Одну я тебя не оставлю

Неделя. Прошла ровно неделя, как Лидия ушла от Питера, а в жизни обоих произошло поистине колоссальное изменение, которое еще не раз отразится на их будущем. Никто не видел Хейла-старшего с того дня: Дерек пытался найти своего непутевого родственника, но тот уехал, не сказав никому и слова, лишь оставив записку на холодильнике «Неотложные дела». Лидия. Она изменилась. Что-то погасло в глазах юной мисс Мартин, а ее яркая улыбка больше не была искренней. Девушка лишь изображала спокойствие и радость,день за днем играя привычную роль, пока внутри все разрывалось от необъяснимой тоски и боли. Причиной тому был не только страх перед возвращением Дарака, а что-то куда более личное, то, что она никому не могла объяснить. Это было похоже на то, что она чувствовала после внезапного отъезда (считай, бегства) Джексона в Лондон и все же не то: тогда все было проще, слабее. Пара вечеров внеурочного поедания любимых маффинов и просмотра "Дневника памяти", который Уитмор терпеть не мог, пара "веселых" приключений в компании МакКолла и Стилински и королева Мартин вернулась. Тогда это было типичное расставание двух подростков, объединенных общим прошлым и какими-то зачатками чувств. А что сейчас? - Лидия, что-то случилось? - обеспокоено спросил Стайлз в перерыве между уроками. Ему не нравилось тихое и отстраненное поведение подруги. То, как она оглядывалась на улице, идя домой после уроков, и то как использовала любой предлог лишь бы не ходить в лофт к Хейлам. Он в своем стиле подлетел к ней на перемене. Взъерошенный, со своим обычным рюкзаком за плечами, в толстовке с какой-то бредовой надписью он составлял странный тандем с ухоженной Лидией в приталенном светло-зеленом платье с юбкой колоколом, идеальной от изящной укладки с художественно выбившимися прядями до педикюра. Ведь душевные метания - это не повод плохо выглядеть. - Все хорошо. - Спокойно ответила Мартин, убирая учебники в шкафчик, обернулась к парню и выдавила яркую улыбку, которую несомненно все приняли за искреннюю, но Стайлз изучал Лидию с третьего класса и только нахмурился в ответ. Лидия могла бы сказать, что не было никакого «хорошо». «Хорошо» - это, когда внутри нет адской боли, заставляющей сердце пропускать удар и вызывать дрожь; это когда ты не бежишь в туалет посреди урока, потому что больше нет сил сдерживать внутри горькие слезы; это когда тебя не передергивает то ли от страха, то ли от тоски, при одном только упоминании его имени. Внутри что-то сжималось, как воздушный шарик, на который стоит еще немного надавить и он лопнет, унося с собой жизнь бедняжки Мартин. Но зачем милому, доброму Стайлзу такие вещи? Поймет ли? В течение недели она выискивала и изучала каждую ссылку в Интернете, каждую книгу о мифических существах в школьной и городской библиотеках, но не нашла даже намека, даже маленькой подсказки на загадочное происшествие так напугавшее его. Книга, подаренная им, лежала у нее на столе под грудой учебников, она помнила о ней, она чувствовала, что именно в ней ответы на ее вопросы, но Лидия боялась ее открыть: слишком приятные воспоминания связаны с ней. Девушка начинала ненавидеть себя за свою трусость, за неспособность признаться даже самой себе в том, что происходит, и за то, что ведет себя, как тринадцатилетняя девочка. Неужели так сложно сказать три простых слова: "я люблю его". Нелогично, неправильно, возможно, даже бессмысленно. Глупая маленькая девочка, поверившая волку, который однажды чуть не сгубил ее. И вот сейчас спустя неделю боли и отчаянья, побывав в аду, выстроенном неизвестностью, страхами и болью, молодая банши поняла и приняла чувства, что испытывает к этому "большому злому волку". Поняла и испугалась. А вслед за испугом снова пришли тоска и боль. Это напоминало замкнутый круг, какую-то дурную бесконечность, которой не место в идеальной жизни Лидии Мартин. Но еще страшнее надежда на взаимность: тот робкий росток этого чувства, который породили в ней его взгляд, и тихий шепот, уговаривающий поверить в свою избранность. Что может быть страшнее не оправдавшейся надежды? - Что это за книга? - прерывает ее размышления Кира, вертящая в руках ту самую потрепанную книжонку. Они уже пару часов сидели в комнате Лидии, стараясь написать хоть что-то про экономические проблемы Южной Африки. Будь Лидия не настолько погружена в свои размышления, доклад был бы уже готов, не даром она лучшая ученица школы, но Мартин было не до этого, а ее соседка по несчастью инициативы не проявляла, поэтому они вели малосодержательный диалог: Лидия сидела и смотрела в учебник, симулируя деятельность и вовремя поддакивая собеседнице, а Кира изучала убранство комнаты, попутно пытаясь разговорить девушку. Заботливый Скотт попросил свою девушку приглядеть за их общей подругой, но Кира не знала как подступиться к блистательной королеве. - О банши, один человек дал почитать, - с грустью в голосе отвечает Лидия, а в голове сразу всплывает тот день, когда Питер пришел к ней и после неудачного разговора с дочерью не вспылил как обычно от ярости, а спокойно продолжил общение с Лидией. Вспомнился блеск глаз и их шутливая перепалка. - Много нового узнала? - Кира наконец нашла тему, долженствующую, по ее мнению, заинтересовать Мартин, и улыбнулась - Я ее даже не открывала. Не было настроения. - Равнодушный голос и пожатие плечами не вязались с беспокойным взглядом на книгу в руках подруги. - Тогда я почитаю тебе вслух. - Кицуне раскрыла книгу и с интересом начала рассматривать страницы. – Все же это лучше, чем Южная Африка. - Не стоит, Кира. - Голосом Лидии можно было морозить воду. Она не желала слышать хоть что-то из этой книги сейчас, надеясь дождаться более удобного момента, вот только каким он должен быть она не знала. - Почему? Ты же хочешь узнать о себе. - Кажется, Кира даже не заметила протеста девушки, устраиваясь поудобнее. Лидия тяжко вздохнула, видимо против подруги не попрешь. - Ладно. Если хочешь почитай, но только не вслух, - банши отложила учебник и устало откинулась на подушки. Наступившая тишина давала приятную возможность погрузиться в сон, но мысли, заполнившие ее голову, не давали ей этого. Столько всего крутилось в голове: вся эта ситуация с Питером; как сообщить Скотту о возвращении Дарака и стоит ли; что делать с Малией и Питером. Внезапно прозвучавший голос Киры, заставил девушку взрогнуть и сесть на кровати, раскрыть глаза: - Лидия, я нашла как тебе заглушить шум в голове. - Что? - девушка резко вскочила с кровати и метнулась к девушке, не веря своим ушам. - Тут написано как. Точнее не как, а из-за чего это может произойти. – тараторила кицуне, указывая на строчки в тексте и улыбаясь. - Покажи мне. - Лидия вырвала из ее рук книгу. Ее глаза, пробегая от строчки к строчки, становились шире от изумления. Сердце забилось быстрее, а губы растянулись в счастливой улыбке. - Вот засранец, - прошептала она, а затем обернулась к девушке. - Кира, мне срочно надо уйти. Спасибо за помощь. Ничего не понимая, Кира кивнула, взяла сумку и направилась к выходу из комнаты, оглядываясь на суетящуюся Мартин. А Лидия, взяв книгу и сумку, выбежала из комнаты, по дороге прихватив за локоток кицуне и потащив ее за собой. Выйдя на улицу, она обняла растерявшуюся девушку, и резко развернулась в сторону Лофта Хейлов, почему-то девушка была уверена, что застанет его там. Торопясь по улицам города в послеобеденный зной, когда все попрятались под крыши домов, Лидия в очередном платье и на неимоверных каблуках шла по улице как по подиуму, умудряясь держать приличную скорость, и улыбалась впервые за неделю искренней улыбкой. "Неужели надежды все же оправдываются?"