Логово минотавра

А вы знаете, что когда-то быть сиротой было преступлением? По крайней мере, на Артеме, - шестнадцатилетнем крохотном худощавом омеге с русыми волосами, спускающиеся ниже плеч (стричь их каждый раз возможности не представлялось); карими глазками и выступающими от голода косточками, - это подобие закона, созданное буквально для него, непрекословно действовало. Ему было тогда восемь. Но он отчетливо все помнил, как в кошмарном сне. Когда он со своей семьей ехал на званый бал, на карету напали разбойники. Их, видимо, привлекла ее яркая, дорогая раскраска. Они с легкостью обезвредили охранников-бет, ехавших за ними, благодаря своей численности. Папа-альфа пошел посмотреть, что там за шум снаружи и почему они остановились. Больше его не видели. Говорят, что он пропал без вести. Оставшись со вторым папой наедине, мальчик притих, пытаясь не мешать и не привлекать лишнего внимания, так как мало что мог сделать. Но это не помогло, и вскоре дверь распахнулась, и трое мужчин вытянули папу на улицу. Артем кричал, пытаясь удержать его и не отдавать им, но мальчишку отшвырнули как мусор. Русоволосый больно ударился головой, но больнее всего было смотреть, как его папочку обездвижили и надругались над ним прямо у него на глазах. Ребенок отворачивался, плакал, но не мог убежать, избежать всего этого. Потом он потерял сознание. Неизвестно, сколько так провалялся. Разбойники его не тронули, а лишь оставили там, куда кинули в самом начале. Проезжающие мимо люди заметили мальчика и забрали. Но он им был не нужен, и они оставили его в первом городке. Артем жил, точнее выживал. Уже в восемь лет он распробовал вкус взрослой жизни. Мальчик всячески избегал людей, правосудия, скрывал свою личность. Искал деньги на пропитание и жизнь. Но сложнее всего было во время первой течки. Юноша понимал, что безрассудно ходить по улицам в таком виде. Тут жизнь, наконец, сжалилась над бедняжкой - священник-бета, добрейшей души человек, разрешил пережидать эти недельки, но навсегда он оставить юношу не мог. Все должно быть уравновешенно, как в весах. И если одна из чаш станет хотя бы на грамм легче или тяжелее другой, то весь мир, который поддерживали эти весы, рухнет. В жизни Артема горе и боль весило намного меньше счастья. Поэтому больше удачи русоволосому не суждено было увидеть. А за счастливую случайную встречу со священнослужителем ему предстояло сполна заплатить. В свой шестнадцатый день рождения юноша таки попался в лапы законников. Долгое время решалось, что будут с ним делать - в приют отдавать было уже поздно, в тюрьму рано. Вот и отправили бродящего нищего на далекие острова с полным правом распоряжаться его судьбой другим людям, лишь бы те не вернули мальчугана назад.

***

Темно-зеленые волны с белой пеной на хребте с оглушающим грохотом разбиваются о скалы, окружающие остров с северной стороны. Остров Крит. На песчаном берегу бухты, стоило Артему и еще нескольким его сопровождающим сойти на берег, их встретили четверо мужчин в длинных до пят рясах. Все четверо были омегами, так что бояться за свою честь парню было пока рано. Они подхватили русоволосого под локти, как только того довольно жестоко кинули им навстречу. Тихое злобное шипение жителей Крита было вместо приветствия. Они шли долго. Артем часто спотыкался, то о корни, выглядывающие из-под земли, то о камни, но не падал, потому что четыре пары рук ловко подхватывали его. "Что они со мной сделают?" - вертелась единственная мысль в русой голове парня. Дойдя до городка, расположенного примерно в центре острова, Тему заточили в сырой тюрьме. Из разнообразия интерьера камеры был лишь пучок соломы, служивший заменой кровати. Спать на ней парню пришлось три дня, а после его вызвали, видимо, к главному монаху. Мощный альфа восседал на троне и величественно смотрел на привезенного пленника. У альфы на него уже были планы. Они появились до того, как этого паренька привезли. Сказав что-то своим подчиненным, он брезгливо отвернулся от кареглазого. В тот же момент Артема опять подхватили и ослепили чем-то резко пахнущим и слегка липким.

***

Беспокойные перешептывания на не известном языке смолкли, шаги за спиной затихли, а видеть парню все еще не разрешили. Руки и ноги были связаны, а во рту кляп, поэтому бедняжка мог, только молча извиваться, пытаясь хоть что-то изменить. Но это довело лишь до того, что ослепленный юноша глухо упал на колени. Сзади него послышались размеренные шаги и грозное рычание. Нос омеги ощутил запах сильного альфы, а Тема, как стоял на коленях попой вверх и опирался руками о землю, так и замер, судорожно придумывая, что это может быть. Грозное рычание повторилось, эхом раздаваясь позади. - Еще нового принесли, - гортанно зарычали сзади, уже так близко к русоволосому. - Раздобрели частыми жертвами, - уже довольнее сказал альфа. В следующее мгновение омегу обхватили за талию, подняли рывком и, закинув на что-то мягкое, понесли в неопределенном направлении. Рискнув, Темка замычал что-то невнятное. Его лицо полоснуло нечто острое и тряпка, закрывающая его глаза, спала, разрезанная на две части. - Кляп тебе рано, а то кричать будешь, - рыкнул альфа, не останавливаясь. Осмотревшись, омега понял, что его несет мужчина на своей довольно крепкой и широкой спине. Но почему-то его спина была в густой черной шерсти до лопаток. Обнаженный загорелый торс, а после опять шерсть, доходящая уже до колен, вывернутых вперед. Маленький подергивающийся хвостик, как у зайца, только намного темнее. Вновь обнаженная темная кожа, - Тему ощутимо дернуло, - вместо ног у мужчины были копыта. Существо вскоре дошло до своей цели и, сбросив унесенный груз, хорошенько оглядело кареглазого, дав возможность так же внимательно и ему осмотреть себя. Торчащие из черной гривы рога устремлялись дугой вверх. Миниатюрные ушки, дергающиеся из стороны в сторону временами, они явно принадлежали не человеку. Но довольно приятное лицо с черными как угольки глазами. Острые скулы, с горбинкой нос, темные губы, выступающие ключицы. Потемневшие ореолы сосков, рельефный живот, а ниже опять густая шерсть. Они находились в просторной пещере. С острых сталактитов стекали прозрачные капли и падали в лужи на полу. Их тихий звон катался эхом по всей пещере. Через вырубы в стене в пещеру попадали солнечные лучи и играли в шерсти существа, принесшего омегу сюда. Посмотрев на своего пленника, и поняв, что он судорожно кричать не собирается, альфа вынул из его рта кляп. - Сатир... - выдохнул Артем после минуты просто открытого рта. Черноглазый альфа изумился, услышав родной язык. Но вскоре пришел в себя и возразил: - Местные меня зовут минотавром. Но ты прав. - Я Артем, - робко рискнул познакомиться русоволосый. - Гримм, - усмехнулся брюнет. - А зачем Вы меня сюда принесли? - наконец, решился задать главный вопрос омега. И увидев кривую ухмылку, обнажающую острые клыки, содрогнулся всем телом и пожалел о своем любопытстве. - Ты жертва, принесенная мне, - его угольки глаз сверкнули. - Когда я проголодаюсь, я тебя съем. - Как всех до этого? - ужас отразился в карих глазах парня, но его губки все равно двигались, продолжая задавать вопросы. - Да, - легко согласился с ним Гримм. - А пока живи. Можешь не стараться убегать, я тебя чую за километры, - разрывая веревки на руках и лодыжках парня. - Если постараешься, я сохраню тебе жизнь, - уже уходя, советовал сатир. Тёмка лишь сглотнул, не желая даже примерно представлять свое печальное будущее.

***

Вскоре Гримм принес к нему гору шкур, предлагая заменить ими кровать; и большой кусок обжаренного на огне мяса. Посмотрев на то, как омега морщится от одного вида своего будущего обеда, Гримм посмеялся от души и заверил, что это не человечье мясо, а олененка, пойманного сегодня утром. Он даже божился принести почти разделанную тушку животного, но этого не потребовалось - Тема поверил. Сомнительная забота брюнета лишь еще больше насторожила парня: "Зачем так возиться со своей будущей едой". Но стоило сатиру скрыться, как Артем набросился на мясо - есть хотелось уже давно, поэтому брезговать им было бы расточительно. Набив живот, он свалился на шкуры, - они, кстати, были очень мягкие и теплые, - и безмятежно уснул, думая: "Если умирать, то хоть довольно-таки счастливым". Уже закрыв плотно глаза, парень не видел, как хозяин пещеры еще долго смотрел на своего нового гостя, оперевшись о каменную стену и усмехался, думая о своем.

***

Тонкие блеклые лучи света проникали через вырубы в стене, пуская на каменное препятствие напротив солнечных зайчиков. Когда ты лежишь укрытый теплой меховой шкуркой, даже самая склизкая и холодная пещера покажется тебе уютным гнездышком. Потянувшись, Артем сбросил с себя своеобразное одеяло, весь сон хорошо согревавшее его. Даже быть съеденным в такое замечательное утро не хотелось. Все тело уже чесалось, все-таки не стоило забывать о гигиене, но как с ней быть в данной ситуации? Соскользнув ногами на пол, омега неуверенно пошел вон из пещеры, захватив с собой одну шкурку. Если все получится, то она ему понадобится. - Э-э-э... Гри-имм, - еле слышно позвал кареглазый хозяина. Если он уйдет без спроса, то будет плохо. Не найдя никого, парень все же рискнул и вышел из пещеры. Его не покидала надежда, что сатир на улице. Но это было не так, вообще никакой живой души вокруг не было, поэтому юноша осторожно двинулся в направлении журчащего совсем рядом звука. Белоснежное искристое озеро распростерлось в нескольких метрах от пещеры, находившейся в гуще дремучего леса. Игриво шептала вокруг листва, порхали юркие птички. Густые кусты будто отгораживали водоем от окружающего мира. "Надо наслаждаться жизнью при любой возможности" - подумал омега и стянул с себя потертые штаны, уже распускающийся в нескольких местах свитер и истоптанные годами сапоги. Эту одежду он подарил себе на последний день рождения, стащив их у кого-то. Оставшись обнаженным, юноша опять потянулся, подставляясь лучам солнца, и с разбегу нырнул в прохладную с утра воду. Жаль, что он не умел плавать, поэтому был лишь возле берега. Но даже просто ощутить освежение всем телом было невыносимо приятно. А если еще и хорошо обтереть лекарственными и довольно очищающими листьями растений, давно известными парню, и найденные по пути к озеру, все тело, вообще прекрасно будет. Таким образом и наслаждался парень чистотой, плескаясь в воде.

***

Сильный запах омеги всю ночь будоражил его сознание. Поэтому стоило восходящему солнцу осветить родной лес, как сатир буквально вылетел из пещеры и отправился на утреннюю охоту, пытаясь там отвлечься. "Почему он не напал на меня, пытаясь защититься, или хотя бы закричал? Тогда бы я смог убить его, как всех остальных!" - рассуждал про себя Гримм, выслеживая молодого кабаненка, так беспечно разгуливающего в поисках валяющегося на земле желудя. Но даже отвлеченность не смогли помешать врожденному охотнику упустить добычу. Брюнет уже возвращался домой, как до его чутких ушей донесся нежный голосок омеги, звавший его. Уже почти дойдя до входа в пещеру, он увидел, как паренек с темной шкурой в руках, осматриваясь по сторонам, вышел из пещеры и куда-то направился. Сатир уже понадеялся, что тот захотел убежать, но не тут-то было. Юноша безошибочно добрался до озера, расположившегося рядом и, быстро раздевшись, вошел в водную гладь. Худощавое тело, выступающие косточки. Русые волосы, до этого собранные не понятным способом на голове, заструились по плечам. Худенькая спинка. Маленькие округлые ягодички. Ручки и ножки, будто спички. И одурманивающий запах омеги, исходящий от него все больше и больше, стоило мальчишке потереться листочком то там, то тут. Мощный, свойственный животному, налившийся кровью член показался между длинной темной шерстью сатира. Гримм положил на орган свою большую руку и, оперевшись о ствол дерева, но скрываясь в его тени, сильно сжал темную головку, начав массировать ее. А после заскользил ладонью вверх и вниз, гоняя по длине кожицу. Тем временем он представлял, как вставит его в узкое колечко мышц омеги, как сильно укусит парня за шею, впиваясь в нежную кожу длинными клыками и ставя на нем свою метку. И как будет вдалбливаться в него, схватив за тощенькие бедра, а парень будет громко стонать и кричать, надрывая горло. Вдоволь искупавшись, Артем вышел на берег, так беспечно показывая альфе свои мокрые волосы, с которых скапывали остатки воды и устремлялись в резвый танец еще ниже. Искрящиеся радостью карие глаза, сияющую улыбку. Острые плечи, ключицы, на которых прокладывала свою дорогу вниз очередная капля. Сильно очерченные ребра, плоский животик. Совершенно спокойное аккуратное достоинство*. Тоненькие ножки, кажется, будто если он сейчас сделает хоть малейшее не правильное движение, то просто сломается. Потяжелевшие яйца брюнета поджались от увиденного. Еще пара резких движений и сатир изливается себе в руку довольно вязким семенем. Уже возвращаясь домой, Гримм краем зрения заметил, что Тема укутался в шкурку и, наклонившись всем телом, начал застирывать свои вещи в озере. "Чистоплотный какой."** - мелькнула невольная мысль у мужчины. ________________________ (комментарии автора) *Член-малютка **Темка-полоскун