Живи свободно, гони быстро.

Люди продолжали ходить мимо двух гонщиков, пока они просто смотрели друг на друга. Джаспер Хейл терпеливо ждал, пока Леа Клируотер ответит на его вопрос, и одновременно думал о том же вопросе, который она задала ему. Хотел ли он отношений? И если хотел, то хотел ли отношений с Леей? И не просто с какой-нибудь Леей, а с Леей Клируотер, которая также является бывшей девушкой того, кого он ненавидит больше всех на планете. Леа была потрясающей девушкой, в этом не было сомнений. Коренная американка была очень интригующей персоной. Такой стиль разговора, как у неё, он не встречал раньше. Хоть её привычки говорить были причудливыми, он понимал всё, что она говорит и что хочет этим сказать. То, что она остаётся верной себе, когда никто вокруг этого не одобряет, стоило уважения. Это было одной из причин, почему он заговорил с ней после той первой беседы на вечеринке в его доме после её первой гонки. Он никогда бы не подумал, что когда-нибудь будет чувствовать такую связь с ней. Но один тот разговор привёл их к тому, что было сейчас. Всё, что происходило в последние недели, вело к этому моменту. Джаспер не захотел бы вернуть эти несколько недель назад, даже если бы у него был шанс. Он наслаждался временем, проведённым с Леей, больше, чем чем-либо ещё. Обычно его жизнь состояла из скучной рутины. Его единственными радостями были их с Розали гараж и, конечно же, уличные гонки. Девушка из команды его врага отодвинула назад монотонную рутину. - Я пыталась покончить с собой, - Леа произнесла эти пять слов, переминаясь с ноги на ногу. От глаз гонщика со шрамами не укрылось её состояние. Нервозность была видна в каждом её движении. В том, как она жевала нижнюю губу, как засунула руки в карманы, просто чтобы занять себя чем-нибудь. Леа сама не могла поверить, что призналась Джасперу в чём-то таком личном. Единственные, кто знал правду о событиях того дня, когда Сэм ушёл от неё, это Эмбри и Джейкоб. Она взяла с них слово, что они ничего не расскажут ни единой душе, и даже угрожала их убить, если они проболтаются. А сейчас она сама проболталась об этом парню, которого едва знала. Девушка-механик не могла понять, почему вдруг решила именно сейчас рассказать о своём прошлом. Она также определённо не могла понять, почему из всех людей выбрала Джаспера Хейла. Блондин почесал затылок и приподнял бровь. И что на это ответить? Он был уверен, что слова «молодец, дорогая», здесь не подойдут. Было ясно, что она пытается что-то объяснить. Проблема состояла в том, что Джаспер не мог понять, что именно она хочет сказать. Как с вопроса об отношениях можно было перескочить на разговор о самоубийстве? - Эмм… Окей, дорогая, чтобы спасти меня от пощёчины, скажешь мне, как я должен отреагировать? У меня такое чувство, что это палка о двух концах. Даже о трёх концах, потому что если я совсем не отреагирую, ты скажешь, что я бесчувственный ублюдок, а потом всё равно ударишь, - он сделал шаг назад, чтобы уклониться от возможного удара. Он, правда, <правда, хотел быть как можно дальше от возможности получить пощёчину. Леа закатила глаза. - Не строй из себя королеву драмы, шрам. Она сделала паузу на мгновение, чтобы собраться с мыслями и набраться смелости. Ей было интересно, что он теперь будет думать о ней. Может быть, он подумает, что она сумасшедшая? Или будет испытывать к ней жалость? Леа ненавидела жалость, и даже хоть Эмбри и Джейк пытались это скрыть, она иногда видела, как сильно они на самом деле ей сочувствуют. Глубоко вздохнув, она вытащила руки из карманов и потёрла виски. Она уже чувствовала, как подступает головная боль. - Мне не нужна какая-то определённая реакция, шрам. Я хотела попробовать… Мне нужно… Джаспер наклонил голову на бок, подошёл ближе к ней и пальцами приподнял её подбородок. Его глаза исследовали её лицо, прежде чем он, наконец, сказал что-то в этот очень напряжённый момент. - Ты пытаешься открыться мне? Она прочистила горло и собиралась уже убрать его руку, но остановила себя. Она позволила его пальцам оставаться на её подбородке, потому что знала, что иначе не сможет смотреть ему в глаза. А в такой ситуации зрительный контакт определённо был нужен. - Может быть? – девушка на секунду отвела взгляд в сторону. Всё это было не так легко, как может показаться некоторым людям. Ей нужно было собрать все свои чувства, которые она обычно прячет. Быть такой уязвимой постоянно она просто не могла, это наводило на неё ужас. Леа не привыкла показывать кому-то так много себя. Она показала Сэму почти всю себя, и что произошло? Он сбежал от неё к её кузине. У неё было много кузин, так что она действительно надеялась, что Джаспер не сбежит к какой-нибудь из них. Она практически забыла, что Джаспер вообще здесь, с ней, пока он не заговорил. На его губах играла лёгкая улыбка, и от этого она немного расслабилась. По улыбке было видно, что он не считает её чокнутой. По крайней мере, она надеялась, что он так не считает. - Значит ли это, что ты хочешь, чтобы мы были не просто любовниками? Итак, всё вернулось к первоначальному вопросу. Хотела ли она отношений с Хейлом? Хотела ли она отношений с кем-либо вообще? Уже давно она решила умереть в одиночестве, чтобы никто не разбил ей сердце снова. Вот она и жила свободной от романтических отношений жизнью, и это было вовсе не так легко, как она думала. Ей было очень одиноко, и впервые за долгое время она могла признаться себе, что ей это не нравится. - Я бы пока не заходила так далеко, шрам. Не ставь всё на одну карту, - хоть она и пыталась держать строгое выражение лица, но с треском провалилась. Было ли это из-за этого парня со шрамами, который, даже не стараясь, мог добиться от неё другой реакции, кроме злости? Если честно, Лее хотелось сказать «да». Впервые за долгое время она на самом деле задумалась об отношениях. О возможности быть вместе на публике. Об объятиях и поцелуях. Она хотела ходить на настоящие свидания и представить его как своего парня всем своим друзьям и семье. Кроме матери, по очевидным причинам. Единственной проблемой, препятствующей её мечте, был тот факт, что она не могла делать всё это с человеком, с которым действительно хотела. Джаспер Хейл и Леа Клируотер не могли быть замечены вместе. И не только из-за того, что никто это не примет. Ладно, на самом деле это было главной причиной. Конечно, были и другие причины, но на фоне этой они тускнели. Другие причины могли бы отойти назад, если поработать над этим. Но не было способа пройти мимо неонового знака в её голове, который твердил, что никто не примет их отношения. Сэм отнесётся к этому хуже всех, он станет более жестоким с ней. Не то чтобы она не могла справиться с его ударами, просто она не хотела, чтобы Сет видел её с синяками. Когда Сэм избил её в первый раз, её младший брат плакал целыми днями, обвиняя себя в том, что не может её защитить. Она старалась объяснить шестилетнему мальчику, что даже если он единственный мужчина в доме, так как их отец умер, это не его обязанность защищать её. Это её работа, как старшей сестры, уберегать его от жестокости жизни. С тех времён Леа никогда не позволяла Сету видеть, что Сэм делает с её телом, когда злится. Джаспер нахмурился, глядя, что она потерялась в своих мыслях и воспоминаниях. Он облизал нижнюю губу и провёл рукой по своим волосам. Казалось, открыться ему ей было больно, и раз она решилась на это, он знал, что должен сделать то же самое. Единственная разница заключалась в том, что он откроется не словами, а скорее в физическом плане. Он покажет ей свои шрамы. Никто кроме Марии и врачей, которые работали с ним, не видели его шрамов. Даже его сестра-двойняшка Розали оставалась в неведении, когда дело доходило до этого. Демонстрация девушке-гонщице шрамов была подтверждением того факта, что он хочет попробовать завязать отношения. Какая разница, что думают другие? Он хотел встречаться с ней, и если ему придётся бороться с чем-то, чтобы показать ей это, он определённо это сделает. Смелым романтическим и заботливым жестом он взял её за руки. - Хорошо, дорогая, послушай меня. Я могу сказать, что это сложно для тебя, и раз ты захотела рассказать мне о своём прошлом, я сделаю то же самое… Когда он сделал паузу, девушка усмехнулась. Она посмотрела на их соединённые руки и опять же решила оставить всё так, как есть. Чёртов Хейл и их связь. Это делало её мягче, чем только что замешанное тесто. Может быть, воспользоваться шансом со своим любовником со шрамами будет легче, чем она представляла. Она чувствовала себя слащавой только из-за того, что думала об этом, но он заставлял её думать, что возможно практически всё. Она внутренне сжалась от этой мысли. О Боже, она думала, как героиня какого-нибудь сопливого романа. - Ну и кто нервничает теперь? – поддразнила она, сжимая его пальцы. Этим жестом она давала ему знать, что не издевается над ним, а на самом деле старается поднять ему настроение. Несмотря на её попытки поднять ему настроение, Джаспер всё ещё чувствовал напряжение, смешанное с неуверенностью. Он попытался улыбнуться, чтобы выразить благодарность, но у него получилась скорее гримаса. - Это важно, принцесса. Если ты расскажешь мне, что заставило тебя пойти на самоубийство, я покажу тебе свои шрамы. Леа замерла от шока. Он покажет ей свои шрамы? Те, которые он прятал от всего мира? Эти шрамы? Она испытывала благоговение от его жеста. Никто из тех, кого она знала, кроме Эмбри и Джейкоба, никогда не сделал бы что-то такое смелое для неё. Джаспер едва знал её, а его шрамы, по его мнению, были самым большим его изъяном. Кто добровольно захочет показать свой самый большой изъян, будь он эмоциональным, умственным или, в его случае, физическим. - Все? – спросила она, убирая с лица прядь волос. Прочистив горло, южный гонщик сделал глубокий вдох, чтобы расслабиться. - До последнего, похожего на шрам Франкенштейна, дорогая. - Что ж, мой маленький монстр со шрамами, - заявила Леа, тихо посмеиваясь. Даже в очень серьёзный момент она чувствовала себя странно спокойной, - ты сам предложил это. Так когда мы устроим шоу уродов на тему: «Чьи раны хуже?»? Даже зная, что вскоре будет, и что он покажет ей, Джаспер позволил себе рассмеяться. Он обнял её за плечи и притянул к себе. - Мы можем поскорее расправиться с этим, пока у меня есть мужество… Смуглая девушка прервала его, не дав шанс закончить. - Так могучий Джаспер Хейл, наконец, признаёт, что чего-то боится? Мы можем поехать к тебе, если ты не против. У меня есть чувство, что тебе понадобиться спокойная обстановка, а что может быть спокойнее, чем дом? Это не касается только меня, потому что мой дом точно не спокойный. Джаспер хотел спросить её, почему именно она так сказала, но не стал этого делать. Он решил, что лучше подождать, прежде чем задавать ей более личные вопросы. Сегодня они продвинулись вперёд, и это всё, на что он мог надеяться. Если говорить честно, он действительно ожидал, что она его ударит. Он и его лицо оба были рады, что она этого не сделала. Но ещё не вечер, и всё может закончиться пощёчиной. Он скрестил пальцы, надеясь, что его это всё же не ждёт. Он снова взял её за руку и повёл к своей машине. Теперь оставалось надеяться, что она не убежит с криками, увидев его шрамы.