The 100

Свобода — это все, чего когда-либо желала Октавия, о чем мечтала. Запертая с рождения в четырех стенах девочка, вынужденная прятаться под полом, чтобы никто не узнал о ее существовании, борясь с постоянным страхом, что однажды ее найдут и той жизни, что у нее есть, придет конец. Октавии хочется быть такой же бесстрашной как мама, такой же смелой как Беллами. Мама и брат все, что у нее есть. Они — бессменные стражи ее жизни, тюремщики ее свободы. Октавия подчиняется им во всем. Год в клетке, где на нее смотрят, как на диковинную зверюшку, ожесточает сердце Октавии. Ее мать мертва, ей не позволяют видеться с братом. Для нее это новый вид изоляции. В душе Блейк зарождается ненависть, все, о чем она может думать — свобода. Если ей когда-нибудь удастся ее обрести, Октавия больше никому не позволит решать за себя. Земля воплощает в жизнь все мечты Октавии: она наконец-то может ходить куда пожелает, делать что вздумается, и только Беллами постоянно норовит обломать ей кайф. Октавия не стесняясь выпускает коготки — как бы сильно она не любила брата, больше никто не посмеет ей приказывать. Линкольн еще один подарок Земли. Он увидел в ней что-то, заставил почувствовать себя особенной. Чем больше Октавия узнает о землянах, тем больше желает быть одной из них. Она никогда не чувствовала такой связи со своими собственными людьми. Октавия готова бросить все и уйти с Линкольном, ее любовь к нему велика, ее восхищение им абсолютно. Линкольн уважает ее мнение, видит в ней сильную личность, дарит свою любовь. Рядом с ним Октавия чувствует себя свободной и счастливой. Иллюзия свободы растворяется, как туманная дымка в лучах восходящего солнца, когда кровь медленно стекает с губ Беллами. Страх сковывает каждую клеточку тела Октавии, она бережно укладывает голову брата на свои колени и шепчет словно безумная: — Я не позволю чему-либо плохому случиться с тобой. — Это то, что я сказал тебе… когда ты родилась, — собрав все силы, прошептал Беллами. — Ты рассказывал мне эту историю тысячу раз, — улыбается Октавия, убирая влажные пряди со лба брата. В этот момент она прощает ему все. Дыхание Беллами выравнивается во сне, Кларк заверяет ее, что он поправиться. Наряду с облегчением Октавия чувствует грусть — может она больше не прячется под палубой консервной банки, что они называли домом, но Октавия не свободна. Мать лишила ее свободы через минуту после рождения, вложив в руки Беллами.

***

"Теперь ты… отвечаешь за сестренку", — слова, сказанные изможденной родами матерью, положившие конец его детству. С момента рождения Октавии Беллами в совершенстве освоил науку лжи. Он не мог ни с кем сблизиться, никому довериться, само существование Октавии поставило крест на возможности завести друзей. Вынужденному постоянно находиться начеку, мальчику было сложно впустить кого-то в свою жизнь. Иногда, Беллами ненавидел мать за то, что взвалила на него эту ношу, лишила будущего, но когда сестра дарит ему одну из столь редких доверчивых улыбок, все эти глупости перестают иметь хоть какое-то значение — он сделает все, чтобы защитить ее. Год без Октавии тянется целую вечность. Беллами жалеет, что его не выкинули из шлюза следом за матерью — так было бы проще. В душе Блейка рождается ненависть к окружающим, когда капитан приходит с предложением убить Канцлера, спекулируя смертью его матери, Беллами всерьез обдумывает возможность пустить тому пулю в лоб, но капитан произносит волшебное слово "Октавия" и Беллами опускает чертов пистолет. Беллами никогда не будет свободен от обещания данного матери. Защита сестры всегда будет стоять во главе его приоритетов, управлять его жизнью.

***

Линкольн — угроза. Беллами сам не знает почему, но все его инстинкты кричат об этом. Ссоры с Октавией выматывают Блейка, но сдаваться он не намерен — мама их этому не учила. В какой-то момент Беллами понимает: он может доверить Октавию землянину, но кем он будет без своей сестры? Кларк и остальные рассчитывают на него, он нужен им не как брат Октавии, а как лидер, знающий, что делать для выживания. Поддержка принцессы и прощение Канцлера открывают для Беллами новый мир, полный возможностей. — И встретимся мы вновь, — произносит Беллами слова молитвы их народа, прощаясь с раненной сестрой. — Я люблю тебя, Большой брат, — глаза Октавии полны слез, она что есть сил обнимает брата. — И встретимся мы вновь. Линкольн уносит Октавию все дальше от лагеря, в новую жизнь, что они построят вместе, а Беллами возвращается в лагерь, к зависящим от него людям. Переплетенные Авророй нити жизни Беллами и Октавии наконец расплелись, теперь у каждого из них своя дорога. Они свободны друг от друга.

***

Индра напоминает Октавии маму — землянка такая же сильная, гордая и храбрая, как Аврора. Индра объясняет ей законы землян, обучает искусству быть воином. Октавия с готовностью подчиняется темнокожей воительнице — это ее выбор, ее путь. Теперь она одна из землян. Эхо рога разносится по сводам пещеры, призывая к отступлению. — Октавия, пойдем, — приказывает Индра. Октавия знает, что должна подчиниться. На кону стоит все, чего она так долго и упорно добивалась — жизнь с Линкольном среди людей, которых она уважает, к которым причисляет себя. И Линкольн… — Нет, — голос Октавии звучит сильно и уверенно. Сомнения даже не посещают ее сердце. Холодное лезвие ножа жалит ее горло, но Октавия не отводит взгляд. — Ты больше не моя вторая, — говорит Индра перед уходом. Октавия не обращает внимания на болтовню Джексона. Она только что разрушила будущее своими руками, но это беспокоит ее в сто раз меньше, чем гребаная металлическая дверь, отделяющая ее от брата. И только одно имеет значение: ей нужно добраться до Беллами.

***

Петли скрипят… дверь медленно подается вперед… рука Октавии тянется к мечу, а ноги принимают боевую стойку… — Беллами! — игнорируя наставления об осторожности, вбиваемые Индрой в ее голову в течение нескольких недель, Октавия кидается в объятия брата, так сильно цепляясь руками за крепкие плечи, что пальцы белеют. Она вдыхает его запах, стараясь унять бешено бьющееся сердце. И только когда Беллами обнимает ее в ответ, с губ Октавии слетает вздох облегчения. Руки брата сжимают так сильно, что ей тяжело дышать, но Октавия скорее предпочтет умереть, чем попросит Беллами ослабить хватку. Стираются лица погибших в ТанДиСи, не слышны стоны умирающих. Жизнь ее брата важнее всего. В этот момент Октавия понимает: она никогда не будет свободна от Беллами Блейка.

***

Беллами спорит с Кларк об убийстве горцев. Последние месяцы он старался снова стать хорошим человеком, и голос маленького Лавджоя звучит в его голове. Беллами просто не может забрать еще четыреста жизней, к нему во снах до сих пор приходят погибшие с "Арки". Но когда жизнь Октавии оказывается на чаше весов, рука Беллами без колебаний опускается на руку принцессы. Он давит на рычаг, не чувствуя жалости. — Моя сестра, моя ответственность. Он никогда не освободится от этого.

***

Беллами и Октавия возвращаются в Лагерь "Джаха". Нити их судеб уже невозможно распутать, но обвинять в этом мать Блейки больше не могут. Может Аврора и вложила Октавию в руки Беллами, но… Малышка Октавия сама украла сердце своего брата, вручив ему взамен свое.