Клятвы отцов

— Тебя снова побрили налысо, — Горислав гладил проклюнувшийся ежик любимых огненных волос. — В прошлый раз я сам это сделал, — буркнули хмуро в ответ. Они уже две недели гостили у Власа, и королевский двор, между прочим, тоже переехал к князю. Когда как Северный Порт просто завалили заказами на дорогие вина, закусь и прочее — одежду, украшения и так далее, и тому подобное богатые придворные короля. Продажи возросли, и люди шиковали практически как в столице, молясь каждый день, чтобы все три царственные персоны оставались как можно дольше у их любимого наместника князя Власа вместе со своим жадным разгульным двором. — Этих придурков не нашли, да? — Селен перевернулся на атласном покрывале и, задрав свои обнаженные ноги, стал болтать пятками перед носом озабоченного Горислава. Еще бы, от этих болтаний тонкая ткань, что так плотно облегала ягодицы Селена, задиралась все выше и выше: еще чуть-чуть, и откроется складочка, которая отделяет ягодицу от всего остального ровного нежного великолепия стройного бедра. — Да, как и предсказывал Влас. Мы нашли несколько застав по берегу, но Черное Перо уже был в море и в нейтральных водах. Так что Водину и Вольге я не завидую, — усмехнулся Горислав и начал поцелуями покрывать так его манившее бедро. Селен ухмыльнулся ответно, но не остановил своего сексуально настроенного мужчину, ибо сам хотел этой нежности, что лилась от его мужа. Он даже чуть развел свои бедра, чтобы ложбина между половинками попы раскрылась, и теперь через тонкий полупрозрачный шелк Горислав мог лицезреть очертание его яркого ануса. — Это приглашение? — подмурлыкнул молодой без пяти минут король и приподнял прозрачную ткань, оголяя матовые округлости. Селен охнул оттого, что туда потянулись языком, и, подтянув к себе подушку в виде упругого валика, подложил его под втянувшийся живот, приподнимаясь перед возбужденным Гориславом на колени. — Ай, умничка, знаешь, как я хочу. Селену еще сильнее задрали попу вверх и стали подтрахивать языком. — А совет? — спросили явно не к месту у вылизывающего его задницу мужа. — Что совет? — отлипли от ануса и воззрились в зелень глаз яростной синью, намекая, что такие вопросы и тем более сейчас явно не к месту. — Ну… он не имеет претензий к Власу? — замялся Селен, чувствуя, что его уши начинают полыхать. — Я не понял? Мы занимаемся любовью или сначала обсуждаем королевские дела? Горислав плюхнулся сбоку от Селена, игривое настроение как корова языком слизала. Селен перевернулся на бок и, оперевшись локтем на подушку, натянул тонкую рубашку, как мог, на свой закачавшийся налитый пенис. — Ну, это ведь снова из-за моей очередной дурости столько хлопот… Да и люди погибли… — Погибли кто?! Торговец — раз, что заманил тебя по приказанию княгини Вольги. И десять людей Черного Пера из-за того, что ты пару раз приходил в сознание даже при приличной дозе вколотого тебе препарата. Зато сколько жизней ты спас. Больше сотни! — Их так было много в этих подземельях, да? — Да. Но самое смешное, тебя одели девушкой, думали, что никто не узнает. Но я же помню, какой ты был в платье и в парике. Такое сексуальное создание никогда не забудешь, — улыбнулся Горислав и снова потянулся к своему любимому. Селен не сопротивлялся, даже ноги чуть развел, когда его муж припечатал промежность юноши сверху своим телом, выцеловывая ключицы и грудь, обнажая теперь своего лысого сверху. — А твой отец? — Что отец? — снова отлипли недоуменно от Селена, видно, его огненную половину потянуло сегодня днем на поговорить. — Ну, он как? Монах говорил, что оповестит его, — задумчиво прошептали, глядя в потолок. — Эрфид сказал на днях, что пришло письмо с извинениями в мой адрес, но внутренний пакет, который был адресован лично мне, я не вскрывал. Хотел вскрыть с тобой вместе, когда ты очнешься. Но это потом, а сейчас!.. Селена заткнули властным поцелуем, задирая рубашку на фиг голодными, шарящими руками. — Хм-м-м-м… Смотритесь просто супер, — протянули ехидно с порога комнаты, и Горислав со стоном убитой собаки скатился со своего уже начавшего отвечать на его настойчивые ласки мальчика. — Эрфид, не могли бы вы! — начал Горислав, оборачиваясь, и увидел, что за королем стоит еще целая толпа народа, с интересом пялящаяся на обнаженного Селена и растрепанного Горислава. — Не мог! И потом, мы стучали. Правда, Влас? — король ехидно посмотрел на своего мрачного любовника и, войдя в спальню мальчишек, обернулся к застрявшем в дверях людям. — Проходите, будем знакомиться. Юноши, как смогли, натянули на свои стояки одеяло одно на двоих и воззрились на сопровождающую королевскую пару, благородную чету. — Это родная сестра Власа. Младшая. И ее муж. Так вот, мальчики, совет утвердил мадам Валесу на то, что она родит вам обоим детишек. У нее с мужем уже четверо и они довольно-таки подросли, так что все должно пройти без сучка и задоринки. Король оглядел статную женщину с пышными грудями, тонкой талией и крутыми бедрами, словно родовитую свиноматку. Сестра была в самом расцвете женских сил, не юная уже, но опытная и здоровая физически молодка. Но даже она зарделась, смотря то на валяющихся на кровати красивых молодых людей, то на своего хмурого брата, то на нежно улыбающегося мужа. И села в глубокий реверанс, шепча: — Это великая честь для меня. Селен пригляделся к этой девице и вдруг радостно заулыбался и, совершенно не комплексуя, что в одной рубашке и без штанов, помчался к осевшей на пол деве. — Влас, да ведь она — вылитый ты! Только в женском обличие. — Ну, она же моя сестра как никак, — ухмыльнулся тот, видя, как Селен хватает по-панибратски женщину за руку и тянет наверх, откровенно тряся перед ней своими яичками и полувозбужденным членом. Женщина скосила взор сначала на открывшийся ей с широкой перспективой вид «снизу» молоденького принца и совсем раскраснелась, видно, представила, что «это» будет скоро входить глубоко в нее. И не раз, пока не удостоверятся, что она беременна от этого расшалившегося мальчика. — Уймись, Селен, — сзади подошел высокий красавец с роскошными длинными золотыми волосами и накинул на голого парнишку покрывало. — Раньше времени не тряси своим хозяйством. Дева теперь скосила глаза на второго мужчину, от которого ей тоже было суждено родить, и весьма впечатлилась, так как выпирающий бугор на его штанах был красноречивее всех невысказанных слов. Меж тем Горислав подошел к мужу этой красотки и, пожав ему руку, представился: — А вы не против? — спросил он осторожно, смотря в карие глаза с хитринкой. — Нет, просто король уже в отчаянии. Ведь принц Селен, как я понял, отмел практически за месяц всех предложенных вам молодых и красивых кандидаток. И я вижу, моя жена ему нравится, так почему и нет? Хотя мы не планировали еще делать детей, так как нам и четверых пострелят от пяти до десяти лет хватает по уши, — рассмеялись, смотря, как закутанный Селен с радостью прыгает вокруг сестры Власа и, совсем не вспомнив, что так и ходит без штанов, тащит ее за руку в сад. — И мне тоже, — буркнул Влас, ибо половина поломок в саду и в его доме было как раз на счету детишек сестры, то есть его буйных племянников. — Но ведь ей придется с нами спать? А потом вынашивать и рожать. Ведь это грандиозный труд, — прошептал робко Горислав, боясь даже дышать в сторону Валесы и спугнуть хорошее настроение своего мелкого вредного мужа. — Сначала ждут ребенка от принца Селена, так? — кивнул головой этот спокойный и уравновешенный мужчина. — Да, но… — прикрыл во время рот Горислав. — Мы многим обязаны и Эрфиду, и Власу. Валеса легко ходит в беременности и рожает тоже. Я думаю, что Селен к ней отнесется больше как к своей сестре или утерянной матери, нежели как любовнице. И еще, принц Горислав, так, к слову: другую женщину, которая моложе и красивее, ваш муж вряд ли к вам подпустит. Карие глаза показали, как Селен, выведя Валесу в цветущий сад, дергано оглядывается в сторону Горислава, как бы прикидывая, вовремя ли он уволок от него эту опасную бабу или нет, и не заинтересовала ли она его в том самом смысле слова. — Огненные дети всегда были страстными любовниками, но жутко ревнивыми собственниками. А Валеса не такая уж и красотка — больше смахивает лицом на своего брата-мужчину, да и по возрасту больше вам двоим годится в матери, — пояснил ее супруг. — Идемте! А то ваш возлюбленный сейчас потеряет покрывало и предстанет перед всем двором только в легкой ночнушке. Рассмеялся кареглазый мужчина и потащил Горислава за руку в сад. — Из этого ничего не получится, ты же знаешь, — хмыкнул Влас, насуплено смотря на радостного короля. — Не каркай, ворона! А вдруг? Или хочешь еще пару месяцев отбирать кандидаток нашему строптивому мальцу? И упирающегося Власа повели следом за ручку под сень благоухающих деревьев. P.S. Через десять месяцев страна погрузилась в настоящий траур. Так как Валеса в легкую родила пухленького, здорового огненного… но… мальчика. А еще через год у царственной пары появился еще один сыночек с синими сапфирами глаз и роскошными золотыми кудряшками. Селен, и правда, жутко ревновал Горислава к Валесе. Радовало только то, что в отличие от него, сестра Власа провела с его любимым всего одну ночь. Но какую! По секрету своему брату Власу Валеса призналась, что такой страстной ночи не испытывала ни разу ни под одним из мужчин. И что Горислав просто спустившееся с неба ебливое божество. Кстати, по поводу рождения второго их сына была устроена царская охота, на которой Горислав сломал ногу, вернее, она крякнула от удара медвежьей лапы. А рыдающий над ним Селен признался при всем честном народе в пламенной любви к своему ушлепку-мужу, который, видите ли, даже медведя не мог нормально по-человечески завалить. А потом при всех собрал несчастную ногу Горислава как заправский хирург и, наложив на нее руки, за считанные минуты все срастил. И кости, и порванные связки, создав новую розовую кожу, даже рубцов не осталось на месте вышедшей наружу сломанной кости. Радость была во всем королевстве неимоверная, но длилась она тоже недолго. Как оказалось, в отличие от своей мамы, Селен может лечить только в состоянии сильнейшего аффекта или истерики. Так что простой люд обломался вновь. А когда попытались настоять силой, то Селен в гневе просто смял демонстративно чугунную решетку перед взором всей разбушевавшейся толпы. И недовольных как-то сразу не оказалось. Все скопом решили, что может сынишка Селена будет более благосклонен к селянам, или родится внучка — девочка, и вот тогда все насущные проблемы и болезни отпадут сами. Произойдет новое чудо! Ведь куда проще уповать на чудо, нежели творить его самим. Но до внучки надо было еще дожить. А еще была коронация царственной четы. И так по мелочи. Побывал в гостях у Горислава и его средний брат Мстислав, но не вместе с любовницами, а похорошевшей после родов собственной женой. Конечно, несчастная красоткой в одночасье не стала, но уже не казалась святыми обглоданными костями. И более того, нашла общий язык с основными любовницами своего ебливого мужа. Но это так, к слову… — Парус натягивай, а не вихляй свой смазливой задницей при матросах! — Горислав стоял на капитанском мостике «Милена» и проходил сложнейший фарватер, мельком отсматривая лихие прыжки Селена по стропилам мачт. — Настоящий мужик, — прицыкивал капитан, смотря, как Горислав с удовольствием управляет судном, и страхуя его, ибо молодой король в любую минуту был готов бросить штурвал и мчаться ловить свою непоседливую «королеву». — Кто? Селен, что ли? — хмыкнул у него под боком ехидно Жак — молочный брат красноволосого принца — и получил емко по шеям от камердинера Лерга. Мужчина мысленно пересчитал, какие замысловатые интимные игрушки он приготовил для молодой сексуально озабоченной пары, и сокрушался, что самую толстую и большую забыл во дворце. Вернее, в нее вцепился мертвой хваткой Эрфид, временно исполняющий обязанности молодого короля, укатившего в морскую прогулку. И, подмигнув, прошептал на красное ухо Лергу, что его любимый Влас просто жить не может, если этот замечательный член не находится в его распрекрасной глубокой жадной заднице. Селен меж тем ловко приземлился рядом с говорящими и хитро подмигнул зеленью глаз покрасневшему Жаку. А потом приник к своему возлюбленному и добился того, что его нежно за торс обняли в ответ, управляя уверено штурвалом лишь правой крепкой рукой. За эти пять непростых для себя лет красноволосый юноша здорово подрос и практически по росту догнал Горислава. Его длинные огненные волосы были собраны в высокий хвост по примеру любимого мужа, и морской ветер сплетал их вместе в замысловатые узоры на спинах обнимающейся царственной пары. Кроме того, теперь Селен был дока практически во всем, как и полагалось настоящему принцу-мужчине или молодому королю: от езды на лошади верхом, до стрельбы из лука и управлению шхуной. И все благодаря своему любимому мужу Гориславу. Но в сравнении с мужем Селен оставался все также обманчиво хрупким и нежным, как божественная девица. А еще он был просто любим, любил сам и был безмерно счастлив. Так как Горислав поставил практически весь совет старейшин раком и объявил ежегодные путешествия на корабле «Милена» с его любимой огневолосой королевой обязательным пунктом «их особых царственных дел». А кроме того пригрозил полным упразднением совета, ибо их методы остались на уровне позапрошлого кровавого века. Так что у стариков был весьма богатый выбор: либо уйти в отставку добровольно самим, либо это сделает с ними принудительно Горислав, как только вернется с морских просторов к себе домой. А Эрфиду и Власу, дабы старикам совсем не казалась жизнь медом и жирной сметаной, наши главные герои оставили распрекрасное вечно проблематичное королевство. А какое королевство без проблем, скажите мне на милость?! Так что Власу и Эрфиду было приказано: управляй в их отсутствие — не хочу, а после не жалиться, если что не так. Ну и кроме этого повесили своих любимых заполошных чад. А учитывая то, что маленький рыжекудрый Гелен в свои четыре во всю тискает по углам более робкого голубоглазого трехлетнего Семислава и неумело целуя, коряво называя «Моля плинцеса!», то ежегодный отпуск молодой коронованной пары еще встанет конкретным геморроем с кучей весьма неразрешимых проблем для мечтающих смыться в свою тихую гавань влюбленных друг в друга, поседевших раньше времени, но до сих пор еще моложавых и активных в сексуальном плане дедков. И только вызванная в авральном режиме на время отсутствия взбалмошных венценосных папаш добрая Валеса и ее законный супруг еще как-то умудрялись урезонить непоседливых пострелят. Хотя Гелен все равно украдкой старался залезть в кровать Семислава посреди ночи, дабы на ночь, обмусолив такие родные, сладкие после вечернего обязательного молока губы своей маленькой принцессы, и в обнимку заснуть рядом с ним до раннего утра. Но это уже совсем другая любовная история, друзья мои. Об ином времени и о другой венценосной паре. Конец