Never let me go

Глаза завязаны, я передвигаюсь с помощью руки Гарри. Куда он меня тащит? - Еще немного, - протягивая, говорит он. - Сколько? - Немного. Я чувствую ветер, развивающий мои волосы, и вдыхаю запах. Мы на улице? Гарри притягивает меня к себе за руку, и я медленно подхожу к нему. Мои глаза закрыты, я ничего не вижу. Я не вижу Гарри. Хочу видеть его. Тянусь к повязке, но кудрявый снимает ее раньше. Я начинаю осматриваться. Мы на крыше. Нет, не просто на крыше, черт возьми, мы на крыше высотного здания! Я боюсь высоты! - Гарри! – я цепляюсь за свитер парня и прижимаюсь к нему. - Ты боишься высоты? – потому что сверху можно легко упасть. Наверху неизвестность, хоть тебе и кажется, что оттуда все видно, - Сделай глубокий вдох, - я сделала, как он сказал, - а теперь выдох. - Отойдем от края? Гарри улыбнулся приобняв меня, мы отошли подальше. Черт, как же мне спокойно в его объятьях… пока возможно я вдыхаю этот чарующий запах, который сводит меня с ума. Гарри усаживает меня на плед рядом с собой. - Зря я привел сюда самоубийцу. - Несостоявшуюся самоубийцу, - уточнила я. - Разве? Я думал, что ты мечтаешь умереть. - Я хочу умереть, - я выделила второе слово, - но мечтать интересно о чем-либо недосягаемом. - Гарри хмыкнул, - Все же, когда я перестану мечтать? Мне ведь уже поздно. Я ведь мечтаю только рядом с тобой. - О чем же ты тогда мечтаешь? - Жить. Сейчас это мне кажется самым недосягаемым. POV Harry Мне не послышалось? Джессика хочет жить? Нет. Она мечтает жить. Она мечтает об этом рядом со мной. Значит, я у цели. - Знаешь, - Джессика снова заговорила. Я лег на плед чтобы внимательно слушать ее, - в детстве я думала, что смерть – это сон. Человек работает, бегает, развлекается, а в пятьдесят – шестьдесят лет… нет, короче говоря, пока не выбьется из сил. Потом этот человек устает и чувствует, что его глаза слипаются, испытывая потребность в сладком долгом сне. Тогда человек засыпает. Ему снится сладкий сон. Этот сон настолько реален, что человек не просыпается. Не хочет. - Что тебя переубедило? - Когда умер дедушка, я начала трясти его за плечи. Я кричала и плакала. Я знала, что бы ему там не снилось, он не оставит меня. Особенно, когда я так хочу его вернуть. Мама сказала, что все… Я заметил на щеке Джессики дорожку, которую оставила слеза. - Тебе, правда, так казалось? - Мне было шесть лет, Гарри. Джесс усмехнулась, а я представил маленькую девочку в больнице, которая в отчаянии пытается разбудить своего дедушку, но не может. Сердце сжимается. Глаза закрыла пелена слез, и я, пока не расплакался, вытер их. Джессика легла на живот и подперла голову рукой. - А ты, что расскажешь? - Ну, я тоже был не очень хорошим парнем. Клубы, алкоголь, де-е-е-е-евушки, - Джесс усмехнулась, - я делал татуировки, а мама говорила, что они бессмысленные. Тогда мне казалось, что мама неправа, но со временем понял, что она права. Я застегнул куртку, так как подул сильный ветер. - От прошлого нельзя отказаться, Джесс, - она непонимающе на меня посмотрела, - прошлое следует забрать с собой в будущее. - А если оно причиняет мне боль? - Разве не все мы проходим через боль, чтобы найти свое счастье? А еще, разве Зейн не прошлое? - Нет. Зейн начало моего хорошего настоящего, Гарри. Он не остался в прошлом. Он еще со мной. Я промолчал. Зейн так много для нее значит. Так же как и она для меня. Да, мне очень трудно признать свою привязанность к ней. Мне трудно признать, то насколько сильно я нуждаюсь в ней. Нет, не трудно. Я просто не хочу этого признавать. Ей не нужно знать, что я привязан к ней. Привязан прочными цепями, которые словно кандалы удерживают меня рядом с ней, но только разница в том, что моя привязанность добровольна. - Что ты собираешься сделать с родней? Как подготовишь их к своей смерти? - Не знаю, - Джесс накручивает прядь волос на палец и рассматривает концы, - жизнь – мечта, которой я не добиваюсь, так как рано или поздно умру. Снова слезы. Что делать? Заплакать? При Джессике? - Не оставляй меня, - сказал я раньше чем успел подумать. - Что? - Я не хочу, чтобы ты оставляла меня, - и снова. Мой мозг выплевывает эти слова раньше, чем обдумает. - Ого, - я услышал нотки разочарования в ее голосе, - что это значит? - Наверное, то, что ты и Луи мои лучшие друзья. Я не хочу терять хотя бы одного из вас. Однажды, я совершенно случайно оказался в нужное время в нужном месте. Тогда миллионы дорог сошлись в одной точке. - На том пляже… - Джессика посмотрела на небо, - красиво правда? - Что? - Восход солнца. Это, то чего мне будет не хватать. Уже восходит солнце. Все же я не зря притащил Джесс сюда в пять утра. Ее мама, наверное, злится. - Я хочу спать, - зевая проговорила Джессика. - Домой? - Нет, здесь, - она похлопала рядом с собой, - мне будет холодно, если ты уйдешь. Я усмехнулся и прилег рядом с Джесс. Дурочка убежала из дома и даже куртку не надела. Сняв с себя свою, я накрыл ею Джессику. Она прижалась ко мне и минут через пятнадцать начала жутко храпеть. Иногда чужой человек может услышать нас, даже если мы молчим, когда некоторые близкие люди не могут услышать нас, даже когда мы говорим.