The 100

Кисловатый запах пота и гноя, пропитавшие спёртый воздух на корабле, вкупе с громкими стонами мечущегося в агонии парня окутали ребят липкой атмосферой смерти, пробирая до самых костей могильным холодом, волнами исходящим от Джаспера, чья горькая участь была лишь вопросом времени. Надежда на его выздоровление развеялась, как ядовитый туман. Октавия смачивает тряпку в принесённой Монти миске воды и прикладывает к горячему лбу Джаспера, стараясь хоть чуть-чуть облегчить его страдания. Она, словно цербер, охраняющий врата в царство Аида, ни на шаг не отходит от Джордана, бросая убийственный взгляд на Мёрфи, выжидающего удобного случая, чтобы оборвать тонкую ниточку, на которой висит жизнь Джаспера. — Всё будет хорошо, ты поправишься. Октавия нежно проводит рукой по слипшимся от пота волосам. Блейк сама не знает, откуда в её ожесточившемся сердце взялась нежность для несуразного паренька. И уже не получается следовать первоначальному плану "забей на всех, живи для себя", — прыгнув за ней в воду, чужой мальчишка стёр черту, что она провела между собой и людьми, проведя год в обществе, наказавшей её за то, что она родилась. — Я не разрешаю тебе умирать, Джаспер! — и сила, прозвучавшая в голосе Блейк, вызвала измученную улыбку на лице потерявшего надежду Монти. — Я поцелую тебя, когда ты очнёшься, — обещает Октавия, просто потому что знает, Джаспер этого очень хотел. Сутки тянутся бесконечно долго и измотанные стонами умирающего ребята встают на сторону Мёрфи, но Блейк плевать, мнение большинства для неё ничего не значит. Она впервые в жизни заботиться о ком-то, кто не был Беллами, не был её мамой. Впервые чья-то жизнь в её руках, и Октавия не намерена её упускать. Возвращение Кларк с лекарством, как глоток свежего воздуха, теперь дело за Джаспером. И Октавия ни секунды не сомневается, что он выкарабкается. Спустя несколько часов все усилия, затраченные Октавией Блейк за последние сутки с лихвой окупаются, когда Джордан, с трудом разлепив глаза, напоминает ей слабым голосом об обещанном поцелуе. А Октавия не может избавиться от счастливой улыбки даже когда нежно скользит своими губами по губам Джаспера. Она готова поцеловать ещё тысячу раз, если понравится. Не ради того, чтобы позлить Беллами, не ради любопытства, как было с Атомом, а просто потому, что Октавии не жалко поцелуя для парня, показавшего ей, что такое дружба.