Кактус

- Ему нужно не душа, а тело, - бормочет ДонХэ, глядя на то, как идеально двигается ХекДже на сцене, оголяясь с каждым сантиметром все больше и больше. – Все же, он красивый… - Не расстраивайся, - КюХен совершенно не умеет поддерживать, благо, что СонМин оказывается рядом - он обнимает студента за плечи и целует в макушку, даря хоть какое-то спокойствие. - Я не расстраиваюсь, - бормочет шатен. ХекДже изящно выгибается, и рубашка падает к его ногам. Поправляя черную шляпу, он скользит взглядом по публике и, натыкаясь на ДонХэ, останавливается, забывая про танец. Биты музыки исчезают из его головы, зрители перестают существовать, а удовольствие от работы заменяется отвращением и злостью к самому себе. По щекам Хэ бегут слезы. Он чувствует себя таким ничтожным идиотом, который поверил этому взрослому мужчине, который просто соблазнял его в очередной раз. Ведь он действительно думал, что можно влюбиться и им будет хорошо вдвоем! Шатен отталкивает от себя СонМина и быстро бежит к черному входу, чувствуя, что начинает задыхаться, а перед глазами снова все плывет. Драгоценный глоток воздуха и противный ком в животе исчезает, уступая место редким слезам. ДонХэ решает для себя, что сейчас ему лучше побыть одному, прогуляться по городу, а потом он вернется, чтобы посмотреть ХекДже в глаза и забыть все, что между ними было. - ДонХэ, подожди! – Хек выбегает из клуба, натягивая на себя рубашку, в которой он был на сцене еще пару минут назад. Ловит шатена у выхода из переулка, прижимает к каменной стене и тихо шепчет. - Хэ, я не мог сказать… - Зачем утром ты говорил, что я тебе нужен, как человек, а не как игрушка?! Зачем ты солгал?! – не понимает младший. Слезы уже исчезли с его глаз, в них красноволосый видит только разочарование и боль. - Потому что это правда, ты нужен мне. Я хочу быть с тобой. - Ты сейчас танцевал для них. - Это моя работа! Я уже говорил, что буду заниматься своим любимым делом! Моя пара этому не помешает! – ХекДже со злостью смотрит на Хэ. Как же он не может понять, что для него этот чертов стриптиз – это часть жизни. Одна из важнейших составляющих его мира! - Значит, я так тебе нужен, если ты выбираешь стриптиз, а не меня, ХекДже. Я сразу тебе сказал, когда мы только стали жить вместе – если мы вместе, то ты не продаешь себя публике. - А я предупредил, что расстаюсь с теми, кто так относится к моей работе! – мужчина начинает выходить из себя, он бьет каменную стену кулаком и злобно рычит: - Как ты этого не понимаешь?! Это моя жизнь, черт возьми! - Тогда что ты делаешь тут? Если это все, что тебе нужно, зачем ушел сейчас со сцены? – ДонХэ сжимается, когда кулак стриптизера встречается со стенкой в сантиметрах от его головы. – Иди к ним, пусть они смотрят на тебя, платят. Зачем ты ушел, если это твоя жизнь? - Ты плакал, - просто отвечает ХекДже и берет ДонХэ за руку. - Ты плакал, и мне стало противно от того, что я делаю. Прошу, Хэ, прими это. Стриптиз - это только работа, не больше. Это ведь ничего не значит… - Хек! ХекДже! – на лесенке черного входа появляется Хичоль. - У тебя заказ на приватный танец, давай бегом! Мне еще переодеть тебя надо! – сейчас костюмер ненавидит себя, зная, как ДонХэ больно, но выбора нет, надо пинками толкать друга, чтобы тот действовал в нужном направлении. А именно – шел к малышу Хэ. - Иди, работай, чего стоишь?! Ты ведь иногда развлекаешься с клиентами, думаю, эта ночь не станет исключением! Я начинаю работать с завтрашней ночи, босс, - Хичоль чуть не теряет дар речи, когда поникший ХекДже отпускает ДонХэ и направляется обратно в клуб. Он даже кружку с чаем роняет на асфальт, когда понимает, что его друг действительно оставил Хэ одного в темном переулке ради какого-то клиента. - Ты спятил?! – костюмер хватает Хека за локоть и разворачивает к себе, не пуская в клуб. – Как он в два ночи доберется домой один? - Как и в прошлый раз! - Хи заглядывает в глаза своего лучшего друга и понимает, что тот сейчас не понимает, что делает. В глазах пустота, он смотрит в пол и, развернувшись, заходит в клуб, направляясь за сцену, там дает танцорам странные указания, с чего-то выпуская на сцену Чонсу, хотя у того еще не прошла травма ноги и он не может танцевать. - Хэ, помоги, - с мольбой в голосе просит костюмер, глядя на подростка. – Ему только ты поможешь. Малыш, не отворачивайся сейчас в такой момент, я прошу тебя, он не справится сам. - С чем не справится, Хичоль? С тем, что ему нравится его работа? Он хотел от меня только секс, говорил приятные слова, пытался ухаживать, а сейчас пошел к какому-то мальчишке на приватный танец! - шатен вытирает непрошеные слезы и садится на корточки, сползая вниз по стене. - Ему еще никто не отказывал и он ни за кем не ухаживал, Хэ. Поверь мне, в его жизни ты особенный. Я это понял, как только он привел тебя в наш клуб, а на открытии, казалось, он готов тебя всему свету показать, чтобы похвастаться своим малышом. ДонХэ, я прошу тебя, помоги, - Хичоль спускается к младшему, но тот уже успел подняться на ноги и, отпихнув старшего, быстро поднимается в клуб, ища ХекДже. Тот переодевается для нового танца на сцене, а затем будет VIP-комната и он один на один с клиентом. Студент подходит к КюХену и, забрав у него список с выступлениями, вытирает слезы кулаком, вычеркивая имя мотоциклиста из всего списка. - Он не танцует! - Хек выходит из гримерной с новым макияжем, но Кю озадаченно смотрит на него и говорит: - Ты сегодня больше не танцуешь, братец. - Это кто так решил? – безразлично глядя на танцоров, которые собрались вокруг, ХекДже злобно ухмыляется. - Ну, кто у нас такой смелый? За малыша Хэ все заступаемся, да? - Малыш Хэ может сам за себя постоять! Я сказал, что сегодня ты не танцуешь ни на сцене, ни в VIP-комнатах, ясно тебе? – ДонХэ выходит из-за спины Генри, отдает ему свою куртку и упрямо смотрит на старшего. - Это ты так решил? – красноволосый медленно начинает злиться. Безразличие отступает на второй план и он сжимает руки в кулаки, разминая шею. Чонсу и Шивон переглядываются, думая, что босс сейчас полезет на младшего и завяжется драка. - Да, это я так решил и ты никуда не пойдешь! И я не боюсь тебя! - у шатена внутри все сжимается от противного ожидания. ХекДже сейчас может уйти и его уже не спасет никто и ничто. - Подрасти сначала, а потом уже лезь во взрослую жизнь! - танцор разворачивается и, отдав шляпу Хичолю, ждет, когда ему отдадут шипованный ошейник, который завершит его образ демона. Мужчина чувствует, как его за руку берут две холодные ладошки и, осторожно сжимая его пальцы, Хэ шепчет: - Пожалуйста, Хекки… Танцоры нервно переглядываются, думая, что будет дальше. Их босс стоит, не двигаясь, а ДонХэ обнимает его со спины и, зарывшись носом в черную рубашку, тихо всхлипывает. Боль съедает его изнутри, как только он представляет, что его ХекДже буквально сжирают взглядами. Младший обнимает мужчину одной рукой за талию, вцепляясь в рубашку и обещая никуда не отпускать, ждет, что ему ответят. Хек не знает, что ему делать - разум по привычке тянет на сцену, но от мысли, что Хэ будет больно из-за этого, хочется порвать всех на части и спрятать его от всех, обещая, что больше он не будет плакать. Развернувшись, мотоциклист крепко обнимет ребенка и, чувствуя на себе любопытные взгляды, прячет шатена в своих объятиях еще больше. - Что встали? Реук, бегом на сцену, тебя этот Чонун уже боготворить готов, иди, работай! КюХен, посмотри как Чонсу и готовь его к выходу, Мин с тебя грим, убери все синяки от падения! Хичоль, чтобы закончил мне на сегодня с пошлятиной, у нас пол зала школоты сидит, сделай что-нибудь невинное и эротическое, чтобы они стали нашими будущими клиентами! - ухмыляется ХекДже и получает шлепок по попе. – Ну, ну, я пошутил. Не буянь, малыш. Я ведь у тебя хороший котик, ты разве забыл?