Богиня из другого мира

Та, чью волю не сломить.

      Впервые я узнала кто такой Эллиот Найтес еще в раннем детстве, и это было неудивительным, ведь он был не кем иным, как сыном правителя Агарта и наследником южных земель. Высокий, самодовольный темный лорд, который всяких раз проходя мимо, нарочно взъерошивал мои короткие и непослушные волосы, а затем с усмешкой спешил дальше по своим делам. Я его искренне не понимала, он всегда замечал маленькую девочку, усердно помогающую матери, в отличие от остальных обитателей дома Найтесов. Еще в детстве я познала, что жизнь в бедной семье означает постоянный труд, но он радовал меня, каждый день я помогала матери в уборке, работала вместе в саду, облегчая тем самым ее быт. Я понимала, что если я не буду ей помогать, то никто не поможет.       - Привет, малявка! - весело произнес лорд Найтес, в очередной раз, приводя мои короткие волосы цвета вишни в полнейший беспорядок, что доставляло ему неимоверное удовольствие.       - Я не малявка! – стиснув в руках тряпку, которой только что протирался портрет его прадеда, я раздраженно пробурчала, как и подобает маленькому ребенку, что забавляло его еще больше.       Мужчина смотрел на меня с высоты своего роста с неприкрытой насмешкой в золотистых глазах, я не достигала ему даже живота, столь высок он был.       - Сколько тебе, мелочь?       - Десять, а вам? – я продолжала упрямо хмуриться, прекрасно понимая, что это веселит его, но ничего не могла поделать.       - Немного больше, - его тонкие губы красиво усмехнулись моему вопросу. – Двадцать три, кстати, малявка, с твоей тряпки на пол вода капает.       Лорд Найтес хохоча над моей неосмотрительностью, удалился.       Он делал так всегда. Издеваться над ребенком ему нравилось особенно, я всегда жаловалась матери, но в душе, считала это чем-то странным, необычным, буквально чудесным. Высокородный лорд, мог так запросто остановиться и заговорить со мной, коснуться - это было для меня удивительным. Его брат был куда более вежливым и благородным, но на прислугу он совершенно не обращал никакого внимания, в то время, как Эллиот, будучи старшим сыном, блуждая по замку, раздавал всем клички в те редкие моменты, когда пребывал в Агарте. Он никогда не любил это место, при лучших обстоятельствах он пребывал дома четыре раза в год, а все остальное время предпочитал жить в столице и принимать активное участие в сражениях и военной подготовке.       Следующее его появление в замке было ознаменовано очередной его проказой, а с виду Эллиот был таким взрослым и статным. Каждый раз за любую провинность он оказывался заложником Агарта, наслаждаясь общением с отцом, и это, похоже, действовало на него многим болезненнее телесных наказаний. В такие дни, лучшим решением было вообще не заходить внутрь замка, иначе можно было с легкостью оглохнуть от постоянных возгласов двух темных лордов, иногда мне казалось, что эти постоянные ссоры приносят им удовольствие. А так как, на данный момент, они наверняка разрушали устоявшийся порядок замка, я, предвкушая большой поток уборки, мирно вырывала сорняки в саду, пока мама отлучилось для покупок продуктов на ужин.       Отдышавшись ко мне, подлетел Эллиот Найтес собственной персоной, все такой же самодовольный и ничуть не меняющийся с годами.       - О, малявка, я чуть не наступил на тебя! – он привычно испортил мне прическу, его большие ладони мягко касались моей макушки. – Чем ты меня порадуешь, сорванец?       - Я не малявка! – я раздраженно вскрикнула, эта фраза злила меня до невозможности, он это знал, а я в очередной раз сплоховала, вырвав любимые цветы леди Найтес, отвлекаясь на него. – Вот же, это все из-за вас!       Эллиот смотрел на меня с вызовом и такой хитрой искрой в глазах, что хотелось сорваться на бег, но ведь не убегу же, догонит! С такими-то длинными ногами. Я смирила его грозным взглядом, который был воспринят лордом за очередную смешную шутку, еще бы, одиннадцатилетняя девчушка пыталась показаться для него угрожающе опасной.       Он опередил меня, вылив немного воды из ведра прямо мне на голову, невинно посвистывая:       - Какой-то странный дождь не находишь? Но остужает, верно? - он заискивающе нагнулся, смотря в мои глаза.       - Вы невыносимы! - я начала топать ногами, пытаясь успокоиться хоть немного и унять злость, но отделаться от мысли, что было бы неплохо кинуть в него что-нибудь - не получилось. Поэтому я брызнула из ведра ладонью на него воду.       Лорд, нисколько не смутившись, поддел ногой небольшой кусок земли и подкинул в мою сторону, с видом победителя. Что он делает? Что с ним не так? Почему не наказывает? Его глаза были коварными, а весь вид выдавал заинтересованность, причем неприкрытую.       - Оставьте меня в покое, прошу, - пытаюсь идти на компромисс, в меня летит еще один небольшой комок земли, а лицо такое все из себя, словно он слушает, как его нахваливает сам император. – Вы серьезно?       В воздух поднялось множество небольших и мокрых комочков земли, они угрожающе смотрели на меня, так мне, по крайней мере, казалось на тот момент. С минуту, я уверенно и не теряя лица, взирала на своего противника, не находя изъянов в его обороне и выражении лица, присущем только победителям. Я решила капитулировать, а посему развернувшись, устремилась прочь, взывая к матери громкими воплями, под завораживающий и очень искренний смех седовласого лорда, который был слышен еще очень долго. После, он эту историю пересказал еще несколько раз, разнеся ее чуть ли не по всему Агарту.       Это лишь прибавило аргументов к общему недовольству, тем, что он обращает на меня внимание только для того, чтобы поддеть или обидеть. Как же злит! Еще и стражники, только завидев меня, хохочут, и пародирует мои вопли. И как так можно издеваться над ребенком?       Но факт остается фактом, стоит ему покинуть замок и наступает такая тоскливая и совершенно неинтересная тишина и покой, сначала они радуют, потом становится все тяжелей и как-то совсем по-другому. Начинаешь невольно ждать, когда самодовольный мужчина вновь где-нибудь оплошает и вернется, внося заметные коррективы в быт многих людей Агарта. Поговаривают, что Рейну от брата достается гораздо больше, чем мне и это немного утешает, хотя он, по крайней мере, можно дать ему достойный отпор.       Я невольно готовилась к каждому его поведению, придумывала колкие ответы на любое слово, которое он мог бы произнести в мой адрес, чтобы в следующий раз точно выйти победительницей, но снова проигрывала и выслушивала очередные смешки со стороны окружающих. Даже моя матушка иногда хохотала с баек, которые ходили по двору, а учитывая, что и сам Эллиот наверняка додумывает и преувеличивает события, я все больше становилась героиней забавных историй. Это раздражало до невозможности, но было в этом что-то особенное, что-то теплое душе, словно у меня появился немного своеобразный и странный во всех смыслах приятель, которого я уважала и ненавидела одновременно.       - О, мелочь, - Эллиот потянулся к моим все еще коротким и торчавшим в разные стороны волосам, но я, уже имеющая большой опыт общения с ним, с легкостью увернулась и аккуратно пожала ему ладонь, не отвлекаясь от прополки.       - О, какая сомнительная честь, лорд Найтес, - я говорила нарочито заискивающе и тепло, эта фраза казалась мне невероятно колкой и умной, я просидела долгое время, подбирая нужный тон и слова.       - Я тоже весьма рад нашей новой встрече, и даже принес тебе подарочек, - таких хитрых глаз я никогда прежде не видела, создалось впечатление, что он готовил эту пакость несколько дней, как и я заготавливала свои ответы на любую его фразу.       Он водрузил на мою голову тяжелый металлический шлем с огромными черными рогами, который до этого успешно прятал за широкой спиной, а затем, приняв самую, что ни есть оценивающую позу принялся хохотать, следя за тем, как мое лицо прорывает маску спокойствия и становится обиженно-недовольным. Чего он собственно и добивался. Я снова проиграла.       - Тебе очень идет.       - Что за гадость? – я с трудом стянула увесистую конструкцию с головы, разглядывая чудо кузнечного дела и пытаясь понять, зачем такая штука седовласому лорду. А потом и вовсе ехидно улыбнувшись, бросила его на землю, но, как и ожидалось, шлем земли не коснулся, а вернулся в большие ладони с тонкими пальцами, которые обхватили длинные рога.       - Не благодарная, я, когда увидел его, сразу ринулся доставать оттуда голову. Еле отколупал, между прочим, - и все таким серьезным и обиженным тоном, перекидывая увесистый шлем из руки в руку.       - Вы это с поля боя притащили? – отвращение подобно комку в горле подступало все выше.       - Ага, - он блистательно улыбнулся и, махнув серебристыми волосами, направился прочь. – Долг зовет.       Эллиот махнул мне рукой на прощание.       У него красивая улыбка, просто невероятно красивая - вот, что я тогда подумала вместо привычной фразы, о том, как он раздражает меня. Недовольство все больше уходило на второй план.       Но радость не длилась долго, леди Найтес прорыдала несколько дней, получив известие о том, что ее сын был растерзан неизвестным при осаде замка в Светлой империи. Я с ужасом и опасением ждала его появление в замке, он ведь такой невероятный и сильный, просто быть не может, чтобы кто-то смог нанести ему вред! Он же темный лорд! Я переживала о том в порядке ли он, а леди Найтес все не унималась, вселяя в меня страх, госпожа перестала есть и проводила все дни в постели. Рейн несмотря на все обстоятельства, все время нервно расхаживал где бы не находился, все ждали того, что предстоит увидеть, как только его доставят домой.       Когда карета въехала в родовое гнездо Найтесов, возле нее собралась целая масса людей: его семья, слуги, стражи, семейный врач, лекари, все. И все были в невероятном напряжении, а мое сердце замирало, я боялась увидеть Найтеса другим, не таким улыбчивым, а измученным и отрешенным. Искалеченным. Я бы не отказалась от него ни за что, так я думала в тот момент. Друзья - это не внешность, это - душа, пускай странная и непредсказуемая. Эллиот Найтес самодовольно выскользнув из кареты, помахал все ручкой, разыгрывая удивление и высказывая леди Найтес, о том, что она могла так не хлопотать о его возвращении. Мать самодовольного лорда, естественно расплакавшись, бросилась обнимать его и целовать, прижиматься к груди и что-то приговаривать, кажется, в этот момент, она определенно помолодела на несколько лет, а Рейн удовлетворенно кивнув, глубоко выдохнул. Все облечено вздохнули, с наглым и седовласым лордом было все в порядке. Я не сдерживала улыбки, которую он и не мог увидеть, ведь я стояла в самом конце сгустившейся толпы, рядом с мамой.       Протискиваясь через толпу, чья-то знакомая ладонь, испортила мне приглаженные и немного отросшие волосы. Найтес. Вот же! Я весело усмехнулась, как же хорошо, что он цел.       Весь день я напевала песни и не могла нарадоваться, что это были лишь слухи и, естественно, он давно исцелился, он же темный лорд! Леди Найтес всех напугала! Моя душа просто хотела петь, не зная покоя, как же прекрасно после стольких напряженных дней было просто спокойно вздохнуть.       Я мирно собирала яблоки, когда рука кого-то невероятно высокого протиснулась над головой и сорвала именно то, на которое так долго зарился мой глаз, но рост говорил о невозможности такого расклада в мою пользу. Теперь уж, тем более, Эллиот удовлетворенно откусил часть плода и выразительно поглядывал на меня, ожидая увидеть во мне недовольство, но не видел, я не могла злиться на него, по крайней мере пока что .       - Вот ты где, малявка, - он, пользуясь моим добродушием, в очередной раз испортил недавно образовавшийся порядок на голове. – А чего такому сорванцу, как ты волосы отпускать?       - Я же девочка, в конце концов! - я привычно стукнула его с силой по груди, так как ему это было совершенно неощутимо. Теперь, я уже была ростом до его груди и пользовалась своими возможностями на полную.       - Правда? – удивленно произнес он, даже лицо заметно побледнело. Он серьезно?       - Да! – уверенно заявляю, задирая нос к небу. – Мне между прочим уже двенадцать!       - Серьезное число, может по бокалу? – Эллиот откровенно высмеивал мой серьезный тон, но мне не привыкать. – Я серьезно, после того, как мать залила мне весь камзол, я бы выпил за то, чтобы она больше не проливала слез. Достойный повод?       - Наверно… - он подтрунивал, но была в его словах правда, которую я отрицать не могла.       Лорд Найтес засмеялся своим привычным заливистым и искрящимся смехом, но затем, согнувшись пополам, начал тяжело кашлять, извергая из гортани кровь, которую он затем вытер о камзол. Его золотистые глаза хищно сузились, смотря на меня, словно я поймала его на преступлении.       Я оцепенела, значит, с ним не все в порядке? Значит, он притворялся?       - Вы… вы… ведь в порядке..?       - Смотря, что ты хочешь услышать? – вопрос ввел меня в тупик, а Эллиот Найтес выглядел невероятно серьезно, сурово взирая на меня сверху вниз.       - Наверно, правду? – тихо и немного взвинчено произношу, совершенно не понимая, что происходит.       - Шить умеешь, девочка? – вопрос поверг меня в ужас.       - Да…       - Отлично, помоги мне, иначе, я загнию так. – спокойно заявил он.       Его странное спокойствие и внешнее безразличие пугали меня, привыкшую к постоянным колкостям и язвительным фразам с его стороны, видеть его таким было непривычно. В такие моменты, лишь вид прибавлял ему лет, доказывая, что, несмотря на свое поведение, Эллиот Найтес взрослый.       - Что?!       - Что слышала, - раздраженно процедил он. – Я не мог показаться там никому, так как отец написал матери целое письмо о том, что я при смерти. Естественно, я солгал, что все затянулось, благодаря моей силе, чтобы мать не переживала. Если я обращаюсь к лекарю здесь - она узнает, к служанке будет такой же исход, но ты ребенок, на тебя она не подумает. Сможешь? Если нет, то молчи, сам как-нибудь справлюсь.       А вот и его истинное лицо, пугает, но беру волю в кулак и киваю, я должна помочь ему.       В его комнате уже было все необходимое: нитки, бинты, спирт, вода и сам Эллиот Найтес, стягивающий камзол, затем рубашку и искоса смотрящий на меня, словно сомневаясь, но я принимаю напущено серьезный вид, чтобы оправдать веру в себя. Всего лишь рана, главное помочь, а не бояться, не важно, что я увижу и, как это будет выглядеть - я это сделаю. Главное - результат.       - Готова? – спокойно спрашивает мужчина, сверля меня своими золотистыми глазами. – Зрелище не из приятных, надеюсь, заражение еще не пошло, если так, режь то, что поражено.       Нервно глотнув слюну, снова киваю, не растрачивая эмоциональное спокойствие на слова.       Зрелище было не то, что неприятным, а отвратительным, три кровавые кое-где почерневшие от запекшейся крови полосы, чертили свой след от левого плеча и до правового бока, углубляясь и разрывая ткани, кромки были такими, словно его разрезали чем-то неровным. Я сморщилась, но руки уверенно схватили бинты и начали работать над его спасением. Эллиот лежал, молча и дышал абсолютно спокойно, даже когда я промывала раны он не издала и звука.       - Кто сделал это с вами? – тихо интересуюсь, представляя его светлую кожу, мягкой атласной тканью, что помогало без жалости протыкать его, как полотно и стягивать кожу нитью.       - Не важно, я просто в тот момент вспомнил о тебе и совершил скорей всего самую большую ошибку в своей жизни, я уже чувствую, как она обвивает мою шею, - серьезно пробормотал он, а его веки медленно закрывались, уступая слабости.       Я дернула его за плечо:       - Не теряйте сознания.       - Все равно, мелкая, это усыпляет…       - Извините, я ударила вас, - тихо бормочу, концентрируясь на стежках и параллельно думая, почему его удивительная регенерация не работает, он же темный лорд.       - Все просто, все зависит от эмоций, магия это своего рода эмоциональный заряд, сколько ярости и злости вложено в удар, столь губителен он. Насчет вот этой красоты, могу сказать, что толку обращаться к лекарям - не было, шрам обеспечен мне на всю жизнь и заживать будет долго и мучительно.       - Это ужасно. – говорю искренне и прикладываю шокировано ладонь к губам.       - Я рад, - неожиданно ответил он.       - Почему же? – я удивилась, заканчивая последний стежок.       - Я думал, что умру, шансов увернуться хоть сколько-нибудь практически не было, пришлось чем-то жертвовать.       И вновь я сделала очередное открытие: его серьезное лицо, его спокойный и рассудительный тон, которых прежде не видела. Каждый такой момент откладывался в памяти и становился особенным, скапливался в копилке где-то глубоко внутри.       - Отдыхайте, я уберу все.       - Пожалуйста, не говори никому, Найвери, - стоило ему произнести мое имя и она приобрело, какие-то неизведанные мне оттенки, прекрасные отголоски, оно звучало его голосом, как песня посвященная чему-то божественному. Он знал мое имя все это время, было так приятно и неожиданно.       Прошло еще три года прекрасной жизни, верней таковой она становилась лишь тогда, когда в ней появлялся Эллиот Найтес, странная связь, он причинял лишь неудобства и дискомфорт, а я все равно жаждала видеть его все больше и больше. Красивый, седовласый и обаятельный, не изменяющий себе. Он подшучивал надо мной, приводил изрядно отросшие волосы цвета вишни в полный беспорядок, но я все время хотела продолжения своих истязаний.       Когда он покидал Агарт я возвращалась в свой быт, в быт служанки в доме Найтесов и верной помощницы больной матери, ей было совсем худо и я ужасно переживала за нее, лишь проделки Найтеса были в силах отвлечь меня от моих страхов. Только страхи с каждым днем все более претворялись в реальность, но самым ненужным был тот факт, что именно меня избрала Богиня. В такой сложный и болезненный период, именно я понадобилась ей, но я не могла покинуть ее и уйти в цветочный рай садов, как полагает закон. Не могла оставить ее страдать в одиночестве, погибать от голода и холода. У избранниц Богини красивая жизнь, но лишенная денег и связи с внешним миром, это слишком большая роскошь, которую никак не могла себе позволить.       Это было в первый раз, когда я писала ему письмо, верней его писала знакомая моей мамы, владеющая грамотой, но текст был только моим, извлеченным из глубин моего сердца. Я умоляла его позволить мне остаться в доме Найтесов служанкой, пока моя мама жива, а потом я исполню свой долг согласно закону, я молила дать мне время.       Ответ, полученный мной, был сухим и написанным витиеватым подчерком, который гласил совсем о немногом, но я проплакала целый вечер радостными слезами. Его письмо гласило: «Один год», такая отсрочка позволит мне отдать дань уважения матери и позаботиться о ней.       Эллиот Найтес, определенно знал, что-то мне недоступное, моя мать покинула этот мир ровно через год, в этот же день моя отдушина вернулась в город, связь была очевидной. Я не плакала, это было ожидаемо, возможно, где-то глубоко внутри я была благодарна, что смерть забрала ее и перестала мучить, там ей определенно станет лучше, я пыталась мыслить философски, но моего образования на это определенно не хватало, что поделать, я была всего лишь дочерью служанки. Но даже дочери служанки выпала честь: лорд ее земель любезно склонился над гробом ее матери, как и все собравшиеся, проводил ее в другой мир. Поступок весьма благородный и показывающий благосклонность будущего правителя Агарта к моей семье, он сделал даже больше: провел древний ритуал и развеял ее с ветром, разнося ее воспоминания и память по миру, освобождая от тела, это было и ужасно, и красиво. Именно в этот момент из моих глаз выпорхнули слезы, которые я так старательно держала внутри, слезы которые ничему не помогут, лишь сопровождают мои эмоции наружу.       - Вытри слезы, девчонка, - тихо пробурчал Эллиот, мягко обнимая за плечи, его прикосновения были такими теплыми, лучше бы он этого не делал. Я ведь живая и я очень хочу любить. Его.       - Не могу, лорд Найтес, я готовилась, но… - я зарыдала лишь громче, впутываясь в его объятия все глубже и глубже, как в кокон, который закрывал от проблем.       - Я приехал ради тебя, исполнить обещанное, ты знаешь об этом? – серьезный голос выводил из истомы, его запах такой дурманящий.       - Догадывалась.       - Я поручился за тебя, и я помогу добраться до столицы, поедешь со мной.       - Разве ближайший храм не в Сагдануре подконтрольным Нортам? – тихо интересуюсь, понимая, что я делаю тоже самое, что и его мать, вытираю слезы об его камзол.       - Верно, - он видимо хотел погладить меня по голове, но давняя привычка взяла верх и он все растормошил. – Но я еду именно в столицу.       - Хорошо, - я скорбно склонилась, как и нужно было перед темным лордом. – Когда мне быть готовой к отъезду, лорд Найтес?       - Сегодня вечером, как только я устрою еще одну грандиозную битву интересов с отцом, делать мне здесь будет нечего.       Я была верна своему слову, я собралась и в назначенный час отправилась вместе с Эллиотом в долгий путь к столице. Бастион был на севере, а Агарт на юге, абсолютно противоположные направления и огромное расстояние между ними ждали впереди.       - В кого у тебя такие волосы? – скучающе поинтересовался он, разваливаясь на соседнем сидении и собирая свою седую гриву в плотную косу, его волосы были идеальными и сияли даже в темноте.       - В отца, - спокойно отвечаю, но все больше ловлю себя на мысли, что не могу смотреть в его глаза.       - Кем он был?       - Рыцарем, безродным, но сильным и благородным, так говорила моя мать, он погиб еще до моего рождения на войне, - так легко говорить о человеке, которого уже нет и которого я не знала, а вот слова о матери были так тяжелы и натужны.       - Непривычно видеть тебя такой, распустила волосы и больше не огрызаешься. Не интересно... - без тени смущения заявил он прямо мне в лицо. – Тео, давай развлечемся, - Найтес выкрикнул кому-то из сопровождающих в окно.       Сердце ожидаемо пропустило удар, вот значит, когда я представляла для него интерес? Когда веселила его бессильной злостью на потеху или недовольством очередной выходкой? Он столько задирал и дразнил меня, чтобы потом говорить так? Больно. На что я рассчитывала? Я сама не знала.       В этот миг я почему-то начала думать о своем предназначении для этого мира, чтобы я могла сделать, чтобы помочь? Чем бы могла заняться во благо будущего? Я не находила ответов. Кроме уборки и готовки я ничего не умела, то, что он заговорил со мной однажды в коридорах своего дома, уже должно быть подарком, но этого уже мало. Недостаточно.       Мне нужно было двигаться дальше, нужно было забыть его, если я - избранница Богини, то я могу стать той, кто вещает другим об истинных ценностях, наверно есть среди них и такие девушки? Было бы неплохо, но мне нужен толчок, который отрежет все надежды и пути назад.       Спустя две недели мы оказались на территории семьи Владеску и двигались к ее центру Бастиону. Не самое ли время, уничтожить в себе все, что я испытывала прежде?       - Что не так? – исподлобья поинтересовался Эллиот, вяло, смотря на меня золотистыми глазами.       - Я люблю вас, - вот так просто и в лоб, говорю о том, от чего уже заведомо отказалась.       Он не изменился в лице, а значит – знал, только глаза стали заметно более холодными.       - Исключено, - серьезно произнес он, смотря прямо мне в глаза.       - Я и не надеялась, просто хотелось, чтобы вы знали, - уверенность сдает, но голос дрожит не столь сильно.       - Глупая затея, - раздраженно цедит, но нарочно наклоняется ближе к моему лицу. – Я скажу тебе кое-что, что поможет быстро выкинуть это из головы.       - Что же? – отстраняясь, произношу, но его лицо все равно приближается, желая воздействовать как можно убедительнее.       - Я не буду любить. – уверенно произносит.       - И пусть. – вторя ему отвечаю.       - Не буду сидеть дома, и разделять семейный быт. – уже более раздраженно дополняет.       - И пусть.       - Я никогда не стану примерным мужем, это не по мне. – теперь обдает холодом.       - И пусть.       - Я буду там, где война, где наши люди и умру с мечом в руках.       - И пусть.       - Я буду изменять.       - И пусть.       - Женюсь лишь, когда мой отец приставит клинок к моему горлу на темной леди достойного статуса. – желает сломить мою уверенность в своем чувстве, но нет, я просто люблю, мне безразличны его недостатки, его характер, он мучил меня собой шесть лет, я знаю, как двигается каждая мышца на его внеземном лице.       - И пусть… - у него получилось подорвать уверенность, но я все равно произношу то, что хочу сказать.       - Странная, - его это задело и он не сдержавшись, хмыкнул.       - Я добьюсь высот, я выучусь, лорд Найтес, я не говорила бы о любви, если бы точно не знала какой вы.       Эллиот лишь усмехнулся прямо мне в лицо, намекая, что мои слова пустота, что я очарована лишь его статусом и внешностью, но это не так!       Я подаюсь вперед, наши губы практически касаются, наступает тот самый момент, когда тела неподконтрольно движутся навстречу, но он неожиданно отстраняется и грубо произносит:       - Я не оскверняю невинных, если не планирую нести ответственность, а я этого не хочу, Найвери.       Так и закончилась моя сказка о прекрасной любви и высокомерном лорде Найтесе, несмотря на обиду, я была благодарна, что он поступил благородно, возможно мои эмоции взяли верх и это было на тот момент не слишком искренне. Но я все еще люблю его, спустя столько лет и его немереное количество выходок. Живя в храме Богини, я насмотрелась на другую строну Эллиота Найтеса, не самую красивую и правильную. Но между наблюдением за его выходками, я читала книги, училась писать, размышлять и мыслить мудро, узнавала о религии, проникалась концепцией Богини, мне это действительно пришлось по нраву. Верховная жрица любезно беседовала со мной, я о многом узнала, я стала взрослее и умнее, а с умом пришел и самоконтроль, не одна его выходка относительно меня больше не задевала, я научилась игнорировать, научилась быть избранницей, научилась понимать себя и свое тело. Знания окрыляли, только сейчас я смогла чувствовать себя личностью, а не влюбленной в темного лорда служанкой, ум открывал совершенно другие прежде недоступные стороны жизни. А когда ушла прежняя Верховная жрица ей стала я.       Единственное, что я позволяла себе это осаживать его, если он плохо относился к девушкам и втайне ото всех ждать, теперь, когда разум стал весить больше сердца, я увидела в его словах скрытый смысл, адресованный мне в будущем.       - Семнадцать лет пролетели перед глазами, - тихо шепчу, осознавая, что во время очередной тихой молитвы я анализировала свою прежнюю жизнь. Вновь. – Богиня, как порой тяжело живется, тебе ли не знать?       - Жрица! – воскликнул страж, склоняясь передо мной. – Наши лорды возвращаются после осады крепости Роза Светлой империей.       Давно такого не чувствовала, все внутри застыло, словно мне снова двенадцать и я боюсь узнать, что он примет свою судьбу, раньше, чем следовало. Но это не важно, главное верить, Богиня? Только помимо веры иногда нужно прикладывать и самой усилия, просто так счастье не расцвет, ему нужна подготовленная почва и постоянный полив. И все равно, даже так, оно может завянуть из-за ненастья или еще какого-нибудь фактора, все относительно. Но я предпочту верить, что он жив, нежели мертв. Это не грешно. Вера в лучшее, уже приближает к счастью. Я согласилась с каждым его словом, поэтому я приму все.       - Какие вести, мой друг? - я указала ему жестом подняться и последовала на свежий воздух, в храме пахло слишком сладко для принятия вестей.       - Несколько лордов сильно ранены, больше всех пострадал лорд Вайрос, которого с того света вытащил кронпринц, лорд Глоувинг тоже серьезно ранен и кто-то погиб, но я не раздобыл достоверной информации, Жрица, поэтому я не буду лукавить. – произнес страж. – Дождемся верных вестей.       - Вы правы, незачем на кого-то ложно перекладывать неверные вести, время покажет, а мы оплачем потери, как и положено, - прохладный ночной ветер вселяет спокойствие, которое и нужно Верховной жрице для принятия решений.       - Разбудить девушек? – предположил страж.       - Нет, не стоит, - спокойно отвечаю, смотря в звездное небо. – Только Дафну, думаю, она переживает о судьбе своего брата и отца ребенка, если мы не расскажем ей первые вести - это будет неправильным, уверена, скоро подоспеет и более надежная информация.       - Как скажете.       В городе было шумно, а значит, они уже вернулись в Бастион, всегда грустно оплакивать кого-то, сердце болезненно сжимается, но жрица должна быть непреклонной и стойкой, я опора для всех остальных девушек и они могут на меня положиться. Как бы больно не было, чтобы этот мир продолжил существовать, мы должны жить дальше и укреплять его всеми своими силами. Что же я тогда сказала той девушке из Темного замка? Верно.       - Зачастую именно сложные пути ведут к свету, и, я думаю, Богиня прекрасно это знает – красивые слова и такие верные, нужно помнить их, Найвери.       - Жрица! – из темноты выскользнула Дафна. – Вы уже знаете, что-нибудь? Что с моим братом?       Бедная, она же наверняка хочет узнать о Брэйдене, но гордость не позволяет спросить о том, кто не осмелился взять беременную девушку в жены. Я искренне сожалею, что никак не могу контролировать именно это, но я обязательно поддержу ее, чтобы ни случилось. Я намного сильнее, во многом благодаря резкости Найтеса закалившей меня и помогшей мне найти свой истинный жизненный путь.       - Ничего неизвестно, но тебе не стоит волноваться, Дафна, я уверена, Богиня с ним, а если и она не поможет то, мы молились за них все это время. У тех, кого ждут, больше стимула вернуться.       - Что один, что второй глупцы! - она зарыдала. – Эллиот бросил девчонку Вайросов и помчался прямиком на границу, не глупость ли? Без приказа! Брэйдена хоть заставили.       - Он посчитал, что там он нужнее. Эллиот Найтес просто хочет защитить всех, мы должны смиренно принимать его решения, милая, - я мягко обняла ее и усадила на скамью, кажется, ее это немного утешило, вот и хорошо, просто буду считать, что она переживает и за меня, так как мне это не позволено.       У входа послышался шум, стало немного тревожно, а шум все нарастал, пока не послышались возмущенные крики Норта:       - Пропустите, иначе распотрошу, как и всех светлых, что встали у меня на пути!       Вот и хорошо, я дала сигнал стражам на стенах, и они отступили, пропуская его внутрь нашего дома, пусть будет исключением, обычно ночь не время для посещений, но так и быть, иначе Дафна еще больше расстроиться. Девушка уже стремительно летела через сад ему навстречу, вот и славно, я рада.       Решила спокойно спуститься и медленно подойти, чтобы дать возможность поговорить, но, тем не менее, узнать информацию из первых рук. Как бы я не старалась подавить, внутри было жгучее желание узнать, как там все остальные. Многие были моими друзьями, многие приходили за советом и определенно все мне были дороги.       - Лорд Норт, - вежливо произношу, но он уже уводит девушку в глубины сада.       Моя вежливость и тактичность не позволяют настаивать, тем более, что-то подсказывало, что он созрел для чего-то поистине серьезного. Я легко улыбнулась, ее счастье – мое счастье, она девушка, с которой я провела очень долгое время, я не столь взрослая, но по восприятию я ощущаю их своими дочерьми, поэтому нет ничего зазорного радоваться их счастью.       Он наверняка, как всегда был впереди всех и рисковал собой больше остальных, стараясь заслонить всех и каждого, его мастерству можно лишь позавидовать, но он не всемогущ. Возможно, та самая его ошибка не просто так вспомнилась в моем сознании, столкнулся ли он с ней уже? Об этом мне хотела сказать Церера?       Пока никто не видит я осторожно и бережно позволила себе уронить одну единственную слезу в его честь, а время определит к радости она или к горю. Стоит зажечь свечи в храме и подумать о чем-нибудь, чтобы скоротать время до утра. Я медленно развернулась, направляясь обратно, немного тоскливо, я думала, будет хуже…       Его руки мягко обвивают шею, а голова падает мне на плечо, седые волосы водопадом обливают грудь и ключицы. Значит, жив? Я не сомневалась.       - Утешь меня, - голос хриплый и уставший, очень замученный.       - Жрица! – стражи заметили его. – Вы разрешили пустить лишь одного, мы не знаем, как он проник!       - Все в порядке, я разрешаю.       Мягко отстраняюсь и делаю несколько шагов вперед, привлекая его за собой, нам нет нужды говорить на улице, тем более, слишком много посторонних людей вокруг.       - Вы целы? – меня действительно не отпускает прошлое, что со мной?       - Абсолютно, - говорит холодно, значит, действительно измучен и устал, тогда почему он здесь? Не похоже на него.       - Дафна занята сейчас, могу предложить вам чай, - вежливо, как и положено жрице, даже не сложно, просто знать, что он жив мне достаточно.       - Ты серьезно, чай?! Найвери, ты ненормальная! – он почему-то перешел на крик, что не так? Я вежлива. – Чай?! Найвери! Я убил десятки людей, я вернулся! И ты говоришь про чай?!       - Да..?       Эллиот грубо схватил меня ладонями за лицо, заставляя смотреть на него, а затем настойчиво прильнул к губам, совсем не нежно, агрессивно, требовательно и яростно. Такой тактильный и беззвучный взрыв, который вскружил голову.       - Какая же ты скучная, - грубо сказал он, но его ладонь мягко касалась щеки проводя линию, а губы скользили по моим, произнося слова.       Весь его вид был свирепым и яростным, а еще крайне уязвленным.       - Такая, какой должна быть Верховная жрица, - рассудительно отвечаю, несмотря на то, что рассудок начинает покидать голову. – Расскажите мне, что там произошло, а я так и быть сделаю вам кофе, лорд Найтес.       Несмотря на обозленный вид, он раздосадовано ступает по пятам, нарочито громко.       Если его кто-то увидит в состоянии «эмоционального буйства» будет очень плохо, поэтому нужно привести его в тонус, только в этот раз все по-другому. Эллиот всегда стремится утешить себя кем угодно, но не мной, неужели все так плохо? Он никогда прежде не касался меня без острой необходимости и был верен словам, данным мне еще более десяти лет назад.       - Проходите, - открываю перед ним дверь своей комнаты, единственного уединенного места в храме, что поделать, не люблю вымученные эмоции и не искренность, поэтому, наверно меня сковывает лед, несмотря на любезную улыбку? Захожу следом. – А теперь…       Он не дал сказать даже слова, прижав к стене, продолжил страстные поцелуи, полные желания и огня, но вот было ли в них, что-то чувственное, в этих соприкосновениях губ? Служанка во мне трепещет от радости и говорит: «Ты берегла себя для него, так что все равно, что он испытывает!», а вот Верховная жрица храма Богини говорит:       - Оставьте это, лорд Найтес, не подобает так обращаться благородному темному лорду с Верховной жрицей.       Эллиот расстроено засмеялся, тихо и очень скупо, его губы раздраженно прилегают друг к другу образуя искривленную линию, но рук он своих так и не убрал, наоборот начал чувствовать себя еще более раскованно. И что мне с ним делать, Богиня?       - Я знаю, когда остановиться, Найвери. – нехотя произносит, зарываясь в выпавшие из прически волосы, губы настойчиво впиваются в мягкую кожу шеи и глубоко вдыхают запах.       - Достаточно, Эллиот…       Новый поцелуй, еще настойчивее и обжигающей, новые прикосновения, новая душевная боль. Сколь много нового я узнаю? Тонкие и длинные пальцы обвивают лицо, не давая шанса избежать столкновения взглядов, а горячее дыхание опаляет. Золотистые глаза удивительно ясные и понимающие, но не отступающие от задуманного.       - И не смей, возмущаться, после того, как сама без позволения назвала меня по имени и плевать, что ты не договорила! - очередной то ли крик, то ли рык доносился из тонких губ.       Я сдаюсь, мягко обхватываю руками его торс, заколка падает с волос, распуская вишневые волны, которые водопадом окропляют спину, что мне делать, Богиня? Его дыхание такое частое, а запах определенно Эллиота, я помню его с того самого случая на похоронах, он неизменен. Сильные мужские руки замыкают капкан, плотно прижимая к себе, словно в желании слиться в единый организм, а затем подхватывают, вверх и несут через всю комнату, укладывают на кровать. Никогда прежде и никто меня так не обнимал, с ярой жаждой поглотить без остатка и тихими отголосками радости, которые можно ощутить, лишь прикасаясь к нему. Седовласый лорд задумчиво смотрит, словно пытается сохранить это в памяти, а затем стягивает камзол и кидает на пол. Плавно кладет голову мне на живот, разглядывая потолок.       - Ну, давай, женщина, весели меня, я весь во внимании, - раздосадовано произносит он, кажется, моя реакция сильно остудила его пыл.       И зачем он продолжает разыгрывать этот спектакль? Прекрасно ведь знаю, какой он самом деле? Такой уставший и измученный, но невредимый, лишь эта мысль грела мое сердце. Если ему нужно было тепло, то почему бы просто не попросить провести время с ним? Даже для меня это пока что загадка, которую я определенно разгадаю.       - Ты можешь быть самим собой, я приму тебя таким, какой ты есть, - спокойно произношу, касаясь его лба, даже такое легкое касание заставляет чувствовать себя особенной.       - Почему всегда лишь ты? Почему мои ноги привели меня сюда? – он рассуждал вслух, но повернулся ко мне лицом и бдительно наблюдал за моей реакцией. – Найвери, та ошибка больше не грозит мне.       Мужчина как-то странно посмотрел на свои ладони.       - Тогда, что тебя тревожит? – мягко интересуюсь, продвигаясь немного назад, чтобы склонится над ним.       - Бенгурион мертв и Эррон тоже, я гнался за своей ошибкой, но допустил лишь новую, а теперь еще и ты, я снова делаю ошибку. Знаешь, в чем разница? – медленно качаю головой, так как пребываю в шоке от такого известия, его голос надрывно, переступая через свою гордость и сотню масок, произносит: – Я хочу эту ошибку, хочу эту ответственность.       Заворожено смотрю в его золотистые глаза и не верю, неужели, Богиня, я дождалась? После стольких лет безответной постепенно гаснувшей любви, пламя вспыхнуло, словно никогда и не стремилось затухнуть. Ветер, который так старательно старался потушить огонь внутри, теперь способствует его разгоранию, разнося его по округе.       - Поэтому, о, бездна, если ты еще раз скажешь что-нибудь умное, я придушу тебя! – он натянуто усмехнулся, а глаза остались такими серьезными, словно он сомневался во мне. – Если дернешься, я тебя уничтожу, раздавлю, разорву, как всех врагов! - Эллиот подается вперед и целует, спокойней, чем прежде, несмотря на сказанное, а затем будоражит прекрасные и длинные вишневые волосы. – Я снова думал о тебе, во время боя, малявка.       - Я не малявка! – выкрик из памяти вырвался необдуманно, но этого хватило, чтобы он почувствовал себя королем положения.       Его улыбку я запомнила на всю жизнь, точно такая же, как и семнадцать лет назад, одинокая слеза вновь скользнула по щеке, прочертив влажный след. Время решило причину.       Шрамы, что остались на груди, превратились в некрасивые полосы, терзающие прекрасное тело, они выглядели, несмотря на мои швы глубокими рубцами. Я проводила пальцами по ним пытаясь определить их глубину, самый страшный проходил прямо над его сердцем, это бы убило его в мгновение ока, но он все еще жив. Его дыхание мягко касается моего лба, а рука притягивает, даже во сне ближе. Настолько прекрасно, что я так и не смогла уснуть, у меня будет время выспаться, а стоит ему проснуться, и он сорвется с места, никто его уже не остановит.       - Почему же, ты можешь продолжить и дальше меня так касаться, а я не выдержу и задержусь тут намного дольше, чем планировал, - его золотистые глаза распахнулись и тут же хищно сузились. – Не играй с огнем, милая.       Длинные и сильные руки притянули ближе, а его взгляд стал таким задумчивым. Я усмехнулась, мне почему-то стало так весело смотреть на такое его выражение, и где же непреклонная жрица, почему же она слилась воедино с обычной служанкой..?