Кактус

ХекДже выходит из туалета, расстегивает несколько верхних пуговиц рубашки и злобно смотрит на ШинДона. – Ты зачем выпустил его?! – администратор мнется, не знает, что сказать, путается в словах и, когда начальник уходит, удивленно смотрит на Хичоля. – Он сейчас не знает, злиться или улыбаться во все тридцать два. Сейчас перебесится и все будет хорошо. Хек начинает метаться по клубу в поисках «нового» танцора, о котором его уже успели спросить несколько знакомых, теперь другие владельцы клубов хотят себе таких же мальчиков. – Так, где ты его нашел? – старый знакомый подходит к ХекДже, тот пьет сок у барной стойки, сканируя взглядом толпу. – Коммерческая тайна, таких как он, там больше нет… Ми, да где этот ангелок? – бармен удивлено смотрит на начальника и кивает на лестницу второго этажа. Мужчина качает головой, думая, что он идиот, комнаты - это единственное место, которое он не проверил. – Ну, я ему сейчас… – А что такое? – не понимает знакомый, удивленно глядя на хозяина клуба. Начальник только отмахивается, бросив: – Не разделся до конца! Хек поднимается на второй этаж, оставив стакан с соком на барной стойке, а заодно, в довесок, оставив там и своего конкурента, которому бармен уже начал заговаривать зубы. Мужчина сразу направляется в свою комнату. Подойдя к двери, слышит слабый звук льющейся воды и, зайдя в свою мини–квартиру, осторожно проскальзывает в ванну, двигаясь абсолютно бесшумно. ДонХэ умывает лицо, смывая косметику, ожесточенно трет глаза кулаками и блаженно улыбается, немного приводя себя в порядок. Когда ХекДже кладет ладони на его талию, он подскакивает и нечаянно обрызгивает мужчину: – Ты вообще обалдел подкрадываться так?! А если бы у меня инфаркт был, или я в руках что–то стеклянное держал?! Я же в голову тебе мог попасть! – Хэ берет полотенце, висящее на батарее – «змеевике» и быстро вытирает мокрое лицо с влажной челкой. – У вас там жарко, советую поставить кондиционеры, а то твои танцоры помирать за кулисами будут. Там надо… – шатен смотрит на мужчину, который пристально разглядывает его и одним резким движением прижимает младшего к раковине, а затем, подняв над землей, сажает на стиральную машинку, которая стоит рядом. – Ты чего? – ДонХэ, ты сейчас что сделал? – Станцевал, разве не понравилось? Ты сам говорил, что я бы произвел фурор. Нечего было заявлять, что я не умею танцевать! Я умею обижаться, но еще лучше я умею доказывать свою правоту. Как я понимаю, всем понравился мой танец… – Хэ мило улыбается и складывает руки на груди. – ХекДже, ты сам виноват, нечего было меня обижать, я хороший, между прочим, а вот ты… – Ты вообще понимаешь, что теперь ты от меня вообще никуда не денешься? – на губах мужчины появляется довольная усмешка. – Ты теперь мой и этого не изменить. – В смысле? Я же просто танцевал! – А ты не догадываешься, какая была реакция на то, как ты мстил мне? Такой наивный мальчик, ты ведь не думал о последствиях… – ХекДже наклоняется к младшему и целует его в кончик носа. – Теперь, такого как ты, а возможно и самого тебя, хотят все владельцы стриптиз клубов в Сеуле. Но достался ты мне и я уж никому не отдам своего главного танцора, – мужчина наклоняется еще ниже, не позволяя младшему отстраниться, и, осторожно целуя его в шею, начинает покрывать теплую кожу поцелуями. – Ты сам пару часов назад… Хек... Не надо… – тихо шепчет студент, чувствуя, как на его шее появляются следы от зубок старшего. Старший оставляет метку, а затем все ниже и ниже спускается к обнаженной груди. Ладошки, упирающиеся в его плечи, нисколько ему не мешают. ДонХэ еще не успел одеться после шоу и сейчас он все еще в одних джинсах. – ХекДже… – мужчина прижимает парня к себе все крепче, теплые ладони ложатся на лопатки и красноволосый рывком прижимает того к себе. – Это ты виноват, что мне так снесло башню! Чертов скромник с кактусами, можно узнать, что ещё я о тебе не знаю? Да как ты вообще додумался до такого?! Пойти на сцену и танцевать перед всеми?! Это нужно было делать в моей спальне, только для меня! – шипит ХекДже, возмущаясь всеми фибрами души. – Я следовал твоей философии, Хек. Ты сам говорил, что стриптизу не мешают отношения, чувства становятся не важными, когда ты на сцене, вот я и проверил это! – ДонХэ замирает, когда понимает, что мужчина начинает закипать. – Это можно мне, а не тебе! Ты танцевать не будешь! – серьезно заявляет старший. – Я в этом бизнесе не первый год и говорю сразу, что ты у шеста никогда в жизни стоять не будешь. – Это ты так решил? За меня может решать только близкий мне человек, которому я всецело доверяю, а не который пытается затащить меня в постель, только потому что я рушу все его понимания о милом и невинном мальчике! А если я захочу, буду танцевать, где захочу и когда захочу, твой клуб не единственный в городе! – Хэ решает идти от противного, конечно, он не собирается работать в подобном заведении, у пилона он никогда себя не видел, сегодняшний танец не считается – он злил ХекДже, а заодно и возбуждал. Правда, последнее в его планы не входило… – Я могу сделать так, что тебя ни в один клуб не возьмут, – ХекДже понимает всю перспективу слов младшего и в его душе поселяется легкая паника – он ни черта не сможет сделать на самом деле. Да, половина народа, которые сегодня были в клубе, предложат ДонХэ любые деньги, чтобы он работал на них. – Да? А мне показалось, твои знакомые были в восторге, давай разрешим наш спор, Хек. Пойдем вниз, пока все еще там, ты скажешь, что это главный подарок вечера – отдаешь своего танцора любому, кто предложит ему хорошую зарплату и клеиться не будет, - шатен спрыгивает со своего места, потирается бедрами о бедра мужчины и чувствует, как старший начинает звереть. – Я не позволю тебе там работать! – мужчина срывается на крик, Хэ хмурится и вздрагивает, глядя на красноволосого. – Идиот ты, ХекДже, не собираюсь я нигде работать, и с тобой спать не собираюсь! Удачно тебе и дальше развивать свой клуб, а я не шлюха, которая ляжет под тебя только по тому, что у тебя сдвиг в голове из–за меня! – студент отталкивает мужчину от себя и направляется вон из ванной комнаты, берет свою спортивную сумку, натягивает футболку от формы и выходит из спальни, оставляя Хека одного. «Да, мне всегда казалось, что открытие клуба будет чем-то фееричным для моей мечты, ярким, но никак не со слезами на твоих глазах и смятением в моей душе. А боль в сердце… Она скоро пройдет, я уверен».