Я научу тебя любить...

- Райто, тебе кто-нибудь говорил, что, пока Бог раздавал мозги, ты, вероятно, стоял в очереди за конфетами, - притворно-ласково спросил брюнет, в очередной раз ударяя по рукам парня указкой, да с такой силой, что на идеальной, казалось, фарфоровой, коже оставалось красное пятно. - У тебя ноты перед носом лежат. Неужели так сложно сыграть правильно? - Но я и так делаю все возможное, - обидчиво надув губки, протянул аловолосый, тряся ладонью, дабы хоть как-то отогнать боль. - Если ты будешь и дальше меня бить по рукам, то я не смогу играть вообще. Я же не виноват, что у Шу почерк такой неразборчивый. - С точки зрения банальной эрудиции, не каждый человеческий индивидуум способен лояльно воспринимать все тенденции того бессвязного бреда, который льется из твоих уст, - сурово сказал Рейджи, тыкая носом парня в листок с нотами. - Что тут не понятного? Это ведь обычная гамма Соль-мажор. Первый бокс должен начинаться на нижней струне Е, 3-ем ладу – которым является Соль. Шу добавляет ноты, начиная с этого лада, чтобы построить гамму: Соль, Ля, Си, До, Ре, Ми, Фа-диез, Соль, Ля, Си, До, Ре, Ми, Фа-диез, Соль. Что не ясно? - Прости, - виновато проговорил Райто, кладя листок рядом с собой. - Этого больше не повторится. - Я надеюсь, - устало проговорил брюнет, положив указку рядом с собой и возвращаясь к гитаре. - Ты слишком строг к нему, - тихо заметил Субару, поправляя микрофон и с жалостью смотря на Райто. - Ты как? Очень больно? - Да не особо, - виновато потупившись, ответил парень, потирая ладонь. - Ты не устал, милый? Может чаю? - Продолжаем! - грубо прервал их задушевную беседу Рейджи, ловля на себе укоризненный взгляд Аято и Субару. - По списку, который составил Шу, мы должны репетировать по три часа в день. Без перерыва. - И это не обсуждается, - подхватил его блондин, стараясь не смотреть в сторону Субару. - Вы еще долго будете стоять? Или вам особое приглашение необходимо? Аято, начинай счет. - Ладно, - неохотно отозвался парень. - Раз, два, три. На всеобщее удивление, Шу пел очень мягким, тонким, нежным и очень подвижным голосом. До женского конечно было далеко, но и этого было вполне достаточно. Немного переделав текст и прорепетировав, Субару и Шу все же удалось спеться вместе. Правда не обошлось без проблем. То Аято поспешит, то Райто опять допустит ошибку, то и Субару переделанный текст забудет, но в общей сфере получалось очень даже неплохо. С приятным лирическим баритоном Субару, драматический тенор Шу сочетались очень даже неплохо. Это был вынужден признать даже Рейджи, поэтому, когда Субару ошибался, его части тела не страдали от деревянной указки брюнета, чего нельзя было сказать о Райто. Парню то и дело доставалось от старшего брата и тот, закусив губу, молча терпел удары, лишь изредка возмущаясь. К концу репетиции Райто не чувствовал своих рук. Они все были покрыты красными полосками, и поэтому сразу после репетиции он направился в туалет, где засунул руки под холодную воду. Боли от этого меньше не стало, но неприятные ощущения немного пропали. Тихо всхлипнув, он сдерживался, чтобы не заплакать. Еще никогда Рейджи не был так жесток. Никогда. - Будем считать, что холодный компресс ты уже приложил, - послышался позади парня спокойный, холодный голос брюнета. - Такими темпами тебе придется стоять вот так примерно час. - А тебе какая разница? - грубо ответил парень, всхлипнув в очередной раз. - Это все из-за тебя. Рейджи, ничего не ответив, достал из кармана какую-то мазь и поставил ее рядом с раковиной. - Это мазь из бодяги, - спокойно пояснил брюнет. - Она поможет снять отек, предотвратить развитие гематомы и снизить боль. Помажь ей ладони и возвращайся в машину. Когда вернемся домой, зайди ко мне за необходимыми препаратами, в числе которых противовоспалительные мази. Они обладают не только обезболивающим действием, но и снимают отечность, замедляют воспалительный процесс. Через неделю, думаю, все пройдет. И не пытайся лишний раз шевелить пальцами. Это лишь усилит боль. И поторапливайся. У нас не так уж много времени. Сказав это, Рейджи исчез, не обращая никакого внимания на благодарные слова брата. Лишь когда он оказался в коридоре один, он позволил себе улыбнуться. Все шло как раз так, как и было задумано. Главное теперь - не упустить рыбку, которая так услужливо сама проглотила наживку. - Не стоит радоваться раньше времени, - предупредил его Шу, который все это время наблюдал за действиями брюнета. - Метод "Кнута и пряника" конечно неплох, но не забывай, что скверный характер у нас наследственное. - Уже и порадоваться нельзя, - еле сдержавшись, чтобы не закатить глаза к потолку, сказал Рейджи, направляясь вместе с братом в машину. - А как обстоят твои дела с Субару? Только не говори, что ты до сих пор ничего не предпринял. - Я в процессе, - успокоил его блондин, тактично промолчав о прошлой ночи. - Субару и так будет моим, хочет он этого или нет, но я научу его любить. - Ну, ну. Удачи, - ответил ему брюнет и замолчал, ибо все, что можно было сказать, уже было сказано. Сад в особняке Сакамаки отличался своей изысканностью и красотой. В основном в нем росли белые розы, которые так любил Субару. Шу также знал про то, что младший брат любит вечером прогуливаться здесь, и не брезговал этим воспользоваться. Если вчера все вышло абсолютно случайно и Субару удалось застать его врасплох, то сегодня все будет так, как того желает Шу. Сорвав первую попавшуюся розу, блондин сел около фонтана дожидаться Субару. Что-то подсказывало ему, что он придет именно сюда. За ожиданием горе-братца на Шу нахлынули воспоминания прошлой ночи. Почему Субару плакал? А главное, зачем он пришел к нему? Еще не меньше его интересовал вопрос: почему он стал утешать его? Ну поревел бы и что с того? Какого, спрашивается, лешего он, как сумасшедший, ринулся помогать этому мальчишке, который сам не понимает, что делает? - Как же тесен мир, - удивленно проговорил кто-то рядом с Шу, непонимающе смотря на него. - И что ты тут забыл в такое время? - Я бы хотел спросить у тебя тоже самое, - немного помедлив ответил блондин, с трудом удерживая ухмылку. - Так хотел меня увидеть, что даже сюда приперся? А это случайно не башня Кри... - Закройся! - зло проорал парень, ударяя по злополучному фонтану и оставляя на ней нехилую вмятину. - Какого черта тебе здесь нужно? Блондин просто пожал плечами, усиленно делая вид, что ему все равно на агрессивные выпады со стороны младшего брата. Тот, в свою очередь, не сводил с парня злобного взгляда, явно мечтая прожечь в нем дырку. Так и не дождавшись ответа, Субару уже хотел уйти, но... - Почему ты плакал? - задал давно мучащий его вопрос Шу. - Это ведь все из-за Кристы? Я прав, не так ли? - Не твое дело, - пытаясь говорить спокойно, ответил парень, круто развернувшись и ловя холодный взгляд небесных глаз. - Это мое личное дело. - Ключ на твоей шее может открыть эту башню, - между тем продолжал блондин. - Ты мог освободить ее, но не сделал этого. Ты винишь себя за то, что не помог ей. Вот почему ты плакал тогда. Мелодия, которую я играл, очень любила моя мать - Беатрис. Каждый вечер я играл для нее... Нет, не так. Я играл для себя, дабы доказать всем, что хоть чего-то стою. А ты... Ты выражаешь свое достоинство силой. Но, несмотря на это, ты слаб. Слаб потому, что не смог защитить ее. - Заткнись! Заткнись! Заткнись! - бросившись на брата, прокричал беловолосый, явно забыв о разнице в силе. Шу легко увернулся от его удара и, резко оказавшись сзади, заломил брату руку, повалив его на землю, дабы больше не дергался. Не согласный с таким положением вещей Субару пытался выбраться, но Шу крепко держал его. - Успокойся, - как всегда спокойно сказал блондин, в этот раз откровенно улыбаясь. - Значит, я оказался прав. Ты и правда жалок. После этого Шу немного приподнялся, дабы перевернуть Субару к себе лицом и грубо поцеловать его в губы. Сейчас о нежности не могло идти и речи, да и вампирская сущность требовала больше, чем поцелуй. Но заходить так далеко блондин не намеревался. По крайней мере сегодня. А вот завтра, когда они будут одни, он вдоволь наверстает упущенное. Нельзя было ломать эту милую игрушку прямо сейчас. Ведь только неразумные дети не понимают, что играть с целой игрушкой намного веселее и приятнее, чем со сломанной. Оторвавшись от губ ошарашенного Субару, Шу отпустил его и быстро перебрался подальше от брата. В конце концов, хорошего понемножку.