Хвойный запах во время грозы.

В квартире стояла тишина, здесь царило спокойствие, принесённое сном. Лишь отдельные лучики солнца, пробивающиеся сквозь жалюзи и шторы, наполняли комнаты чуть заметным движением. Мён приоткрыл глаз от света, что бил в лицо, и снова прикрыл его. Еле слышно прохрипел и перевернулся на спину, спрятав лицо в изгибе локтя. Он лежал неподвижно самую малость, а потом, не разлепляя ещё сонных глаз, неуклюже поднялся с дивана и, по давно изученному маршруту, двинулся в сторону большой кровати. Он легко обходил препятствия на своём пути, пару раз зацепившись за кресло и тумбочку ногой, но он к этому уже привык. Словно айсберг, он тихо, плавно крался в сторону сладко спящих на кровати. Опустился на пустующее место, которое давно закрепилось за ним, и аккуратно лёг поперёк кровати, тем самым наваливаясь на тушки, уже лежащих здесь. Исин заёрзал, Крис поджал ножки и прижался к папе, а Мён ткнулся носом в одеяло. Так они лежали пару минут, пока нарушитель не заговорил совсем хриплым ото сна голосом. Сначала слышался только бубнёж, но, повернув голову, Мён всё же выдал чуть задыхаясь: - Ммм … Вставайте. Я пришёл вас, - он смачно зевнул, - будить. Послышалось мычание омеги и всё такое же ровное дыхание маленького альфы. Мён приподнялся на руках и навалился уже почти всем телом на Исина и сгрёб рукой Криса. Такое действие заставило омегу жалобно пискнуть и открыть глаза. Крис что-то буркнул, а потом, когда Мён перекатился с ним на свободную часть кровати, начал хихикать. Бета щекотал его, дул на личико, заставляя тем самым чёлку приподниматься и открывать миру милый лобик. - Всё … - визжал, заливаясь смехом, Крис. – Я фстал. - Тогда бегом в ванную, - сонно пролепетал Исин. Крис выпутался из рук своего крёстного и побежал в указанное место. - Ты сам-то вставать собираешься? – спросил омега, сев в кровати и ероша волосы. - Я же досюда дошёл – значит уже встал. - Ммм … Сойдёт. - Это ты вставай, ты дольше всех собираешься, - бурчал Мён. – А нам сегодня кучу дел надо сделать. Ты в курсе, что у тебя даже овсянка закончилась? - Да, - лениво протянул Исин, уже поднявшись на ноги. POV Ифань Тао пыхтел всю дорогу до кассы, я слышал его ругательства в мой адрес из-за спины. Он то и дело прожигал меня горящим взглядом. Я погорячился. Я знаю. Я никогда его не обижал, никогда не ограничивал. И вообще я к нему привязался. Но я уверен, что любви между нами нет, раз уж она не появилась тогда – значит и сейчас не появится. Всё так сложно. Когда мы столкнулись с ним. Тогда, в первый раз. Он был таким нелепым и смешным. Я хотел только помочь ему, и совсем не думал о том, что он увяжется за мной, как брошенный котёнок. Это меня ничуть не забавляло. Я чувствовал в нём то же, что и во мне - одиночество и какое-то внутреннее беспокойство, только оно было куда сильнее моего. И я совсем не заметил, как взял на себя ответственность за него. Что-то было в нас одинаковое, что-то, что заставило быть вместе. Тао младше меня на шесть лет – да, тогда он был совсем ребёнком. Ребёнком, который потерял надежду на своё счастье. Может я увидел в нём себя, или лишь такую же похожую на свою душу? Мы болели одним. Я видел в нём трепещущие больные страдания – я не один такой. А он видел во мне своего альфу. Совсем немного, со спины, но почти своего. Ему было восемнадцать, когда он «потерялся» в жизни. Если я знал, или хотя бы надеялся, что мой истинный где-то есть, то он знал точно, что его больше нет. Тао видел собственными глазами, как он умирал. Он чувствовал, как угасает любимый запах. Как перестаёт биться сердце, и как останавливается горячая кровь, тут же холодея. Он не знал его, он только нашёлся. На улице, посередине кишащего людьми перекрёстка, он почувствовал его … но всё оборвалось, когда откуда ни возьмись вылетела машина и сгребла собой с пешеходного перехода сразу четверых. Три трупа на месте, один в реанимации … Тао закрылся. Надолго. Узнал об этом я совсем недавно. Он сам всё рассказал, просто сел и излил душу. Вот почему он твердил мне, что уверен, что я похож на его альфу со спины. Он видел его только так. Он видел его широкую спину в чёрном драповом пальто. Мы спасались. Друг друга спасали. Я оплачивал покупки на кассе, то и дело поглядывая на грустного Тао. И грусть его была уже не из-за моего приступа гнева, а совсем по другим причинам. Девушка мило улыбалась чуть стреляя глазами, когда упаковывала всё в пакеты, а я только вздыхал. Сегодня с самого утра я чувствовал себя паршиво. Задыхался сильнее, чем обычно. И никак не мог успокоить своё волнующееся сердце. Я обернулся в поисках омеги, но не нашёл того на месте, где он стоял ранее. Прокатив немного тележку и поискав глазами, я заметил знакомую фигуру. Тао сидел на корточках ко мне спиной. Его белая футболка, с рисунком чуть расстёгнутой молнии на всю спину, кидалась в глаза. Я густо выдохнул и пошёл к нему. Парень сидел перед ребёнком и ярко ему улыбался, что-то говоря. Мальчик был серьёзен и следил за каждым движением Тао. В руках у него был рожок мороженого и белый плюшевый зайчик. Как только я подошёл, он перевёл взгляд на меня и как-то совсем по-другому, нежели на Тао, взглянул. Омега проследил за взглядом ребёнка и повернулся ко мне: - Я заметил его сразу же, - он шептал. – Он твоя копия, посмотри, - Тао вновь улыбнулся, переведя свой взгляд на ребёнка. «Вот почему он показался мне знакомым. Он вылитый я в детстве». Я нахмурился, сдвигая брови вместе. Малыш смотрел на меня большими глазами, а потом так же нахмурился, вслед за мной, и выпятил нижнюю губу. - Ты посмотри только, - Тао расхохотался, привлекая на себя внимание мальчика, - такое вообще бывает? Вы что клоны? Омега наклонился к ребёнку и тихо втянул воздух носом: - Да он и пахнет почти как ты! Обалдеть! Тао глядел на меня округлившимися вмиг глазами. Я перевёл на него непонимающий взгляд. Втянув посильнее воздух, я лишь свободно вздохнул и уловил кисловатый запах лимона, от которого вмиг побежали мурашки, и кольнуло на языке. - Лимон. От него пахнет лимоном, - сказал я, а малыш начал вертеть головой, глядя то на меня, то на Тао. - Понятно, - заговорщицки протянул омега. Мороженое растаяло, и по рожку к маленькой ладошке потекла кедровая струйка. Маленький альфа тут же подобрал её. Перехватил зайчика подмышку, взял в другую руку рожок и облизал испачканные пальчики. Я глупо заулыбался такой картине, и тоже присел рядом с ребёнком. Внутри разлилось тепло, ранее не понятное мне. И я лишь сильнее затрепетал. - Ты чей такой? – спросил я. - Папочкин, - удивился малыш, и я шире улыбнулся. - Где же он? – Тао наблюдал за нашим диалогом. - Там, - альфочка ткнул пальцем на кассы. – Он оставил меня с папой, но я убежал. Папа говорит, что мороженое холоное и я заболею, - меня одарили счастливой улыбкой. «Неужели я заслужил?» Я взглянул в сторону касс – в нашу сторону торопился мужчина явно ниже меня ростом. Он взволнованно подлетел к мальчику и подхватил обнимая: - Я чуть не умер, - прошептал он. – Куда же ты пропал? Я думал всё … Мужчина оказался бетой, он рассматривал ребёнка взволнованным взглядом. - Пап, всё хорошо. Прости. Внутри что-то внезапно сильно кольнуло, и я почувствовал обиду. Малыш не был ни капли похож на мужчину. Он … - Это ваш сын? – озвучил мой вопрос почему-то белый, как мел, Тао, совсем понурым голосом. Мужчина стоял совсем близко к нам и улыбался от того, что мальчик вцепился в его шею. Малыш ерзал, но в конце перевернулся ко мне и засиял: - Папочка, - показал альфочка за спину мужчины. К нам шёл красивый, стройный, но подтянутый, широкоплечий для омеги … парень? Всё же для мужчины он выглядел слишком молодо. Где-то приглушённо послышалось такое колкое «Да», а потом немного гасящее боль «Крёстный, но всё равно мой». С каждым шагом омега приближался всё быстрее, и с каждым его шагом я начинал глотать воздух сильнее. Я дышу. Свободно, не задыхаясь. Мне легко. Впервые в жизни я вздохнул полной грудью. Наполнил себя непонятно откуда взявшейся свежестью. Омега остановился как вкопанный за спиной беты, который держал ребёнка. Он заметно втянул воздух и также заметно дёрнулся. Он смотрел на меня огромными то ли растерянными, то ли испуганными глазами. С его губ сорвалось немое «Ву», и я напрягся. Омега заметно сглотнул … Он потянулся дрожащими руками к малышу и забрал его. А после и вовсе схватил за рукав стоящего рядом и улыбающегося Тао мужчину и рванул прочь. Оставляя нас с Тао бледных и ничего не понимающих позади. Я вновь начал задыхаться.