Bless me

1. Чем опасна тень? Тем, что когда нет солнца, ее не видно, но это совсем не значит, что она перестала существовать. Портгас проверяет каналы прослушки. Слышит ворчливый голос Ло. - Юстасс, придурок, даже стол разбили. - Да, вы тут все переломали, - насмешливый голос Моне. Эйс слабо улыбнулся. Следить за своим парнем – да, Портгас считал Ло своим парнем – дело вроде как не совсем правильное. Но когда твой парень Трафальгар Ло, приходится признать эту необходимость. К тому же, так или иначе, они работают на одного человека. Свою угрозу Ло в действие так и не привел. Эйс начал работать. А работать он умел. Шанкс недаром считал его лучшим, даже Михоук это признавал, уж на что не умел отвешивать комплименты. Вот и сейчас, Эйс прослушал все каналы, отметив, что вроде как нигде ничего не намечается. Значит, можно продолжать. На этаже никого не было. Пройдя по плинтусу к углу, он чуть, совсем немного, отвел сторону единственную камеру наблюдения. И дальше по плинтусу двинулся к двери. Вот он уселся перед ней, открыл свою магическую коробку. Чего в ней только не было. Разве что пистолета? Тот висел на боку под курткой и был совершенно незаметен при ходьбе. Любой замок сдавался перед Портгасом. Все эти якобы “невскрываемые” ломались под его умелыми руками. Эйс знал, что не делал этого раньше, умение вскрывать он получил относительно недавно, потому что год – это в принципе мало. Однако, руки, которые собирали очень тонкие механизмы взрывчатки, были способны и не на такое. Поэтому Портгас особенно не удивился, когда вскрыл предложенный Шанксом замок – зубочисткой. Впрочем, тот и не был особенно сложным. Дверь Кида была не простой. Сложен не только сам замок, квартира поставлена на сигнализацию, хотя, сообщение о взломе придет не копам, а ему самому. Был у Эйса случай, когда в результате квартира взорвалась. С тех пор он был аккуратен и внимателен к любым мелочам. Вот Портгас в задумчивости проводит рукой по проводам, проходя первую защелку. - Папа! А что этот дядя… - по лестнице резво поднималась девочка лет пяти. Эйс нежно улыбнулся ей. - Привет, малышка. - Привет! – тут же сказала она. - Эй, с незнакомцами не надо разгова… - сказал ее папа, поднимаясь. - Но мы уже познакомились! – буркнула та. Эйс снова улыбнулся. - Я слесарь. Опять поступил вызов из квартиры снизу, - с досадой сказал Портгас, чуть пожимая плечами и вздыхая. - А! Понятно. Опять этот наркоман квартиру залил? Или что-то типа того? – кивает в ответ папаня. - Да. - Ну, не будем вам мешать. Тень остается тенью. Ее никто не вспомнит, даже описать не сможет. Совершенно обычный, ничем не примечательный человек, слесарь. Работа как раз для меня. Я умер для всех, и все умерли для меня. Вот Эйс отрезает один провод, удовлетворенно слышит тонкий писк в квартире и передвигает следующий зубец в штреке замка. Портгас слабо улыбнулся. Может, потому что в этом мире у него не было никого особо близкого, когда появился Ло, чувства Эйса стали не просто любовью - они стали лавиной. Можно сказать, его любви хватило бы на десять человек – каждый был бы счастлив. Вот провода срезаны, и он проникает в квартиру. Камера всего одна, да и то поставлена, сразу видно, неопытным человеком. Эйс легко избегает участи быть запечатленным на ней. Портгас немного кривит губы. Кид даже не пытался бросать курить и ширяться. Скорее всего, сейчас он тоже под дозой. Эйс щелкает по наушникам, переключаясь на дом Ло. Трафальгар смеется, а Моне продолжает историю про своих подружек. - И представляешь, Нами забирается на прилавок к продавцу, и начинает с ним торговаться! - О, она может, - соглашается Ло, и Портгас понимает, что улыбается, слыша только один его довольный голос. А за его улыбку он был готов отдать свою душу. Но вот Эйс закончил и тенью выскользнул из квартиры. Закрыв дверь, он вернул на место провода, соединив их обратно, закрыл чехлом так, что подкопаться было не к чему. Снова писк – охранная система в работе. Эйс улыбнулся, склоняя голову, но глаза сверкнули. Он не знал, что сейчас очень похож на Сабо. Непримиримый взгляд, даже улыбка. Они слишком долго служили вместе, перенимая мимику друг друга. Эйс хмыкнул своим мыслям. Да, так же как и Сабо он умел и любил играть. Мы не видим тень, даже когда сталкиваемся с ней. Серое пятно на асфальте от дерева или угла дома. Мы видим, но не обращаем внимания, наступив на нее и идя дальше своим путем. Лаффит толкает незнакомца плечом и рассыпается в извинениях, почти тут же идя дальше, не ожидая от незнакомца ответа. А тень следует за ним. Они идут по дороге, и спустя какое-то время Лаффит начинает чувствовать слежку и оборачивается. Но дорога пуста, а на него смотрит бродячая собака невыносимо грустными глазами. Лаффит отворачивается, покрутив пальцем у своего же виска. А тень продолжает следовать за ним. Она дойдет до их прибежища, но там будет слишком много камер. Чтобы проникнуть внутрь незамеченным потребуется подготовка. Поэтому тень оставляет Лаффита и идет исследовать район. Как бы ни была сложна цель, для такой упрямой тени, как Портгас Д. Эйс, не существовало принципиально закрытых дверей. 2. I'm feeling cold today Not hurt just Fucked away I'm devastated and frustrated God I feel so bound So why'd I feel the need? I think it's time to bleed - Беллмере! Белл! Прошу тебя! Сердце замирает, понимая, что случилось трагедия. Военный врач он на то и военный врач, чтобы смерть встречать чаще, чем остальные. Но этот голос она знает довольно хорошо. - Зоро! Ророноа открывает дверь с ноги. - Луффи! Господи! Что с ним… Быстрее клади на стол! Давай же… Черт возьми… - Спаси его, Белл! Умоляю тебя, спаси! Беллмере никогда не видела, чтобы Зоро был в панике. В этот раз был. Луффи хрипло дышал, каждый вздох давался ему с трудом. Но Портгас был упрямцем и так просто с жизнью прощаться не спешил. - Выйди, Зоро, - сурово сказала Беллмере. - Теперь это моя проблема. Беллмере проснулась. Этот сон не покидал ее вот уже год. После того, как Ророноа Зоро и Портгас Д. Луффи были похоронены под черным мрамором, она поняла – ей пора в отставку. И она незамедлительно в нее вышла. Продала недвижимость и купила себе маленький дом в горах на имя друга. Найти ее здесь было довольно трудно. Да и так ли она нужна, живя в изоляции и делая домашнее вино? Единственное, что она не делала, это не позволяла себе связаться со своими дочерьми. Зная, что вляпалась во что-то очень нехорошее, она предпочла забыть о них, выглядя одинокой уже не очень молодой женщиной. Она знала, что Нами наверняка ввяжется в неприятности, а Нодзико наверняка станет таким же хорошим хирургом, как и она. Но воля случая заставила ее потерять все. Впрочем, она не жалела, что спасла Луффи. Зоро просидел, не отходя от него, три дня, и ушел, когда понял, что жизнь друга вне опасности. - Почему ты не… - Не говори ему, что это я спас его. - Но… - Обещай мне! - Ну ладно, хорошо, обещаю, - недоуменно пожав плечами, сказала врач. - Только вот… - Он не должен мне быть обязан. Ничем. Луффи, однако, ничего не спросил. Открыв глаза, он долго смотрел в потолок, а потом уселся на койке. Беллмере тоже ничего не спрашивала. Вот он поджал ноги, ставя их на койку, и Беллмере молилась, чтобы его рана на груди не открылась. - Лу… - начала она, но он поднял глаза, и врач замолчала. Это были глаза человека, который вернулся с того света. Он поднялся, оделся, совершенно не стесняясь ее и своей наготы. Гражданская одежда шла ему меньше, но в ней он легко мог слиться с толпой. - Прости, что втянули тебя в это, - сказал он в дверях. - Тебе лучше исчезнуть. Беллмере позавтракала и вышла в сад. Готовила она вино, но в саду по большей части росли мандариновые деревья – страсть прошлого владельца. Но и врач любила их. Можно сказать, они действовали на нее успокаивающе. Вот она вернулась в свой кабинет и, улыбнувшись сама себе, больше было некому, решила разобраться с документами. Белл не поднимает головы, хотя скрипнула, отворяясь, дверь. - Я не жду гостей. - Вам не надо меня ждать, я уже пришел, - раздается неприятный, как будто нетрезвый голос. Беллмере поднимает глаза. - Док Кью. Чем обязана? И кто это позади вас? - Сан-Хуан Вульф. Прошу любить и жаловать. - Нет, спасибо, воздержусь, - спокойно ответила Беллмере, понимая, что за ней пожаловала смерть. Врач подняла на них глаза. Достоверно знать в каком облике к тебе придет палач – не так уж и мало. Во всяком случае, Беллмере улыбнулась, находя во всем этом плюс. - У нас есть всего лишь несколько вопросов, - сказал Док Кью. - Думаете, я вам отвечу? - Зачем же так упрямиться. Если промолчите, вас будет ждать смерть. - Она ведь меня и так уже ждет, - улыбнулась Беллмере, заметив еще одну тень. Трое мужчин на одну одинокую даму? Не совсем по-джентельменски. - Скажу – вы все равно убьете меня, так какой смысл? – равнодушно пожала плечами Беллмере. - Что сделает ваш Вульф? Будет душить меня? Или просто пристрелит? Кью показал, как перерезают горло. - Крови будет много. Дом потом продать будет тяжело, - усмехнулась Беллмере, она развернулась на своем стуле в сторону окна, глянула в сад. Она не сможет попрощаться с девочками. Не сможет сказать им напоследок, как она любила их. И даже, что с ними произошло за год – она никогда не узнает. Но Беллмере улыбнулась. Она знала, что страдает не за просто так. Она страдает за того, кто сумеет восстановить справедливость. Месть? Да, несомненно, он отомстит за всех. Но пока жив Зоро, Беллмере искренне надеялась, что душа Луффи останется целой, что за местью он увидит то, что всегда умел находить. Надежду, веру и справедливость. - Вопрос первый, самый простой. Портгас Д. Луффи – жив? Ответь на него правдиво, и мы заключим с тобой сделку, - решил испробовать еще один шанс Док, но Беллмере он знал хорошо – сталь, а не женщина. А Беллмере все смотрела в сад. Справится ли Зоро, так похожий на Луффи? Был бы жив Санджи – вечный неунывающий позитив, она бы не беспокоилась. Что могут учинить эти двое не связанные никакими запретами, подумать было страшно. Но Беллмере все равно верила, потому что Луффи не умел сдаваться. Этот мир был по-своему неплох. Угораздило же ее попасть на его изнанку. Вульф делает шаг к ней, пол скрипит под его весом. Беллмере закрывает глаза, ее губы беззвучно шепчут два дорогих имени. Если есть что-то за гранью этого мира, если там остается сознание, то она хотела бы помнить самых дорогих для себя человечков, которых ей удалось принести в этот мир. Ей хотелось бы, чтобы они о ней помнили, но вспомнят ли? Поэтому она шепчет имена, чувствуя, как внутри все сжимает от боли. Но она не заплачет. Наоборот, она поднимает подбородок. Это всего лишь смерть. А со смертью она давно знакома. - Бам! – говорит вдруг незнакомый голос, и раздается хлопок вместе со звуком разбитого стекла, и лицо Белл заливает кровью. Стирая ее рукой, она поворачивается к двери. Вульф стоит совсем рядом с ней, но у него отсутствует половина лица. В следующую секунду он грузно оседает на пол. Снайпер. Док Кью ошарашенно замер. А Беллмере видит позади него парня, что сидит на низком шкафчике. На его губах замерла усмешка. На лице шрам от ожога, и Беллмере смутно припоминает, что этого мальчишку не раз награждали за какие-то секретные операции. Ясное дело, что названий говорить было не принято. Кью медленно поворачивается. - Давно не виделись, - говорит Драгон и поднимает пистолет, тяжелая пушка совершенно не отягощает его, - Док. - Я все смогу объяснить, ты только послуша… - Ты же знаешь, что я не умею слушать, - замечает Сабо и стреляет. Пуля входит точно между глаз Кью. Драгон, усмехаясь, толкает его ногой, и тот с грохотом падает на пол. Беллмере слабо улыбнулась. - Следующая я? – она закрыла глаза. Он кидает свою корочку на стол. Беллмере открывает глаза и медленно читает. Блондин же садится на корточки и осматривает оба трупа. Задумчиво ухая. - Драгон Д. Сабо… Капитан Вайпера, ревизор БКИПП? – ошеломленно говорит она. - Но вы… Только что… Вас же будут судить военным судом… и… Но она смотрит на Сабо и замолкает. - Я и есть их суд. Я – правосудие. А те, кто будет против – станут пеплом, - его глаза сверкнули. - Разве вам… - Беллмере с трудом перевела дыхание, чтобы говорить спокойно, взгляд этого парня пугал. - Разве вам не нужен был Кью, чтобы… - У-ху-ху, - тихонько смеется Дракон. - Что вы? Что он знает такого, чего не знаю я? – Сабо коснулся рукой наушника. - Два трупа. Нужна зачистка. Да, ковер в крови тоже… - Голд смеется. Он поднялся, повернулся к врачу. - Кью пришел к вам. Значит, вы важное звено цепи для них. Этого мне достаточно. Где Кью, там и Тич. А, возможно, и рыбка покрупнее. Интересно, конечно, что они за сделку хотели вам предложить, но бог с ним, - капитан легкомысленно пожал плечами. Вот он подошел к ней, склонился, положив руки на стол: - Ужасный Дракон берет вас в заложники, - сказал вдруг, по-доброму улыбнувшись. - Он не может выразить, как благодарен вам за спасение брата. Сабо приложил руку к груди, сжимая ее в кулак, и закрывая глаза. Беллмере коснулась своей рукой его руки, Дракон сумел донести свое чувство, весь его вид – непримиримого человека, склонившегося перед ней. Да, Дракон мог быть и таким. Он знал, что такое благодарность. - Поэтому он похищает вас, чтобы спрятать в своей штаб-квартире. - Вот как? – улыбнулась Беллмере. - Уху, - Сабо протягивает ей руку, и она, не думая, хватается за нее. - Мы можем даже выкопать одно деревце и посадить его в кадушку в вашей комнате, - тут же предложил он. В этот момент Беллмере и разрыдалась. Драгон крепко обнял ее. - Клянусь, вы будете в безопасности. Беллмере обняла его в ответ. Она давным-давно забыла об этом ощущении, когда тебе не надо самой принимать сложные решения, их за тебя примут, тебе помогут, кто-то много сильнее тебя. Тот, у кого хватит на это сил. - Пойдемте, Белл. Вечером я познакомлю вас со своей командой. Они все просто отменные ребята. Каждый с крышей не дружит. - Как и вы? - Уху, - радостно кивнул Сабо. Everybody hurts some days It's okay to be afraid Everybody hurts Everybody screams Everybody feels this way And it's okay 3. Луффи уже давно не был в шоке. Но вот именно сейчас он в нем пребывал. Рыжая Нами была просто непробиваемой девушкой. Нет, само собой, он мог убить ее и пройти. Но, что бы там ни думал Шанкс, у Монки еще остался вагон принципов. - У вас все? – осведомилась Нами, наслаждавшаяся его недоумением. - Кстати, это была отличная гонка. Вы - мой рыцарь. - Тогда может, пропустите своего рыцаря к своему боссу? Всего-то на пару слов. - Нет, - отрезала Нами. - Босс никого не принимает. Я могу позвать его зама, если уж вам так хочется что-то обсудить. Ро… - Не надо! – поднял руки Луффи. - Зайду в другой раз. Нами пожала плечами. - Ничего не поменяется. Но Монки с нежностью посмотрел на Нами. Та аж вспыхнула. - Что?! Но Луффи уже вышел. Он знал тайну Беллмере, которую та не доверяла никому, ему в том числе, но фото на рабочем столе, которое она так поспешно убрала, он успел разглядеть. Что ж, пока он здесь, он приглядит за ее дочерью, в качестве маленькой платы за свою жизнь. Она это была или не она, узнать Нами было почти невозможно, однако, характер был чертовски схож с Беллмере. Луффи сел в машину. - Что я говорил? – тут же сказал Усопп. - Ну что, едем дальше? Я тут подобрал пару интересных мест… - Может, заедем куда-нибудь постреляем? – предложил Луффи, смотря на здание, в которое он никак не мог попасть. - О! Это я люблю. Поехали, покажу одно знаковое место. Луффи широко улыбнулся Усоппу. Тот радостно кивнул, сжимая руль. Его машина была самой обычной, но он любил ее и совершенствовал ее на свой лад, у него действительно были золотые руки. Даром, что юрист. Луффи с удивлением понял, что считает Усоппа своим другом. Это было давно забытое чувство, неожиданно теплое и, конечно, весьма опасное. Луффи не желал дружбы ни с кем, слишком больно потом было терять друзей. Он знал, что еще одного раза не выдержит. Становиться сильнее, чтобы потом никого и никогда не потерять? Да, раньше он так думал. Теперь же у него осталась только первая часть предложения, потому что он уже всех потерял. Но Усопп трещит над ухом, рассказывая какую-то очередную легенду, и Луффи сжимает руки, вскидывает подбородок. Сердце делает сильный удар. Да черта с два я отступлюсь от своих принципов! Или я не Монки Д. Луффи! “Тир” оказался настоящим полигоном. А Усопп, оказывается, очень метко стрелял. Он был пуглив, легко впадал панику и не стремился попадать под обстрел, но стрелял он знатно. Так же здорово разбирался в оружии. А длинным носом он напоминал Каку. Луффи усмехнулся этому сравнению. Образ Каку живо всплыл в памяти. Легконогий, веселый парнишка, который любил небо и свободу. С ним можно было прыгать по крышам, забывая обо всем, и чувствовать, что холодное, ночное небо целиком и полностью твое. - Босс? – вдруг позвал его Усопп. - Что, будем снимать тех? У них осталось еще десять человек. - Каков твой план? – ради интереса осведомился Луффи, пытаясь выбраться из воспоминаний. Улыбка Каку не выходила из головы. Он умел быть счастливым всегда. - Босс, ты должен идти дальше, - даже в последний момент он улыбался. - Босс! - А… Что? – очнулся Луффи, образ Каку таял. Понимать, что их он больше не увидит, что любящий свободу друг лежит под землей в кромешной тьме? Нет, он никогда с этим не смирится. - Я сниму тех троих. - Неужели сможешь? - Ну, будь это настоящее оружие, они были бы мертвы… Слава богу, это все игрушки. Расстояние было приличным. - А на тебе семь. Справишься? – с сомнением сказал Усопп. - Да, - кивнул Луффи, напомнив себе, что это всего лишь игра, и приготовился наступать. Усопп снимает одного за другим, краем глаза глядя как Луффи ринулся вперед. Сняв троих дальних и прикрывая его, следя за его движениями, Усопп скорее был в восхищении, чем в страхе. - Команда Лусоппа победила! – объявили по громкоговорителю. - Можете забрать свои призы! Их противники матерились, пытаясь сесть. - Кто этот черт… - сказал кто-то. - А что там за подарки? – тут же осведомился Луффи у Усоппа, давая ему пять. - Не обольщайся, плюшевого мишку дадут и то круто, - фыркнул легендмэйкер. - Лучше б накормили, - буркнул Луффи. - О! Я знаю один ресторан, там так готовят! Барати. Поехали! Положив пакет с игрушечными пистолетами в машину, они отправились перекусить. - Барати… - тихо сказал Луффи. - Да, Акааси Зефф готовит невообразимо… - Я знаю, - негромкий голос Монки слегка смутил Усоппа. - Неужели не нравится? - Еще как нравится. Интересно, бывал ли там Зоро. Смог ли он туда зайти? Во всяком случае, похоже, время пришло повидаться со стариком Санджи. Да, самое время. Асиями Санджи был приемный ребенком сурового Зеффа, и вроде, когда Луффи познакомился с ним, все уже были взрослыми, но он все так же умудрялся их гонять, выбивать изо рта Санджи сигареты и отчитывать за невинные шалости. “Барати” походил на какой-то плывучий корабль. Акааси весьма поднялся в своем бизнесе. Суровый старик знал, как вести дела. Луффи зашел в ресторан, интерьер совсем не поменялся, и уселся за стол, который они всегда занимали, приходя своей компанией. Монки тут же попросил у официанта пепельницу и закурил. Морская тематика была коньком Зеффа, дизайнер поработал на славу. Но Луффи знал, что Санджи много чего придумал сам для этого ресторана. Асиями умел работать не покладая рук. Усопп тут же разложил на столе бумаги. Жить у Фрэнки до бесконечности было нельзя, хотя Киборг, казалось, был очень рад внезапному постояльцу. Неделя это еще ладно, но сколько можно? Пора было искать пристанище. К тому же Эйс просил с ним встретиться сегодня – то есть, забот хватало. До Нами он пытался устроить встречу с таинственным Мечником через Робин, но та отшила его еще более хладнокровно, чем Рыжая. Сказать, что это раззадорило Луффи – ничего не сказать. Тяжелую поступь Зеффа Монки почуял за версту. Акааси замер, глядя прямо на него. - Живой, спасибо тебе, ками-сама! Хоть кто-то из вас остался жив! – Луффи сгребли в объятья, а все посетители уставились на них. Суровому Зеффу повезло, его слезы благополучно исчезли в шикарной бороде. Вот его поставили на ноги и сжали плечи. - Чем могу помочь, - грозно спросил Зефф. - Вы знаете чем, - широко улыбнулся Луффи. - А покормить? - А потом покормить. - Тогда пойдем, - предложил Зефф. - Идем, - Луффи махнул рукой Усоппу. - А этот дохляк с тобой, что ли? - Да, это мой консультант, - ухмыльнулся Монки. - С каких это пор богу оружия нужны консультации каких-то смертных. - Мода такая пошла, - пожал плечами Луффи. Они ушли в подвал ресторана, там долго блуждали из коридора в коридор, а потом попали в запертый на три замка зал. Даже Эйсу пришлось бы повозиться, чтобы вскрыть его. В принципе, в одиночку его вскрыть было невозможно. Луффи сел на длинную скамью, накрытую красной мягкой тканью, весьма приятной на ощупь. Усопп нервно вжался в стену, наблюдая за происходящим, готовясь в любой момент сбежать. - Новые поступления. Как для тебя готовил, - улыбнулся Зефф. - Глянь сам! - А я думал у тебя ресторан… - Ты свой, так что сам подойдешь. Луффи встал, подошел к Зеффу, по его лицу расплылась улыбка. - Восхитительно… - его пальцы коснулись гладких стволов. - Вот эти из Израиля, новые разработки. Это проверенные русские машинки, сам знаешь, без осечек. Стандартные американские… - Луффи отмахнулся, уже выбрав себе два новых пистолета. Впрочем, он не собирался ограничиться только ими. - Сколько я тебе должен? – спросил он, поглядев, как Усопп пытается курнуть длинным носом. - О чем ты, - вдруг сказал Зефф. - Ты же хочешь спасти моего сына. Верно? Ты же не поверил, что этот кретин погиб? - Не поверил. И не поверю, - упрямо взглянул на него Луффи. - Так что просто забирай. - Заберу. Жить мне только негде. Мой консультант этим занимается, - Монки придержал Усоппа за плечо, и тот тут же проснулся. - Кто? Что? Где потоп? - Ты там во сне суда, что ли, чинишь? – недоуменно спросил Монки. - И такое бывает, - почему-то гордо сказал Усопп. Впрочем. Луффи уже привык, что его легендмэйкер любит врать. - А вот теперь, я бы не отказался поесть. - Иди наверх, вас уже ждет еда. Не думаю, что я не отгадал. - Конечно, отгадал, - сухо сказал Монки. - Только так готовить как Санджи, никто из твоих не умеет. - Ешь что дают. И спаси моего сына. Или отомсти за него так, как можешь только ты. - Не сомневайся, - глухо сказал Луффи. - В этом можешь не сомневаться. Жив – спасу, нет – камня на камня не оставлю. Сотру в пыль. Только в этот момент Усоппу на секунды стало страшно. Но он привык бороться со своими страхами, а вот любопытство побороть он никогда не мог. 4. This innocence is brilliance I hope that it will stay This moment is perfect Please don't go away I need you now And I'll hold on to it Don't you let it pass you by Зоро сидел на диване в своей комнате, молча, все-таки он был один, и пил саке. Это была уже третья бутылка, но для Ророноа это был далеко не предел. Комната освещалась всего одним светильником, из-за чего комната была погружена в полумрак, а углы ее - во тьму. Он посмотрел на фотографию на полке. Сколько раз он брал ее в руки и ставил обратно. Снимок, который сделал Зоро, просматривая камеры наблюдения. Он и Луффи шли вдвоем по коридору, и Зоро что-то ему рассказывал, пытаясь не прослушать сообщение в наушниках, а Луффи показывал язык. Кому? То ли его рассказу, то ли камере наблюдения. В любом случае, Ророноа счел этот момент довольно милым, чтобы оставить себе на память. В конце концов, от прошлого у него не осталось ничего. И этот черно-белый снимок был, пожалуй, единственной материальной связью с прошлым. Цумудзи существовал, действовал. Они были живы. Но все закончилось. Привычный мир треснул по швам и рухнул в пропасть. Зоро тяжело вздохнул и провел рукой по ежику волос. Он поджал ноги к груди, сгибая в коленях, оставив их на ширине плеч, и сделал большой глоток. Его взгляд смотрел в одну точку. Очередной вечер полный пустоты. Одиночества, которое не он придумал, но которое заслужил. Зоро никогда не был слишком любопытным, но если что-то странное бросалось глаза, он любил докапываться до сути. В таких случаях говорят – он слишком много знал. Зоро не только много узнал, он не пожелал это знание скрыть. И в результате Цумудзи устранили. Всех до единого. Ророноа никому из них не рассказывал, что он узнал, слишком мало было достоверных фактов, но Санджи умел вытягивать из него тайны. Асиями знал все, только, в отличие от него, он был непревзойденным актером, пустомеля, который никогда не выдавал чужих тайн. Когда ему пришло известие, что снайпер погиб, Ророноа понял – началось. Тич понял, что Ророноа в курсе его целей, и спустил на него Крокодайла. Зоро падает боком на диван, бутылка выскальзывает из рук, бесшумно катится по ковру. Все следовало сделать по-другому. Не пытаться уличить Тича в одиночку, а рассказать все ребятам и вместе решить, что делать. Ророноа закрыл глаза рукой. Он не мог это забыть: - Луффи! – Зоро выбежал на улицу. Шел проливной дождь, такой же, что будет идти на его похоронах – начался Цую – сезон дождей. Монки молча смотрел на аллею павших героев: черные памятники, вставшие в ряд. Луффи повернулся на его голос и широко улыбнулся. Его семья мертва – потому что Зоро не сделал правильного решения, попытался со всем разобраться в одиночку. Но Луффи все равно улыбался, и Ророноа хотелось выть. Сейчас Зоро, тяжело вздохнув, щелкнул пальцами, выключая светильник. Больше всего на свете ему хотелось, чтобы Луффи был в ярости, чтобы избил так сильно, как только мог. Может даже убил бы, не велика важность. Почему он не рассказал первому капитану Цумудзи все сразу? Можно было бы провести вечер с Робин и Нами, наверняка девушки еще не спят и думают, спит ли он. Но Зоро не хотел, чтобы что-то облегчило его одиночество, прикрыло веселыми разговорами чувство вины. Какой в этом смысл? Но действительно ли Робин встретила Луффи? Или это все ловко подстроено, чтобы вытащить его на свет божий? Надо немало потрудиться, чтобы узнать историю Луффи. Докопаться до того, как звали его настоящего отца, сделать это своеобразным намеком, сообщением для него, знавшего правду. Зоро потер переносицу, провел по щекам, вытирая их. Он считал, что заслужил всю эту боль. Это его проклятие – жить и дальше с мыслью, что он предал самого дорогого ему человека. За окном кто-то есть. Неужели вычислили и пришли за мной? Ну что ж, посмотрим. Привычная хищная улыбка расплылась по его лицу. Луффи хлопнул в ладоши, осматривая здание. Что ж, он не человек-паук, но лазить он умел. В одной операции он влез на гору вместе с раненым товарищем, надо сказать, что в тот раз были дополнительные бонусы в виде снега и ветра. Тут же было просто здание. Луффи склонил голову набок, сложив руки на груди, потоптался одной на месте и решил, что пора. Умный в гору не пойдет, умный гору обойдет. Только в его случае обойти, означало взойти на нее. Не хотите по хорошему, будет по иному! Луффи измазал руки в тальке и полез. Страховки для слабаков, решил он. Впрочем, это не новомодное здание, полностью из стеклянных панелей, Монки был уверен, что справится. Зеленую голову в окне он увидел случайно, но она и не могла не броситься в глаза. Вот свет в комнате погас. Луффи здраво решил, что таких совпадений быть не может. Монки перевел дух, стоя прижавшись к стене на узком парапете. Ему требовались эти мгновения, чтобы привести мысли в порядок – тренированное тело в отдыхе не нуждалось. Вот он медленно открыл окно, думая о хреновой безопасности, и почти тут же ему пришлось уклоняться от удара. Похоже, Зоро не собирался спать. Сражаться в полной темноте, полагаясь только на свои ощущения, было им обоим не впервой. Только Зоро абсолютно не сдерживался, а Луффи не собирался драться в полную силу. К тому же, удары Ророноа он мог предугадать, а вот мебель попадалась в неожиданных местах. Монки упал на пол, а Зоро сел на него, собираясь вырубить ударом в лицо. Но рука Зоро зависла, поняв, что противник слишком слабо сопротивляется для врага. Все-таки это он. Моя интуиция меня не подвела. Монки улыбнулся, а Зоро замер, его рука вздрогнула. - Луффи? Похоже, Ророноа только-только узнал его. - Это правда ты? Неужели… - он не замечает, что с ним происходит. Зоро опускает руку, проводя пальцами по щеке Луффи, они слегка дрожат. Вот он касается шрама под глазом, проводя по нему большим пальцем, пытаясь убедить себя в реальности происходящего. Эмоции сжимают его сердце, переполняя счастьем и виной одновременно. Кажется, что его душу сейчас разорвет на лоскутки. - Луффи… - голос Зоро почти исчез, потому что дышать было нечем. Он сгреб Монки в охапку и, прижимая к себе, перевернулся на спину так, чтобы Луффи оказался на нем. - Луффи! – он крепко прижал его к себе, слушая его тихий, такой знакомый смех. - Хи-ши-ши! Да я это, я, кто же еще! – такой знакомый, такой родной смех. - Луффи… - тихо прошептал он, чувствуя, как боль накатывает с новой силой. Неужели он держит его сейчас в своих руках? Его, которого так любил и любит, его, которого он предал несмотря на все слова. - Луффи… Он целует его в висок, потом легонько в губы, и снова прижимает к себе, чувствуя, как пальцы Монки вцепились в него. Возможно, это длится вечность, какую-то неправильную вечность в неправильном мире. Миг замирает, отметая законы времени. Зоро провел рукой по его волосам, понимая, что рука его все так же не может унять дрожь. Слишком сильные эмоции проходят через него. - Зоро… - говорит Луффи, чуть отстраняясь и смотря на него. - Как же я рад, что нашел тебя! Ророноа сжимает ладонями его лицо, все еще сохранившее какие-то детские черты, смотрит во взрослые глаза и касается еще раз губами его губ. - Зоро? – недоуменно говорит Луффи, глядя на него. Ророноа усаживается, снова прижимая его к себе. - Как же я виноват перед тобой… - сказал он, и Луффи замер. - Если бы тебе не пришлось защищать меня, они бы не пришли за твоей семьей, - Зоро говорил очень тихо. Он должен был сказать, сказать то, что давно хотел. Он был уверен, что никогда не предаст Луффи. Он не мог предположить, что обстоятельства могут сложиться так, что погибнут невинные люди, дорогие для Монки – его семья. - Винишь себя? – негромко сказал Луффи. Уж он-то заметил чуть покрасневшие глаза. Зоро провел руками по его волосам, склонился, вдыхая их аромат, запах солнца, машин и оружия. Он всегда пах так, даже когда из машин были только танки или БТР. Управлять он умел всем на свете, будто был рожден для техники. Посади за комбайн – и то справится. Если бы Монки сыграл, как от него требовали, подставил Зоро, то его семья была бы жива. Но Ророноа был бы мертв. - Я не выбирал, - сказал Луффи. - Выбора не было. Я просто поступил так, как считал правильным. И я уверен, моя семья не оценила бы другого выбора. Я никогда бы в жизни не предал тебя, Зоро. То, что случилось потом, не твоя вина. Их убил не ты, а кто-то из людей Тича. Монки стиснули в объятьях так, что он начал задыхаться. - Зоро! Убьешь ведь! – преувеличил Луффи. Ророноа отпустил его, снова уставившись в большие глаза. - Прости… - выдохнул он. - Хватит уже! – Ророноа заработал легкий толчок ладонью в лоб. - Хватит, - тихо повторил Луффи, серьезно смотря в глаза Зоро. - Мы прошли через Ад. Мы прошли его, Зоро. Теперь пора выбираться на поверхность. Кто бы ни встал у нас пути, демоны или дьяволы – мы пройдем. Луффи мягко улыбнулся. - Просто будь со мной, как всегда был. Вместе мы справимся, вместе мы найдем путь из любой тьмы и любого ада. Но если сломаешься ты, я сломаюсь тоже. Я просто не выне… Зоро крепко обнял его за плечи. Пока Луффи с ним, он пройдет любым путем, сломит любую преграду. Ророноа не спрашивал, простил ли его Луффи. - Ты жив, мой брат потерял память, но тоже жив, похоже, ками-сама проявил милосердие. Луффи положил Зоро руку на затылок, прижимая к себе. - Не смей больше оставлять меня. - Не посмею, - тихо сказал Ророноа, слушая уверенное сердцебиение Луффи. Его не то что бы простили. Его никогда не считали виновным. Такие же сильные руки как и его – обнимали крепко, заставляя боль уходить из сердца, наполняя его новой надеждой и силой. Сильная воля капитана Цумудзи всегда творила чудеса. Сейчас она сотворила чудо исключительно для него. - Выпьем за встречу? – предложил Зоро, впервые за год чувствуя себя живее некуда. Чувствуя себя самим собой. Луффи кивнул, медленно встав, и протянул ему руку, улыбнувшись. Зоро ухватился за нее и ,вставая, снова сжал его в объятьях. - Как же я скучал, - тихо сказал Ророноа то, что было у него душе. Луффи ударил его кулаком по груди. - Я тоже, идиот. Чуть с ума не сошел. I'm breaking free from these memories Gotta let it go, just let it go I've said goodbye Set it all on fire Gotta let it go, just let it go