Bless me

Born from silence, silence full of it A perfect concert my best friend So much to live for, so much to die for If only my heart had a home Боль. Адская боль, что разливается по телу. Боль в запястьях – не двинуть ими, боль в челюсти – вывих, тяжелое дыхание, но есть надежда, что ребра целы. Как Луффи он определять свое состояние не может, однако, кое-чему под его руководством научился. Вот и сейчас он поднимает взгляд, чтобы с ненавистью посмотреть на Ширью и плюнуть ему в лицо. Аме достает платок и аккуратно вытирает щеку. - Выбираешь самое болезненное? Что, вообразил себя оловянным солдатиком, которому все нипочем? Его бедра сжимают руками, впиваясь когтями чуть ли не до крови. Санджи вскидывает подбородок от боли, но молчит. - Упрямый оловянный солдатик. Сломаешься, как все ломается в моих руках. Как сломался твой дружок Луффи. Ты слышал, как он кричал? Как плакал? Крокодайл его утешает, но именно Крокодайл уничтожит его и все ваше драгоценное Цумудзи. Твой милый Луффи будет умирать, истекая кровью, и знать, что его предали. - Хва… тит… - Что? Уже молишь о пощаде? - Да плевать мне что со мной! Оставьте в покое Луффи! Что вам сделал Цумудзи?! - Цумудзи ничего. Равно как и Портгас. Это просто мартышка, которая любит маяться дурью. А вот Ророноа Зоро зашел слишком далеко. Туда, куда не следует. Аме собирается продолжить, сжимает руки, но Санджи упрямо смотрит на него. - Тебе это так просто не пройдет. - Никто за тебя мстить не явится. Все, абсолютно все, кто тебе дорог, будут мертвы. Санджи легонько усмехается. - Убей нас. Убей нас всех. Надругайся, в чем проблема? Только помни. Ты не бог и ты не всесилен. Аме схватил его за шею. - Ты не представляешь, как тебе сейчас будет хорошо. Санджи не опускает взгляда. - За нас отомстят. Вас утопят в крови, - скрипнув зубами, сказал он. - Да кто же это? Санджи лишь широко усмехнулся. - Тот, кому мы даровали крылья. - Это будет потом. А пока что, наслаждайся. Санджи закрыл глаза, чтобы не видеть его мерзкую рожу. Он умел абстрагироваться от боли, ничего нового. Но в душу эту дрянь он не пустит. - Ширью! А ну отойди от него! Ты совсем сдурел, идиот! – Тич с силой дергает Аме за шкирку. - Я тебе что сказал! Охранять его как зеницу ока! Ты что хотел с ним сделать? - Разве не заметно? Я уже фактически начал, - усмехается Ширью. - Ты полный придурок! – шипит Тич. - Он должен быть в целости и сохранности! - Зачем? Завтра Цумудзи будет… Удар. Санджи уселся на койке. Ширью же сидел на полу, а по лицу расплывался кровавый подтек. - Что, если что-то пойдет не так. Что, если кто-то из них выживет. Нам нужна карта. Запасная карта. И это он! – Тич указал на Санджи пальцем. - Поэтому только попробуй тронь его еще раз. Не то что пальцем, хоть ногтем попробуй поцарапать! - По-моему, вы переоценивается этого вашего Портгаса. - Врагов надо переоценивать, а не недооценивать. Санджи усмехнулся. - Отпали у тебя бесплатные потрахушки, может, еще и цепи с меня снимете? Я согласен на обычные наручники, - мило улыбнулся блондин. Аме что-то прошипел, но Тич велел ему заткнуться. - Почему ты так спокоен? Санджи смотрит на него прямо. - Чего мне бояться? Смерти? Вам, штабным крысам, не понять, а мы открывали двери, здороваясь с ней. - Все твои друзья будут мертвы. - Да, - Санджи упрямо посмотрел на него. - Но если кто-то останется в живых, я должен быть готов не дать его душе исчезнуть. Не дать забыть, что мы живем не ради мести. - В праведники заделался? – шипит Аме. - Я всего лишь повар, - пожал плечами Санджи, наплевав на боль в них. Тич смотрел в упрямые голубые глаза. - Не тронь его, понял?! – приказал он Ширью и вышел. Санджи насмешливо глянул на Аме. - Давай, руки мне освобождай. Похоже, я теперь могу тобой манипулировать. - Да пошел ты, - прошипел Ширью. - Нечего мне грубить, - усмехается Санджи, ехидно смотря на Аме. - Повара, они знаешь ли, натуры тонкие, могут и обидеться. Ширью сжал руки. - Почему ты все равно улыбаешься? Почему не боишься меня? - Боюсь? Я? – смеется Санджи, он сжимает губы. - Никогда в жизни я не боялся врагов и никогда не отступал. И не тебе это изменить. Меня так просто не сломаешь, Аме. Ширью это уже понял, глядя в упрямые глаза цвета неба. Когда Ширью вышел, Санджи сплюнул, с ненавистью смотря на дверь, в проеме которой скрылся Аме. - Ророноа Зоро, значит, - сказал он. - Ну-ну, Ширью. Только дай мне шанс сбежать отсюда, - он сжал руку, как сжимал ее Сабо, будто готовясь вырвать сердце, - и ты, и твои приспешники узнают, что такое Драконий Гнев! Never sigh for better world It's already composed, played and told Every thought the music I write Everything a wish for the night Ван Огер поджигает ему сигарету, смотря на черные круги под непримиримыми глазами. - Может, ты прекратишь эти игрища? Тебе от нас так просто не сбежать. Мне сказать Тичу? Санджи отмахнулся. - Что сказать? Чтобы Аме, когда ловил меня, пытался проявлять нежность? Он, знаешь ли, не бог, - ядовито сказал блондин. - Зачем ты это сделал? – тихо, но очень серьезно спросил Ван Огер, проводя пальцами по запястьям. - Мы тебя еле откачали. Санджи пожимает плечами. - Не могу сбежать, так перестану быть вашей козырной картой. Огер с ненавистью толкает его рукой в щеку. - Как всегда не думаешь о жизни? Придурок! - Жизни? – усмехается Санджи, глубоко затягиваясь. Лаффит тем временем раздает карты. - Садитесь, сыграем партию. Аме безумно злился, когда Лаффит и Огер вели себя так. А так они вели себя постоянно. Понять, зачем нужна особая жестокость к пленнику, им было не дано. Огер вынимает у Санджи изо рта сигарету, как только они садятся за низкий столик, и тушит ее в пепельнице. - Игра началась, - мягко говорит Лаффит, и Санджи понимает, что он имеет в виду не карты. Вот он выкладывает две. Стучит по ним пальцами. Санджи кивает. Потом он кладет третью чуть над ними, и делает мелодичный перестук. Блондин вскидывает подбородок и пытается успокоиться. - Игра - всегда вопрос времени, - продолжает Лаффит, намекнувший на то, что Луффи и Зоро живы, и что Дракон уже где-то поблизости. Он собирает карты и начинает просто раздавать. - Тот, кто копает – откапывает. Особенно тот, кто умеет копать, - продолжил Лаффит. Ван Огер улыбнулся. - Зачем вам… - с искренним сожалением спросил Санджи. - Зачем вы ему служите? - Нам могут не нравиться отдельные средства. Но цель нам нравится. - Цель оправдывает средства? – хмыкнул Санджи. Он не стал спрашивать, что у них за цель, в конце концов, они были врагами. Странными врагами, но что поделать. Аме старался исполнять требование Тича, но иногда забывался. Драться будучи скованным в движениях было весьма тяжело. Поводок не был коротким, но был тяжелым. Санджи сносил насилие без единого стона, и это безумно раздражало Аме. В такие моменты голос Ван Огера или Лаффита: - Что вы делаете, Ширью? – заставлял Аме замереть. Голос Ван Огера холодный, мрачный. Лаффит обычно говорил почти весело. Нет. Тяжело относиться как к врагам к тем, с кем довелось делить паек. И сейчас Ван Огер всегда протягивал ему руку и начинал заниматься его синяками. Да, когда придет время, когда будет приказ – они убьют его, следуя своей цели. Эти ребята тоже одержимые и упертые. Но бессмысленность выносит им мозг. Они терпеть не могут ненужных действий. - Да. Цель оправдывает средства, - говорит Лаффит, смотря на свои карты. - Только цель, - он широко улыбнулся, - в нашем случае понятие весьма и весьма двусмысленное. - Огер… - тихо прошептал Санджи, и тот притянул его к себе за плечо. Взгляд блондина уставился в пустоту. Он не скажет, что если бы не они, то он бы, наверное, сломался. Но сейчас, сейчас, когда он знает, что Луффи и Зоро точно живы, что Сабо уже ищет его, его уже ничто не сломит. Лаффит выкладывает карту и говорит: - Мы не пойдем против приказов, - он улыбается, улыбается мягко, но Санджи знает насколько это жестокий человек, отличный тактик и стратег, - но о своем долге – мы помним, - многозначительно сказал Лаффит. - Тогда давайте играть? – Санджи глянул карты. Ничего так. Для начала. 2. You're still looking for redemption You still can't find a trace If there is nothing after There will be no saving grace Ло ставит коробку перед Шанксом. Взгляд у того мрачный. - Ты опоздал. И ты прекрасно знаешь, что тут меньше, чем мы договаривались, - чуть приподнимает подбородок Акагами, жестко глядя на Трафальгара. Он собирается его жестоко проучить. Настолько, что, возможно, возненавидит себя, но он должен. Потому что если не сделать этого, случится кое-что похуже. А Шанкс не сомневался, что случится. - Так сложились обстоятельства… На следующей… - Мне нужен сейчас весь товар. Ты же не маг? А, может, ты волшебник? - Нет. Не маг. - Значит, придется побыть волшебником… - усмехается Шанкс. - Придется доплачивать. Акагами отпихнул столик в сторону, тот проехался по паркету и ударился в стену. - Иди сюда! – как только Ло подошел, он дернул его за руки, и Трафальгар упал на колени, хватаясь за его ноги. Боль в спине пронзила его, отдаваясь в висках. - О. Похоже, ты был занят совсем не тем, чем должен был быть занят, - почти зло говорит Шанкс, заставляя человека внутри себя заткнуться. Быть жестоким, чтобы Ло понял – нельзя так дальше. Вот что он должен сделать. Но для него Ло, как и Луффи – дети. Поэтому ему очень тяжело быть таким. Выбора у него, однако, нет. Слова Трафальгар не поймет. - Что? – он берет его пальцами за подбородок. - Это ты не выполняешь условия. Это тебе платить. Но кто на самом деле виноват в том, что ты сейчас передо мной на коленях? Трафальгар упрямо посмотрел на него. Шанкс понял, что у него не вышло. Но отступить сейчас он уже не мог – репутация преступника и все дела. - То есть, ты намерен… - Не тебе решать, как мне жить. И с кем мне жить, - жестко говорит Ло, сверкнув глазами. - Если считаешь, что я должен тебе отсосать, чтобы закрыть недостачу товара, я сделаю это. - Ты совсем не понимаешь, да? – Акагами схватил его за волосы. - Ты не понимаешь, что дальше будет? - Ну что ты, я знаю, как брать в рот, - упрямо смотрит на него Ло. - Он наркоман, Трафальгар. Сколько раз он пытался пройти лечение? Сколько раз он срывался? Дальше будет хуже и хуже… - Не лезь. Ты мне не отец. Хочешь, чтобы я тебе сосал, доставай. Или, может, мне тебе еще ширинку расстегивать? - Расстегивай! – зло сказал Шанкс. - Если бы я был твоим отцом, ты бы послушал меня? – руки Ло вздрогнули, плечи напряглись, но он ничего не ответил. Может, поговорить с Дофламинго? Но Шанкс сжал зубы, кладя руку на его волосы. Он не дергал его, не прижимал, но сдерживался с трудом. Акагами откинулся на диване. Ло делал это чертовски хорошо, но взгляд был меланхоличен, скорее даже пуст. Шанкс искренне жалел, что он не понимает, как отвадить Ло от Кида. Если он готов пойти ради него на такое унижение, то что дальше? Акагами еле сдержал стон, посмотрел на Ло, в глазах того мелькнуло презрение. Нет, на униженного Трафальгар как-то совсем не походил. Упрямый идиот! - Шанкс! Ты охренел! – Эйс открыл дверь в комнату и замер на пороге. - Ублюдок! Ксо. Портгас. Эйс двигается быстро и уверенно. Вот он оказывается рядом с Ло и дергает его за шкирку. Тот падает на пятую точку, усмехаясь, достав из кармана платок, вытирает лицо. Но на Портгаса не смотрит. - Шанкс… - рычит Эйс. - Да как ты посмел вообще! Ло! Трафальгар медленно поднялся. - Значит, ты его теневой? – совершенно спокойно спросил Ло. - Вот почему ты возле меня крутился? Вот что значит все твое беспокойство? - Я не… - начал Шанкс, собираясь объяснить, что он не просил Портгаса следить за Ло. - Заткнись! – рявкнул Ло, глянув на Акагами. Он подошел к столу, на котором стоял товар. - Отлично. Знаешь, Дофламинго мне кажется внезапно более интересной крышей. Вот он проходит мимо Эйса и тот хватает его за руку. - Отпусти, - рыкнул Трафальгар, но замер, глядя в глаза Портгаса. - Отпусти, - попросил он тихонько. Ло душила злоба. Он сам не чувствовал, что она с легкой примесью отчаяния. Эйс не пытался скрыть свои чувства. Был ли приказ Шанкса, не был ли, все, что он делал, он делал по своей воле. - Только не это! – почти прошипел Ло, поняв, что Кид ошивается возле его квартиры. Юстасса хотелось сейчас придушить, и Трафальгар знал, что просто не сможет сдержаться. Он только не отдавал себе отчет, что бесится не из-за того, что ему пришлось сделать для Шанкса, а из-за того, что это увидел Эйс. Чувства, что рвали его на части, были далеки от простых. Ло совсем забыл, что такое отношения. Другие отношения. Всю сознательную жизнь он был с Кидом. И сейчас, даже понимая, что его безумно тянет к Эйсу, он не мог просто так оставить Юстасса. Ло смотрел на Кида. - Не сегодня, - сказал Трафальгар. - Мне совершенно не до тебя. - Я знаю. Но давай просто побудем вместе? – предложил Кид. - Побудем вместе? – Ло чувствует, надо уйти куда-то, злоба, что медленно и незаметно тлела в его душе, готова была вспыхнуть адским пламенем. - Побудем. Вместе, - раздельно говорит Ло и смотрит на него. Мысль, что все из-за него на долгие секунды поглотила рассудок Трафальгара. Потасовка была довольно короткой, но жаркой. Ремонт, однако, влетит Трафальгару в копеечку, потому что Кид не желал быть просто безмолвной грушей для битья. Только вот когда Ло серьезен – справиться с ним совсем не просто. Юстасс вытирает губы, размазывая кровь – Трафальгар сидит на нем, стиснув зубы и остановив последний удар. Вот он выдыхает, опуская руку. - Что на тебя нашло? Выпустил пар? – спокойно, даже с каким-то сочувствием интересуется Кид. Ло не может ничего ответить. Он чувствует, что еще немного и он разрыдается как девчонка – навзрыд. Это было невыносимо. Трафальгар сжимает рубашку на груди, вспоминая слова того же Акагами: - О душе мы вспоминаем только тогда, когда она болит. Ло проводит по лицу Кида пальцами, и Юстасс хватает их. Он чувствует, что Трафальгару безумно плохо. Другой рукой Ло касается своего лица, прикрывая глаза. Его рука дрожит. Он больше не может? Или больше не хочет быть с Кидом? Получается, что он бросает его на произвол судьбы? Что он отказывается от него? Что не хочет больше бороться? Что? Почему в голове мелькает улыбка Эйса, его усмешка и слышен его мягкий голос? - Ло? – Юстасс хватает его в охапку, переворачивает и прижимает к полу. Кид целует его, чувствуя сопротивление Трафальгара. Нет, оно не явное, но что-то говорит Юстассу, что Ло против не только продолжения, но и самого поцелуя. - Нет! Я же сказал! Не сегодня! А-а-а… Больно, твою медь! Кид! - Не брыкайся, будет не больно. Ло тихо смеется, хватаясь за волосы, закрывая ладонями лицо. Он еще не совсем оправился от последствий внепланового изнасилования (видимо, бывали и плановые), как Кид опять собирается быть сверху? - Твою мать, нет, я сказал! – прорычал Ло, пытаясь сбросить Юстасса. Ему это почти удалось, но больная рука подвела его. - Тихо, - это Юстасс схватил его за лоб и слегка приложил к полу затылком. Совершено не сильно, но на него уставились полные отчаяния глаза Трафальгара. - Не хочу, - сказал он тихо и совсем по-детски. - Не надо… Его сила была его слабостью. У него не было человека, которому он мог бы по-настоящему доверить себя. Раньше это был Кид, но он подвел его, можно сказать, променял на наркотики. - Нет… - Ло дрожит, видя, как Юстасс хоть и замер, но тут же продолжил, склоняясь к нему и целуя в шею. Трафальгар впервые чувствует себя так мерзко. Отвращение рвет его душу на куски. Но Юстасс замирает, приподнимается. - Тварь, - ненависть и злоба вспыхивают огнем. - Подонок. Ло уже узнал этот голос, да и как не узнать. - Это ты. Тот, который выиграл гонку, угнав машину Ло! Куда ты ее дел? Эйс не отвечает. Злоба вспыхивает в нем огнем, сжигая все запреты, все добрые мысли. Где-то на грани сознания мелькают воспоминания, но он не может в них вглядеться. Они крутятся как калейдоскоп. - Всегда двигайся к цели, айбо. Особенно, если на кону жизнь твоего друга. Неважно, что будет потом. В этот один момент настоящее важнее завтра. - Эйс слышит этот голос в голове, и тут же всплывает имя. Жаркое, как пламя, что горит в его душе сейчас. Дракон. Жаль, он не может вспомнить кто это, но его слова силой отдаются в сердце. Его ботинок врезался в лицо Юстасса. Тело двигалось быстрее, чем думал мозг. Оно помнило. И помнило весьма много. Драться, стрелять, поджигать, взрывать. Но он не придавал этому значения. - Ло! – Портгас уже усаживает его на полу, почти тут же пытается поднять. - Эйс… - Идем! – Эйс бросил только беглый взгляд на Кида, который что-то простонал, лежа на полу. - Но… Но Эйс уже схватил Ло за руку и потащил. Он уверенно и крепко сжимал его руку, а у Трафальгара совершенно не было ни сил, ни желания вырвать ее. - На! – Портгас нахлобучивает на Трафальгара шлем. - Поедем подальше отсюда. Эйс уселся на байк. - Давай! Садись! - Я не знаю… - Я знаю, - уверенно и как-то очень по-доброму сказал Эйс. - Знаю. Поехали со мной. Пожалуйста. Это слово добивает Ло, и он кивает, усаживаясь позади Портгаса. Эйс хватает его за руки и кладет их себе на талию. - Держись крепко. Медленно на байках не ездят. Скорость была тем, чего Ло не хватало. Скорость успокаивала, дарила равновесие и безмятежность духа. Да. Мысли – они исчезали, оставалось только ощущение. Ветер, пролетающие мимо огни города, на который уже упали сумерки. И сильная спина, к которой он прижимался. Это было волшебное ощущение. Город сменился побережьем, и запах моря проник в легкие. Солнце медленно опускалось за горизонт, озаряя небеса красным светом. Ло хотел спросить, куда же они едут, но не стал. Что кричать? Вместо этого он крепче стиснул Эйса. Ло казалось, что вместе с ним он способен сбежать из этого ада. Только имел ли он на это право? Имел право предать Кида, оставив его одного? Трафальгар не понимал, что сделал более, чем достаточно. Что никто другой на его месте не стал давать столько новых шансов человеку, который сам нарушает обещание за обещанием. Не завершает курс лечения, сбегая раз за разом, или даже завершив – срывается. Если бы действительно хотел, он бы смог? Скакнула в голове мысль, и Ло слабо ей улыбнулся. Вот он отпускает Эйса, опирается руками позади себя и смотрит на небо. С одной стороны еще голубое, с другой стороны красноватое, но так или иначе медленно погружающееся во тьму. Они приехали. Ло оглядывал пейзаж. Небольшой домик на холме, несколько деревьев, что дарили ему тень в жаркий зной, шум прибоя. - Это моя крепость, - замечает Эйс весьма довольным голосом. - Ты тут живешь? – интересуется Ло. - Теневики не живут в одном месте, сам знаешь. Мы тень, которая исчезает в полдень. Но здесь… Здесь живет Голд Д. Эйс. Идем? Ло кивает, идет за Эйсом, судорожно сжимая руки, решаясь. Трафальгар давит дрожь, заставляет самого себя заткнуться. - Ты… - хочет спросить Ло, но не может. Эйс поворачивается, широко улыбается ему. - Не бойся. Об этом месте никто не знает. Никто тебя здесь не найдет. Воодушевляет. То есть, если что, труп никто не найдет? Трафальгар не мог не улыбнуться. Почему с Эйсом было так легко, почему страхи отступили на второй план? Почему хотелось ему верить? Портгас оставил свой байк под небольшим навесом, видимо, сюда на машине он не ездил. - Идем! – он схватил Ло за руку и потащил. Вот он подвел его к обрыву, и Трафальгар глянул вниз. Далеко внизу был почти белый песок, и выше, поднимая взгляд к горизонту, все то же море. - Идзуми. - Мы так далеко? – поразился Ло. Быстро же они добрались с другой стороны города. Да и что там говорить, Идзуми уже не в черте города. Они в пригороде. Трафальгар слегка вздрогнул от резкого и холодного порыва ветра. Видимо, слишком устал за сегодня. Быть все время настороже, ожидать удара в спину, не самое простое времяпрепровождение. А еще быть сильным, что бы ни случилось. От этого весьма и весьма устаешь. - Пойдем в дом? – тут же предложил Эйс, и Ло кивнул, смирив себя внутри. Пусть будет так. Пусть будет Эйс. Не будет же он меня насиловать? Надо сказать, что Трафальгар ветреностью не отличался. Скорее наоборот, он был слишком предан, чем Кид и пользовался, зная, что так просто его не оставят. Ло зашел в дом и замер. Теперь он понял, что такое уютно. Портгас обставил свой дом с куда большей любовью, чем Трафальгар. Казалось, что он живет здесь не один. Может даже, это было правдой. - Мне кажется, у меня была большая семья. Но, - заметил Эйс, - мне сказали, что они все мертвы. Странно, когда ты знаешь этот факт, но не можешь переживать, потому что… Ты их не помнишь. Проходи, сделаю тебе чай по собственному рецепту. Ло прошел в зал, сняв обувь, и уселся в кресло, забравшись с ногами. Эйс же прошел к плите и поставил чайник. Обычный чайник, совсем не электрический, и достал заварочный. Ло казалось, что он попал в не очень далекое, но прошлое. - Боль, однако, остается, - добавил Эйс, слегка недоуменно, будто просто рассуждал. - Ты знаешь, что у тебя, скорее всего, было все. Что ты был любим. Но… - Ты хочешь узнать, что случилось? Хочешь выяснить, кто их убил? - Нет, - ответил Эйс. - Не хочу узнать, что я стал причиной их смерти. Мое тело помнит. И то, что оно помнит… Я был преступником, Ло. Возможно, террористом. Кем-то ужасным. Может, это моя кара? Забвение? Трафальгар так не думал. Эйс развернулся к нему лицом, все так же спокойно глядя на Ло. - А тот парень? - Тот парень? - Который плакал, держа тебя за… - А! Ты его видел в клубе Фрэнки. - Неужели, - побелел Ло, тут же догадавшись, - Мугивара? - Да. Монки Д. Луффи. Именно он оплачивал мое лечение и он же отвел к Акагами. - Ты не находишь это странным? – поинтересовался Трафальгар. С чего бы вдруг Монки заботиться о ком-то и плакать? Совсем чужой человек, если только… Если только он не его брат. Уж очень они похожи. - Нет, - пожал плечами Эйс. - Он тоже преступник. Возможно, мы работали вместе. Но так как я стал для него бесполезен, он пристроил меня к Шанксу. Луффи – хороший парнишка. Он мне как брат. Ло нахмурился. - Голд твоя настоящая фамилия? И что я спрашиваю? Он же не помнит ничего! Тьфу! - Не знаю, - логично хмыкнул Эйс. - Мне сказали, что моя фамилия Портгас, но Шанкс сказал взять для регистрации собственности фамилию Голд. Ло внимательно смотрел на еще раз равнодушно пожавшего плечами Эйса. Для теневика не было ничего странного в использовании разных фамилий и имен. Чайник вскипел. Пока сбор заваривался, они молчали. Но вот Портгас протягивает Ло кружку. - Спасибо… - говорит Трафальгар, который собирался встать сам, чтобы взять ее. Эйс же тем временем заворачивает ему ноги в плед и садится рядом на диван, беря кружку. Что-то здесь не чисто. Что-то не так. Трафальгар задумчиво пил чай, чувствуя, как становится спокойно на душе. Что думать обо всем этом? Сейчас есть сейчас, завтра будет завтра. Потом и подумаем. Вот Ло отставляет кружку, ставя ее на маленький столик, и поднимается, глядя на Портгаса. - Я займу душ? - Через ту дверь прямо и направо, - показал рукой Эйс. - Иди пока, я тебе полотенца принесу. Когда Ло вышел из зала, Портгас весьма хмуро посмотрел ему вслед. Его рука сжалась в привычном ему жесте. Ведь тело не забывает. Ничего не забывает. Вот Эйс открывает дверь в ванну, видит силуэт Ло за занавеской. - Полотенца оставлю здесь. - Спасибо, - негромко говорит Трафальгар. Эйс молча выходит, затворяя дверь. Он знал, что сильные люди легко ломаются. Ему казалось, что он что-то такое помнил. Видел, как почти сломалась сильная душа. Но именно, что почти. Это воспоминание было в тумане, но определенно было навязчивым. Мы не дали ему погибнуть. Мы его спасли. Кого? Кто? Зачем? Нет, это все было в тумане. Но радость от того, что их товарищ – жив, было не стереть. Ло вышел, завернувшись в халат и глядя на Эйса. В его глазах было так много всего, что Портгас замер на секунды. - Где ты… хочешь? – тяжело сказал Ло. Простые слова, спокойная улыбка. Сильные люди умеют ломать себя, и да, они становятся потом сильнее. Только оправдывает ли это себя? Отдаляться от людей все дальше и дальше, теряя самое главное, что есть в душе, что несет смысл завтрашнего дня – надежду? И Эйс не выдержал, подскочил, сгреб его в охапку и плюхнулся вместе с ним на диван, крепко прижимая к себе. Ло задрожал. Чувствуя чужие и сильные руки на себе, он вдруг понял, что поступает неправильно. Но где неправильно, в чем неправильно, его уставшее сознание не хотело понимать. Быть одному казалось теперь самым правильным. Доверять кому-то – бессмысленная затея, которая с треском провалилась. И эта дрожь – тому подтверждение. Он еще не сломался, и ломаться не хотел. Значит, надо было уйти в глухую оборону. Но Портгас ломает его мысли. Добрый и теплый, почти нежный голос достигает сознания. - Ну-ка, обнимай меня. Давай же! – сжимая его плечи, сказал Эйс. - Давай, я не кусаюсь. Вот так. Ло неуверенно обнял его. Эйс гладил его по волосам и спине, чувствуя, как Трафальгар расслабляется. Хватит уже ломать себя. Сколько можно, Ло? Забыл, какими могут быть отношения? Как только Ло перестал дрожать, рука Эйса скользнула под его халат. - Ха… - Трафальгар вцепился в его плечи. - Эйс…? – голос Ло смутил Портгаса, и он попросил: - Поцелуешь меня? Трафальгар замер, совсем слегка краснея, под рукой Портгаса он возбудился слишком быстро, быстрее, чем ожидал от себя. А его просьба? Черт возьми… Почему я не могу и не желаю ему сопротивляться? Почему он мне так… симпатичен? Симпатичен же. Признайся сам себе, Ло! Трафальгару стоило признаться себе в другом. Но это сводящее с ума чувство он не мог назвать любовью, скованный обещаниями по отношению к другому человеку. Ло легонько касается своими губами его губ, но Эйс тут же вовлекает его в поцелуй, прижимая к себе одной рукой, а другой мастурбируя ему и слушая почти тут же ставшее тяжелым дыхание. - Эйс… - попытался оторваться от него Ло, но не вышло. Трафальгар застонал, пытаясь сдержаться. Внизу все сводило от возбуждения, такого яркого, такого пронзающего, какого у него давно не было. Трафальгар качнул бедрами, и Эйс, чувствуя это, выбрал другой темп. - Эйс! - Все хорошо, - Портгас снова целует его, потом целует шею, ключицы. Все просто отлично… Ло цепляется за его плечи, дрожа уже от другого. Он пытается сдержаться, но это уже невозможно. Все тело жаждет разрядки. - Я больше не могу, - признался он. Ло посмотрел на Эйса, а Портгасу показалось, что он сейчас сойдет с ума. Он так и не понял, вот дурень, - нежно думает Эйс. Портгас целует его, крепко сжимая ягодицы, и Ло не выдерживает – кончает ему в руку. На секунды замирает, прижимаясь к нему. Но потом отрывается. - Я… - Не якай, - улыбнувшись, говори Портгас и снова целует его. - Но… - сопротивляется нежностям Ло, но Эйс тоже упрям, и Трафальгар сдается, позволяя себя целовать. Потом он ссаживает Ло на диван, а сам тянется на подоконник за салфетками, и вытирает руку. - И… - Трафальгар медленно приходит в себя. Он молчит, а Эйс поднимается и идет к холодильнику. Трафальгар, хмуро глянув на него, тоже потянулся за салфетками. - Ты будешь продолжать? – прямо спросил Ло, уже становясь самим собой. За свою дурость ему было стыдно, и в то же время ему казалось, что в душе что-то изменилось. - Пока ты думаешь о другом? Не-а! – сказал Эйс, ковыряясь в холодильнике. - Секс не замена, не лекарство, как думает большинство. Да, это средство и метод, казалось бы, ко всему… - Не продолжай полемику, - поморщился Ло. Эйс сунул что-то в СВЧ-печь. Портгас развернулся и почти весело улыбнулся. - Совершенно не твое дело с кем я… - начал он. - Я не Акагами. И я тебе не папа, - тут же сказал Эйс, и Ло умолк. Уверенный голос Портгаса заставлял слушать. - Я тебя люблю, - легко признался Эйс, - и я буду тебя добиваться. Я заметил, что у меня есть шанс. - Потому что у меня на тебя встал? – скептически поднял бровь Ло. - Потому что ты пустил меня к себе домой. Я тебе симпатичен, Трафальгар. Представь это и признай. Эйс почти сурово глянул на него и с удивлением увидел, как Ло кивнул ему. Портгас не мог поверить в это. - Но у меня есть обещания, которые я поклялся выполнять, - спокойно и уверенно сказал Трафальгар. - Какие еще обещания? – негромко сказал Эйс. - Кид спас меня. Спас мне жизнь. А потом нам хватило сил, чтобы спасти мою сестру. Он был мне любовником и братом. - Ключевое в этой фразе – был, - заметил Портгас. Ло замолчал. - Я не могу быть с тобой. Как бы ни хотел. Я не могу оставить его. - Он просто пользуется тобой. Твоего Кида, которого ты знал, который спас тебя – уже нет. Его мозгом правят наркотики. - Возможно. - Не возможно, а так и есть! Ло не стал спорить. Но как объяснить, что это своего рода долг? Эйс пожал плечами и отвернулся. Ло опустил голову вниз. На него снова накатило отчаяние. Равновесие, которое он вроде нашел, рухнуло, стоило Эйсу проявить равнодушие, которого Трафальгар так добивался от него. - Ло, - Эйс сел рядом и поставил две тарелки. - Ты будешь моим. Смирись. Портгас, однако, чуть не пискнул, когда его сжали в объятьях. Эйс знал, что Ло силен, но чтобы настолько? Эйс поцеловал его в щеку. Он понимал, что Ло - непростой человек, но почему-то Эйс его легко понимал. Его позицию, его принципы. Может все, с кем он общался, были чем-то схожи? Как наяву он припоминает запах сигарет, и знакомый голос будто говорил ему: - Знаешь, айбо, понять можно любого человека, особенно, когда тропинка к сердцу уже протоптана. Like a ship on the ocean Headed out to sea You can hardly see it now It's a lot like you Lost like me 3. Акагами ловит строгий взгляд Михоука и усмехается. - Не могу. Он мой враг, - признает Шанкс. - Слабак! – фыркает Соколиный глаз и вытягивает руку. Акагами вкладывает в нее телефон. Михоук спокойно ждет соединения. - Дофламинго. - И тебе не хворать. Да, я тоже не рад тебя слышать. Но Шанкс хочет с тобой поговорить, но он тебя так бои… Шанкс вырвал телефон из руки Дракуля. - Что ты несешь? – шипит Акагами, а Михоук поднимает руки, равнодушно пожимая плечами. - Дофла… - Чего тебе? – слышится усталый голос Донкихота. - Мне кое-что не давало покоя… - У тебя вечно шило в одном месте. Что там у тебя, красноволосый? - Пойми меня правильно, я не делал это ради тебя. - Шанкс! – рыкнул Дофламинго. - Слушай очень внимательно, - негромко сказал Акагами, и Дофламинго весь обратился во внимание. Когда рыжий закончил свою речь, в трубке царило молчание. - Ответь мне только на один вопрос. Только честно, Дофламинго. Скажи мне, что тебе плевать на сына, я вытащу его сам. Если не плевать, то… Дофламинго молчал. - Я тебя понял. Похоже, только мне есть дело до него. - Аме Ширью, значит. Положил глаз? - Это только мои догадки. - У тебя чутье, Шанкс, хоть ты мне и враг, я ему доверяю. А еще я знаю, что такими вещами ты не играешь даже с врагами. - Что ты будешь делать? - Что? Не спускать глаз со своего сынули, что же еще! Шанкс молчал. Он хотел сказать все, но не мог. Луффи был ему дорог не меньше, чем Трафальгар. - Ты перебежал кое-кому дорогу, Дофламинго. И этот человек не умеет останавливаться. Рано или поздно, он поймет, что ты и Ло - слабые точки Крокодайла. И он ударит по ним. Вот кого тебе стоит бояться. Донкихот смеется в трубку: - Ты про Портгаса Д. Луффи, что ли? Вы с Кроком сговорились, да? Но Дофламинго перестает смеяться, потому что Шанкс молчит. - Все, кто переходил ему дорогу – мертвы. Этот человек снял с себя ограничители, отмел принципы. Не дай ему узнать, что Ло твой сын. Мой тебе совет. Дофламинго обдумывал слова Акагами. - Вот так вот прям? Шанкс отключил связь, уставился на Михоука. - Что тебя так возбудило? Новость о том, что Смокера перевели в Осаку? Ну, признаю, коп дотошный и зловредный, - чуть насмешливо поинтересовался Соколиный Глаз. - Драгон Д. Сабо занял место главного ревизора. - И? - Игра началась. И мы ее участники. - Не вижу проблемы, - пожал плечами Михоук. - Не знаю, что замыслили Тич и Аме, но они определенно что-то затеяли. Это очевидно. Цумудзи за это отдали свои жизни. - И? Шанкс уставился на Михоука. - Мне звонил Дракон. Дракуль поджал губу. - Не завидую. - Спасибо, - усмехнулся Шанкс. - Он проверял меня. Как много я знаю. И знаешь, Сабо знает слишком много, поэтому, начиная с сегодня, я зачистил всех теневых. Михоук умолк, сжал в задумчивости руки. - Мда. Не повезло тебе иметь такого "родственника". Но хочешь, я тебя успокою? - Чем? Михоук кивнул на дверь спальни. Шанксу оставалось только всплеснуть руками. The wolves, my love, will come Taking us home where dust once was a man Is there Life before a Death? Do we long too much and never let in?