в меня, потом в кружку Донателло, который будто находился не с нами, а в своей кровати. - Очень вкусно, - улыбнулась я брату и посмотрела в сторону гостиной, откуда доносились уставшие стоны. Рафаэль потянулся, затем коснулся пальцами пола и направился к нам. На приветствие лидера, бунтарь что-то проворчал и полез в холодильник. Мне удалось заметить, как Микеланджело поменялся в лице, как его голубые глаза, некогда жизнерадостные, стали серьёзными. Он косо поглядывал на Рафаэля, будто испепелял глазами его потрескавшийся панцирь. Я накрыла его лапу своей рукой, и он еле заметно улыбнулся мне и подмигнул. Мы молча завтракали, я даже скажу напряжённо. Я пыталась не встречаться взглядами с Рафом, а когда это всё же происходило, он испытывающее смотрел на меня, будто ждал от меня чего-то. Зачерпнув ложкой хлопья, я начала медленно подносить её ко рту, но потом резко передумала и встала из-за стола. Я решила собрать рюкзак в школу, хотя времени у меня было ещё завались. Столкнувшись на лестнице с Венус, она как-то затравлено на меня покосилась, ничего не сказав. После того, как я набросилась на неё, мы так и не заговаривали. Девушка-черепашка села рядом с Леонардо и потёрлась носом об его шею, не обращая внимания на реакцию остальных. Донни зевнул и, заварив себе ещё кофе, ушёл в лабораторию. Микеланджело высунул язык «Бееее» и запрыгнул на второй этаж. Рафаэль некаторе время ещё сидел, подперев голову рукой и слушая мурлыканье влюблённых. Когда ему это надоело, он решил позвать старшего брата на тренировку, о которой тот по всей видимости позабыл. - Да, да, пошли, - как-то рассеяно согласился Лео и позвал остальных черепашек. Я собралась за несколько минут и теперь лежала на своей кровати и глядела в потолок. Этот Рафаэль….эта неуправляемая черепаха….я не знала, злюсь ли на него вообще, ведь он овладел мной. С другой стороны, мне это даже понравилось. Одно я знала точно, пока разговаривать с бунтарём да и пересекаться с ним у меня не было желания. Чтобы отвлечься, я открыла ящик тумбочки и достала оттуда слегка помятый лист бумаги. На нём был нарисован портрет моей матери, такой, какой мне удалось запомнить её при первой встрече. Миниатюрная, хрупкая, бледная, одинокая женщина в чёрной одежде и с длинными выцветшими волосами. Мой рисунок не был похож на мою маму, зато глядя на портрет, я отчетливо видела её лицо, женщины, бросившей меня много лет назад, и которую я намеревалась найти и расставить все точки над «i».