Нелогично

Тридцать четыре года

А потом. А потом.

***

Практически первой же ночью после их встречи Джон Ватсон застрелил убийцу. Он отлично стреляет, у него отличная военная подготовка и стальные нервы. Он убил человека ради Шерлока Холмса.

***

- Ты абсолютно сумасшедший, - говорит Джон и хватается за металлическую трубу, скользя по железной крыше после Шерлока. - Абсолютно, абсолютно, - повторяет он, задыхаясь, - сумасшедший. - Но ты до сих пор здесь, ведь так? - отвечает Шерлок, изящно перепрыгивая четыре фута между крышами и не менее изящно приземляясь так, что его пальто нисколько не помялось и не запачкалось. Джон следует за ним, приземляясь совершенно иначе. Он неловко падает и скатывается вниз со смачными звуками. - О, я знаю, что я сошел с ума, - ворчливо говорит он, еле-еле поднимаясь на ноги, и снова громко шлепается. - Как тут не сойти-то? Шерлок улыбается ему сквозь темноту, холод и дождь. Он даже не знает, почему он улыбается. Может быть, потому что он сумасшедший, и Джон сумасшедший. И это нормально. Потому что они оба такие. Сейчас это не "он", не "Шерлок", не "Джон". Они - "мы". Они - "мы". - Что ты улыбаешься? - спрашивает Джон. Шерлок пожимает плечами и отворачивается. - Если мы хотим залезть в это окно, - говорит он, тыкая пальцем куда-то влево, - то мы должны быть в форме. Шерлок замирает на секунду, словно обдумывая всё у себя в голове ещё раз. - Кстати, нам может быть надо взломать некоторые замки. Ты же сможешь это сделать? Джон вздыхает, улыбаясь: - Я думаю, ты уже понял, что я сумасшедший. Шерлок смотрит на него. - Веди.

***

Та вещь, что ты сделал. Это было ...эм... хорошо. - Действительно хорошо, - говорит Шерлок в потолок, сложа руки под подбородком, как всегда. - Что хорошо? - спрашивает Джон, не отрываясь от компьютера, где писал очередную историю под названием "Большая Игра" (ужасное название, да?) - То, что ты сделал. - Что я сделал? Шерлок раздраженно вздыхает, перемещая свои руки с подбородка на грудь. Джон, серьезно. С твоим мозгом можно было бы догадат... - Оу. Наконец-то, Джон. - Да, неплохо. - Постукивания пальцев Джона по клавиатуре прекратились. - Я уверен, что ты сделал бы то же самое. Он бы сделал, да? Конечно. Одна мысль об этом заставляет внутренностям сжаться. Джон Ватсон. Джон Ватсон. Те мысли о Джоне Ватсоне, которые приходят ему на ум периодически, очень глупы. Периодически. О Джоне Ватсоне. Он бы выстрелил прямо в глаз Мориарти, он бы надел на себя бомбу, чтобы спасти Джона. Он бы перерезал горло любому, кто хоть пальцем коснулся Джона Ватсона. Он бы это сделал без раздумий. И это не сантименты. Это та самая холодная и жестокая реальность. Джон уже сделал это. Подстрелил человека. Убил человека. Носил на себе бомбу. Подвергался смертельной опасности. Ради Шерлока. Шерлока Холмса. И это тоже не сантименты. Это - настоящая верность, преданность. [Или сантименты? Джон ведь очень сентиментальный, и все это знают. У него есть девушка, он любит детей и хранит в своем бумажнике фотографию умершей матери. У него бывают кошмары, которые заставляют его плакать по ночам. По субботам он готовит Шерлоку яичницу с хлебом, потому что знает о том, что Шерлок тайно ее обожает, он хранит открытки на дни рождения и рождество в обувной коробке под своей кроватью. Это ведь могут быть сантименты. А вдруг это они? Что тогда это значит? Может Шерлоку стоит спросить самому у него? Он вообще должен знать? - А что такое любовь? - Любовь - сложная штука.]

***

- Можно я у тебя что-то спрошу? - говорит Джон одним утром, сворачивая газету со своей "давай-поговорим-как-нормальные-друзья" улыбкой. Шерлок глубоко вздыхает: - Может не надо? - Тебе совсем не обязательно отвечать. Просто скажи, чтобы я заткнулся и я заткнусь. - Задавай уже. Джон прижал указательный палец к губам на секунду (так делают еще, когда хотят успокоить ребенка), затем складывает свои руки у подбородка. Кстати, у него кажется щетина. - Ты с кем-нибудь спал? Шерлок подхватывает газету, которой пренебрег Джон и открыл ее. - Ты спрашиваешь, девственник ли я? - Ну, эм, да. - Щеки Джона зарделись, и он сам начинает что-то искать на столе, перебирая все салфетки и бумажки. О, да, ложку, чтобы разбить яйцо. Шерлок поднимает газету повыше, чтобы Джон не увидел его лица и говорит: - Что ты именно имеешь в виду? Термин "девственник" имеет различные понятия. - Секс. У тебя был когда-нибудь секс? - Да. - Окей. Шерлок слышит, как Джон разбил яйцо. [Что это значит? Почему вообще Джона интересует сексуальная активность Шерлока? Это так важно? Может быть Джон думает, что секс означает те же самые сантименты, и поэтому, если у Шерлока был секс, это значит, что он способен на такие нелогичные и нецелесообразные эмоции? Если так, то Джон ошибается. Шерлоку наплевать было на Виктора. И, честно говоря, его университетские годы были не очень приятными, так что он предпочитает не вспоминать о них.] Секс подтверждал каждый раз, что он лишь грязная, антисанитарная штука, результатом которого являются венерические заболевания, незапланированная беременность, ложная привязанность и иллюзия любви чувств. Что приводит нас к Стюарту Харрису, Виктору Тревору который имеет девушек буквально по алфавиту Себастьяна Уайлкса. И именно из-за этого Тори пришла к Шерлоку, заплаканная и готовая отдать пять фунтов, чтобы услышать, то что она и так знает, потому что может быть это не так, может быть он её любит, может быть секс значил для него хоть что-то, в конце концов Шерлок Холмс начал злиться на себя, ненавидя сам себя за мысль о том, что может быть он был не прав, может быть он просто запутался. Но он был идиотом, он должен был знать лучше, потому что он был прав. Он все время прав, черт возьми. Секс, сантименты - это Глупо, очень глупо. Нелогично даже. [Разве не так?]

***

- Я ведь просил комнату с двумя кроватями! - возмущается Джон, когда открыл дверь и увидел одну огромную двуспальную кровать. - Ничего страшного, Джон. Я все равно не буду спать, - говорит Шерлок, подавив зевок и бросая свой чемодан на потрепанное кресло. - Нет, ты будешь спать. Ты не спал уже два дня! - Джон вешает куртку на вешалку и разувается. - Ты человек, Шерлок. - Да, конечно, - язвительно отвечает Шерлок. Через час они уже вымылись, оделись в домашнюю одежду и легли спать. Они - "мы".

***

"Что будет, если я совсем чуть-чуть его потрогаю?" - думает Шерлок, когда обнаруживает, что лежит очень близко к Джону. Всего лишь несколько сантиметров разделяли их лица. [Действительно, что будет, если он его потрогает? Всего лишь невесомо прикоснется к бедру Джона. И вообще, Шерлок хочет этого? Почему он хочет этого?] И вообще, Шерлок хочет этого? Почему он хочет этого?

***

- Ты горячий, - бормочет Джон, протирая свои глаза тыльной стороной ладони. - О, Господи, я имел в виду температуру тела! Постель под тобой сильно нагрелась, - смеется Джон, не выглядя бодрым и выспавшимся. Шерлок лишь закатывает глаза и натягивает одеяло, которое Джон благополучно стянул, когда подтягивался, обратно на голову. - У моей сестры была собака когда-то. Она была очень большая... Джон Ватсон: рубашка в серую полоску, темно-синие штаны, выглядывавшие из-под одеяла, согнутые колени, голые ступни. У него маленький размер ноги и пухлые пальцы. А еще он теплый. Очень теплый. - ... и тогда она издала такой ужасный звук, прямо как... Джон Ватсон: есть небольшой и мягкий живот, но его руки очень сильные. - ... напоминает мне о нем иногда. Эй, ты вообще слушаешь? Ты что, опять заснул? Что-то в животе Шерлока буквально сделало сальто и сильно-сильно сжалось, когда Джон засунул голову под его одеяло и посмотрел на него. - Привет, - тупо говорит Шерлок, потому что это было единственным, что он смог из себя выдавить. - Привет. - Джон смотрит на Шерлока, будто говоря "Я знаю, что ты меня не слушал, мерзавец", но все же сдается и улыбается. [Что он дел... О, Боже, не может быть! Он действительно это сделал? Зачем он это сделал?] Джон кладет свою руку на живот Шерлока, проводя по нему несколько раз. [Он действительно это сделал? Зачем он это сделал?] [- Что тебя заводит?] [- А что такое любовь? - Любовь - сложная штука.] [Нелогично даже.] - Все нормально? - спрашивает Джон, поглаживая теперь весь торс Шерлока. Дыхание Шерлока прерывается. - Да, - наконец отвечает он, кладя свою руку поверх руки Джона. - Да.

***

Действительно, что будет, если он его потрогает? Всего лишь невесомо прикоснется к бедру Джона. И вообще, Шерлок хочет этого? Почему он хочет этого? Шерлок не целовался ни с кем уже почти четырнадцать лет. Да и не хотелось никогда. Но сейчас совершенно другой случай. Если он не поцелует сейчас Джона Ватсона, то наверняка в ближайшее время совершит убийство. - Как ты здесь дышишь? Тут же душно! [Губы: тонкие, приоткрытые, блестящие и гладкие. (Бальзам Nivea в синем тюбике, который находится в кармане его пиджака.]

***

- Ты опять меня не слушаешь. - Нет, не слушаю, - качает головой Шерлок.

***

Целуясь с ним, он издает звук, похожий на нечто среднее между стоном и вздохом. Щеки Шерлока покраснели при мысли о том, что он сделал это. Шерлок сейчас стоит на коленях [Когда это произошло? Когда он передвинулся?], наклоняется над Джоном и наконец целует его. - Джон, - говорит он, отклоняясь, а затем опять подаваясь вперед. - Джон. [Джон. Джон. Джон.] Почему он хочет этого? Шерлок чувствует, как руки Джона касаются его головы, скользят по ушам, а потом... А потом. А потом. - Здесь действительно слишком душно, - бормочет Джон, запрокидывая голову назад и даря Шерлоку еще один поцелуй и еще один, и еще один. - Господи! Руки Шерлока блуждают по талии Джона, их тела все ближе и ближе... Он не собирается заниматься с ним сексом [Разве? Он хочет? Что делать, если он хочет? Почему он хочет?], это просто... Это всё просто так. - Боже, я мечтал об этом годами, - говорит Джон Шерлоку прямо в губы. - Давай, позволь мне. Он перемещает руку вниз и стягивает трусы с Шерлока. Но Шерлок перехватывает руку Джона. - Нет, - отвечает Шерлок. - Нет. Он натягивает трусы обратно. Да. [Что тебя заводит?]

***

- Расскажи мне о своем первом разе, - говорит Джон, гладя руками спину Шерлоку. Они вернулись на Бейкер-Стрит и, недели спустя, Шерлоку все еще удобно лежать на диване вместе с Джоном. - Если захочешь конечно, - улыбается Джон и дарит Шерлоку еще один поцелуй. - А я расскажу тебе о своем. Шерлок вздыхает. Ему не надо, чтобы Джон рассказывал. С помощью дедукции он узнает это за несколько секунд. [Шестнадцать лет. Заднее сиденье машины. Очень быстро.] - Сколько тебе было лет? - выдыхает Джон. - Воспользуйся дедукцией. - Дедукцией? - Дедукцией. - Моя дедукция - это что-то вроде гадания. - Джон поглаживает щеку. - Тебе было... Эм... Восемнадцать? - Двадцать. Джон улыбается ему и смотрит своим мягким, нежным взглядом. - Двадцать. Студент, значит. - Молодец. - Это было с парнем. - Ага. - Он, скорее всего, действительно нравился тебе. [Ошибка.] - С чего ты взял? - нахмурился Шерлок. - Ну, тебе было двадцать лет, не думаю, что это было просто так, учитывая твои приоритеты в жизни. - Это мог быть эксперимент. - Но не был. - Почему ты так считаешь? - Первые разы всегда ужасны. - Джон кладет руку обратно на спину Шерлока. [И вторые, третьи, четвертые, пятые и шестые тоже?] - Может быть я просто практиковался? - вызывающе говорит Шерлок, наблюдая за выражением лица Джона. - Набор опыта, чтобы в дальнейшее время с нужным человеком всё прошло замечательно. - Может быть и так, - улыбнулся Джон мягкой и немного грустной улыбкой.

***

- Ты разочаруешься, - бормочет Шерлок, смотря на нависающего над ним Джона. Секс подтверждал каждый раз, что он лишь грязная, антисанитарная штука, результатом которого являются ложная привязанность и иллюзия любви, и в конечном счете, абсолютно не удовлетворяет ни одну из участвующих в нем сторон. - Никогда, - отвечает Джон. - Почему я разочаруюсь? - Он делает паузу на мгновение и облизывает губы. - Послушай, ничего страшного, если у тебя... - Ради Бога, Джон, я не об этом! - Шерлок закатывает глаза и вытаскивает свои руки из объятий Джона. [У него абсолютно нормальное средне пропорциональное тело с нормальным количеством волос.] - Ну а что тогда? Почему я должен разочароваться? - Забудь, - отвечает Шерлок, кладя руки на грудь Джона. - Давай начнем.

***

- Что бы там ни было, - говорит Джон, целуя живот Шерлока, - это не важно. - Почему? - Шерлок обхватывает голову Джона двумя руками и приподнимает вверх. [Он думает, что это что-то незначительное. Но это не так.] - Потому что ты удивительный. Шерлок потихоньку вздыхает и чувствует, как его грудь становится жесткой и ровной, как будто из нее выкачали весь воздух. - Джон Ватсон. - Шерлок Холмс. Они - "мы".

***

Тело Джона, наверное, самая теплая вещь на свете. Его кожа словно горит, и это напоминает Шерлоку его любимое пушистое одеяло. Прикосновения к коже Джона похожи на те минуты, когда Шерлок лежал, полностью закутавшись в свое одеяло. Одеяло согревало все самые интимные места Шерлока, как и Джон сейчас. - Посмотри на себя, - говорит Джон, прижимаясь свом лбом к лбу Шерлока. - Посмотри. - Что? - немного смущенно спрашивает Шерлок. - Ты великолепен. Он чувствует себя таким глупым сейчас, он задыхается, закрывает глаза и отвечает на поцелуи Джона. А потом. А потом.

***

- У меня есть проблема, - бормочет Шерлок, прижимаясь лицом к шее Джона и вдыхая его запах прямо возле его уха, в самом теплом месте его тела. Руки Джона обхватывают поясницу Шерлока, прижимая его ближе к себе. Пенис: эрегированный, прижатый к Шерлоку, головка, скорее всего, обнаженная, крайняя плоть оттянулась, кончик влажный [причем увлажнен не только потом]. Волосы на лобке: небритые, грубые, теплые, потные. Да, да, да, да... - Что за проблема? - спрашивает Джон, обхватывая ногами талию Шерлока. - Оргазм. - Он жадно целовал шею Джона перед тем как откинуться назад и внимательно взглянуть на Джона. Небольшое тепло разрасталось в его паху. Джон Ватсон. - Ты не болен? Всё хорошо? - Джон вздыхает и толкает Шерлока на спину, взяв его за бедра и медленно поглаживая их. - Нет, нет, - рвано вздыхает он. - Ты никогда не достигал оргазма с кем-то? - Нет. - Ладно, - говорит Джон, гладя спину Шерлока. - Ладно.

***

Джон трет смазку ладонями, согревая ее, перед тем, как поглаживать их обоих медленно, очень медленно, вверх и вниз, вверх и вниз. Сердце Шерлока буквально ушло в пятки. Он просто хочет... Хочет прикасаться к каждой клеточке Джона Ватсона, хочет укусить, попробовать его на вкус, войти в него. Хочет лизнуть то самое теплое место в Джоне Ватсоне возле его уха, хочет поцеловать его медленно и нежно. - Все нормально? - спрашивает Джон, целуя губы и шею Шерлока. - Да. - Он повторяет снова. - Да.

***

Секс подтверждал каждый раз, что он лишь грязная, антисанитарная штука довольно хорошая вещь. - Джон, - говорит Шерлок, чувствуя, что теплота начинает распространяться по всему телу. Он выдыхает, и вместе с его воздухом наружу вырывается звук, который заставляет Шерлока покраснеть от головы до пят. [Это что, стон? Он только что простонал?] - Боже, просто посмотри на себя, - шепчет Джон, разворачивая руки и работая под другим углом. - Что? [Скажи мне. Пожалуйста. Пожалуйста. Пожалуйста, скажи мне.] - Ты великолепен. - Джон стонет и Шерлок чувствует, что он близко, просто посмотрев сейчас на Джона. - Я тебя чувствую. Ты влажный. Шерлок кусает губу Джона до крови. - Ты такой влажный, Шерлок, - повторяет Джон, лаская себя. - Большой, влажный и теплый. - Джон. ДжонДжон. - Мы близко. Мы... Мы. Они - "мы".

***

Он говорит: "Я не могу". Но имеет в виду: "Я могу. Я могу!" И может быть он укусил Джона за плечо, хныкая, потому что он сейчас очень грязный, и потому что, возможно, это не очень хорошо, то, что он так бесстыдно кончил на живот Джона и то, что он сейчас лежит, кашляет и целует Джона, повторяя: "Джон", "Боже" и "Ооо".

***

Это ведь могут быть сантименты. А вдруг это они? Что тогда это значит? Может Шерлоку стоит спросить самому у него? Он вообще должен знать? [- А что такое любовь? - Любовь - сложная штука.]

***

Эндорфины. Спокойствие. Эйфория. Привязанность. Такая сильная привязанность. - Ты великолепен, - говорит Джон, поворачиваясь так, что теперь они лежат лицом друг к другу, потные, липкие и теплые. [Действительно?] - А ты...- Шерлок замолкает на мгновение. - Непредсказуемый. Джон ухмыляется: - Самый лучший комплимент. [И это действительно так. Ведь Шерлок может предугадать все, не так ли?] Он говорит это Джону, медленно выдыхая. Джон мягко и сладко его целует. Это ведь могут быть сантименты может быть любовь. А вдруг это она? Что тогда это значит? Может Шерлоку стоит спросить самому у него? Он вообще должен знать?

***

- Я хочу сделать тебе яичницу с хлебом, - говорит Джон, потягиваясь и морщась от высохшей спермы у него на животе. Шерлок улыбается: - Сегодня вторник. И сейчас полночь. - Прекрасно. - Почему? - Это непредсказуемо.

***

Те мысли о Джоне Ватсоне, которые приходят ему на ум периодически, очень глупы. Периодически. О Джоне Ватсоне. Он бы выстрелил прямо в глаз Мориарти, он бы надел на себя бомбу, чтобы спасти Джона. Он бы перерезал горло любому, кто хоть пальцем коснулся Джона Ватсона. Он бы это сделал без раздумий. И это не сантименты. Это та самая холодная и жестокая реальность. Еще он бы ел яичницу с хлебом каждую ночь, смотрел бы ужасные передачи по телеку, периодически поглядывая на Джона и его небольшие ноги на журнальном столике, и чувствовал бы его пальцы в своих кудряшках каждый раз. Это ведь могут быть сантименты может быть любовь. А вдруг это она? Что тогда это значит? Может Шерлоку стоит спросить самому у него? Он вообще должен знать? Знал ли он об этом с самого начала? - Что такое любовь? - Сложная штука. Непредсказуемая вещь. Нелогичная даже.