Тридцать один.

      Яна сидела на диване и смотрела в точку на полу. В руках была потрепанная тетрадь. Дыхание было ровным, но страх бушевал в душе, сметая все со своего пути. Она боялась открыть свою находку. Раз Андрей так хорошо спрятал эту тетрадь, значит, он не хотел чтобы ее содержимое попало в чьи-то руки. Но так уж вышло, что девушка решилась на генеральную уборку, после неприятного утреннего разговора. Ей просто было необходимо выгрести весь мусор из этого дома. Очистить его от того негатива, который скопился в нем за то время, что они здесь жили.       Он обещал, что придет сегодня раньше, но на часах было уже одиннадцать, а Андрея по-прежнему не было дома. Яна устала от пустоты внутри этих стен, пустоты внутри себя. Переломать себя оказалось не так-то и легко, и его утренние заверения остались в сегодняшнем утре. А сомнения, просочившееся в ее сознание некоторое время назад, так и остались в голове. Еще больше давя на нее.       А теперь еще эта тетрадь. Ее очень хотелось открыть, но что-то говорило ей не делать этого. Пересилив себя и заглушив голос рассудка, она перевернула обложку и углубилась в чтение.       Мой дневник.       Мне очень хотелось начать свое повествование с того, что я объясню причину данного принятого мной решения. Мне тяжело всегда было осознавать, что я не такой, как все. И вот теперь пришло время рассказать бумаге, чем я отличаюсь от других. Создавая этот краткий отчет, я хочу изредка напоминать себе о том, кем я был и кем я стал. И если эта тетрадь когда-нибудь попадет в чьи-то руки кроме моих, искренне прошу вас, никогда не окунайтесь в мир наркотиков. Особенно это касается моих будущих детей. Если они, конечно, когда-нибудь будут.       1994 год       Когда я впервые столкнулся с травкой, мне было не больше пятнадцати. Я был обычным дворовым пацаном, без лишних понтов и закидонов. Родители к этому моему возрасту практически предоставили мне свободу действий, при этом все же не упуская меня из виду.       Я подсел на план *. Трудно сказать, почему. Мне стало страшно жить, и я не знал, что с этим делать. Изменился мой взгляд на мир, я повзрослел, ощущение безопасности, которое было в детстве, становилось все слабее и слабее. Я закрылся. Искал защиты, силы. Или иллюзии этого.       Очень большое влияние на мое развитие как личности оказала улица, что очень поспособствовало после переезда влиться в новую компанию. Мои новые знакомые увлекались курением, и, как позже я узнал, не обычными сигаретами. Было ужасно интересно. Я влился в новый коллектив, начинал курить, по началу ничего не чувствовал, но делал вид, что со мной что-то происходит. Пытался поддерживать отношения со старыми друзьями, но с каждым днем путь к старой дружбе преграждали километры. И теперь друзья из новой жизни стали ближе, чем прежние. Алкоголь не пьют, курят траву. Мне это очень нравилось.       Расширился круг знакомых. Другое измерение, другая музыка, все спокойно, интересно. Людям интересно мое творчество, мое мышление. Под травой сочиняются неплохие стихи, насыщенные рифмы, имеющие смысл, с подтекстом. Мне просто предложили способ поднять настроение, и я согласился, поначалу результат был нулевым, но позже я прочувствовал всю прелесть легкого веселящего дыма. И так веселился пару лет. Вокруг меня и во мне самом вдруг все встало на свои места. Правда, возникли некие проблемы с памятью. Но это, конечно, не от травы! У меня хороший аппетит.       Я перестал вникать в смысл родительских упреков и криков и на угрозы родителей, что курить сигареты – плохо, просто отмахивался рукой. Мне пофиг. Мне хорошо, я в дыму. В моем окружении стали появляться только те друзья, которых я сам выбирал. Я стал более уверенным в себе, что не могло не сказаться на моем половом развитии, в сексе мне не было равных, во всяком случае, мне так казалось. И каждая приглянувшаяся девушка не могла не поддаться на мои чары. Я совершенствовал игру на гитаре и сочинял тексты для собственных песен. Во мне проснулись ораторские способности, и поэтому, когда я говорил, меня слушали, мою точку зрения поддерживали. Мне рады были на любой тусовке, где курили план, и я там зажигал. В качестве клоуна, рассказчика, приколиста, человека с идеями. Зажигал всех… Это было здорово. Жизнь изменилась.       1997 год       Я ощутил новый прилив сил и вкуса. В мою едва зарождающуюся систему добавился алкоголь. Сначала хлебал пиво. Веселое щекотание и пощипывание пузырьками носа придавало новое ощущение. Постепенно перешёл на более крепкие напитки, содержащие больше десяти градусов, как правило, это было вино или аперитив. Когда я осознал, что под стопку-другую куриться веселей, остановился на вискаре. Когда не было денег, удовлетворить мои потребности вполне могла и водка.       Через год у моих родичей произошел конфликт на почве моего развития и поведения, что в результате привело к разводу. Семейный бюджет разделился, большая его часть ушла вместе с отцом. Я остался без карманных денег. Для меня в воздухе повис немой вопрос, где взять деньги на план, употребление которого теперь стало ежедневным. Поступил в лицей, пока вливался в новую компанию, слегка притормозил. Когда круг друзей расширился и устаканился, перебивался с косяка на косяк с ними, но не хватало. И я запил. Бухло было дешевле, и достать его было проще. Я пил, потому что не мог остановиться. Много незнакомых людей, большой город, почти круглосуточно я был пьян. Про план я забыл. Оказывается, можно убиться и синькой.       1998 год       Растаманская жизнь приелась, но я по-прежнему все тот же весельчак-заводила. Учеба не требовала к себе особого внимания, поэтому я жил поверх нее. На районе открыли первый клуб по английскому проекту. Шикарное заведение, и там появились в продаже «легкие» наркотики экстази * и амфетамин *, которые мы принимали строго по субботам. Итак, еще одно звено в системе - синтетика. Устроился на подработку, деньги стали появляться регулярно, перестал клянчить у матери, вдохнул с облегчением и начал принимать амфетамин чаще. Когда три, когда четыре раза в неделю, и вроде бы ничего, но в какой-то момент я почувствовал депрессию и утратил цель в жизни. Я вдруг осознал, что мне некуда стремиться. И таблетки быстро отошли на второй план.       В том же самом клубе познакомился со светлым чистым пареньком. С видом ботаника, который приехал из Москвы. После клуба он пригласил меня к себе на хату и предложил кое-что поинтересней синтетики. Он сказал, чтобы я сосредоточился и обязательно запомнил. Это называется винт *. А то, что происходит - важное событие в моей жизни. У этого события тоже есть название «первый приход». Так я сел на иглу. Боль - как физическая, так и моральная, - которая посещала меня, периодически прошла. У меня появляется винтовая подруга. Она знакомит меня с варщиком, мы общаемся все вместе.       Я начинаю просыпаться по ночам. Мне плохо - похоже, меня ломает. С легкостью переступаю первую грань - ворую у мамы. Потому что заработанных денег не хватает, а мне все хуже. Я становлюсь злым и жестоким. Играю в дружбу. Говорю людям, что-либо приятное для их ушей, только когда мне это нужно. Когда мать на работе, у меня варят - меня греют. Понимаю, что у меня что-то с головой. Я ни с того ни с сего начинаю падать с ног, испытываю какой-то панический ужас, кричу, словно проваливаюсь в другое измерение. Вокруг много народу, но они словно не здесь. Я один в этом диком и страшном мире. Как-то постепенно это проходит. Я стараюсь забыть это происшествие. Всех выгоняю. Иду к другу, отмечаем его днюху, отключаюсь, веселюсь. Мне намного лучше. Что-то опять со мной происходит. Приступы одинокого ужаса становятся моим ежедневным приговором, мне приходится вставать среди ночи и выходить на мороз. Теперь синтетика существует в моем обиходе в промежутках между винтом.       Однажды после дискотеки, когда действие амфетамина прошло, началась уже привычная депрессия. При которой я чувствовал себя отвратительно и не мог заснуть или как-то отвлечься. Ко мне подошел знакомый парень и предложил «занюхать» порошок под названием героин * и сказал: «Очень помогает после кислоты! Занюхай и иди домой, ложись спать и проснешься, как огурчик». Так прошло несколько недель когда я понял, что героин не плох не только для того, чтобы употреблять его после кислоты, но и сам по себе, и тогда я начал употреблять героин. «Я буду употреблять грамотно, по-умному… я не такой дебил, как эти торчки». Эти мысли рождались в моей голове каждое утро. Я произносил эти слова стоя у зеркала, как молитву.       1999 год       Около года я контролировал ситуацию - я употреблял не чаще двух-трех раз в месяц. Я не употреблял в одиночку, я не покупал на свои деньги, только вскладчину. Постепенно вторая граница смылась – я употреблял гораздо чаще. Старался держать себя в руках, не кололся, только нюхал. Затем ушла третья граница: «Новый год – всеобщий праздник»… Иду, покупаю, употребляю один. Проснулся, и на утро: «Праздники продолжаются, имею право».       А потом пошли перебои с героином в нашем городе, и мне предложили уколоться ханкой *, а когда героин вновь появился, то его я уже не стал нюхать, ведь по вене лучше! Ну, а потом начался полный распад жизни, с лицея выгнали, осудили, дали условно год. Примерно за две недели до того, как я впервые сделал себе внутривенную инъекцию героина, я чуть не подрался со своим другом из-за того, что он мне сказал, что я наркоман. Потом, через две недели, мы вмазались, оба. Этот друг умер. Точнее, «пропал без вести». Винтовая подруга осталась в прошлом, однажды встретил ее, ужаснулся. Она все так же плотно сидела на винте, увеличив лишь дозу. Почти вся ее кожа была покрыта флегмонами *, она стеснялась, но желание вмазаться и ломка были сильнее. Позже узнал от знакомых, что она умерла от сепсиса *. Я понял, что вот оно, ради этого стоит жить, и умру я от этого. Поздно вечером звонил варщику, попросил позвать к телефону, а женский голос сказал, что он умер, и чтобы больше я не звонил. Как же так, я же его две недели назад видел, мы же вместе мутили… Еще один знакомый повесился на перилах в подъезде. Куда-то подевалась моя отзывчивость. Совсем недавно я думал, что если кто-то из моих знакомых умрет, это будет для меня страшным ударом. Но уже нет. Понял, что смерть неизбежна для всех, особенно для таких как я, это только вопрос времени. Я начал просыпаться по ночам. Двухнедельные марафоны без сна, в конце которых вырубаешься. Галлюцинации. Паранойя и приходы на подоконниках и на полу в подъездах. И лихорадочный поиск женщины или онанизм… Какие-то сумасшедшие темы.       2000 год       Сижу на опиатах *. Вижу только барыгу, который привозит кайф. У меня в квартире мрак. Я привык к этому мраку. К мраку в моей жизни. Друзей у меня не осталось, я остался один, и мутить как раньше не получалось.       Переступил четвертую грань - начал тащить все из дома. Наркотики меня уже не перли, я кололся, чтобы просто прийти в нормальное состояние. Я подумывал, что проблема в химии, и попросил маму купить таблетки, на которых я раньше торчал, думая, что, вернувшись к ним, все вернется на круги своя и будет, как раньше. Но ничего не вернулось, только зажили дороги. Снимаюсь с трамала, и все понеслось по-новому. День был похож на день. С этого момента я больше не останавливался. Ужас становится уже не таким властным и не таким частым гостем. Иллюзии, что брошу, я больше не питаю. Родители объединились, чтобы помочь мне. Больше не для кого не секрет, что я наркоман. Определили в наркологический диспансер. Лежу с пустотой в голове. Меня смешит паренек в больнице, которой не совсем понимает, с какой целью я здесь лежу. Я лег сделать перерыв. Первое, что я делаю, выйдя из больницы - покупаю героин.       2001 год       После очередного небольшого перерыва в диспансере. Попытался почувствовать себя человеком, и у меня это почти получается. В моей жизни появляется Яна. Понял, что устал бороться с самим собой, нужен помощник, веду ее за собой. Она покорно идет. Вижу, что влюбилась, и мне это на руку - легче удержать рядом. Рассказал, что торчу. Реакция неординарная, но она по-прежнему рядом. В душе ликую.       Через полгода уверен в нашем нерушимом союзе, с ней и правда легче. Она рядом, помогает не срываться. Устраиваюсь на работу. Снимаем квартиру и все вроде хорошо. Живем с периодическими скандалами, но наркота по-прежнему занимает главное место в моей жизни.       Первая передозировка на хате у Ежа. Познакомился с ним, когда переехали на съёмную квартиру. Свинья, грязь везде найдет. Он же познакомил с барыгой. Реанимация, сутки без сознания, три дня в тупняке, день передыху. И по отработанной системе.       Еще год, ситуация не меняется, перестал стесняться Яны - вмазываюсь прямо дома, но ей не предлагаю. Торчать на пару не входит в мои планы. Выперли с работы, - опять ханка, и то за счет Ежа. Влезаю в долги. Яна на грани, боюсь, сорвётся. Понимаю, что люблю ее и боюсь потерять, но никогда не признаю этого. Слишком банально.       Скоро два года как вместе. Страшно. Страшно не за себя, а за нее. Как прежде уже не будет, чувствую, мне недолго осталось.       «Люблю тебя! - сказала мне.       Я упрекать тебя не смею…       Как ты, живу в кошмарном сне.       Люблю… Но героин люблю сильнее».       Все-таки сорвалась - сбежала во время моего прихода. Не виню ее, просто не знаю, как жить дальше, да и стоит ли? Пару раз хотел передозонуться - не вышло. Ежу заказал валыну. Обещал помочь.       2003 год       Еще год. Родители находят деньги - отправляют в Питер на лечение. Питер, попадаю в подвалы Дыбенко *. Первые суициды на глазах, жалко кайфа. Передоз. Первый раз Боткина *. Реанимационная палата. Ворую кайф у тех, кого увезли, или просто умер. Вши. Переломался, но ненадолго. Возвращаюсь к матери. В районе меня похоронили. Если кто-то встречается – шарахается от меня, как от прокаженного. Со мной стремаются вмазываться. Я брежу. Меня постоянно глючит.       Ухожу с утра к Ежу, летит последняя граница. Вместе с этим какой-то надлом внутри. Снесены все внутренние преграды. Внутри пустота. Мне уже становится все равно. Главное, удовлетворить свою потребность. Я уже всерьез не думаю о том, как переломаться. Я уже не думаю о безопасности: колюсь всем подряд и со всеми подряд, без разбора.       У барыги вижу парня, его ломает, берем на двоих. Баян * один, парня сильно ломает, он вмазался первым. Я поинтересовался: нет ли заразы? Он без зазрения ответил, что у него гепатит С. Я перед выбором замутить с кем-нибудь позже, снова или кайф сейчас, но с 99,9999 %-ной вероятностью заработать гепатит… Я искренне питаю надежду, что пронесет. Но не пронесло, так я заработал гепатит.       Я по уши в долгах, особенно у барыги. Я стараюсь угодить ему во всем, живу по его законам и пляшу под его дудку, молча выслушиваю все помои, вылитые на меня его устами. Но продолжаю молчать. От него зависит все… Я шестерю возле него, езжу с ним за товаром в надежде, что мне перепадет что-нибудь, как собаке с барского стола. На меня стало жалко смотреть.       2004 год       В итоге меня посадили на три года. Когда сидел, продолжал колоться, правда, реже.       2007 год, январь       Освободился, навестил Ежа, он умер. И это меня сломило окончательно. На какой-то миг наступило просветление, и я четко осознал, что мне необходима помощь. Это был край. Я понимал, что самостоятельно ничего не могу сделать. Временные ремиссии, дабы ощутить глоток воздуха, не давали результатов. За помощью опять пошел к родителям. Мама привезла в больницу, где мне вгоняют дозу барбитуратов *, дальше метадон *, и я дотягиваю до Детокса *. Что было дальше, я плохо помню… Я беззвучно глотал слезы, мне было страшно и обидно. Я стал ненавидеть себя. Впервые ощутил себя слабее и беспомощнее котенка. Жалею себя неделю. Родители меня отправляют в монастырь «Оптину пустынь». Я едва успел прихватить мобильный, деньги и наркоту, чтобы снимать боль. Ни о чем другом я даже не вспомнил. Все мои покаяния перед богом привели к тому, что однажды ночью я отъехал прямо перед иконами. Позже, там же я оставил молитвенную записку: «Боже, облегчи мою жизнь или дай мне быстрой смерти, я не хочу гнить заживо». И ушел.       2007 год, июнь       На обратном пути, в поезде, сосед по полке, увидев мое состояние, попытался меня разговорить. Мужик был действительно говорливым не в меру. Сначала я молчал, но позже все-таки поддержал разговор. От него я узнал о длительной реабилитации по модели «ДэйТоп». Я поддался на уговоры мужика и решил посмотреть, что же это за центр. Да так там и остался.       Дисциплина не в меру строгая, все по команде: работа, общение, вечерний отдых. Как в армии. Все делаем сами. Дом, кухня, уборка. Любое нарушение грозит замечанием. Набрал пять замечаний, тебе усложняют пребывание. Первые пять замечаний я набрал довольно быстро, за что и получил шестнадцатикилограммовый блин. Его нужно было носить с собой везде. Не катить, а именно носить! Всего один раз я его забыл. И блин поменяли на двадцати четырехкилограммовую гантель. Так я и постигал, что такое дисциплина!!! Основа любого выздоровления. В течение двух недель получаешь по пять замечаний - тебя наказывают.       Задача: «могила». Во время общего отдыха ты должен махать лопатой, вырывая «небольшую» ямку. Два метра в ширину, длину и глубину. На ее дне необходимо похоронить все отрицательное и негативное что в тебе есть. С обычными условиями проведения подобного ритуала, то есть речи, почести, горсти земли. В целом потратил на нее пять дней.       Закурил раньше команды. Опять наказание: «свая». Поле с большим количеством железобетонных свай высотой пятьдесят-шестьдесят сантиметров. На поле ранее планировали выстроить дополнительный корпус, но не построили. Директор утверждает, что поле обязательно должно быть использовано как полезная площадь, например, для футбола. И опять же: когда команда отдыхает, ты махаешь кувалдой, разбивая сваю. Первую свою сваю я разбил часа за полтора. Позже вторую, около сорока минут. Впоследствии, рекорд - семнадцать минут на сваю. Есть там свои хитрости.       Команда состоит человек из двадцати. Все зависимые: как женщины, так мужики. Командой мы были в начале, позже стали «семьей». Многие вместе торчали, и лечиться пришли тоже вместе. Задания были различные и на раскрытие прошлого тоже. На бумаге, как сочинение, ты должен четко и расписать, сколько и кого тебе доводилось кидать, при этом красочно описать свои чувства после этого. Психологические тренинги.       Покинуть центр можно в любую минуту, никто никого не держит. Вот только таким, как я, идти особо некуда и не к кому. Наркоманы никому не нужны, порой, даже родителям. А здесь предлагали вполне нормальную жизнь в социуме. Программа была рассчитана на год, я там пробыл полгода, а потом ушел. Подобное выздоровление мне не грело душу, но все же результаты были. Я был чист.       2007 год, декабрь       Впервые за тринадцать лет я был чист, весел и счастлив. Где-то далеко забрезжила надежда. Решил не останавливаться на достигнутом. Первый приход в группу анонимных наркоманов. Очередной срыв. Безумие. Меня не прет. Один дома в нашей с ней когда-то съемной квартире.       Когда я освободился, понял, что родители от меня откупились, купив мне эту квартиру и предоставив мне свободу действий. Передоз за передозом… Вспоминаю Яну. Понимаю, что она нужна, хочу вернуть, и это придает сил. Возвращаюсь в группу. Сказали: «Ты или умрешь, или начнешь выздоравливать». Страшно, продолжаю ходить в группу. Знакомлюсь с создателем. Общение и тренинги окончательно вытягивают из трясины. Он вогнал меня в жёсткие рамки, дал работу. Если не пришел, значит, торчу.       Ставлю цель: во что бы то ни стало вернуть Яну или хотя бы поговорить с ней. Жизнь обрела смысл. Каким-то чудом я чистый. Первая зима. Новая работа. Первая зарплата. Первая весна. «Я же могу вмазаться. А зачем?!» Я свободен! Понеслась! Почему мне не больно? Один, два, три, четыре, пять, шесть, семь… Я свободен.       Конец 2008 года       Все хорошо, ничего не употребляю, я чист целый год. Дали заветную монету. Бухаю периодически, но не более. В тот ад больше не вернусь. Впервые в жизни признаюсь самому себе, что люблю ее безумно. Начинаю поиски…       Яна закрыла тетрадь и, потерев переносицу, схватила находящийся рядом стакан и запустила его в стену. Стекло звонко ударилось о плоскость и рассыпалось мелкими осколками на полу. Мысли одна за одной взрывались в голове, оставляя после себя буйство красок воображаемой картины. Цифры, фразы, действия, осторожность, места и необычные вещи начали всплывать в ее пылающем мозгу. Значит, минуло около десяти лет. Значит, все то, что сейчас происходит в ее жизни, вообще не должно было происходить. Что произошло? Где я? Кто я? И что прячется за плотной завесой прошлого? Хоровод вопросов приостановился, едва она взглянула на часы. Половина двенадцатого. Яна вскочила с табуретки и ринулась в комнату. Наспех понапихав в сумку пару бутербродов, бутылку воды и конверт с отложенными деньгами для нужды. Она выскочила из квартиры, не погасив за собой свет. Сердце звучно ухало в груди, а руки предательски тряслись. В голове истерично билось только одно слово.       БЕЖАТЬ.

***

*План — сленговое название продуктов конопли, используемых как наркотическое средство и известных так же как гашиш. *Экстази - полусинтетическое психоактивное соединение амфетаминового ряда, относящееся к группе фенилэтиламинов. *Амфетамин - наиболее близкие синтетические аналоги всемирно известного психостимулятора кокаина. От кокаина амфетамины отличаются меньшей эйфорией и более сильным стимулирующим действием. *Винт - самодельный инъекционный раствор, который в той или иной степени содержит эфедрин, кристаллический йод, красный фосфор, но кроме этого содержит еще целую кучу немереной дряни (содержание дряни зависит от компонентов и способа приготовления). В качестве исходных компонентов для производства винта используют лекарства, содержащие эфедрин и его структурные аналоги. *Героин - мощное полусинтетическое опиатное обезболивающее средство с химической формулой. *Ханка - загустевший млечный сок, собираемый с маковых головок. А также раствор, получаемый из этого сока. *Флегмона - острое разлитое гнойное воспаление жировой клетчатки; в отличие от абсцесса не имеет чётких границ. Флегмона, обычно начинающаяся с появления небольшого участка кожи, на котором заметна припухлость, покраснение и возникает боль при прикосновении. *Сепсис - в переводе с греческого языка означает гниение. Это тяжёлое инфекционное заболевание человека, которое развивается как системная воспалительная реакция при попадании в кровь инфекционных агентов (бактерий или одноклеточных грибов) или их токсинов. Среди людей, не имеющих отношения к медицине, сепсис нередко называется заражением крови. *Опиаты – собирательное название для наркотиков, производимых из опия. Они оказывают расслабляющее действие на нервную систему, притупляют ощущение боли. *Клиническая инфекционная больница С.П. Боткина, г. Санкт-Петербург. *Подвалы Дыбенко — место в Санкт-Петербурге, где собирались беспризорные героиновые наркоманы. *Баян - медицинский шприц, используемый наркоманами для инъекций. *Барбитураты - группа лекарственных препаратов, являющиеся производными барбитуровой кислоты. Все они оказывают сходное действие на организм, то есть вызывают угнетение мозговых центров, контролирующих высшую нервную деятельность. По этой причине барбитураты используются для лечения бессонницы и снятия напряжения и неуверенности. Снижают абстиненцию(ломка) и бессонницу у опиоманов. *Метадон - синтетический лекарственный препарат из группы опиоидов, применяемый как анальгетик, а также при лечении наркотической зависимости. *Детокс – детоксикация (очищение) организма от наркотиков пациент получает медикаментозные препараты, существенно облегчающие основные симптомы ломки (абстиненции): боль, дискомфорт, нервозность, нарушение сна, расстройства кишечника, вегетативные нарушения.