Вор с приданым

Часть 1 Выходя из здания с гордо поднятой головой, так могло казаться со стороны, а на самом деле, я был, словно в тумане и передвигал ногами по наитию. Глаза застилала легкая туманная дымка, со все время пляшущими картинками перед глазами. Где-то сигналила машина и до моего слуха отдаленно доносились голоса. По-моему, меня кто-то звал, но это было сейчас так неважно. Важным казалось вспомнить все, прогнать въедливый фильм из прошлого несколько раз, до тошноты, чтобы потом, выплеснуть всю накопленную годами боль. Натан, мой лучший и незаменимый друг в один момент стал врагом. Катерина, проверенная годами верная подруга, подставила подножку и смеялась над моей неуклюжестью, а Вовка, вместо того, чтобы подать руку помощи, наступил на спину и придавил к земле, также насмехаясь, как и она. Они всё знали и играли со мной в прятки. Но и это сейчас было не важным. Совсем не важным. Потом… Я подумаю об этом потом, когда смогу преодолеть и вспомнить все без содрогания и внутренних кульбитов души. Ноги сами принесли меня к какой-то дешевой забегаловке, где мне сейчас и было самое место. Спустившись по ступеням вниз, ведущим в подвальное помещение, оборудованное под общепит, я не задерживался взглядом ни на чем. Глаза, как это обычно бывает, не выхватывали детали интерьера, мозг не запоминал обстановку, а тело жило само по себе, лишь память подбрасывала картины из далекого прошлого, где я еще совсем ребенком бегал по улицам и чумазым, но зато счастливым прибегал домой, чтобы насладиться вкуснейшей едой, что приготовила мама. Наверное, это на меня так подействовали ароматы пищи, витающие в помещении. Присев за ближайший столик, что был скрыт от посторонних глаз колонной, я уставился в одну точку, ожидая официанта, чтобы заказать себе банальной водки с солеными огурцами и напиться в хламину, до зеленых человечков. Не очень гостеприимный официант обслужил меня, грохнув бутылку с рюмкой на стол и рядом, так же громко водрузил тарелку с соленьями. Ничего не спрашивая и не ожидая от меня дополнительного заказа, он ретировался к барной стойке и тихо стал перешептываться с барменом. Это я еще успел заметить трезвым взглядом, потому что сразу же свинчивая пробку с бутылки, я, словно не видя краев, налил прозрачную и дурно-пахнущую субстанцию в рюмку и, выдохнув, опрокинул в себя. Подержав немного эту гадость во рту, я все же заставил себя ее проглотить, морщась и отплевываясь, снова налил полную рюмку и повторил предыдущее действие. Только теперь, схватив с тарелки огурчик, занюхал его, смакуя аромат пряных трав, и куснул так, что рассол брызнул в разные стороны, благо не попал на пиджак. Водка, конечно, была из разряда «поленка», но огурчики были вкусными и хрустящими, словно какая-нибудь баба Нюра, любовно засолила их в дубовой бочке. - Слышь, Леший, базар есть, – почему-то всплыла именно эта фраза в голове. Оглянувшись по сторонам и убедившись, что все это происходит со мной и в моей голове, я прикрыл глаза и попытался вспомнить, с чего все началось. Натан в тот день заболел и не пришел в школу, зато шакал по имени Владик, учившийся в одиннадцатом классе, был как всегда, на месте. Я давно его подозревал в неравнодушии к моему другу, но видя, что Натан не обращает на него никакого внимания, успокоился. Уж больно мне не хотелось терять друга из-за голубятины. Может, со временем, я бы и принял его ориентацию, но выносить этих двоих рядом все равно не смог бы. Как обычно закончился урок и я, собрав все вещи в рюкзак, поспешил в столовую, чтобы успеть купить себе хотя бы булочку. И по закону подлости, мне преградил путь этот чернявый гаденыш. Когда мой друг был рядом, то Владик стелился и растекался лужицей перед ним, не обращая на меня внимания, но если я был один, то всегда получал массу неприятных высказываний на тему моего нищебродства, от него и его компании. Ехидная улыбка красовалась на его лице, когда он обратился ко мне. - Слышь, Леший, базар есть. Пойдем, выйдем, - мотнул он головой в сторону выхода из школы. Трусом я никогда не был и мог за себя постоять, благо разговор у нас состоялся один на один и я очень жалел потом, что это был просто разговор. Лучше бы они меня отметелили всей толпой. Прикуривая сигарету и затянувшись, парень прикрыл глаза, выпуская дым, словно это была не просто сигарета. Следующая затяжка и выдох мне в лицо со словами: - Ты мне мешаешь, - я откашлялся и уставился непонимающим взглядом на него, - я хочу, чтобы Натан был моим и думаю, ты об этом знаешь, - звериная улыбка окрасила его лицо. - Я-то тут при чем? - я все так же не понимал, каким боком ему мешаюсь. Со своим другом мы эту тему не обсуждали никогда. - Вы всегда с ним вместе, в то время, когда я даже не могу с ним поговорить. Всегда находятся дела поважней, чем мой треп. - Так все претензии к Натану, а не ко мне. - Важные дела, это ты, - он больно ткнул пальцем мне в грудь. - Замечательно, - я улыбнулся, тогда еще не понимая, что моя улыбка сыграет со мной злую шутку, - а от меня ты чего хочешь? - Я хочу, чтобы ты исчез. - Ты нормальный или как? – меня мучил только один вопрос: все ли хорошо у Выверенского с головой? - Я – нормальный, а вот ты меня бесишь и поэтому предлагаю тебе сделку, - Владик замолчал, оглядывая меня с ног до головы, оценивающе, словно собрался продать на органы и решал, от чего лучше сразу избавиться. – Ты влюбишь его в себя, а потом бросишь. И это не обсуждается, - слишком пренебрежительным был тон. - Ага, а ты будешь утешать его и предлагать свои услуги, - мне было смешно и я не знал, можно ли в такой ситуации ржать, аки конь. Поэтому давил в себе все проявления смеха. Лишь снисходительная улыбка застыла маской на моем лице. - А это уже не твое дело, - рыкнул он на меня, будто я уже согласился. - А если я не соглашусь? – все еще не веря своим ушам, я стоял и улыбался, словно дебил. - Ну а если не согласишься, придется тебя устранить другим способом, не очень приятным для тебя и твоих родителей, - опять оскал царя зверей, слишком неприятный, отталкивающий, - ты же у нас из неблагополучной семьи, вот и будешь совсем неблагополучным, и друг твой тебя не спасет, - я стоял и молчал, понимая, что эта мразь может такое провернуть с легкостью, но и согласиться с его условием, также не мог. - Даю тебе срок до конца недели, как надумаешь, приходи, а я тебе за это время помогу сделать правильный выбор, - затушив окурок мыском дорогого ботинка, парень развернулся и ушел, а я так и остался стоять с открытым ртом, силясь дать себе подзатыльников и прийти в себя от услышанного. Спустя два дня, отца уволили с работы по статье, за пьянство. Директором завода, на котором трудился мой отец, был Выверенский Эдуард Владимирович. Батя, заливая свое горе, спустил последние деньги, а маме так и не выписали рецепт в поликлинике, зная, что без таблеток это будет совсем не человек, а овощ. И вот тогда, я вспомнил слова Влада, который просто не оставил мне и шанса на отступление. Его мать была главврачом в поликлинике и без ее подписи такие таблетки получить - нереально. Завтра последний день, когда мне нужно решить, что делать. Промаявшись всю ночь и соответственно не выспавшись, я с красными, как у быка глазами и помятой рожей, пришел в школу и первым делом подошел к Владу, давая согласие на его аферу. Счастья на его лице так и не прибавилось, зато взгляд переполнился отвращением. Его мало волновало, как я буду влюблять в себя друга, главным был результат. Спасало одно, что до конца года и получения аттестата оставалось чуть больше трех месяцев. Я больше никого из них не увижу, даже Натана, который после всего этого и не взглянет в мою сторону. Шло время, а я так и не продвинулся в деле ни на шаг. Это я так думал тогда, а спустя годы, узнал, что Натан уже любил, а не влюбился. Меня постоянно что-то останавливало, да и друг, словно заподозрив, стал от меня отдаляться. Это я сейчас понимаю, что Влад не стал ждать, когда я уже, наконец, завершу его дело, а просто сам рассказал обо всем Натану и выставил меня в неприглядном свете. Обидеть любящего человека легко и он поверил всем его словам, не задумываясь. Только бить решил по живому, не по мне самому, а через родителей, зная мое к ним отношение. Жаль, что так получилось. Надо было подойти и рассказать все другу, он бы точно что-нибудь придумал, только вот понимаешь все, слишком поздно, спустя пятнадцать лет. Я налил еще рюмашку и опрокинув в себя, закусил огурцом. Попытался понять, почему же мой друг поверил Владу, а не мне. Почему не спросил меня в лоб об этом, а предпочел сделать все по-своему? И все равно, в этой драме я вышел виноватым. Да, я сглупил, но у меня тогда не было выбора. Хотя, выбор есть всегда. Я его просто не увидел. Опереди я Влада на несколько шагов и исход был бы совершенно иным. Но сделанного не вернешь. Черт, как некстати, вспомнились мои ночные подработки и я опять ухватился за бутылку, чтобы смыть вернувшийся привкус горечи. В виду моего возраста на работу на полную ставку никто не брал и подработки были нечастыми - разовыми, соответственно денег, что я мог заработать не хватало ни маме на лекарства, ни нам на поесть. Зато папа был очень рад, что его отпрыск работает и без зазрения совести пользовался сыновьим трудом, отнимая и тратя на свое гадское пойло. Мама тогда уже плохо ходила, постоянно держась за стеночку или опираясь на мое плечо. Глядя на все это, мой сосед Илюха, ему тогда уже было девятнадцать, зная мое семейное состояние, подкинул пыльную, но прибыльную работенку. Он работал в одном баре барменом и по совместительству, в отдельные вечера, подрабатывал, как сейчас говорят - хастлером. Жил он один и периодически, когда у моего отца случались бурные вечера, разрешал оставаться у себя при этом кормил и ничего не требовал взамен. Даже иногда и моя мама перекантовывалась у него. Сказать, что он был сильным нельзя, но с моим отцом в состоянии нестояния, он справиться мог, утихомиривая того до утра. В их заведении всегда требовались молоденькие мальчики, которых так любили богатенькие дяденьки. И Илья предложил мне работу минетчика. До моего зада никто не дотронется, но вот ртом работать придется усердно. Сам я был нормальным парнем, жаждущим оказаться в ближайшее время с какой-нибудь пышногрудой красоткой в горизонтальной плоскости. Организм молодой, утренние проблемы как-никак, а тут потные и волосатые члены старых извращенцев, но с очень хорошей оплатой. Я долго думал, но согласился. Наступив себе на горло, сдерживая рвотные позывы, старательно выполнял свое дело. Со временем привыкаешь ко всему, и я привык. Пряча все эмоции, уходя в свой надуманный мир, я открывал рот и делал свою работу. Клиентов у меня не было и поэтому приходилось искать их самому, таким образом администрация снимала с себя ответственность, но я не оставался без денег и чаевых. А когда появилась нехватка с таблетками для мамы, то через наших ребят, я доставал их, отрабатывая, как умел. Ведь таблетки, что были ей прописаны, имели наркотическое свойство и поэтому водились у местных барыг. О моей работе я никому не говорил, а Натану тем более. Он и так стал для меня чужим, а если бы узнал, то и подавно бы возненавидел. Все чаще я наблюдал за другом и замечал его тесное общение с Выверенским. Тот победно улыбался и смотрел на меня, как на грязь из-под ботинок, а мне ничего не оставалось делать, как отойти в сторону и не мешать. Только-только все наладилось в семье. Рано я тогда расслабился, не зная, что Влад решил меня уничтожить и этому поспособствовал мой друг. Бутылка, стоящая на столе совсем меня не прельщала. Желудок был обеспокоен вливаниями, а мозг просто требовал продолжения банкета. Прикинув, навскидку, сколько рюмок я еще осилю, все же решил заказать что-нибудь мясное, иначе искать мне себя придется, где-то под столом. Махнув все тому же неулыбчивому официанту, что нехотя оторвался от общения и подплыл ко мне, я заказал шашлыка и пачку сигарет. Чтоб уж окончательно себя добить. Спустя некоторое время, мой заказ стоял передо мной, разнося по забегаловке аромат мяса, только что снятого с шампура. Первым делом, я все же закурил. Разглядывая сизый дым, что выдыхал, я опять заставил себя вернуться в то время, когда все мои страдания казались непросветной тьмой. Туда, где я похоронил себя заживо. Туда, где навсегда остался улыбчивый и добрый парень по кличке Леший. Сейчас же Леший полностью соответствовал своему прозвищу - характером и внешним видом. Вроде бы все устаканилось. Работать усиленно мне было не нужно. Хватало одного дня в неделю, чтобы прокормиться и даже поделикатесничать. С каждого заработка я старался что-нибудь купить маме, чтоб хоть как-то ее порадовать, зато отец с остервенением прикладывался к бутылке. Я спокойно готовился к выпускным экзаменам, а потом сдал их, не напрягаясь. В общем, расслабился. Как мне тогда казалось, что все хорошо и даже отлично, кроме потерянного друга. Настроил планов на будущее и уже подыскал себе техникум, в который пойду. И одним махом решил покончить с карьерой «стоматолога», сказав об этом хозяину, ровно за неделю до выпускного. Арсен все воспринял спокойно, пожелал удачи, выдал мне отходную сумму и отправил домой, но только до дома я не доехал.