Bloody Love.

Погода в миг изменилась: поднялся ветер, унося за собой по улицам опавшие листья, несколько крупных капель дождя упали на асфальт, и тихая теплая ночь уже не казалась такой уютной. Мэди сделал шаг назад и кивком головы пригласила парня к себе: — Ты можешь зайти. Если хочешь, конечно. Ни минуты не колеблясь Дэнни решил стать неожиданным гостем. Он вошел в квартиру и огляделся: все вокруг выглядело не так, как он себе представлял. Здесь было много света и мало мебели, приятно пахло цветами, кое-где висели плакаты рок-групп, но в основном ничего не выдавало хобби девушки. — Может, чаю? — девушка чувствовала себя неловко в своем же доме, она не знала куда посмотреть и что сказать, и это была единственная фраза, которую Мэдисон посчитала уместной. — А можно кофе? — Дэнни также чувствовал себя странно, но не подавал виду, старался оставаться спокойным, но про себя думал: как действовать в сложившейся ситуации и как говорить с девушкой, которой несколько недель морочил голову. Уорсноп с интересом рассматривал висевшие на стенах картины, видимо, в этот момент он стал резко любить искусство. Он открыл в себе и другие таланты: например, увидев на подоконнике растение с колючками он с серьезным видом обратился к девушке: — Оу, а это ведь кактус? Мэдисон, варившая кофе на кухне, выглянула из-за стены и молча кивнула головой. Дэнни улыбнулся, как ребенок, получивший похвалу от родителей, и продолжил экскурсию по квартире девушки. Как только девушка с подносом в руках вошла в гостинную, где расхаживал рыжеволосый рокер, напряжение между ними выросло в несколько раз. И в этот самый неподходящий момент, как гром среди ясного неба, раздался телефонный звонок. Пара кинула удивленные взгляды друг на друга, а затем Дэнни достал телефон из заднего кармана джинсов, посмотрел на экран и поморщил нос. Ответить ему все же пришлось, так как он знал: Марки умеет быть надоедливой. Как только он ответил на звонок, на него тут же вылилась целая бочка негатива. — И какого, спрашивается, черта ты свалил? — девушка явно была зла, когда, проснувшись посреди ночи, обнаружила себя одной в постели. — Мог хотя бы предупредить! — Ты сейчас серьезно? — Дэнни старался не повышать голоса, на сколько это, конечно, возможно. — Да ты и говорить-то не могла! Да и вообще-то, я занят, не звони. Мэдисон молча наблюдала за парнем, закусив нижнюю губу. Для нее была странной эта ситуация: завалившийся к ней посреди ночи Уорсноп, его странные разговоры... да что он себе позволяет? Наконец музыкант не выдержал и грубо пояснив Марки, что звонить ей действительно не стоит, отключил телефон и бросил его на кресло. Затем он сел за столик напротив Мэдисон. — Извини... — За что? — Мэд смотрела на чашку с кофе, никак не решалась поднять глаза на парня. — Думаю, если я начну перечислять, это не хорошо кончится. Девушка сделал глоток напитка и, наконец, одарила Дэнни не самым дружелюбным взглядом. — Я уверенна, — она говорила четко и громко, чего сама не ожидала. — Что хуже, чем сейчас, закончиться не могло. Уорсноп нахально откинулся в кресле и сложил руки на груди: — Хах, оно и началось не очень хорошо. Наше общение. Тебе не кажется? И не говори, что я один виноват. — Я виновата только в том, — девушка сжала в ладонях чашку, — Что вообще доверилась тебе. Не надо было этого делать. Я ведь всегда знала, что ты такой... — Какой? — теперь молодой человек придвинулся ближе к девушке со скептическим выражением лица. — Да ты просто псих! Ты эгоистичный алкоголик с манией величия! — Уже? А ведь был "любимым", хм... Казалось, Дэнни просто нравилось бесить девушку, она поднялась с кресла, небрежно поставила чашки на поднос и хотела унести их обратно на кухню, но неосторожно развернулась, зацепилась за край дивана и свалилась на пол, обливаясь горячим кофе. Уорсноп наблюдал за этой картиной, приподняв одну бровь. — Хэй, тебе помочь? — обратился он к уже лежащей на полу девушке. Она проигнорировала его вопрос, поднялась и оценила масштаб катастрофы: разбросанные повсюду осколки и лужи кофе были ничем по сравнению с тем, что ее любимая толстовка и плед были покрыты огромными темными пятнами. — А ты умеешь злиться, — продолжал издеваться Дэнни. — И все-таки, я помогу. Он начал подбирать осколки с пола, девушка смотрела на него сверху, и тут, неожиданно для обоих, по ее щекам покатились слезы. Она громко всхлипнула, Уорсноп поднял голову и обеспокоенно обратился к Мэдисон: — Если ты из-за этого, то я все уберу, — он показал на стекла на подносе, но девушка покачала головой. Она присела на края дивана, вытирая слезы рукавом, а Дэнни растерянно стоял рядом. Он не придумал ничего лучше, чем осторожно обнять девушку за плечи. Мэди прижалась к нему, и продолжала плакать, чему никак не могла найти причину. — Вообще-то, я думаю, я действительно эгоистичный алкоголик. Если тебе станет легче, я знаю, что поступил как последний мудак. И я раскаиваюсь, видишь? Я же здесь. Девушка подняла голову, пытаясь понять, он серьезно или снова шутит? Но Дэнни был серьезен как никогда. И "никогда" здесь ключевое слово. — Я ведь говорил, что не встречаюсь с фанатками. Они всегда очень эмоциональные и слишком многого от меня ждут. Да, было пару печальных опытов, — он вздохнул, продолжая обнимать девушку. — Но ты ведь не просто фанатка. И с тобой мне было интересно... Может, даже что-то большее. По крайней мере, я это понял, когда вернулся в город. Я отвык от Марки. Отвык за чертовы две недели. Мне стало скучно. Я постоянно вспоминал. Мэдисон ожидала продолжения, но вместо этого музыкант поцеловал ее в лоб. Девушка успокоилась, но не хотела думать, что все это было для ее успокоения, она хотела большего. И они оба это знали. По крайней мере, языки пламени в глазах Дэнни давали об этом знать. Девушка потянулась к губам парня, и тот с глухим стоном притянул ее к себе, впиваясь поцелуем, таким жадным и глубоким, что сводил с ума. Уорсноп сжал ее талию мощными руками, и стал толкать куда-то в сторону, к ближайшей поверхности — к дивану. На ходу он снимал с себя футболку, толчок — и девушка лежит, а Дэнни, ядовито ухмыляясь, сжимает ее бедра и нависает сверху. Мэдисон не остается ничего больше, как поддаться и просто лежать. Парень сделает все сам. Он улыбается, пытаясь снять с нее промокшую толстовку, кидает ее на пол и продолжает лишать остальной одежды, оставляя девушку в одном белье. Простым движением он расстегнул бюстгальтер и отправил вслед за кофтой. Мэдисон не успела сделать и вздоха, как осталась совершенно без одежды. Дэнни издал рык, и прижался к шее девушке, оставляя на месте поцелуя багровый засос. Девушка издала едва слышный стон, запустила руку в волосы парня. Он воспринял это как сигнал к дальнейшим действиям, наскоро избавился от джинсов. Дэнни прижался к телу девушки, и она уже могла почувствовать возбужденный член внизу живота. Мэди взяла ситуацию в свои руки, стянула с парня боксеры — но это все, что он позволил ей сделать. Все так же хищно улыбаясь, парень вошел в нее, одним толчком, сильно и резко, как он любит. Мэди выгнула спину, чувствуя пульсирующую плоть внутри себя. Но сильная рука тут же прижала ее вниз. И снова глубокие, рваные проникновения порождали громкие, протяжные стоны обоих. Дэнни с силой проникал девушку, как ей казалось, с каждым разом все глубже и глубже, хотя это уже было невозможно. Время потеряло смысл, все ощущения слились в одно, такое сладкое, но такое мощное, тянущее чувство внизу живота. Толчки ускорились, стали еще более сильными. На минуту девушке показалось, что она уже не может дышать, не может кричать или издавать стоны. Она лишь выгибалась навстречу партнеру, в глазах потемнело, а уши и вовсе заложило. Мэд почувствовала, как трясется тело Дэнни, как сокращаются его мысли. И вот, словно сквозь сон она услышала финальный стон Уорснопа... Дыхание начинало постепенно восстанавливаться, пульс возвращался в привычный ритм. Дэнни играл с рыжим локоном волос Мэдисон, а она в свою очередь водила пальцами по его груди. — Знаешь, мне кажется, бильярд действительно моя любимая игра... Она проговорила это почти шепотом, Дэнни улыбнулся и поцеловал девушку в кончик носа. — Можем играть когда пожелаешь.