Sua, rex et regina, de Inferno

Возможно, Лана спала бы ещё час, если бы не яркий свет. Поморщившись, девушка открыла глаза и увидела стоящую рядом Алису. Поначалу она подумала, что это сон, и она до сих пор спит. Но, присмотревшись и ущипнув себя, чтобы убедиться, что это всё-таки не сон, она поняла, что проснулась. Резко приняв сидячую позу на кровати, она с вопросительным выражением лица уставилась на девушку. - Как ты попала в мой номер? - Доброе утро, - проигнорировала вопрос Свифт, поздоровавшись со своей сестрой. - Я... пришла с тобой серьёзно поговорить, насчёт вчерашней новости... Прости, что побеспокоила, но по-другому я бы с тобой не поговорила. - Нам не о чём разговаривать, - грубо сказала Лана, которая не хотела с самого утра портить себе настроение только из-за того, что Алисе захотелось поговорить в шесть утра. - Уходи. Я ни приму тебя. Может, ты и дочь моему отцу, но сестрой мне никогда не станешь. - Отцу вчера было плохо. Пожалуйста... - Меня это не волнует, - выдавила из себя девушка. Хоть, сказав это, она почувствовала, что внутри её всё словно перевернулось, а сердце начало биться в учащённом ритме. Как профессиональная актриса, Лана вмиг напустила на себя безразличный вид и холодно продолжала говорить вещи, которые и самой было неприятно говорить. - Он мне больше не отец, теперь у него есть только ты. Я никогда не прощу ему измену моей матери. Можешь так ему передать. Ах да, если я ещё хоть раз тебя увижу, то это плохо закончится как раз для тебя, Алиса. А теперь, спасибо, что разбудила. Уходи. - Ты всё сказала? - раздался безразличный ко всем её колким словам голос. - Я просто пришла сказать, что отцу плохо. Не нужно было всё это говорить, это лишнее. И если ты так желаешь, то больше меня не увидишь, наверное. Прощай. - Да, чувствую я, что за день у меня будет ещё много сюрпризов, - потянулась девушка, после того, как Свифт захлопнула дверь за собой. Она и сама не знала, какими будут эти неожиданности, хорошими или плохими? Как бы ей не хотелось продолжить лежать в мягкой, тёплой кровати, нужно было вставать и выполнять всю работу за отца. А точнее, собирать ту информацию, которой не хватает. Недостающей информации о политических мнениях местных жителей нужно было собрать много, поскольку то, что собрал Льюис Кэрролл, сочли бы позором, ведь страницы, на которой написано только то, что аргентинцы часто обсуждают политику Её Высочества и, естественно, свою политику, было недостаточно, а время на исполнение и, наконец, предъявление этих бумаг Королеве, истекало, и, чтобы собрать все, что нужно, оставалось всего лишь каких-то мизерных три дня. Поэтому девушка, грустно вздохнув, нехотя принялась, после того как позавтракала, искать хорошего переводчика, на поиски которого было потрачено всего каких-то пять минут. А всё потому, что напротив неё жил Джеймс - настойчивый парень, с которым она вчера познакомилась. Постучав в дверь, Лана принялась ждать у двери вчерашнего очаровательного парня. - О, доброе утро Лана! - увидев девушку, оживился явно сонный Джеймс. - Что заставило вас так рано постучать в мою дверь? - Доброе утро. Понимаете ли, мне нужен переводчик, который поможет мне быстро выполнить заданную работу. Поскольку вчера я узнала, что вы переводчик, то решила сразу же обратиться к вам. Как вам моё предложение? Я заплачу, - протараторила девушка, протягивая довольно-таки крупную сумму денег. - Не нужно платить, - выставив вперёд руку и улыбнувшись, отказался Голден. - Я помогу вам, но только при одном условии, бесплатно. - И каком же? - Вы поужинаете вместе со мной? - Кажется я вам уже вчера говорила: я замужем и люблю только своего мужа. - А вы снова меня не так поняли! Может, я с вами дружить хочу, - засмеялся парень, чем поставил Лану в неудобное положение. - Ну, как? Вы согласны на дружеский ужин? - Если только на дружеский. - Тогда договорились. Когда приступаем? - Желательно, прямо сейчас. Чем раньше начнём, тем быстрее закончим, - сказала довольная тем, что нашла переводчика Лана. - А вы очень совестно относитесь к работе, - улыбнулся напоследок парень, сделав Лане комплимент, и скрылся за дверью. Покраснев, девушка вернулась в комнату, чтобы собраться к выходу на улицу. Странно, но её что-то там внутри задело этим смехом, улыбкой, яркими и живыми глазами. Во время разговора с ним Лана впервые почувствовала себя так легко, прямо настоящей женщиной. И всё-таки, она любит только того гордого, наглого в некоторой степени, безразличного парня, который постоянно занят и не уделяет её прилежного внимания. Джеймс - полная противоположность, с ним проще, но... <<Нельзя влюбляться. Я люблю только Сиэля. Лана, не поддайся очарованию Джеймса.>> Говорила сама себе девушка, отталкивая от себя все мысли о новом знакомом. Она замужем, хоть её брак некрепок и рушится прямо на её глазах, а она ничем не может его спасти, девушка была консервативной и строго придерживалась правил семейной жизни - никаких измен. Второй причиной было желание не стать такой как отец, не предать Сиэля, как он её любимую маму. - Вы готовы? - услышала она и, открыв дверь, увидела уже собранного брюнета, который мигом подал ей руку. - Д-да, - Лана неуверенно накрыла своей ладонью его руку. - А вы быстро собрались. - Ну, я же не девушка, - сказал парень, из-за чего Лана обиженно опустила голову. Поняв, что он сказал обидную глупость, Джеймс начал быстро оправдываться панически замахав руками. - Нет-нет, вы не такая, просто я имел ввиду тех благородных, старых дам, которые действительно долго собираются. - Я всё понимаю. Мне тоже не нравится старый почет, - издав сдержанный смешок, сказала Фантомхайв, успокоив парня. - А теперь, приступим к выполнению поставленной задачи, - бодро сказал парень, оказавшись на улице. И когда уже настал вечер, оба, уставшие, направлялись в уютный ресторанчик, который порекомендовал Лане парень. Они прекрасно провели время вместе и, до сих пор смеясь, сели за столик на улице. - Что закажете? - взяв в руки меню, поинтересовался Джеймс. - Спасибо, но я не голодна. Так что, закажу только чашечку кофе. - Придерживаетесь советов из той газеты? Решили не ужинать? - Да нет, это здесь не причём. Я и вправду не голодна. После того, как они сделали заказ, повисло неловкое молчание, которое нарушил Джеймс своими немного странными шутками. Он был болтлив, весел, жизнерадостен, в общем, с ним скучно не было. Лана наблюдала за каждым его движением, пытаясь узнать о нём как можно больше. Её интересовал его характер, кто он такой, чтобы не ошибиться в выборе друга. Она на минуту задумалась о чём-то своём, но тут же прислушалась к внезапной тишине. - Почему вы замолчали? - заметив, что парень долго смотрит в одну и ту же точку, точнее на неё, спросила Лана.- Ей, Джеймс, вы слышите меня? - Простите, задумался... Можно я задам вопрос? - Конечно. Почему вы спрашиваете? - Муж вас любит? - Конечно же... да. - А я не уверен. Простите меня за то, что я сейчас скажу, но по вам видно, что вы одиноки, и вам не хватает любви. Похоже, ваш муж совсем не интересуется вами, - серьёзно проговорил Голден, наблюдая за реакцией сидящей напротив девушки, которая, если честно, сразу ему понравилась. Не ожидая ответа со стороны Ланы, он продолжил. - Вы уверены, что жизнь с, как всем известно, эгоистичным Сиэлем Фантомхайвом вам подходит? Мне приходилось когда-то сотрудничать с ним, и он оказался не самым приятным человеком. - О чём вы говорите? Вы можете оскорблять меня, но только не моего мужа, - резко встав со стула, заявила Лана. - Простите, но я больше не могу находиться здесь, рядом с вами. Спасибо, что помогли, - протараторила девушка и быстро поторопилась покинуть заведение. - Какая она всё-таки... настоящая, - оперевшись на руку, задумчиво сказал сам себе молодой человек, наблюдая, как девушка быстро шагала по улице, всё больше и больше отдаляясь от него. Словно фурия, неслась по городу злая девушка. Как он мог позволить сказать о Сиэле такое? Как она могла довериться этому нахалу? Да, так уйти было невежливо, но была весомая причина, которая заставила её так поступить. Внутри неё боролись два противоречивых чувства: согласие со словами парня и обида, злость. Девушка не знала, что ей делать дальше и как ей поступить. Ведь всё больше людей замечает, как она несчастлива в браке. Резко остановившись, испытывая чувство ностальгии, она повернула голову направо, и увидела мужчину пожилого возраста с протянутой рукой. Присмотревшись, у неё перестало биться сердце, увидев в лице этого мужчины знакомого ей человека. Подойдя к нему и присев на корточки, девушка спросила: - Дядюшка Антонио, это вы? - и, когда старец посмотрел своими серыми, но всё ещё не утратившими блеск глазами, Лана поняла, что не обозналась, - это я, Лана. Вы меня помните? - Ланочка... Конечно, как тебя забудешь? Ты же дочь Леи и Льюиса, моих хозяев, - дотронувшись рукой к щеке бывшей Кэрролл, сказал старик улыбнувшись. - Рад тебя видеть. Ты так выросла... - Что вы здесь делаете? Почему просите милостыню? Так не пойдёт, пойдёмте, я вас накормлю, - взяв мужчину за руки, попыталась Лана потянуть его за собой. - Нет, - уперся Дядюшка Антонио. - Я хочу спросить у тебя кое-что... Ты знаешь что у тебя есть сестра? - Да... - поникшим голосом ответила девушка. - Послушай все, что я тебе расскажу... Почти двадцать пять лет назад, я вступил в ваш дом как обыкновенный садовник, а потом стал дворецким. Я очень любил твоих родителей, ведь они дали мне крышу над головой и еду. И когда на свет появилась ты, я тоже радовался вместе с ними. Ты была долгожданным ребёнком в нашей семье. Тогда мы приняли к нам в дом Анжелику, которая стала горничной, а потом и нянчила тебя. Она была очень хорошей, помогала мне. Но я не раз видел пристальный взгляд твоего отца на ней. Девушка старалась не попадаться ему на глаза, но это всё-таки случилось. Она влюбилась в него и ничего не могла с этим поделать. Их роман затянулся надолго, и она забеременела. Помню, как-то раз я услышал их разговор. Она плакала, рассказывая о ребёнке, говорила, что должна уничтожить ошибку, ведь не хочет, чтобы Лея и ты страдали... Понятное дело, хозяин не хотел убивать собственного ребёнка, и поэтому отправил Анжелику сюда, в Буэнос-Айрес, купил ей домик, а потом и меня сюда послал. Вот, так я вновь оказался на своей родине. Это было незадолго до смерти твоей матери. - Так почему ты здесь? - Поначалу, я жил вместе с Анжеликой. Жили мы не как супруги, я помогал ей ухаживать за домом, воспитывать ребёнка, каждую неделю отправлял письма твоему отцу, в которых писал о Алисе, о том, как она растёт, изменяется... Но её мать заболела туберкулёзом, и через несколько лет умерла. Алисе было одиннадцать... - Это ничего не объясняет. - Я сам ушел из дому. Алиса и сама прекрасно справлялась, а я хотел вернуться к твоим родителям, именно я тогда узнал о смерти твоей матери. Герцог прогнал меня, сказав, что мне здесь больше не место... - мужчина улыбнулся, мечтательно посмотрев на небо. - Твоя мать была наичистейшим созданием на всём свете... Именно она приняла меня в дом и спасла от смерти на улице. Я до самой смерти буду благодарен и ей, и тебе. Ты похожа на свою мать, также упряма, добра, и такая же красивая... Я вот что хотел тебе сказать... Прими правду, не злись на Алису, она невиновна в том, что родилась от твоего отца. Я уверен, что она была бы готова на всё, чтобы своим рождением, тогда, не причинить боль твоей матери, а сейчас - тебе. Каждый человек получает то, что заслуживает. - И ты хочешь сказать, что я заслуживаю на такую несправедливость? - Нет... Это счастье, которое дано тебе спустя столько испытаний. Твоя сестра поможет залечить раны прошлого. - Нет, не поможет. Из-за неё умерла мама. - И всё-таки прислушайся к моим словам. Тайное рано или поздно становится явным. Вот, теперь ты всё знаешь, иди, сегодня был тяжелый день для нас всех... Миллионы людей решили избегать чувствительности. Они стали толстокожими, и только для того, чтобы защититься, чтобы никто не мог причинить им боль. Но цена очень велика. Никто не может причинить им боли, но никто не может и сделать их счастливыми. - Я не оставлю тебя здесь... Пойдём. - Нет, я останусь здесь. Как бы ты меня не уговаривала, я не пойду. Очень рад, что на старости лет вновь встретил тебя. - Я приду завтра за тобой. Прощай, - сказала напоследок Лана, которая, скрепя сердцем, сама себя заставила уйти. - Теперь я спокоен... Твоя дочь и вправду замечательная, уверен, она сделает правильный выбор, Лея, - вновь посмотрев на звёзды, произнёс Антонио, улыбнувшись. - Я очень рад, что поговорил с ней, теперь можно и умирать со спокойным сердцем... Тем временем Лана, шедшая по площади Сан-Мартина - главной площади и основной зелёной зоны района Ретиро в Буэнос-Айрес, настолько задумалась после разговора со старым знакомым, что даже не заметила, как пришла туда. Возможно, Антонио так говорил, потому что он воспитывал Алису и хотел сделать её счастливой. Но Лана никак не могла это принять. Мозг отчаянно сопротивлялся, не принимая правды, стараясь сохранить в своей хозяйки остаток гордости, а сердце уже давно приняло и, возможно, простило всё, что произошло восемнадцать лет назад. Фантомхайв даже не знала, к чему прислушаться, и поэтому решила пообщаться с Алисой вновь, чтобы потом окончательно решить, что ей делать. И вот, шагая по площади, она так увлеклась размышлениями, что буквально упёрлась во что-то тёплое и мягкое. Подняв глаза, она увидела... свою сестру Алису. Девушка торговала цветами на улице, и, понаблюдав за ней, Лана увидела, как та, складывая букетик с такой любовью, делала их настолько прекрасными, что они были достойны Королевского дворца. Свифт не сразу заметила Лану позади себя, только когда она развернулась, чтобы посчитать деньги, которые сегодня заработала. - О, привет, - улыбнулась девушка, развернувшись к покупателям и отдав им букет цветов. - Здравствуй... Я тут... извиниться хотела... В общем, прости меня за то, что наговорила сегодня утром, я была не права и очень обижена на отца, - подошла поближе Лана, проговорив слова извинения. - Кстати, как он? - Хорошо. Ему стало легче. Он где-то здесь прохаживается, - улыбаясь покупателям, ответила девушка. - И да, можешь не извиняться, я не обижаюсь и прекрасно понимаю, в какую ты попала ситуацию. Уверена, я поступила бы также. - Ты святая, - не скрывая восхищения над свой сестрой, сказала Лана и, посмотрев на девушку, увидела капельки пота. Она так сильно устала, что еле держалась на ногах, но принимать помощь от новоиспечённого отца не собиралась и хотела доказать, что и без чьей-то помощи проживёт. - Давай помогу? - Спасибо, но я сама. - Я настаиваю. - Хорошо, сдаюсь. Смотри, вот здесь цветы, я буду говорить какие, а ты мне их доставать будешь и подавать все остальные материалы для составления букетов. Не слишком трудно? - Алиса показала рукой направо, где лежали маленькие ящички с разными цветами, а рядом ленточки. - То, что я герцогиня, ещё не значит, что я не смогу проделать такую несложную работу. Вот всё, что и требовалось. Просто поговорить, и всё сразу станет на свои места. Алиса оказалась не такой и плохой, как считала Лана. И сейчас у девушки полегчало на душе, ведь она встретила ещё одного родного человека. Может, она и поспешила с выводами, но на душе ей стало так легко, как будто камень с сердца спал. Помогая своей сестре, она чувствовала такую радость, исполняя работу, ведь одновременно разговаривая с сестрой о её жизни, вкусах, она увидела в ней ту детскую наивность, искренность, которой ей так не хватало за столько времени. И, знаете, в один момент Лана подумала, что этой девушке всё ещё требуется мать, которая научит многому, но матери то нет, а кто ей ещё поможет, как не родная сестра?