Я научу тебя любить...

- Райто, ты совсем из ума выжил?! - чуть ли не по-змеиному шипел от злости Субару, когда они остались вдвоем. - Шу меня теперь ненавидит! - Я думал, что тебе плевать на его мнение, - справедливо заметил младший из тройняшек, поудобнее устроившись у себя на постели. - И вообще! Я тебя за уши не тянул и целовать меня не заставлял! Ты сам согласился! - А что мне оставалось делать, когда ты об меня слюни вытирал и перед всей школой на коленях умолял тебе помочь?! - в сердцах воскликнул парень, испепеляя брата взглядом. - Спрашивается, зачем согласился?! - Потому что добрый ты, - улыбнувшись, ответил Райто, снимая шляпу и кладя ее на прикроватную тумбочку. - Еще пара дней и все закончится. Обещаю. - Так я и поверил, - более-менее спокойно сказал беловолосый, благодарно кивая дворецкому за принесенный чай. - С тебя причитается. - Само собой, - игриво подмигивая брату, ответил аловолосый. - Слушай, а что у тебя с Шу? Вы что, спите вместе? - Твоя фантазия не знает границ, - пытаясь говорить спокойно, сказал Субару, по-хозяйски располагаясь в кресле. - Если ты у нас такой "уникальный", то это не значит, что мы все такие. - По крайней мере, садизм у нас наследственное, - протянул парень, садясь на постели и выжидающе посмотрев на брата. - Так вы любовники, да? - Даже если это была бы правда, то ты, - он сделал акцент на последнем слове, - последний вампир, с которым я бы хотел это обсуждать. - А без оскорблений ну никак? - наигранно надув губки, спросил Райто. - Я же тебе помочь хочу. - Ты сначала себе помоги, - не удержался от ехидной улыбки Субару, тем самым ставя крест на их разговоре. - Шу, что будем делать? - неожиданно спокойно спросил Рейджи, милостиво подождав, пока блондин сядет в кресла напротив и нальет себе вина. - Их отношения длятся уже неделю. Не знаю как ты, но мне это надоело. Эй! Я, между прочим, с тобой говорю! - А я-то здесь причем? - честно ответил парень, протягивая брату какой-то лист. - Это план репетиций. - Ты прекрасно понял, о чем я, - кладя план куда-то в стол, раздраженно сказал брюнет, впервые проявляя нетерпение. - Райто и Субару... - Субару я беру на себя, - достаточно громко оборвал его Шу. - По правилам, он все еще мой "приз", а значит должен делать то, что я скажу. - Субару и подчинение - две несовместимые вещи, - напомнил ему Рейджи. - Ты хоть сам веришь, что у тебя получиться приручить этого "бунтаря"? И что Райто в нем нашел? - Хоть в чем-то наши мнения схожи, - улыбнувшись, сказал блондин. - Мне кажется, или нас жестоко обманывают? - Намекаешь, что они хотят, чтобы мы ревновали? - изогнув в удивлении одну бровь, спросил Рейджи. - Ну и зачем? - Элементарно, Ватсон! - раздраженно проговорил парень. - Мальчикам захотелось поиграть по-взрослому. Вот они и выпендриваются. - Ну и что ты предлагаешь? - с таким видом, будто они обговаривали план военных действий, спросил Рейджи. - Отплатим им той же монетой? - Ну зачем же так сурово?! - наигранно ужаснувшись, воскликнул Шу. - Мы просто влюбим их в себя. Что скажешь? Справишься с ролью Ромео? - Раз уж на то пошло, то я скорее сыграю Отелло! - поднимая свой бокал, сказал Рейджи. - Ну, как говорят пираты: "Пришел, увидел, отобрал!" - Истина, брат! - чокаясь бокалами, сказал Шу. - Но учти, наше перемирие временно. - Я на большее и не рассчитывал, - ухмыльнувшись, ответил брюнет. - А ты не такой уж и мягкотелый. - А ты не такая уж скотина, - подхватил блондин и, под испепеляющие взгляды друг друга, парни разошлись по своим делам. - Что значит Юи не сможет петь? - спросил ошарашенный такой новостью Субару. - Юи слишком сильно фальшивит, - поддержал брата Рейджи. - Это никуда не годится. - Ну и кто ее заменит? - спросил не менее ошарашенный Райто. - Если ты не забыл, то эту песню нужно петь в паре с ДЕ-ВУШ-КОЙ! - А кто сказал, что ее часть песни не может исполнить кто-то другой? - удивленно сказал Шу. - Напоминаю, что у меня тенор. Поэтому у нас небольшое изменение в группе. Рейджи будет играть на гитаре, а я буду петь вместе с Субару. - А кто будет организатором? - вставил свое слово Аято, лениво ковыряя вилкой в салате. - Я могу быть и гитаристом, и организатором одновременно, - спокойно ответил брюнет. - Так что можешь расслабиться. Я уже купил новую указку. - А я ведь еще нужен? - наивно хлопая глазками, спросил Канато. - Не волнуйся, Канато, - успокоил его все тот же Рейджи. - Хотя бы потому, что заменить тебя некем. На этом и порешили. После тихого и как всегда спокойного ужина все направились кто куда. Аято и Райто, как обычно, пошли в комнаты Юи, дабы развлечься. Рейджи - в свой кабинет: разбираться со счетами и, тихо проклиная Шу, ведь это его обязанность как старшего брата. Канато каким-то ветром занесло на крышу. (Что он там делал неизвестно даже мне). Субару же, как идиот, молча стоял перед дверью музыкальной комнаты, где сейчас Шу наигрывал на фортепиано свою любимую мелодию Вальс Дождя. Очень не хотелось прерывать его, уж больно хотелось дослушать до конца. А поговорить они всегда успеют. Тихо открыв дверь, дабы не отвлекать блондина, Субару вошел в комнату и сел на облюбованный Шу диван. Его поза, как и всегда, была расслабленной. Играл он с закрытыми глазами, в конце концов, отточеные за многие годы рефлексы ему это позволяли. Казалось, что его пальцы вовсе не касаются клавиш: настолько волшебно звучала мелодия. Она манила, заставляла расслабиться и забыть обо всем на свете. Но Субару не мог забыться. Почему-то именно сейчас ему так захотелось заплакать. Воспоминания о матери всегда были болезненны. Что ни говори, а ее слезы и страдания оставили глубокие шрамы на его душе. Казалось, что уже все забыто. Ее нет и она уже почти исчезла из его памяти. Но, похоже, эта ночь решила напомнить о ней. В памяти парня так некстати стали всплывать обрывки воспоминаний. Вот он, маленький и напуганный, стоит возле башни, где была заточена его мать, и чуть ли не со слезами смотрит на ее почти призрачный лик. В руке зажат кинжал, который может убить даже вампира, но Субару не может выполнить ее желания. Она тихо просит убить ее... На этом глаза беловолосого наполнились слезами. Мама! Он любил ее и хотел быть любимым. Но судьба распорядилась иначе. За этими мыслями он не заметил, что брат перестал играть и подошел к нему, накидывая ему на плечи теплое одеяло. Это так было непохоже на него. Расплакаться, как ребенок, да еще и на глазах у Шу. - Ты в порядке? - вопрос, а на лице ноль эмоций. Как же он ненавидел эту притворную хладнокровную маску, которую носил Шу. Он же знал, какой он на самом деле. Он видел, как тот улыбался, злился, смеялся, что происходило крайне редко, но все же происходило. Несомненно, настоящий Шу ему нравился намного больше, чем тот, что находился сейчас напротив него. - Все нормально, - отворачиваясь, ответил Субару, дабы блондин не видел его слез. - Все хорошо. Судя по всему, Шу не поверил ему, ибо в тот же момент он повернул брата лицом к себе за подбородок и пристально посмотрел в его глаза. Причем беловолосый готов был поспорить, что на мгновенье его лицо было обеспокоенным, но это только на мгновенье. - Почему ты плачешь? - нагнувшись поближе, снова спросил Шу. Теперь его лицо было буквально в нескольких сантиметров от лица Субару. Сопротивляясь желанию поцеловать эти пухлые, подходящие больше девушке, чем парню, губы, Шу большим пальцем стер вновь навернувшиеся на глаза слезы. Меньше всего ему хотелось видеть, как плачет Субару. Будь на его месте кто-то другой - он бы и глазом не моргнул, а Субару совсем другое дело. - Не жалей меня, - закусив губу, дрожащим голосом сказал парень. - Я не хочу, чтобы ты меня видел таким. - Если хочешь побыть один, то я уйду прямо сейчас, - продолжая держать парня за подбородок, сказал Шу осторожно касаясь губами его лба. - Ну ты прямо как напуганный ребенок. - Я не ребенок, - отстраняя от себя брата, сказал Субару, поднимаясь с дивана и направляясь к двери, напрочь забыв о том, что хотел поговорить с Шу насчет репетиций. - Не рассказывай никому, а то... - У меня и в мыслях не было, - улыбнувшись, сказал Шу, наблюдая за тем, как дверь за парнем закрывается. - Ты будешь моим, Субару, и только моим.