Кактус

– Малыш, ты в порядке? – СонМин поднимается с дивана, вытирая руки салфетками. – Ты сегодня замученный такой и молчишь постоянно. – Я в полном порядке, хен, – ДонХэ продолжает протирать бокалы за барной стойкой, чувствуя, как пальцы крепче сжимают посуду, словно он может разбить еще один фужер. Хэ потирает глаза и, найдя ими Чжоу Ми, виновато бормочет что–то и все же злосчастный бокал падает на пол, разбиваясь вдребезги. – Лучше помоги Хичолю с костюмами, он сейчас Реука мучает, – добродушно улыбнувшись, Ми с сожалением смотрит на осколки некогда любимой посуды и благодарно кивает Генри, который помогает ему с уборкой. Этот ребенок и в правду всегда рядом, когда нужен. ДонХэ выходит из–за барной стойки, все так же понуро изучая всех ребят, направляется к Хичолю, который не выпускает бедного Реука из костюмерной. Стриптизер уже успел поругаться с мужчиной, дать ему по голове, но Хи и не думает останавливаться. – О, малыш, ты к нам? – Хэ кивает и садится на маленький диванчик, затем забирается на него с ногами и потерянно смотрит на мужчину. Костюмер вздыхает и отпускает Реука на пять минут, чтобы тот передохнул. – ДонХэ, что случилось? – Хичоль закрывает дверь и садится рядом с парнем, доставая булавки из рукава толстовки. – Ты второй день ходишь, словно у тебя любимая собака умерла. ХекДже уже свихнулся раза три, думает, ты снова обиделся на его пошлые шутки. Ты пойми, он у нас такой, и изменить его... – Я не хочу менять его и хочу, чтобы он был счастлив. Хочу, чтобы он был моим и танцевал на сцене. Ему так нравится, там, при свете софитов, он словно... Я вчера весь вечер думал, что я эгоист, Хичоль. Мне хочется... Хи, я хочу, чтобы он был моим мужчиной и был счастлив, – с трудом признается ДонХэ и, прикусив нижнюю губу, чувствует, что глаза слезятся. – Тебе так страшно поверить, – тихо шепчет Хичоль и крепко обнимает парня, который незаметно кивает и в ужасе вцепляется в его ладонь. – Ты расскажешь, что у тебя было до ХекДже? – ДонХэ качает головой и закрывает глаза. – А чего сейчас хочешь? – К нему хочу, – виновато бормочет младший и смотрит на друга. – Я тянусь к нему и боюсь, что оттолкнет. У вас тут столько красивых мальчиков, открытых, готовых на все, и тут я. Стесняюсь, не могу и слова сказать, когда он целует. Я понимаю, что влюбился как ребенок и не хочу его терять. – Ты сейчас хочешь к нему? – студент устало кивает. Он вторые сутки не может нормально работать, с той ночи, как "ХекДже" ему изменил, он больше не обнимает его, когда увидел, как мужчине сложно от его ультиматума. – Тогда иди, он места себе не находит. ДонХэ поднимается с дивана и слышит тихий смешок и похвалы о том, что он хорошо выглядит. Хэ удивленно смотрит на друга, не понимая, о чем он. Шатен как обычно в большом свитере, только сегодня он к коротких шортах, которых практически не видно из-под кофты, и в шерстяных носках, что делает его похожим на ребенка. Парень выходит из гримерки и поднимается наверх в кабинет ХекДже. Мужчина не выходит от туда второй день, чтобы не встречаться с младшим. Сейчас Хэ заглядывает в кабинет и видит, как сосредоточенный возлюбленный читает документы, но он отрывается от бумаг, слыша, как кто–то зашел в кабинет. Подняв глаза на "незнакомца", он удивленно приподнимает бровь, глядя на своего мальчика. ДонХэ тихо закрывает за собой дверь, а мужчина откладывает документы и практически на лету ловит сумасшедшее чудо, которое забирается на его колени и крепко обнимает за шею, прячась в его руках. – Я так захотел к тебе, что внутри все заболело, – признается студент и закрывает глаза. – ХекДже... – Я соскучился, малыш, – признается стриптизер, целуя младшего в макушку. – Спать без тебя неуютно. От моих поцелуев, кстати, ещё никто не засыпал, – тихо возмущается ХекДже, вспоминая, как ржал Хичоль, когда узнал, что Хэ отключился во время страстных поцелуев. – ХекДже... А ты подождешь меня немного? – с надеждой спрашивает Хэ и поднимает голову, глядя на красноволосого. – Мне надо... – танцор закрывает рот младшего ладонью и целует его в лоб. – Я буду ждать и мне не нужно объяснять, зачем. Тебе нужно время и я хочу, чтобы ты сам понял, когда будешь готов, – ДонХэ закрывает глаза, чувствуя облегчение и спокойствие. Сердце снова приятно ноет от ощущения счастья, и Хэ крепко обнимает возлюбленного. Он так рад, что сейчас ХекДже серьезный, умный и терпеливый мужчина, которому действительно можно доверять, и он поймет его, поддержит, доказывая, что на него можно положиться. – А вообще, когда поймешь, что готов, ты будешь обязан накормить своего котика сливками и клубничкой! – Хэ тихо смеется, понимая, что именно этого игривого и заводного мужчину он не хочет изменять. Что он словно алмаз с тысячами граней и каждая такая родная и обожаемая, что отказаться от нее подобно смерти. – ХекДже... А это больно, ну, когда... Ты понимаешь... – бормочет младший, но мужчина качает головой. – Я про секс у парней... Когда входят... У Хека чуть челюсть не падает от такого вопроса: то он в обморок падает от мысли о сексе, а тут озвучивает и еще бьет его ладошками из-за того, что тот не понимает. – Ты имеешь в виду, будет ли тебе больно, когда мы первый раз займемся любовью? – ДонХэ замирает, чувствуя, как под его ладонями сердце ХекДже начинает бешеную гонку. – Тебе не будет больно, я все сделаю осторожно, не дам тебе испытывать дискомфорт, – Хек тихо и ласково шепчет успокаивающие слова и крепко обнимает Хэ, тот отдает ему документы, показывая, что не хочет мешать работать, и красноволосый вновь углубляется в чтение, наслаждаясь запахом и теплом этого маленького котенка, который свернулся в клубок на его коленях. – А ты думал о нашей первой ночи? – тихо спрашивает младший, пряча покрасневшее лицо на плече мужчины. Хек прижимает парня к себе одной рукой и Хэ чувствует, что возлюбленный возбужден, а его сердце бьется в несколько раз быстрее обычного. – Понятно... – ДонХэ немного приподнимается и, упираясь рукой в бедро возлюбленного, нечаянно дергается и его рука соскальзывает на пах мужчины, надавливая на возбужденный член. – Ой... – слыша шумный вдох, студент краснеет и крепко обнимает стриптизера за шею. – Прости, прости... – Котенок, я сейчас возьму тебя на руки и, уложив на стол, измажу сливками, а потом... – Ничего не слышу!!! – абсолютно красный Донхэ закрывает уши руками и громко тараторит: – Ничего не слышу! Ничего! Хек начинает смеяться, откинувшись в кресле, его просто душит хохот, понимая, в какого ребенка он влюбился. Младший убирает руки от ушей и недовольно бормочет про то, что он слишком пошлый: – Хекки... Ну, это не честно, ведь... Знаешь же, что я стесняюсь... – Я вообще думал слизать с тебя все эти сливки, пока ты будешь обнаженным на столе. – ХекДже! – ДонХэ дает мужчине в лоб и складывает руки на груди, хотя в голове уже появляются эротичные картинки. Он лежит на столе, а танцор целует его и осторожно двигается, входя раз за разом как можно глубже. – Я пойду... – тихо бормочет Хэ, и, в который раз поцеловав Хека в лоб, быстро выбегает из кабинета, все еще представляя, как мужчина ласкает его. – Дурак, дурак… *** – Генри? Генри, ау! – СонМин заходит в кладовку. – Малыш, ты звал меня? – блондин оказывается в темном помещении и, включив несколько тусклых лампочек, проходит вглубь «царства стеллажей». – Лау? Гример останавливается у морозильной камеры и слышит хлопок двери, а затем щелчок замка. Он не может увидеть вход из–за большой стойки с бутылками вина, но, чувствуя неприятный озноб, хмуро спрашивает: – Ребят, это не смешно. Опять Хичоль и Чонсу решили устроить сюрприз? Так я в прошлый раз на собственный день рождение практически час тут отсидел с Чжоу Ми, пока вы зал украшали, – Мин пробирается к двери, но неожиданно свет гаснет. – Не смешно. – Разве? – раздается тихий насмешливый голос. – А, глиняный болванчик, это ты? Давай свет включай и выпусти меня отсюда! – СонМин пытается прислушаться и понять, откуда идет голос, чтобы направиться в противоположном направлении, только бы не столкнуться с КюХеном, но Чо это предусмотрел и теперь молчит. – Это не смешно, я не люблю темные помещения. Выйдем отсюда, ты не только вином и соком умоешься, я тебя в зеленый перекрашу, а может еще и… Эй, руки убери, придурок! – блондин чувствует настойчивые ладони, которые крепко обнимают его за талию, а через мгновение его насильно усаживают на морозильную камеру. Прижавшись спиной к стеллажу, СонМин чувствует запах одеколона КюХена и наугад протягивает руки, надеясь поймать назойливого администратора. Вцепившись в рубашку, но не на плечах, а на груди, Мин нервно сглатывает. – Что тебе нужно? – В клубе, все, кроме тебя, поняли, что я пытался ухаживать за тобой, а ты игнорировал меня, – немного обиженно заявляет Кю и наклоняется ниже, хотя в кромешной темноте он ничего не видит, поэтому натыкается губами на лоб СонМина. Чувствуя запах краски и грима, он спускается чуть ниже и, когда блондин сам его целует, мимолетно касаясь губами его губ, свет неожиданно включается. – Я решил, что так вам будет поудобней, а то без света тут целоваться неудобно! – Генри, пошел вон!!! *** Хэ заходит в клуб с книжкой, уклоняется от подушки, которая снова летит в него, но на этот раз «снаряд» не попадает ему в голову, и парень усаживается за барную стойку, захлопывает учебник и тараторит Чжоу Ми, зажмурившись: – Смысл аналитической геометрии - это координаты и уровни кривой. Одним из самых выдающихся ученых в этой науке Был Декар… Декар… Рено! – Рене, – поправляет Чонсу, который сидит напротив студента и пьет сок. ДонХэ открывает один глаз, не понимая, о чем идет речь. – Декара звали Рене, а не Рено, – проговаривает стриптизер и мило улыбается. – Ты знаешь высшую математику? – поражается Хэ, глядя на мужчину. – Он по образованию учитель начертательной геометрии и высшей математики, – улыбается Кибом, который выходит из кладовки с ящиком минералки и несет его за сцену. Только сейчас ДонХэ замечает, что все ребята бродят туда–сюда, чем–то занимаются, только он один сидит с учебником по высшей математике и ничего не делает. – А что происходит? Я пропустил что–то важное? Надо же было предупредить! А то я опять как капуша! – студент уже вскакивает с места, но его ловит СонМин и КюХен, усаживают обратно, и администратор дает свою папку с документами, где Хэ видит небольшое блестящее предложение: "День рождение ХекДже". – Его бабушка говорила, что ему недавно исполнилось 27… – немного потерянно шепчет ДонХэ. – Ну, да, в прошлом году, – кивает КюХен и только сейчас студент замечает, что парень обнимает гримёра за талию и не дает отойти от себя, буквально вцепившись в блондина. – Ага… Спасибо, – кивнув, Хэ быстро поднимается наверх. Оставив все вещи ребятам, он заглядывает в кабинет ХекДже и улыбается, видя открытые объятия и горящие глаза мужчины. – Ты не сказал мне, что у тебя день рождения. – Оно только послезавтра, – отмахивается именинник и, взъерошив свои красные волосы, усаживает ДонХэ на колени. – Я хочу свой подарок заранее. Можно я получу его завтра? – надув губы, стриптизер хлопает ресницами. – Ну, пожааалуйста… – Я даже не решил, что подарю тебе, подожди немного. – Я уже решил, что ты мне подаришь. Мы завтра поедем купаться на водопад, и ты не будешь меня останавливать, когда я буду нагло лезть к тебе! – довольный ХекДже так лучезарно улыбается, что студент даже не думает о том, что может произойти что–то непоправимое. Как его Хек может нарушить слово? Он не позволит себе слишком вальяжных движений, парень уверен в этом. «Я должен начать верить ему, ведь прошлое уже никогда не вернется. Да и он уже мог воспользоваться любым другим мальчиком для секса, даже тогда, вышел бы на сцену и все. А он не пошел танцевать, потому что я попросил. А тут мы просто поедем купаться. Ничего такого нет. Ну, надо будет до плавок раздеться и… Надо будет раздеться?! Так. Я против. А может, просто позагораем? Или я на берегу посижу… Так, Хэ, ты пытаешься доверять ему. Доверять. А он взрослый и сдержится, он точно сдержит слово, я уверен». – Хорошо, давай поедем, отдохнем. Но это не считается подарком на день рождения, я еще что–нибудь придумаю.