Клятвы отцов

— Опять он что-то придумал. Горислав пришел в их спальню после боя с Власом и хмуро уставился в гулкую тишину. Вещи были разбросаны широкомасштабно. Везде валялась одежда Селена, и как понял после короткого своего расследования Горислав, тот выбрал простенький набор из штанов и камзола. Из того разряда, что носила вся городская зажиточная молодежь, и сбежал без разрешения в город. — Интересно, что? — Горислав недоуменно собрал ворох одежды и сунул ее прибежавшему на его зов камердинеру. «Да, принц Селен был тут еще двадцать минут назад. И он был очень зол, когда я спросил, куда его Высочество отправился, — поведал ему запыхавшийся мужчина, а потом, подмигнув, прошептал: — Он ушел в магазин, охрану я предупредил, за ним отправили хвост». — Зачем ему самому тащиться в магазин? Горислав ничего не понимал. В принципе, у Селена даже наличных денег никогда не было на руках. Да и зачем? Все за него купят и принесут, только закажи. Да и в любой лавке, только увидев его огонь волос, отдадут товар бесплатно, в крайнем случае пришлют счет на имя короля. Бред, да и только! Хотя без принципа... Горислав закрутился на месте и, проверив свой кошелек, вернее, его отсутствие, понял, что деньги Селен для своей покупки таки нашел. Оставался вопрос, что же хочет купить принц в обход бухгалтерии королевского двора. И главное — где?! Горислав зашел в одну из королевских ванн и увидел незамысловатый набор для гигиены, но весьма специфического характера. — Черт, он все еще сходит с ума от того, что иногда я пачкаюсь, когда его трахаю в зад, — пробормотал Горислав, теперь было понятно, что несносный мальчишка, даже не подождав его, отправился сам на подвиги покупать какую-либо хрень для личной гигиены своей упрямой задницы. Это подтверждал и красочный каталог, что лежал на столике в ванной. — Пришел пиздец тебе, продавец, если что сотворишь с Селеном. Горислав подорвался тут же, только снял защитные латы и прихватил настоящий боевой меч. Пролетая по благоухающему саду, он наткнулся на вторую сладкую венценосную парочку. Король с рыком вытрахивал Власа, взмыленного после тренировочного боя с Гориславом. Князь всеми последними силами пытался не рухнуть в шипастые кусты роз, хватаясь за витую садовую скамейку. — Вы знаете что-нибудь про этот магазин? — работающему усиленно бедрами королю прямо под нос сунули брошюрку. — Хм-м-м-м, – король, продолжая вытрахивать своего любовника, пробежал красочные заголовки своими глазами. — Что за блошиный дворик? Мы все секс-игрушки и всю косметическую лабуду заказываем только в одном месте. У Чарли! Правда, Власушка? Чувствуя, что под ним забились в оргазме, и, наращивая толчки в раскрытой заднице, сливая тоже. — Привет, Горислав, еще раз, — князь, отпущенный из рук короля, попытался напялить на свою оприходованную попу обратно кальсоны. — Если вам с Селеном нужны особой формы дилдо, искусственные фаллосы и прочее, то я сам закажу, укажите только размер, цвет и длину. Ну и особые нюансы: пупырышки, ребристость, к примеру, или усики, — ухмыльнулся король, пряча свои муди в ширинку и оправляясь, отбирая параллельно у Горислава непонятную брошюрку. — Король, ты не понял, Селен отправился туда, прихватив мои деньги. А значит, он что-то захотел купить сам, возможно, стыдясь своей покупки, — пробормотал Горислав. — То, что сын ушел в город, я в курсе. С ним четыре бугая из охраны на хвосте. Но что бы он чего-то стыдился? Это впервой! Вот стыда за Селеном я отродясь не замечал. Горислав задумался, говорить ли отцу Селена про его диарею после секса или нет. Все-таки это слишком личное. — Все-таки я переживаю и отправляюсь туда сам, — решил Горислав не говорить пока королю об особом пунктике своего любимого мальчика. — Я с тобой, — Влас уже оправился и, всучив королю ненужные щитки и учебную рапиру, оставил только свой боевой меч, с которым, как подозревал Горислав, даже спал. — Но, милый! Мы только начали, — надулся король. — Приду и закончим, — отмахнулся Влас, утаскивая Горислава дальше по кустам. — Ты меня просто спас! Этот жук, прикрываясь, что все еще мажет кровью после первого своего раза в своем заду, усиленно полирует меня. А мне нужен хотя бы небольшой перерыв, иначе я просто сдохну под ним. Так что случилось такого интимного у Селена, что он не захотел никому рассказывать? — Ну… — замялся Горислав, спеша за Власом по кустам. — Мне можешь сказать, я с Селеном часто говорю на закрытые темы. — У него небольшая проблема с личной гигиеной, — выдавил из себя Горислав. — А, понятно... диарея, — хмыкнул Влас и, пробегая мимо садового туалета, затормозил. — У меня сейчас такая же. Заскочим на секунду? Туалеты были в виде отдельного здания, и если бы Горислав не знал, что это простой царский сортир, то сам бы никогда не догадался. — Посторожи меня! А то его Величество может меня зажать и тут. Для него это вообще не вопрос. Влас втащил его в одну из приватных комнат, обшитых золотой парчой и красным бархатом. М-м-м-м, что тут скажешь... Здесь срали только короли и их приближенные особы. Кроме самого унитаза, возвышающегося в одном из отдельных альковов, отделяющихся, если необходимо, бархатными шторками, напротив стоял еще один, а так же биде, два писсуара и даже угловой бассейн и три душевых кабинки. Если учитывать, что в этом комплексе таких комнат было минимум пять с аналогичным набором, то все это смахивало больше на ванное отделение, чем на простой туалет, учитывая пару мягких диванов, пуфиков и столиков с графинами питьевой воды. — Я не понял, зачем здесь два толчка? Тем более друг против друга! Что? Для близких друзей? Как говорится, облегчаешься и общаешься одновременно? — усмехнулся Горислав, усаживаясь на один из диванов. — Спроси у Эрфида, это его сортиры. У меня такого в замке нет. Все по-простому, по-селянски. Уах! Просто кайф для моей измученной жопы. Так что, мальчику стыдно, что у него что-то выходит во время секса с тобой? И это явно не амброзия и не шоколад? — хихикнули за шторкой, смывая за собой. — Не во время, а после, и хотя я пытаюсь его успокоить, что для меня это пустяк и неважно, он же, как упертый дурак, стоит на своем, — покаялся Горислав. — Ну вот, теперь я подмоюсь и в путь, — Влас, выйдя из туалетного алькова, не стесняясь Горислава, взгромоздился на биде на раскоряку и, прополоскав в нем и свои муди и задницу, добавил: — Он просто еще молоденький. Вот и все. Не хотите диареи — не спускай в него или, когда спускаешь, чуть выходи, хотя с таким хозяйством, как у тебя, ты ему все до гланд достаешь. Даже то, что не вымывается обычной клизмой. — Это просто физически невозможно, — усмехнулся Горислав, имея ввиду «доставать до гланд», а потом спросил: — Что, так все и будет продолжаться? — Вообще-то, нет. Задница привыкнет к «иной» жизни. И так сраться Селен перестанет, во всяком случае, как и у меня, будет успевать добежать до горшка. Организм — такая штука, привыкает ко всему, даже к тому, что его трахают туда, куда не следует. Просто нужно подождать. И еще, подскажи ему не злоупотреблять клизмами, а то вообще получите профузный понос минимум на неделю. Задница на то и задница, и говно в ней — норма. Влас поднялся с биде и стал обратно натягивать свои штаны. — Что ж, я готов. В путь! Жаль, нет совсем времени принять душ, пришлось над этим корячиться, — кивнули хмуро на белоснежное биде. — После Эрфида я как мышь — всегда от пота мокрый. *** Магазинчик из брошюрки они нашли быстро, и даже тех четверых, что прилагались к Селену, тоже. Они шифровались по всей улице и тот, что в баре напротив попивал пивко, браво подошел к высокопоставленным мужчинам и отчеканил: — Принц вошел в лавку десять минут назад и еще не выходил. — Почему кто-то из вас не пошел с ним следом? — схмурил Влас брови. — Я пытался сунуться, но охранник остановил меня, сказав, что принимает только по записи, и сунул мне сраную брошюрку. Мы обследовали всю округу, выход только один, вот и ждем. — Значит только по записи, — усмехнулся сурово Горислав и, приблизившись к дверце лавки, вынес ее одной рукой, второй вырубил громилу охранника и, оглянувшись, позвал Власа. — Странные правила для обычной лавки, торгующей всяким гигиеническим барахлом. Мужчины заспешили по открывшемуся им широкому коридору и оказались в огромном помещении, заваленном на полках кучей всевозможных товаров. — А товар-то контрабандный, — опознал Влас, изучая ароматические соли. На шум откуда-то из-под подсобного помещения вылетел толстый испуганный продавец и, уставясь на обнаженные два клинка у своей вздымающейся груди, рвано сглотнул: — Милорды, вам назначено? — А ты как думаешь? — Влас искусно при помощи клинка вспорол одежу толстяку от плеча до паха и нажал на сжавшиеся от страха яйца мужчины. — Еще есть сомнения? — Не-е-е-ет, — задрожали еще сильнее и от страха сделали под собой лужу. — Где мальчик, который вошел сюда десять минут назад? — Горислав ухватил продавца за кадык. — Здесь не было никакого мальчика… — заюлил тот, но, чувствуя, что клинок стал отпиливать мошонку, запричитал: — Меня заставили… И потом, он сам пришел, его никто не тащил силком! — Кто? — рыкнул Влас, убирая клинок от кровоточивших мудей мужчины и, видя, как тот вцепился в оставленные ему остатки. — Люди княгини Вольги, добрейший милорд, — смотрели так затравлено, что даже Гориславу стало его жалко. — Ты — иммигрант? — Влас отошел от мужчины и, дойдя до выхода, позвал загоравших на улице амбалов короля. — Да, Мессир, — мужчина пытался успокоиться, так как его убивать пока никто не собирался. — Я так и понял, ты видел волосы у этого мальчика? — Нет, он пришел в глубоком капюшоне. Я только видел его профиль, очень симпатичный юноша, — проблеяли, заискивая в ответ. — Симпатичный, говоришь? — криво ухмыльнулся Влас, возвращаясь и передавая четкие распоряжения людям короля: двое тут же исчезли, двое остались подпирать двери. — И что же потребовалось княгине от столь симпатичного парня? — Ну, сами посудите: красивый юноша, божественная женщина... — попытались даже рассмеяться через силу. — Ну-ка посмотри сюда! — Горислав нашел в кармане золотой местной чеканки. — Не похож ли профиль? — Ой, и правда, вылитый он! — обрадовался придурок, а потом, догнав, стал заваливаться на пол. — За этого красавчика ты останешься без своего профиля, тебе его просто обнулят по толстую шею. Уведите его! Черт, он еще и обдристался, — закатил глаза Влас. — Что же делать? — Горислав порыскал по помещению и нашел ту замаскированную дверь подсобки, откуда вылетел толстяк. — Сюда! Они вломились в сухой подвал, уставленный горами коробок, тянувшийся черт знает куда. — Да тут у них знатная перевалочная база! — оскалился Влас и поднял с пола находку. — По-моему, это ваш. Горислав принял свой кошелек и, побежав дальше по помещению, вышел к задней двери, за которой скрывающийся каменный проход, длинный и влажный их вывел к реке. — Катакомбы, а вот этот бантик я знаю, — указали на одну из покореженных решеток, что закрывали в случае необходимости проход внутрь. — Селен точно был здесь и сопротивлялся. Капли крови, о, еще один нож, — показывая смятую, словно использованную жвачку, горстку метала с инкрустированной ручкой. — А герб-то знаком. Ладно, Горислав, не тужи, Северный Порт уже перекрыт и даже все известные мне контрабандные причалы. Селена они не смогут вывезти из страны. А вот князю Водину придется ответить по закону. И в следующий раз скажи своему возлюбленному, если ему стыдно сделать заказ на очередное дилдо через короля, то пусть делает через меня. Это обойдется дешевле и ему, и всему королевству. А главное, совершенно безопасно. Их у входа ждали уже кони и обеспокоенный король. — Ты все сделал, как я приказал? — Влас, глянув в глаза своего царственного любовника и увидев утвердительный кивок короля, вскочил в седло. — Извини, Величество, перерыв будет более длинным, нежели я предполагал. Совет оповестили? — Да, и князь, и княгиня уже взяты. У совета везде свои руки, порт оцеплен полностью. Ждут только вас. Начали прочесывать каждый квартал на нейтральной территории. На нашей сами жители ищут не хуже гончих. Спешите, мои дорогие. Селен должен вернуться домой и как можно быстрее! Голова, вывешенная на колу, провожала их от главных ворот своими остекленевшими глазами, подтверждая тот факт, что с озверевшим советом лучше не шутить. — Оперативно, — Горислав кивнул на отрубленную голову торговца гигиеническими принадлежностями. — Вот так живешь и не знаешь, что торговать контрабандными пастами, гелями и прочим барахлом смертельно опасно для здоровья, — буркнул Влас, пришпоривая коня. — Княгиню и князя тоже так укоротят? — сглотнул Горислав. — Если докажут, и потом, они не в нашей юрисдикции. Могут выслать с грандиозным скандалом из страны, это точно. Но вот голову вряд ли отрубят, я вообще не ожидал, что обкорнают этого несчастного торгаша, который-то и нашего принца в лицо-то не знает. Но, видно, и король, и совет в бешенстве. Но ты не переживай, в данном случае ты невиновен. Вообще, если бы не ты, Селена бы хватились только в обед, и время было бы упущено. Нашего принца к этому времени уже бы вывезли из страны. Мужчины пришпорили коней еще сильнее и помчались по дороге, поднимая пыль. У заставы им в хвост пристроилось еще десять конных вооруженных до зубов мужчин из личной гвардии короля. Что ж, зверь был загнан в ловушку, и королевская охота началась. *** — Мы прошерстили все. Его нет на территории князя Водина! И нет на нашей территории, — доложили разгневанно выхаживающему по городской башне укрепительных стен Власу. Водин и Вольга связанными валялись тут, у стены, и смотрели затравлено на фаворита короля. — Плохо искали, Селен здесь! — Это международный скандал! Вас обезглавят, князь Влас, за ваше самоуправство, — начал ничего не понимающий Водин и, глянув на хмуро молчащую дочь. — Хоть ты что-нибудь скажи, Вольга! — Ей нечего говорить. Ее люди выкрали моего мужа из столицы, это уже доказано, и отправили сюда, в порт. — Чушь! Зачем ей этот сопляк? И потом, где он, если, как говорите вы, мои люди отправили его сюда? — начал торговаться отец за жизнь своей дочери-идиотки. — Вот и нам интересно знать — где? Где вы держите рабов, которых переправляете по морю? А! Я все время пытаюсь вас поймать на работорговле, князь. И вот какая удача, вы замахнулись на самое святое, что есть в этом королевстве. — Найдено три трупа! На дальних верфях у двоих в пыль размозжена шея вместе с позвонками. У третьего пробита на вылет грудная клетка. Их пытались притопить в бухте, но наши с кораблей заметили и перехватили тела, — прибежал еще один человек Власа. — Трупы сюда! Через пятнадцать минут трое несчастных на брезенте лежали у ног Власа и Горислава. — Вы все еще будете утверждать, что принц Селен не у вас? — показывая, как болтаются головы, словно там вообще никогда не было скелетов. — Поймите, как только усыпляющие препараты снова перестанут действовать, он вырвется на свободу. И тогда волки превратятся в агнцев божих! В ярости рыжекудрые дети страшны. Он может выкосить полпорта влегкую! И в ваших же интересах вернуть его нам. — Чтобы вы отрубили нам головы? Я не крал ваше чудовище! И оно мне на хуй не сдалось. Я не интересуюсь молоденькими мальчиками с чудовищной непонятной силой! — взорвался князь Водин. — Хм-м-м-м... Вы — нет. А вот она? — указали перстом в сжавшуюся Вольгу, как их томный разговор перебили. — К вам Черное Перо, мой господин. — Вор и разбойник? Как интересно! — оскалился Влас, глядя на Водина. Это имя было очень известно среди пиратов и причем не один десяток лет. — Моя головная боль, — буркнул тот в ответ. — Большая часть контрабанды в последние два года проходит исключительно через него. — Просите, послушаем неофициальную власть свободной территории порта. Человек, что вошел по приглашению к ним, жарко улыбнулся, особенно в сторону скрюченной Вольги: — Приветствую, господа! — Что привело вас к нам? — М-м-м-м, интерес. У вас есть особа, которая нужна мне, — ткнули в княгиню Вольгу, зыркая черными провалами глаз. — Ты ее получишь только через мой труп! — зарычал князь Водин. — Это не сложно, ибо скоро, как я понимаю, за кражу Селена вас обоих лишат головы, — оскалился мужчина, что был чертовски красив. И, к странному недоумению окружающих, достаточно молод не в меру своей громкой славе. О таких говорят — сам дьявол воплоти. — Девочка моя, я умерю твою гордость, а когда обрюхатю, ты будешь послушной и ласковой, как овечка, — Вольгу поддели сильной рукой за подбородок и, усмехнувшись, поведали всем. — Эта дурочка решила, что если Селен исчезнет из страны, то Горислав станет ее мужем. Повторится сценарий, как с королем Эрфидом, только после той грязной истории с чуть неисполненной казнью бывшей королевы — второй жены Эрфида, вряд ли какая-то приблудная принцесса, даже сама тупая и нищенка, захочет на такой кровавый трон, — он повернулся к замершей Вольге и продолжил: — Смазливая, гордая полная идиотка! Но я сразу понял, что к чему, когда мне доложили, что во время перевозки один мальчик убил десятерых голыми руками. Семерых в дороге к порту и здесь еще трех, причем моих лучших людей. А когда я узнал чей заказ, то сложил два плюс два. — Что вы хотите нам предложить? — перебил по-деловому Влас Черное Перо. — Я расскажу, где вы еще не были у меня, в самых сокровенных подземельях. А вы отдаете на мою милость этих двоих: старого пердуна-прохиндея и его смазливую дочь-идиотку. Толку от них вам все равно никакого. А на их замену пришлют нового вассала, если укажете, что князь Водин водил со мной шашни, а уж я сам с ними разберусь. Это будет пострашнее королевских казематов и смертной казни, уж поверьте. У меня на эту сладкую парочку давно свой зуб. — Почему вы думаете, что я пойду на ваше условие, Черное Перо? И вообще, где гарантии, что я вас не скручу прямо здесь и, отняв информацию, самого не вздерну на первой подвернувшейся балке? — Влас сузил свои глаза на дрожащего князя Водина, который просил шепотом: «Только не к нему, куда угодно, хоть на эшафот. Только не к нему...». — Мы с вами, князь, деловые люди. И хотя вы в последнее время работаете подстилкой у короля, но я всегда вас уважал. И до сих пор уважаю. При слове «подстилка» все вооруженные люди Власа в комнате вздрогнули и вмиг обнажили шпаги, хотя Черное Перо даже не чихнул, только, улыбаясь, развел руки. — Шпаги в ножны! — скомандовал Влас и, слыша лязг ножен и недовольный шепот своих людей, обернулся к разбойнику. — Я вас слушаю. — Хорошо, у нас еще есть минут двадцать в запасе, и я могу кое-что вам рассказать про этого мужчину. Его святейшество — князь Водин, стал таковым случайно, по воле, можно сказать, самого сатаны и удачи. Раньше он был вольным пиратом, пока не встретил моего родного братишку. Брат был чертовски красив, умен и молод. А еще он был капитаном королевского фрегата. Более того, у нашей семьи был княжеский титул, Милорд. Посему мы с вами даже в одном ранге, как это ни странно звучит. Этот засранец… — кивнули в сторону Водина. — Был в молодости очень смазлив. Не зря он запал на девушку моего старшего брата и решил занять его место, отобрав все. А дальше, как в дешевых романах. Вдруг открывается факт, что мой брат, как и вся наша семья, готовила переворот и собиралась свергнуть монарха. И как шельма все обстряпал! Всплыла куча всевозможных улик, бумаг и прочего... Моего брата объявили пиратом, но он сбежал вместе со своей шхуной и преданными ему людьми. У семьи отобрали титул, отправив всех в ссылку на рудники. А прекрасная дева — ваша мать, несравненная Вольга, поместье и все, что к нему прилагалось — досталось новоявленному князю Водину. Мне же удалось покинуть рудники только через пять лет. Я был тогда мелким мальчишкой, но смог сбежать, когда в очередной раз тюрьма взбунтовалась. Кроме меня из моей семьи уже к тому моменту на рудниках в живых никого не осталось, и я кинулся на поиски брата. Найти «Черное Перо» — грозу всех морей и океанов — к тому времени было весьма легко. Я просто вошел в первую таверну и назвался младшим братом «Черного Пера» и уже через пару суток оказался на корабле брата. Мужчина подошел к валяющимся у его ног связанным фигурам. — Какого же было мое изумление узнать, что брат был влюблен не в свою, предавшую его, девушку, а в этого засранистого прохвоста! Приблизил его к себе и, более того, делил с ним постель. А ты в курсе, Водин, мой брат до сих пор жив, хотя сколько мы убили наемных убийц, посланных тобой, не пересчитать! Эта задница сбежала от нас на край земли и стала тут наместником. Но от морского брата просто так укрыться невозможно. Его выдали его же пристрастия. Дорогие вина и курева особой марки, а еще шоколад и опиум. И что уж таить — торговля людьми. Это всегда был его особый конек. Он даже в титуле князя, прикрываясь им, продолжал торговлю. Ну а захватить тут рабовладельческий рынок было дело времени. Я только ждал удобного момента прищучить его за яйца, и теперь, благодаря Вольге, он мой! — Но вы и сами встали на путь грабежа, это вы не отрицаете? — усмехнулся Влас. — Нет, это мой хлеб, но все рабы, что последние несколько лет переплавлялись Водином через ваш порт, получили свободу. — Ка-а-ак? — ошалел поверженный князь. — Мы — благородные пираты, а не торговцы дьявола, — усмехнулся Черное Перо-младший. — Ну, так что? Ну-ну, Влас! Не глупите! При мне нет нужных бумаг, и я не идиот. Кроме того, огненному мальчику сделан специальный укол, и если не ввести противоядие, то через три часа с четвертью он умрет, так и не проснувшись. — Что? — подорвался Горислав. — Будете орать на меня или все же дадите ручку и карту? Ах, да, Влас! Я понимаю, что это подло, подставлять милого принца, но и вы поймите, мне дорога моя жизнь. Я не желал ни красть этого ребенка, ни колоть ему отраву, ни тем более брить его на лысо. Это сделали даже не мои люди. Они лишь отвечали за доставку. Я помечу, где вы найдете антидот, и где находятся мои секретные кладовые. И даже поведаю секрет, как в них попасть. Но есть одно но, Влас! Я не собираюсь брать слово с этого влюбленного мальчика — будущего короля, но вы мне должны словом князя пообещать. — Что именно? — Влас сжал свои кулаки до хруста. — Что не броситесь в погоню за мной, пока Селен не окажется у вас на руках! Тем более вам к тому времени, когда вы окажитесь у меня в гостях, будет некогда. Там застряла новая партия рабов, а их колют точно такими же препаратами, каким был усыплен принц. Очень удобно, если товар доставлен не по адресу и не вовремя, то люди умирают словно мухи без противоядия. А нет людей — нет информации. Так что берите антидота побольше. И не благодарите меня. Это не моя выдумка, а князя Водина! Весьма впечатляет, не правда ли? Черное Перо завис над картой и глянул в глаза Власа. Князь стоял рядом сбоку и рукой держал бледного Горислава. — Время идет. — Даю слово. — Так-то лучше. Принц Горислав, не будьте такой букой. С принцем Селеном ничего не случится, если вы выполните все мои условия и инструкции. Разлучать два любящих сердца, даже с моей точки зрения, отвратно. Вот и князь Водин скоро увидит моего братишку. Ну что, засранец, задница еще не начала свербеть от сладких предвкушений? А мне достанется пизденка этой красотки! Шрам, мадам, что я получил от вашей плетки там, на празднике, где вы, веселясь, решили от нечего делать отмудохать толпу простых людей, требует оплаты. Но не поймите меня превратно, он мне очень дорог. Держите, — Власу в руки сунули карту. — Тут четыре места помечено крестом! — Ну, у меня много закромов, и потом, так точно все ваши люди будут заняты поиском Селена, а не меня. И удачи, Влас! Вы были интересным противником, хотя слишком благородным. Именно потому вы никак и не могли прищучить эту гниду, а мое благородство сгнило в рудниках, где остались навечно мои родители и сестра. — Секрет? — вспомнил о чем-то недоговоренном Горислав. — Пятый от пола, третий слева. Спешите и удачи, и прошу ваших людей не мешать мне и не провожать. А в отчете можете указать, что князь Водин и княгиня Вольга, повинные в краже принца, были выкрадены Черным Пером, так как являлись его сообщниками по продаже рабов, — помахали убегающим людям из сторожевой башни. — Ты сам дьявол! — прошипел, вырываясь, Водин, когда на тихий свист Черного Пера в башню молча просочились люди в серых дорожных накидках. — Ну что вы, милейший, это вы у нас ходите в этом статусе. Но теперь все позади. Вам остается только расслабляться в меру, особенно свой аппетитный зад и ублажать всех моих людей. Думаю, тридцать человек будет вполне достаточно и соизмеримо с эшафотом этой страны за покушение на принца, а вот остальным пятидесяти повезет куда больше: княгиня Вольга — горячая шалава, славящаяся на весь порт проститутка у богатых знатных толстосумов. — Как? Вы говорили, что я буду ваша! — охнула девица, когда один из людей Черного Пера полез ей под юбку, нагло ощупывая промежность. — А меня вы хотели отдать моему бывшему любовнику? — забрыкался под липкими руками, извиваясь, Водин. — Золотца вы мои, «Как»? Ах да, я не уточнил. Спешил! Вернее, Влас и Горислав так спешили, что я не досказал. Так вот, зайки вы мои подопытные, цыплятки и мышатки в едином лице, да на хер вы мне не сдались и тем более моему братишке. Нам вполне хватает близости друг друга, мы уже, почитай, более десяти лет как любовники. А вот когда вы надоедите нашим людям, тогда, возможно, я вас и продам кому-нибудь в качестве белых рабов, чтобы вы оба на своей шкуре поняли, на что обрекали бедных несчастных людей, — оскалился хищно пират, а потом знаком руки показал своим людям вязать их орущую добычу и уходить. — И вы так просто их отпустите? Через минут пятнадцать они были в подпольной лаборатории, где хранилось огромное количество антидота. — Да, я дал слово. И потом, конечно, когда Селен будет уже в безопасности, я пошлю за ними погоню, но, боюсь, это бесполезно. Черное Перо все учел, он не дурак. А эти двое ушлепков получат свое. Я думаю, если бы их казнили, они бы отделались намного проще, чем будучи в лапах этого дьявола. Разложите эту карту, хм-м-м-м, так я и знал! Селен тут, а во всех остальных местах просто другие рабы. Что ж, благородный пират с огромной помпой закрыл свое предприятие. Ничего не скажешь. Князь есть князь! — Почему вы так думаете? — Горислав осмотрел и увидел, что у одного креста сверху как бы развилка в виде небольшой короны, которую видно, если только внимательно приглядеться. И как раз в нее и ткнули носом Горислава. — Вот вам и ответ. Вы — туда, а я со своими людьми в остальные места. У нас три часа на все про все, должны успеть, — отдавая на ходу приказы всем своим людям. «Пятый от пола, третий слева». Каждое подпольное хозяйство Черного Пера открывалось небольшим рычагом, спрятанным за нужным кирпичом. Горислав просмотрел с людьми Власа все помещение подвалов за сорок минут. Было огромное количество спящих людей и ни одного юноши с бритой головой или огненными волосами. Людям ставили всем без разбора сыворотку противоядия, и уже кое-кто стал приходить в себя, откровенно не понимая, где он и что с ним произошло. — Ищите, он где-то здесь! — Да здесь нет ни одного подростка, только мощные мужики и пара женщин с несколькими девушками и все, — доложил кто-то, как у Горислава распахнулись глаза. — Покажи мне девиц! — Им уже ввели антидот практически первым. Но трое из них настолько в плачевном состоянии, что вряд ли выживут. Особенно вот эта — мощная женщина, и на нее не пожалели препарата. А эти двое настолько худы, что стандартной дозы для них стало слишком много. — Поставьте ей еще одну дозу, — скомандовал Горислав, ощупывая тонких, еще не пришедших в себя девиц. — Но мы еще не нашли принца, — начал кто-то из людей, когда увидел, как Горислав со всхлипом обнимает одну из тонких девушек и снимает с нее чепчик вместе с белокурым париком. — Нашел. Сделайте еще один укол Селену и все оставшееся вколите тем, кто пострадал больше всего. Если Бог на нашей стороне — они выживут. Все непременно выживут. И передайте Власу, что мой муж едет домой.