Богиня из другого мира

Вилльгельмина

      Оставшийся день пролетел незаметно, ближе к вечеру я перебралась в зал и, открыв пачку с чипсами, нелепо перелистывала каналы в поисках хоть чего-нибудь способного затронуть меня. Переключив в очередной раз, я по отработанной схеме поощрила себя несколькими снэками за старания и трудолюбие, так как далеко не каждый сможет почти полчаса подряд бессмысленно переключать каналы кабельного телевидения.       Затем пришел отец и начал рассказывать что-то про работу в офисе, на что я непринужденно кивала, пережевывая очередную порцию закуски. Понаблюдав за мной немного, им было принято верное решение изъять из моих рук инструмент управления телевизором, так как он разумно решил, что в его руках пульту будет лучше. На том и решили, он остался смотреть новости, а я - забралась в свою пещеру, где я была насупившимся драконом.       И вот я сижу и безропотно смотрю на небольшое пятно на обоях, старательно наблюдая за ним, словно оно могло куда-то ускользнуть стоило мне отвести взгляд хоть на секунду. Что за жизнь? Чувствую себя еще более бесполезной, чем обычно.       Я не ожидала, что в мою обитель кто-то решит заглянуть, я даже не могла предположить, что такое могло произойти в этой жизни, но...       В дверь моей спальни осторожно постучали, а я скучающе, не предвещая грядущей беды, произнесла дежурный ответ в таких случаях.       Едва заметив входящего, я громко ойкнула, чуть не грохнувшись с кровати. Подумать только, жизнь полна неожиданностей! И вот я сижу, в нелепом наряде, на котором наверняка еще остались крошки от моего пиршества и смотрю на аккуратно одетого Лорена с приветливой улыбкой на лице. Сказать, что встреча была неприятная - ничего не сказать, меня загнали в прямом смысле в угол, куда я могу сбежать от него в своем же доме? Я нервно задергалась, пытаясь понять с чего лучше начать разговор и как сделать так, чтобы он поскорее закончился.       - Прекрасно выглядишь, - сказал он, видимо решив, что я в большей степени переживаю, о том насколько хорошо выгляжу в его глазах. Я едва удержалась, чтобы не сделать едкое дополнение к комплименту.       Недолгое молчание вновь нарушил его голос, который очень аккуратно вписался в окружающую тишину:       - Привет.       - Привет...       И снова молчание.       - Я не видел тебя в школе, как ты себя чувствуешь, Вилл?       Теперь намного хуже, но хорошо, что ты спросил. Похоже, мысленно я выбрала тактику вести себя подобно кактусу.       Все в порядке. - медленно произношу, раздумывая говорить или нет продолжение. - Зачем ты пришел?       Лорен не спеша присел передо мной на корточки и, склонив голову, проникновенно произнес:       - Я так больше не могу.       Я же заняла себя рассматриванием его затылка, причем подошла к этому с явным рвением, так что смогла разглядеть, что его черная футболка была размера L, что еще раз говорит о том, что я глупая       - Я понимаю, что ты думаешь обо мне, - неожиданно продолжил его мягкий и всепоглощающий голос. - Я ушел от тебя из-за какой-то глупости, мы долго не общались и вот я обрушиваюсь на тебя, как снег на голову. Все это выглядит странно, должно быть…       - Именно так, - не стала утаивать и я.       Он резко поднял голову, так что я не смогла увернуться от пронзительного взгляда темных глаз прямо в мои. Рен выглядел несколько стеснено, что почему-то заставило несколько расположиться к нему, приняв его открытость.       - Это немного смущает, - он легко улыбнулся, смотря только на меня.       - Что же? - признаться честно, меня поработил этот зрительный контакт, я разговаривала с ним словно по инерции.       - Пусть это прозвучит глупо, но я недавно делал ремонт в своей комнате и представляешь? За шкафом я нашел настоящее сокровище, - он лучезарно улыбнулся подобно мальчишке и протянул мне давно забытый момент из моей жизни. - И я сразу все осознал, так что возможно и ты тоже...       Пока он говорил, мой взгляд трепетно разглядывал старое, немного потертое изображение. Я и Лорен, как давно все это было? Мы такие радостные, особенно он... Так искренне охватывая меня руками и прижимая к себе, улыбается. Я начинаю вспоминать этот день. Точно. Спортивная форма баскетбольной команды начальной школы! Первая победа Рена в серьезной игре, подкрепившая его тягу к этому виду спорта. Помню, как сейчас он выбросил мяч и обхватил меня, пока его мама с завидным рвением нажимала на спускной механизм фотоаппарата.       - Помню, как твоя мама причитала, чтобы мы не дергались и не портили кадр, - слова вырвались у меня непроизвольно.       - Но я все равно был так рад, что не мог выпустить тебя из рук.       Я заметить не успела, как его теплая ладонь накрыла мою руку, словно так и должно было быть всегда. Кисти было так уютно в плену его длинных пальцев, что я невольно задержала дыхание, пока выпутывалась из их цепких оков. А когда я вновь посмотрела в его лицо в нескольких сантиметрах от собственного, то безвольно замерла.       - Вилл...       - Рен, я...       Я даже сама не поняла, что именно я хотела ему сказать, мое сознание вообще любило по блуждать где-нибудь в самые ответственные моменты жизни. Недалекий ум спешно соображал, что ему нужно предпринять, чтобы не усугубить и без того бедственное положение дел. К счастью, моя свободная рука мягко оттолкнула его плечо, прежде, чем наши губы коснулись друг друга. Не стоит делать все еще хуже, даже если сейчас где-то глубоко внутри мне этого хотелось, я не должна потыкать своим желаниям.       - Я не могу.       Он лишь спокойно улыбнулся.       - Я все понимаю, - сказал он поднимаясь. - Извини, я снова давлю на тебя.       - Дело во мне, - закусив губу, нерешительно произношу, словно оставляя путь к отступлению, а сама нервно тереблю пальцы.       - Если я могу чем-нибудь помочь, обращайся.       Просто сделай так, чтобы твоего «Альтер-эго» не существовало.       - Прости, все это время я строил из себя самоуверенного парня, даже тогда, когда просто хотел извиниться. Теперь я понимаю, что это было глупо.       Он неспешно развернулся то ли в надежде, что я его остановлю, то ли в нерешительности.       - А как же фото? – неуверенно говорю вдогонку.       - Оставь себе.       - Но...       - Я сделал копию, - тепло произнес Лорен, через плечо.       - Тогда... До встречи, Рен. – растерянно провожаю его взглядом.       - Ага, пока.       Моей невозмутимости хватило совсем ненадолго, уже через несколько секунд я бросилась следом к лестнице ведущей вниз, где успела застать разговор Лорена и отца. Не знаю, зачем я ринулась столь решительно, но в какой-то момент мне показалось, что это было чем-то жизненно мне необходимым.       - Как там она? В последнее время она сама не своя.       - Я тоже перестал ее узнавать, но я думаю все хорошо, мистер Ванкдом,- немного нерешительно ответил Рен.       - Как игра в этом сезоне?       - Вы не знаете... – по голосу было явно слышно, что он еще больше растерялся. - Я больше не играю в основной лиге, теперь я только помощник тренера и второй капитан.       - Я надеялся, что ты оправишься, - мягко отреагировал отец.       - Я уже смирился, что профессиональной карьеры мне не видать.       - А как же стипендия?       - Теперь я уделяю больше времени учебе, нежели спорту, дабы обеспечить свое поступление, - с несгибаемой уверенностью в себе сказал Рен, и меня его слова пробрали до самых костей, заставив встрепенуться на месте.       - Ты хороший парень, у тебя все должно получиться.       - Я надеюсь.       Я вышла из тени, смущенно пробормотав с легкой тенью улыбки:       - Я тоже в это верю.       Я была бы очень рада, если бы ты увез меня из этой кромешной тьмы в свет и не выпускал меня более во тьму, но я не уверена, что у тебя получится огородить меня от всего. Спасибо тебе за все твои старания и доброту, но я не могу их принять, иначе я сделаю тебе только хуже, Рен. Почему-то мне все больше и больше кажется, что я всю свою жизнь проведу во тьме. Господи, почему даже в мыслях я не могу найти надежды.

***

      Следующим утром, я поспешно выбежала из дома, бросив напоследок долгий взгляд на кольцо с темным камнем, которое так и не подавало мне никаких знаков. От нервов я больно прикусила губу, никак не могу перестать думать о Нём…       Теперь, можно сказать, все вернулось на круги своя, я больше не теряюсь и не путаюсь в собственной же жизни. Конечно, остались еще проблемы и трудности, но, по крайней мере, они не касаются моей дезориентации. В школе тоже все шло своим чередом: заметно повеселевшая Брук весело рассказывала мне о чем-то, ее всегда было приятно слушать, она, словно успокаивала меня своим равномерным голосом. Но, тем не менее, я чувствовала, что это все не то, что все не так, будто я была погружена все прошедшее время в сон, где мне лишь снилось то, что я хотела видеть, когда как на самом деле: я просто спала на каком-нибудь огромном и очень холодном камне. И стоит мне открыть глаза, я вновь погружусь в кошмар, хотя, если судить о том, что вся моя радость - лишь в прекрасном видении мира, то это не такой уж и ужас, просто суровая реальность вместо сказочных грез.       Я нервно вздрогнула, осознав, что вновь начала фантазировать о том, что именно происходит со мной, но тут же погрузилась в мысли вновь. Интересно, а что смогло бы меня пробудить ото сна? Поцелуй прекрасного принца? Хм... принц есть, даже очень прекрасный, только вот душа его черна, несмотря на то, что в ней царит свет. Что за противоречие? Словно, кто-то проклял его когда-то, как в сказке и вот должна прийти «не менее прекрасная дева» и спасти его. Да… Только вот с девой, у крестной феи произошла «небольшая» накладка и появилась я, и весь сюжет сказочки пошел под откос. Какая нелепость. Ненавижу свою фантазию, я всегда ловлю какую-то мысль и продолжаю ее, живу лишь своей фантазией и диалогами с самой собой, поэтому у меня мало друзей и никогда не было парня. Мое лицо во время мысленных дебатов выглядит чуть лучше кирпича, да и к тому же я перестаю принимать участие во всяком диалоге, да и слушать собственно тоже. Вот вам и принцесса…

Тот, кто проклят

      Время уже успело стереть многое, кажется, самым первым и по-настоящему счастливым воспоминанием в жизни остался лишь яркий свет в кромешной ночи, пропитанной необъятным холодом. Заставляющая замирать, казалось даже саму душу зима тридцать второго года со дня воцарения Лайонела Владеску, стала нашим первым местом встречи. Тогда по всюду бушевало чувство, словно отчаяние поглотило все вокруг и не выпустило бы из своего плена живым уже никого. Пальцы едва сгибались, будто постепенно превращаясь в ледяные кристаллы; люди, лошади – все ощущали неминуемое. Сзади преследовала смерть в огне восстаний, спереди смерть не многим лучше, даже в юном возрасте все осознавалось более чем четко. Наверно, все они были к этому готовы, но все еще продолжали цепляться за надежду.       Он действительно ненавидел свою жизнь, едва появившись на свет, словно где-то там ему недодали надежды, снабдив лишь отчаянием и одиночеством. Вероятно, он выглядел отталкивающе: молод и полон холода, но даже так его сердце замерзало с каждой минутой все сильнее. Его сердце не закалялось, оно увядало в этой пучине.       Должно быть единственное, что их всех держало при жизни это, как ни странно – любовь; любовь друг к другу, но и ее, самую светлую и добрую, приходилось постоянно испытывать, словно мало в этой жизни страданий и боли. Нужно еще! Еще! Еще. Может быть, когда жизнь утолит жажду жестокости, она сможет отпустить их. Противно осознавать это не перешагнув порога десяти лет.       - Милеримм это далеко? – невзначай спросил юноша, а голос его был таким, словно он молчал целую вечность.       - Да.       - Но…       - Они доберутся, ты же помнишь? С ними твой брат, он сделает все, что в его силах, - смотря пустым взглядом в пелену снега, произнес мужчина.       - А мы? – не питая надежд, спросил парень.       Ответа не последовало. Карета резко остановилась, насколько только могла себе это позволить, прокатившись еще немного по снегу вперед прежде, чем замереть. Мужчина тут же выскользнул наружу, но перед этим осветил все своим пылающим взглядом.       - Господин, это последняя наша надежда, - жалобно произнес один из оставшихся верными стражей. – Лошади на пределе, люди тоже, продовольствие закончилось еще вчера. Позвольте я поговорю с ними, если они увидят вас, то…       - Они все равно меня увидят, - резко прервав словесный выпад, мужчина обошел карету.       Страж посмотрел на закутанного в одеяла юношу, его серебристые глаза полные безразличия быстро метнулись вслед за отцом, а затем вернулись к воину.       - Отец прав, незачем питать ложные надежды, - юноша медленно вышел из холодного укрытия, чтобы полностью отдаться холоду зимней ночи. – Я вижу флаги семьи Анлер.