Демон на каникулах

Почти десять лет спустя… пов Леха «Вставать, да? Просыпаться? Вот прям так сразу? И в ресторан не сводишь? Я так не играю…» — вел мысленный монолог с Солнцем. Оно бессовестно продиралось в комнату сквозь задернутые занавески. И побуждало к действию. Мягкость кровати окутала меня, одеяло обнимало нежней любой девушки или, что еще круче, парня. Я утопал в пучине сладкой истомы. Подушка шептала мне слова вечной любви… Ну за что мне ее бросать? О, моя постель. Но осознав бессмысленность промедления, я спихнул себя на пол. — F-u-u-uck! — Как знал, что это плохая идея. Марево сна слетело и рассыпалась звонкими осколками боли, впилась иголками в ребра, лопатки, спину, ноги. Ан нет! Это не осколки, это моя замечательная мамашка раскидала руны по полу. А убирать кто будет? Домовой? Черт, я уже устал. Отскребаю маленькие холодные камешки, изрезанные узорами, и ссыпаю в черный шелковый мешочек. Он лежит тут, рядом с кроватью. Хоть его оставила, заботливая. Иду в ванную и вижу в зеркале трындец. Да, именно так это называется. Заспанное, рыжее, мутноглазое дно. Что ж, доброе утро. Это дно обожает весь лицей, внезапно. Мне в этом году выпускаться, а меня ненавидит всего-то химичка. Что я за рок звезда с одним хейтером. Беда, а черный пиар. Все остальные наверное, восхищаются моими музыкальными способностями, могу сыграть что угодно и на чем угодно, хоть симфонию Баха на хендпане и «we will rock you» на виолончели… Правда, такие музыкальные извращения они не всегда воспринимают. Не доросли еще, подмигиваю я своему отражению. Тем временем окручиваю холодный кран, подставляю руки под обжигающую воду и умываюсь. Снова смотрю в зеркало — да так лучше. Однозначно. Прикасаюсь посиневшими пальцами к крану вновь, завинчиваю. Да что они могут понимать? Где мой клетчатый халат? А, вот он. Погружаюсь в теплоту пушистой ткани. И скриплю половицами на кухню. Так что они могут понимать? Я восходящая рок-звезда, ясно? Играю почти на всем, что издает звуки, и пою. Иногда одновременно. Обладатель тучи музыкальных грандов и призов. Да что они понимают? Ну и что, что не въезжаю в школьную программу?! Да, не принесу никакой пользы и так умирающему обществу. Но умирать — так с музыкой. С этими страшно умными мыслями добираюсь до кухни. Почти трезвым взглядом окидываю пространство миниатюрных и древних, пардон, винтажных навесных шкафчиков. Подхожу к тому, что ближе к бежевой плите. Ногам становится холодно, кафельный пол и все такое. Но я ж горячий украинский парень, мне не привыкать. Дверца со скрипом открывается, нашариваю банку с кофе. Ложку рядом не нахожу, ну и ладно. Ловким движением вытряхиваю нужное количество в кофемолку. Шумлю пару минут, потом засыпаю все в турку. Чиркаю спичкой рядом с газом и ставлю кофе на прутья плиты. По кухне разливается божественный запах. Интересно, почему парфюмеры не сделали до сих пор кофейные духи? Наливаю концентрированное счастье в смешную чашку с совами. Делаю первый глоток. Вкуснотаа! Мельком взглянул на настенные часы. Черт, сколько времени?! Хоспаде! Я опять опаздываю! Чеееерт- Черт- ЧеЕЕЕЕрт! Залпом вливаю в себя остаток кипятка. Так, где тут у меня были штаны?! Метаюсь зигзагами по кухне, спотыкаясь о стулья и стол по настроению. Эй?! Штаны, мать вашу, я не шучу выходите! Ах, вот вы где. Джинсы лежат под обеденным столом, ну действительно, где же им еще быть-то! Натягиваю их, вспоминая об отсутствии маман. Интересно, это она уже ушла или еще не вернулась? Ну да ладно. Так, тут где-то была футболка с целующимися ребятами из Three days grace… Нет?! Как нет?! А-а-а… А с Тоторо? Тоже нет. Ну в кого я такой... ? Шлю все к черту и застегиваю кожаную куртку на голом теле. Бегу к входной двери и запрыгиваю в мартинсы, но шнуровать их времени нет. Хватаю сумку, она всегда ждет меня в коридоре, я ее не разбираю, к черту формальности. Надо взять лиру. Да, электро-лиру. Да. Закидываю чехол с инструментом на плечо, на другое — рюкзак, захлопываю дверь. Бегу на лестничную клетку и запрыгиваю на мной лично полированные деревянные перила. Кружу по ним до первого этажа. Рывком бросаюсь к парадной двери. Вот вспышка света, бегу наугад пару мгновений, вижу автобус. Давай, Леха, ты успеешь! Залетаю в закрывающуюся дверь, сбивая какого-то мужчину. — Прошу, прощения. Успел. … или нет. Сейчас узнаем. Для этого нужно пройти квест с вахтером и химичкой. Насчитываю пятую остановку и кошкой выпрыгиваю в открывшуюся дверь, спотыкаясь об дырку в асфальте, уже не так грациозно, лечу коленом в бровку. Джинсы издают печальный вздох и рвутся на колене. Не глядя на дырку, вскакиваю и экстремально быстро хромаю в сторону железных ворот школы, около двухсот метров. Нога саднит и требует внимания. Но я срываюсь на бег и влетаю в по ступеньками в школу. Так, первый пошел. Ученический по тому самому закону лежит где-то в недрах ада или рюкзака, так что мне с нелепой улыбкой приходится вытряхивать содержимое на пол. Ручка, тетрадка, гайка, скетчбук, ноты, сука, все что угодно, но не ученический. — Алеша, давай быстрее. Или скажи номер ученического, мы же не сможем тебя пустить внутрь после звонка. — говорит вахтерша. — Да, знаю я. — вздыхаю, рассеянно шаря по карманам кожанки и… нащупываю сраную пластиковую карточку. — Держите — кладу на стойку вахтера оранжевый кусок пластмассы и группируюсь для прыжка через турникет. Да, у нас в лицее турникет не пускает неугодных и опоздавших внутрь. Вы чувствуете элитность заведения, не правда ли? — Погоди, Леш, я же еще тебя не записала. — Потом — кричу я перелетая через три железные лапы вредной машины, оттолкнувшись рукой от черной головы с красным и зеленым глазами- лампочками. Охранник дергается за мной, но я уже на лестнице в турбо режиме прыгаю по ступенькам на третий этаж. Звук звонка. Он настигает меня на лестнице, и я прибавляю еще скорости, оставляя за собой небольшой кровавый след. Несусь по этажу и считаю -Двадцатый — двадцать первый кабинет, вот он «22». Дверь скрипит и мой взгляд встречают серые глаза глаза химички. Квест продолжается. — Леша. Выйди за дверь и постучи, как тебя учили, а потом заходи. — курчавая женщина сверкнула очками и улыбнулась. — Вы это мне? — мы в эту игру уже второй год играем. Ей, походу, не надоело, а мне — давно. Пробираюсь к задней парте. — Ты видишь здесь еще опоздавших, которые так некультурно заходят без стука и извинений? — Мои легкие набирают побольше воздуха, и я звучно выдыхаю, в попытке восстановить ритм. Парта прогибается под тяжестью рюкзака и футляра с лирой. — Я здесь вообще не вижу опоздавших. — Отодвигаю стул и смотрю опять на нее. — А так как со зрением у меня все в порядке — вам стоит сходить к психиатру. — Зачем? — Разворачивается к классу спиной пишет тему урока на зеленой доске — «степени окисления атомов металлов в соединениях» — читаю я и сдаюсь хоть что-либо понять. — Это симптом. — Сажусь за парту и кладу перед собой тетрадь с покемонами. — Чего? — Шизофрении. — Леша! — Да, Елена Федоровна? — К директору! Немедленно! — А, можно после урока, а не вместо? У меня слишком страшная тяга к знаниям. —одноклассники заулюлюкали. — Нужно, Алешенька. При том со мной.