Очарование Небес

С наступающим, друзья!))) ___________________________________________________ Утро добрым не бывает. Хибари Кёя в очередной раз убедился в этой простой, но неизменной истине. Смутное беспокойство стало терзать его еще до того, как он открыл глаза. Во-первых, не было сопутствующего каждому пробуждению чириканья Хиберда над ухом. Во-вторых, его постель не такая мягкая и... (Хибари слепо провел рукой по кровати) не такая широкая, как это чужеродное ложе. Кёя медленно открыл глаза, но тут же прикрыл их, в отвращении сощурившись от ударившего в них яркого солнечного света. Вот и третья странность: в комнате Главы ДК окна всегда закрыты плотными шторами. Поутру Хибари мало чем отличался от остальных людей (разве что был еще более агрессивным, чем обычно), но вот приходил в рабочий режим явно быстрее. Юноша уже через секунду после пробуждения ласточкой подорвался с места. В комнате он был один, футон бесформенной кучей валялся на полу (если, упаси Ками, им с тротиловым кретином придется существовать на одной территории, то непременно следует привить этому неряхе любовь к порядку), но самым страшным было то, что вторая половина кровати пустовала. Только подушка вмятиной от маленькой головки, спавшей на ней, говорила о том, что малыш действительно находился вчера тут. Сердце пропустило удар. А что если малыш Тсу вернулся в свое время? А на его место… Кёя не дал себе додумать эту мысль. Нет. Нет… Хибари выскочил из комнаты, надеясь, что его опасения не сбудутся. Неправильно было чувствовать страх и горечь от возможной потери, но брюнет это чувствовал, а объяснением причин он займется потом, когда отпустит паника. − Что ты творишь, тупой овощ?! – Не узнать этот прокуренный истеричный голос было невозможно. - Отвали, блондинка, я знаю, что делаю. - Хрена лысого ты знаешь! Все загваздал тут этими яйцами! – Орало в ярости травоядное. - Кушать! Кушать! Кушать! – Стучали по стулу явно чем-то тяжеленным. Глава Дисциплинарного Комитета Средней школы Намимори замер, услышав тонкий возмущенный голосок. Только сейчас, когда невидимый обруч перестал сжимать грудную клетку, парень понял, что не дышал. Паника постепенно отпускала его, а облегчение от того, что Тсу не исчез, было поистине колоссальным. Внезапно воскресшее чувство острого одиночества, от которого он, казалось, уже давно избавился, ударило по нервным окончаниям, затмевая разум. Но стоило лишь узнать, что Тсу еще тут, и это липкое, мерзкое ощущение отчаяния отступило. - Простите, Джудайме! Я сейчас что-нибудь соображу! Будет и вкусно, и полезно! - Ойя-ойя, запел соловьем. Не верь ему, Тсунаеши-кун, у его семьи плохая репутация, - издевательски хмыкнул Туман Вонголы.– Гастрономические способности его семейки сводятся к отравленной кулинарии, которой даже врагов пытать жалко, кфу-фу-фу. - Заткнись, тупое растение! Я умею готовить, не в пример тебе, из блюд знающему только тюремную баланду! - Меньше слов, больше дела, блонди, - фыркнул Туманник. - Кушать! - Сейчас, Джудайме! Я накормлю Вас! - Ты это уже битый час обещаешь, - снова вставил свои пять копеек Рокудо. - Закрой пасть! - Травоядные, - стоило Кёе показаться на пороге кухни, как вопли сразу стихли. – Что за зоопарк вы здесь устроили? - Кёя-кун, - Рокудо тяжко вздохнул, предчувствуя пиздюля, которые в обязательном порядке будет выписывать педантичный Глава Дисциплинарного Комитета. - Хибари, - «обрадовался» Хранитель Урагана, убирая с волос скорлупу от яиц. Один лишь Тсунаеши искренне осчастливился появлением юноши, тем более, что Хранитель Облака был его единственным спасением от неминуемой голодной смерти. - Кёя, с добрым утром! – Воскликнул малыш, откидывая в сторону огромный половник, которым видимо и грохотал по столу, и бросился ураганчиком к своему другу. Половник к глубокому удовлетворению Хибари точной наводкой попал Ананасу прямо в лоб. Хранитель Тумана с диким вскриком грохнулся на пол под шокированным взглядом динамитного травоядного, а малыш даже внимания не обратил на мучительные стоны иллюзиониста, обнимая ГДК за ноги. - Доброе утро, малыш, - Кёя присел перед ребенком и погладил его по вихрастой головке. - Кёя, я кушать хочу! А Ананас-сан и странный дядя не умеют готовить! – Принялся жаловаться вконец доведенный малолетний Босс всея Вонголы. – Только ругаются и придумывают всякую ерунду про руки! Облако вопросительно вскинул брови на надутое от возмущения лицо мелкого Босса. - Они только это и умеют делать, малыш, - наконец тяжко вздохнул Хибари, сканируя недобрым взором вонгольских коллег в эволюционном развитии недалеко ушедших от кишечной палочки. - Джудайме, я не «странный дяденька», а Ваша Правая Рука, - запело старую песню вонгольская чушка, вымазанная в яичном желтке и муке,- я же Вам уже говорил… - Это не правда! – Запыхтел Тсу. – У меня есть правая рука! – Для верности Небеса Вонголы замахали правой ручкой, показывая, что да, у него уже есть правая рука и другой, особенно такой грязной, не надо. - Ты прав, малыш, - сладко зевнул Хибари. – От такой правой руки пойдет гангрена по всему телу. - Хибари, мать твою! ... – Взревел динамитный мальчик, зачем-то кидаясь к ГДК. Поборник дисциплины попытку обнимашек не заценил и перекошенным красным лицом не впечатлился. Вместо этого он схватил сковороду и огрел ею чумазого Хранителя Урагана. - Покойся с миром, - невозмутимо посоветовал грозный страж Намимори, взирая на корчившегося у его ног поверженного врага. - Мудак! Облако Вонголы как бы случайно уронил кухонную утварь на голову залупавшегося блондина. - Не выражайся при ребенке, жалкое травоядное. - Кёя! Дяде же больно! – Заволновался Тсунаеши. – Нельзя его бить! - Не переживай, малыш, этому дяде нравится такое обращение, - дружелюбно заявил Хибари. – Он счастлив, когда его бьют. - Не может быть, - покачал головой пораженный малыш. - Бывают и такие травоядные, Тсунаеши, - серьезно объяснял Кёя, мрачнея с каждым собственным произнесенным словом. – Они специально говорят тебе гадости, шумят, портят имущество, загрязняют среду, прогуливают школу, обзывают друг друга и пытаются драться, не учат уроки и не хотят работать, курят и распивают алкоголь, и совершают еще много-много всяких преступлений – и все для того, чтобы их побили, - на лице ГДК застыло зловеще-праведное раздражение. - Мазохисты, что с них взять. - Махисты? – Округлил глазки Тсу. - Мазохист – человек счастливый, когда его забивают до смерти, - лекторским тоном рецензировал Хранитель Облака Вонголы, похрустывая костяшками пальцев. - Ойя-ойя, то-то я смотрю, у тебя вся школа в таких счастливчиках ходит, - прокряхтел Рокудо, еле-еле поднимаясь на ноги и подползая с полотенцем в руке к раковине. - Хочешь быть в их числе, Ананас? – Вежливо предложил Хибари, натягивая на себя традиционный фартук всех японских домохозяек. - Обойдусь, пожалуй, - Туман Вонголы приложил мокрую тряпку к ярко-алому пылающему лбу и облегченно выдохнул. - Малыш, ты почистил зубы? - Да, Кёя, Ананас-сан помогал мне, он сказал, что нужно заботиться о своем здоровье,- принялся рассказывать счастливый Тсу, с обожанием глядя на Главу ДК, который с феноменальной скоростью, ловко убрал весь бардак в мусорное ведро и вытер везде грязь. – Мы умылись и почистили зубы. - Хм, Ананас, оказывается, не настолько бесполезен, как я о нем думал, - с некоторым удивлением заметил Облако Вонголы. Рокудо пренебрежительно фыркнул. - Кёя, а что ты будешь готовить? – Взволнованно вопросил голодный ребенок, с диким огоньком в карамельных очах наблюдая за манипуляциями Хибари. - А что ты хочешь? – Едва заметная улыбка тронула бледно-алые губы. - Тебя в адском котле, - раздался злобный стон из-под стола. Гроза Намимори бросил в ту сторону испепеляющий взгляд. И через миг перед «доброжелательными» серо-синими очами Вонгольского Облака предстал пошатывающийся, лохматый, грязный подрывник. - Омлет, жареный бекон, рис, вафли, блинчики, … - взахлеб начал перечислять истекающий слюной Тсу, отвлекая своего Хранителя Облака от расправы над жалким травоядным. - Не знал, что ты страдаешь каннибализмом, кфу-фу-фу, - высказался Туманник, у которого настроение медленно, но верно поднималось вверх при оценке физического состояния Урагана Вонголы. - Я им не страдаю, я им наслаждаюсь, - Гокудера схватил второе полотенце и последовал примеру собрата по несчастью. - Онигири, тсукияки… - Понял-понял, - усмехнулся Хибари, доставая чистую тарелку и пакет молока. – Ты очень голоден, малыш, но вряд ли ты съешь все вышеперечисленное зараз. Давай на завтрак я приготовлю бекон с яйцами и блинчики с… - Кёя снова заглянул в холодильник, - клубничным джемом. А в бенто будет и рис, и онигири, и тсукияки. - Да! Ура! – Маленькое Небо счастливо обнял уже родные ноги замечательного ГДК. - Бенто? Зачем оно Тсунаеши-куну? – Бывший узник Вендичи вскинул брови. - Даже не думай тащить Джудайме с собой в свой дебильный Комитет, - проницательно заявил Гокудера, упирая руки в бока. - Приведи лучше себя в порядок, грязная свинья, - Кёя грозно зыркнул небесно-серыми глазами на Хранителя Ураганного Кольца Вонголы. - Проклятый еж, заткнись! Ты у меня уже в печенках сидишь! - От тебя уже воняет, сроднился с Ананасом. - Ойя-ойя, что за предъявы! – Возмущенно запыхтел Рокудо. Хибари, ловко и быстро замешавший тесто под блины, повернулся к Туману Вонголы и смерил того задумчивым взглядом. - Можешь не ходить в уборную, - удовлетворенно кивнул Кёя. – Тогда мне больше не придется любоваться на твой мерзкий конский хвост и дурацкий петушиный хохолок. Подрывник согласно издевательски хмыкнул. - Что…? – Иллюзионист растерянно провел рукой по волосам и в отвращении скривился, почувствовав на пальцах липкую слизь. – Черт! Наследник Дэймона Спейда с такой скоростью вылетел из кухни, что в воздух взметнулась несуществующая пыль. - Кёя, можно я тебе помогу? Облачный Хранитель посмотрел на ребенка, незаметно пододвинувшего стул и сейчас стоящего на нем по правую руку ГДК. - Ты вчера обещал меня научить готовить, - напомнил загоревшийся энтузиазмом Тсу. - Хм, хорошо, - Гроза Намимори положил перед мальчиком разделочную доску, а на нее шматок ветчины. – Бери нож и нарезай тонкими ломтиками, вот так, - Хибари показательно отрезал пару кусочков. – Понял? - Угу, - сосредоточенно запыхтел Босс Вонголы, аккуратно беря нож и примеряясь к куску ветчины. - Ты что творишь, Хибари! Джудайме себе все пальцы оттяпает! – Ураган обеспокоенно следил за мелким Савадой. - Какая вера в способности Босса, - хмыкнул Блюститель порядка. - Он еще маленький! – Оправдывался покрасневший Хаято. – Всем известно, что детям нельзя давать в руки острые предметы! Кёя заливший в сковороду первый блин, зорко следил за действиями карамельноволосого малыша. Небо хоть и неуклюже, но вполне на взгляд ГДК, неплохо справился с первым куском. Ломоть хоть и вышел большим и косым, но обошелся без крови, что было небывалым чудом и огромным плюсом малышу, учитывая, что Хибари прекрасно помнил об умениях Савады-подростка. - Тебе нельзя брать в руки динамит, но ты же все равно страдаешь этой ерундой, - фыркнул сероглазый брюнет. - Не смей оскорблять мои умения, чертов еж! - Сгинь, травоядное, - велел Хранитель Облака. – Тебя ждет неубранная комната. - Вот иди и убирай! - Закипел юный подрывник. – Ты тоже там спал! - Иди, потри спинку Ананасу. - Да пошел ты, ублюдок! – Яростно возопил Хаято, потрясая вымазанными в муке кулаками. Наследник Первого Облака Вонголы резко обернулся, собираясь выбить несколько зубов главному матершиннику Вонголы, но казнь предотвратил маленький Босс. - Нельзя себя так вести, Мазохист-сан, - серьезно заметил Тсунаеши, усиленно отрезая второй, такой же кривой, как и первый, ломоть ветчины. – Вы уже взрослый и должны убирать за собой, а не кричать. Глава Дисциплинарного Комитета Средней Намимори ухмыльнулся, увидев вытянувшееся лицо выпавшего в осадок динамитного травоядного. Да, ему определенно нравятся раздаваемые малышом прозвища. Тонко и метко. - Слова взрослого человека, малыш, - довольно усмехнулся брюнет, с озорным огоньком в глубине небесных глаз. - Я тебе это еще припомню, Хибари, - буркнул Гокудера, мрачно-ураганной тучей покидая столовую. Некоторое время Небеса Вонголы и его Облачный Хранитель работали молча. У Кёи горкой росли блины и уже пеклись вафли, а Тсу, нарезав ветчину, по указанию ГДК смазал сковороду маслом и выкладывал на нее ломтики. - Теперь ставим сковороду на огонь, поджариваем ветчину, - объяснял Хибари, а Тсу внимал полученной информации и серьезно кивал, внимательно за всем наблюдая. – Малыш, если хочешь, можешь приступать к еде, - парень указал на стопку блинов. Уговаривать маленького Вонголу долго не пришлось. Малыш метнулся кометой к столу. - Приятного аппетита, малыш, - Кёя поставил перед шатенчиком чашку чая. - Спасибо, Кёя! – Воскликнул счастливый Тсу, одним присестом заглотив блин.– Ты готовишь так вкусно! Как моя мама! - Хм, - довольно улыбнулся Облако Вонголы. – Не торопись, а то подавишься. - Угу, - согласно кивнул карамельноволосый мальчик. Брюнет вернулся к плите. М-да, когда он закончит с готовкой, ему самому нужно привести себя в порядок, кроме того должен приехать Тетсуя и привезти форму своему Лидеру и детские вещи для Тсунаеши, а то тот по-прежнему щеголял в очаровательном вчерашнем наряде. Нужно будет купить для малыша все необходимое: одежду, гигиенические средства, игрушки, быть может, еще что-нибудь. Надо бы заглянуть в школу, сегодня же собрание между Комитетами, так или иначе там нужно быть. Травоядная блондинка был прав: Кёя собирался взять Тсунаеши с собой. Этим двум олигофренам с маньячными наклонностями он оставлять ребенка на попечение не намерен. Пусть вопят, если будут мешать, он натравит на них своих людей, в крайнем случае, ликвидирует этих прислужников мафии. Хибари едва не застонал, когда вспомнил о других представителях травоядной коалиции. В принципе, разобраться с ними нетрудно, но на это нужно время. К тому же, стадо довольно многочисленно и со всеми разом будет справиться напряжно: может пострадать малыш. А это неприемлемо. И еще… Хранитель Облака Вонголы взглянул на довольного мальчика, уже успевшего вымазать себе все щеки в джеме. В груди растеклось тепло. … малыш расстроится. Ведь он выглядел таким счастливым, когда подумал о том, что все они его друзья. Пусть и половина мафиози так не думает, но искренняя улыбка ребенка стоит всех трудностей. Хибари понял, что ради маленького Неба Вонголы готов мириться со стадом травоядных, даже если придется делить с ними одну территорию. Всегда можно избавиться от надоедливых личностей. - Кёя-кун, тебе нужно работать в ресторане, кфу-фу-фу, - раздался ехидный голос. – Такой талант пропадает. Ананас определенно будет первой жертвой. Хибари заставил себя проигнорировать подначки хохлатого уголовника и сосредоточиться на сковороде с беконом, в которую он уже ожесточенно набивал яйца. - Кёя вкусно готовит, - пробормотал Тсу. – Попробуйте! - Ойя-ойя, интересно даже, - воодушевился Туманник, усаживаясь рядом с шатенчиком. У Главы Дисциплинарного Комитета дернулся глаз. - Хибари, угости чаечком, - пробухтел с набитым ртом мерзкий иллюзионистишка. – Трудно разобрать вкус твоей стряпни. - Малыш, бекон будешь? - Кёя подошел к Небесам и оттер мокрым полотенцем пухлые щечки от джема. - Да! - Тсунаеши-кун, для такого маленького мальчика, ты ешь больше взрослого, - удивленно заметил Хранитель Тумана. - Чтобы вырасти, надо много кушать! - Поучительно возразил Босс всея Вонголы. – Вот Вы, Ананас-сан, очень худой. Вам тоже надо хорошо кушать. - Ойя-ойя, не такой уж я и худой, - фыркнул Мукуро. Облако Вонголы невозмутимо поставил на стол три тарелки и две чаши чая. Рокудо изумленно приподнял брови, когда перед ним на столе приземлилась утварь с едой. - Что? – Хмуро поинтересовался Кёя, почувствовав на себе сверлящий взгляд. - Да вот думаю, с чего наш хищник такой добрый, - ухмыльнулся Рокудо. - Я передумал: отдам твою порцию блондинке, - рыкнул Хибари. - Ойя-ойя, не нервничай, Кёя-кун, - иллюзионист вцепился в тарелку. – Так уж и быть: попробую твою еду. В кухню вошел Хаято, благоухающий и чистый, с чуть влажными волосами. Мрачно оглядев своих коллег, он прошествовал к чайнику. Налил себе чаю и молча уселся напротив любимого Джудайме. - Приятного аппетита! – Пожелал Тсу, смотря на друзей счастливыми шоколадно-медовыми глазами. - И тебе, малыш. - Спасибо, Джудайме, - слабо улыбнулся Гокудера, почувствовав, что возвращается хорошее настроение. - Тсунаеши-кун, - Рокудо давно умирающий от голода, но не смевший в этом признаться, набросился на еду. Правда, счастье Тумана Вонголы было не долгим. Уже через пару секунду у него покраснело лицо, заслезились глаза, и задергалось все тело. Синеволосый парень схватил чашку чая, чтобы запить то, что так неосмотрительно положил в рот, но и тут потерпел фиаско. Мукуро выплюнул чай и под заинтересованными взглядами метнулся к крану с водой. - Что это с ним? – Вопросил озадаченный подрывник, откусывая от блинчика. Глава Дисциплинарного Комитета довольно ухмыльнулся: - Ну что, Ананас, как тебе моя стряпня? Распробовал? – Хибари поставил на стол два флакончика, один с молотым васаби, другой с солью. Все понявший Гокудера неприлично заржал. Нахлебавшись воды, злющий, покрасневший Рокудо материализовал трезубец: - Я тебя убью, Хибари! - Ты можешь попробовать, - флегматично заявил Кёя, - но тебя быстрее убьет моя кулинария. - Вам плохо, Ананас-сан? – Небо подбежало к своему Хранителю Тумана. - Все нормально, Тсунаеши-кун, - невольно смягчился Мукуро, узрев на лице малыша искреннюю тревогу. По дому разлетелся звук дверного звонка. - Малыш, ты покушал? - Да. - Тогда, пойдем одеваться. - Хорошо, - бросив на Туманника еще один внимательный взгляд, Тсу подошел к брюнету. - Уберёте со стола, - Хибари взглядом пресек все возражения. – Имейте уважение к дому, в котором спали и ели. На пороге стоял Тетсуя с чехлом под форму ГДК и белым пакетом. - Э-э, Лидер,… - Изумленно распахнулись глаза верного Заместителя. - Без вопросов, - заморозил его взглядом Кёя, державший на руках Тсунаеши. – Проходи. Кусакабе заторможено кивнул. - Во сколько собрание Комитетов? - В два часа дня. - Хм, ясно. До этого времени меня не будет, возникли неотложные дела. Присмотри за всем. - Как скажите. - Если хочешь, можешь позавтракать, Тетсуя, - Хибари опустил мальчика на пол и забрал у парня вещи. - Кхм, спасибо, но мне нужно идти, - откашлялся пораженный добротой шефа Кусакабе. – Уже начало девятого. - Тогда можешь идти. Хранитель Облака и его маленький Босс вернулись в комнату, в которой спали. Хибари довольно хмыкнул, узрев убранную обитель и застеленную кровать. От динамитного травоядного может быть прок. Быстро приведя себя в порядок и одев малыша, Кёя под руку с Небом Вонголы спустился на первый этаж. Еще у лестницы он услышал приглушенные маты и истерический куфуфукующий смех. В холле стояли маньяк Джессо собственной персоной и тупой Конь. - Рад тебя видеть, Тсунаеши-кун! - Убирайся, нежить, - плевался ядом Рокудо, размахивая из стороны в сторону своей вилкой. - Кёя! – Замахал копытом Конь с дебильной улыбкой от уха до уха. Хибари стукнул кулаком по перилам и в бешенстве прикрыл глаза.