The 100

— Ты совершаешь ошибку. — Ей хочется ударить его по лицу за упрямство, оставив царапины от своих ногтей на покрытой щетиной щеке, чтобы остался шрам, напоминающий о ней, даже когда он уйдет. — И почему я не удивлен, что ты опять перечишь? — улыбается грустно, но искренне — приятно для разнообразия получить удовольствие от их перепалки. И Маркус наслаждается, смакуя каждое слово, ведь больше им может не выпасть случай поспорить. А Эбби от бессилия сжимает кулаки, ей хочется кричать, но это слишком большая роскошь для Канцлера, хочет сорвать проклятую нашивку с буквой "К", и пусть другие решают проблемы. Вот только кроме нее лишь двое способны нести эту ношу: один, гонимый призраками прошлого ушел искать мир в беспощадной пустыне, а второй, терзаемый чувством вины, готов положить на жертвенный алтарь свою жизнь. — Брак с Лексой — ошибка, — настаивает Гриффин. — Союз с Командующей — стратегическое решение, — не уступает Кейн. — Находясь с ней в столице землян, я смогу сделать больше для наших людей, чем здесь, пререкаясь с тобой! — повышает голос мужчина. — Она годится тебе в дочери, Маркус! — Эбби не понимает, почему он не видит очевидного? Их брак с Лексой обречен на неудачу. — Командующая на редкость здравомысляща. Она также как и я понимает важность интеграции наших людей, — Маркус устало проводит рукой по волосам, смахивая все сомнения. — Мы должны стать для них своими, Эбби. Другого способа избежать войны нет. — Да ты мечтатель, Кейн, — отводит глаза, не зная, что сказать, как объяснить свою позицию, чтобы он наконец понял. — А ты необъективна, — парирует Кейн. И они оба понимают, что он прав, но от этого не легче. Канцлер в Эбби признает правоту своего верного Советника, а женщина в ней умирает от ревности, на которую не имеет права. Внутренняя борьба лишает сил, но хуже всего недосказанность: она никогда не произнесет вслух, что он нужен ей как воздух, он никогда не признается, что больше всего на свете хочет остаться с ней. Так будет лучше для их людей… А проклятым нести бремя власти нельзя любить, нельзя ненавидеть. Их собственное счастье — расходный материал в фундаменте благополучия других. Поэтому Кейн уйдет не обернувшись… Поэтому Эбби зажмет ладонью рот, чтоб не позвать его назад… Регалии Канцлера — тяжелое бремя, а они — единственные, у кого достаточно сил его нести.