Нелогично

Двадцать лет

- Ты одинок, - говорит он и, поднимаясь с кровати Шерлока, с легкостью переплетает свои длинные и худые ноги. Он закатывает рукава своей полосатой рубашки. - Всегда был одиноким, да? - Я один, - Шерлок поджимает ноги под себя и откидывается назад, прислоняясь к стене. - Это разные вещи. Одинокие люди мечтают о весёлой компании, о друзьях, меня же это не волнует. Я считаю одиночество эффективным. - Не может быть. - Почему не может? Виктор хмурится, когда прикасается к лодыжке Шерлока, обхватывая тонкую кость своими пальцами. Никто не касался Шерлока там. Никто. С тех пор, когда он был маленьким ребёнком с растяжением. Его брат со слишком пухлыми пальцами чрезмерно опекал Шерлока тогда. Кожа Виктора буквально прожигает кожу Шерлока, а сам Шерлок вздрогнул, когда Виктор прикоснулся к нему.

***

Первый поцелуй Шерлока мягкий и теплый. Ощущение, будто это тепло растекается по всему телу. Широкая ладонь Виктора на его лице, очень правильно падает свет, заставляя Виктора казаться еще более похожим на ангела. Он очень нежно и аккуратно посасывает нижнюю губу Шерлока, вызывая у того тихонькие стоны наслаждения. - Это был твой первый? - спрашивает Виктор с доброй улыбкой на лице. "Он довольно красивый", - думает Шерлок. И это так. Виктор выше Шерлока, он очень податливый, с золотыми кудрявыми волосами и бледной кожей. Он хорошо одевается, изучает биохимию, разговаривает на четырех языках и довольно мурлычет, когда Шерлок играет на скрипке. Шерлок смущается с ним иногда, что является необычным и довольно неуместным. Он медленно выдыхает воздух, ничего не произнося. - Я надеюсь на это, - говорит Виктор, растягивая воротник рубашки Шерлока. - Сыграй мне что-нибудь. Что-нибудь романтическое. Шерлок закатывает глаза: - Это ужасно, Виктор, правда ужасно. Виктор ухмыляется, вставая, чтобы достать скрипку. - Но ведь это сработало?

***

Прошел почти месяц, как Шерлок позволял Виктору обжиматься с ним, когда Шерлоку не терпелось еще раз и еще раз его поцеловать, улыбаться (совсем немного), когда Виктор начинает целовать шею, переходя всё ниже и ниже в то время, как все эти эксперименты со спорами плесени в лаборатории остаются забытыми, когда все эти невинные ночные поцелуи превратились в полноценное тисканье друг друга в темноте возле общежития - Шерлок наконец почувствовал себя любимым. Иногда Шерлок думает, что ошибался, предпочитая одиночество веселой компании. Особенно думает он об этом по вечерам, когда Виктор помогает собирать ему образцы почвы со всего университетского городка, а затем просто сидит рядом с ним в кресле, пока Шерлок всё анализирует и записывает. Он думает, что, может быть, был не прав, когда Себ высмеивает дедукцию Шерлока за завтраком, и Виктор называет его тупым засранцем. Но действительно он думает, что был не прав, когда Виктор расстегивает ему рубашку и медленно посасывает живот над пупком, говоря, что всё в порядке, и что он не будет заходить далеко, пока Шерлок не будет готов, пока он не захочет. А Шерлок до сих пор думает, что секс - это пустая трата времени и энергии, лишь прихоть своего тела, а Шерлок не собирался пресмыкаться ни перед кем. Даже перед своими собственными желаниями, но ведь Виктор к нему так добр, и он действительно очень красивый. Одним днем, когда они затягиваются одной сигаретой на пожарной станции, Виктор читает на французском. И именно в этот момент Шерлок понимает, что хочет доставить ему удовольствие.

***

Раздевание перед другим человеком смутило Шерлока больше, чем он мог подумать. Ведь у него совершенно обычное, человеческое тело с совершенно обыкновенными мышцами, волосами и пропорциями. Впервые голый Шерлок стоит перед Виктором, заливаясь краской, который его бесстыдно рассматривает, останавливая свой взгляд на губах Шерлока. Шерлоку не хватает воздуха, когда Виктор валит его на кровать и оказывается сверху, прижимаясь к груди и бедрам Шерлока каждым сантиметром, каждым миллиметром разгоряченного тела. Это... Шерлок не знает, что это. Он закрывает глаза, кладет руки на спину Виктора и чувствует некоторое давление. Губы: сейчас находятся на моей шее, полуоткрытые, влажные изнутри и сухие снаружи, потрескались из-за сильных морозов зимой и из-за покусывания их Виктором на экзамене. Почему он не воспользовался бальзамом для губ или чем-нибудь другим наподобие этого? Потому что губы действительно твердые, и сейчас мне немного больно. Виктор двинул бедрами и... Пенис: эрегированный, довольно теплый, возможно мокрый на кончике. Это наводит на мысль о небольшом количестве семенной жидкости, но это может быть и пот. Волосы на лобке: сырые, колючие, немного подстриженные, что означает, Виктор либо тщательно ухаживает за своим телом, либо он ожидал заняться сексом со мной сегодня. Знал ли Виктор, что я начал задаваться вопросом о размере его члена, о цвете волос на лобке, и о том, как выглядит его лицо на пике сексуального возбуждения? Откуда он вообще мог зн... Рука (очень потная, теплая и мягкая) скользит вниз, к талии Шерлока. Шерлок открывает глаза и видит Виктора, смотрящего на него сверху вниз озадаченно и заботливо. - Все в порядке? - он целует Шерлока, который неуверенно кивает. - Только скажи, и мы остановимся. Он должен сделать что-нибудь, ведь так? В конце концов, в этом цель секса. Шерлок хватает Виктора за голову, вовлекая в жесткий страстный поцелуй.

***

Виктор кончает намного быстрее, чем мог Шерлок себе представить, учитывая его опыт ( Шерлок определил не менее восьми сексуальных партнеров) и мастурбацию (иногда несколько раз в день). Они устроились в не очень удобной позе, лежа лицом друг к другу. Шерлок смотрел на Виктора сверху вниз, с любопытством рассматривал его лицо, прижался лбом к его щеке, чтобы лучше слышать прерывистое дыхание Виктора, громкие и тихие стоны, которые стали срываться со рта Виктора чаще, как только Шерлок нашел ту самую точку. Он закусил губу, когда Виктор задержал дыхание, плотно закрыл глаза и нежно толкнулся вперед. - Ааах, бляять, - простонал Виктор, притянув Шерлока поближе к себе. - Ты почти... там? Шерлок кивает, задумываясь, почему он не не издает никаких звуков. Так вообще заведено? Можно ли стонать только одному, или обязательно надо двум? Но, почувствовав себя немного глупо, он всё-таки выдавил из себя несколько раз протяжный гортанный стон, когда Виктор затуманенным взглядом рассматривал его лицо. - Тебе нравится? - тяжело выдохнул Виктор. - Да, - сразу же ответил Шерлок, чувствуя приятное покалывание на чувствительной головке. Тут лицо Виктора преобразилось: его глаза были плотно зажмурены, а рот широко раскрылся. Шерлок лишь наблюдал за тем, как кончает Виктор, недоумевая. Он не знал, что делать. Сейчас Виктор почувствовал прилив эндорфинов, а это значит, что очень скоро он почувствует спокойствие и привязанность ко мне. У него начнется рефрактерный период, вследствие которого Виктору будет трудно достичь эрекции еще раз (учитывая его возраст - в течение от двадцати до шестидесяти минут). Шерлок взял свой член в руки, мягко его поглаживая. Что он должен сейчас делать? Он должен сейчас мастурбировать или оставить всё как есть? - Давай, - прерывисто прошептал Виктор. Это значит да? Шерлок закрыл глаза и начал работать своей горячей ладонью. - Скажи мне, когда будешь близко, - сказал Виктор, нарочито растягивая слова. Шерлок начал чувствовать давление потной руки на свой живот. Мастурбируя, он думает о лице Виктора, когда он был на пике удовольствия, думает о самом оргазме, об этом приятном горячем покалывании по всему телу. - Ты уже близко? - спросил Виктор, обхватывая рукой бедро Шерлока. Шерлок не ответил. Ему было трудно сосредоточиться на мыслях об оргазме. Думал он вместо этого о положении руки Виктора, о том, что сейчас на его животе засыхает сперма Виктора, что было не очень приятно, о том, что сейчас Виктор за ним наблюдает, тяжело дыша. Шерлок знал, что сейчас он, скорее всего, чувствует небольшую вялость, и хотя сердцебиение Виктора сейчас повышенное, оно нормализуется с каждой секундой. - Скажи мне, когда будешь близко. Шерлок тяжело вздохнул и оставил это дело после того, как его толчки стали болезненными. Открыв глаза, он увидел обеспокоенное лицо своего парня. Наклонившись, Шерлок подарил ему нежный и легкий поцелуй. - Ты в порядке? - спросил Виктор, скользя рукой вверх от яичек до упавшего члена Шерлока. - Хочешь я тебе сделаю минет? Шерлок замер, будто бы прокручивая эту идею у себя в голове, но в последний момент покачал головой. - В следующий раз, - ответил он, притягивая Виктора к себе за талию.

***

- Ты кончаешь, когда дрочишь? - спрашивает Виктор Шерлока следующим утром после безрезультатного минета. - Да, - отвечает он, натягивая на себя штаны, решив, что лежать сейчас бессмысленно. - Быстро? - Обыкновенно.

***

- Что тебя заводит? - Я не знаю.

***

- Ты почти там? Скажешь мне, когда почувствуешь.

***

- Давай же, Шерлок, ради меня. Пожалуйста, ради меня.

***

Шерлок любит улыбку Виктора. Он обожает любоваться белоснежными зубами, отражавшими солнечный свет и кажущимися при этом такими блестящими. Они сидят на лавочке в парке вдвоем и курят. В это время Шерлок узнаёт тайный фетиш прохожего.

***

- Ааах, черт! - Виктор кончает Шерлоку на грудь. После этого он вздыхает и наклоняется к Шерлоку, целуя его в губы, шею, за ухом, поглаживая живот и пренебрегая эрекцией. - Тебе хотя бы приятно сейчас? - спрашивает он, сжимая член Шерлока, а затем запуская ладонь в его волосы на лобке. Что ж, больше никаких попыток. Шерлок кивает, залившись краской, и тянется к поцелую.

***

Секс подтверждал каждый раз, что он лишь грязная, антисанитарная штука, результатом которого являются венерические заболевания, незапланированная беременность, ложная привязанность и иллюзия любви, что приводит нас к Стюарту Харрису, Виктору Тревору который имеет девушек буквально по алфавиту Себастьяна Уайлкса. И именно из-за этого Тори пришла к Шерлоку, заплаканная и готовая отдать пять фунтов, чтобы услышать, то что она и так знает, потому что может быть это не так, может быть он её любит, может быть секс значил для него хоть что-то, в конце концов Шерлок Холмс начал злиться на себя, ненавидя сам себя за мысль о том, что может быть он был не прав, может быть он просто запутался. Но он был идиотом, он должен был знать лучше, потому что он был прав. Он все время прав, черт возьми. Секс, сантименты - это Глупо, очень глупо. Нелогично даже.