GK ("Герда и Кай"-2)

Октябрь 2012 – Блядь, Доронин, – Даня споткнулся об очередную коробку в коридоре квартиры Кирилла и потёр ушибленную лодыжку. – Ты их разберёшь когда-нибудь, а? Задолбало. – А ты под ноги смотри, – усмехнулся Кир, глядя на него из кухни. – Они вроде не маленькие, сложно не заметить. – Ты так и будешь на чемоданах жить? Или ещё куда перебираться собрался? – Данька сел за стол, стянул из вазочки печенье. – А может, это у меня дизайнерский ход такой! – Кирилл разливал чай в кружки. – А… Ну-ну. Дизайнёр, блин. Корми гостя, чего стоишь, – обаятельно улыбнулся Крайнов. – Тем более у меня травма. – Гостя! Ты как у себя дома. – Дома у меня нет огромных коробок. – Зато куча всякой мелкой ерунды типа ручек, карандашей, ножниц и прочего. Я, кстати напомнить, чуть на ножик канцелярский не наступил! – Макетный, – поправил Данила. – Что? – Нож был макетный, а не канцелярский. Он тоньше и острее. – Спасибо, ты меня вот успокоил сейчас! – возмутился Кирилл. – Ну, не наступил же. – Везунчик. – Это я тебя предупредил. – Держи, гость, – Кир поставил перед ним кружку, прерывая полемику. – И вспомни, зачем мы здесь собрались. – Что, прям здесь? – удивился Даня. – А что? – Ну, я думал, ты там фон будешь искать, свет, чтобы я был неотразим. Кирилл закатил глаза, сел на угловой диванчик и взял в руки камеру. – Ты ещё пожалуйся, что нефотогеничен. – И пожалуюсь! – Не сомневался. Знаешь… – Что? – Я вот думал… – Кир щёлкнул чашки на столе, Данькины пальцы, вертящие чайную ложку. – Вот вроде бы я и знаю, как у вас со Стасом. Видел, ты рассказывал. А всё равно, когда вот так от первого лица, это совсем по-другому. Иначе воспринимается, и картинка объёмнее. Понимаешь? – Понимаю, – кивнул Даня и как-то хитро взглянул на него. – Что? – Пока ничего, а там посмотрим, – и подмигнул. – Му-утишь ты, Крайнов, – Кирилл сфотографировал его лукавую усмешку. – Ну да ладно. Готов? – Ага, готов. Но это будет не самая весёлая часть рассказа, – Данила отпил чая, поболтал в нём ложкой, собираясь с мыслями. – Мы тогда со Стасом на курсы вождения пошли вместе. Друг друга проверяли, выбирали будущую машину ему, мне, уже готовились права получать, и тут авария с Ромой. Это где-то в конце марта было. Ты помнишь? – Кир кивнул. – Стасу из больницы позвонили. Номер на свеженапечатанных визитках был, – Данька вздохнул. – В больницу я с ним поехал. И я же должен был позвонить Насте, чтобы сказать, что Ромку не довезли… Я не сказал бы, что у нас с сестрой такая прям тесная связь, что друг друга на расстоянии чувствуем и так далее. Но в отдельные моменты… Это как когда родители разошлись окончательно, когда у папы инсульт случился, когда мама сказала, что замуж выходит… Тут – да, чувствуешь. С Ромкой так же. Это было нереально больно. Я и договорить-то не успел, она сама поняла. И мы больше не разговаривали, пока она в Москву не приехала. Но ты помнишь, какой я был, – Кирилл снова кивнул. – Хорошо, к ней в Берн Пашка полетел, он всегда поддержать мог, я бы просто убивался рядом. А так курсы забросил, сидел дома, пытался учиться, Стас рядом. – Как же её отец отпустил? – Ты не знаешь Настю? – улыбнулся Данька. – Она своего добьётся. Решила встать на Ромкино место, значит, станет. Что, собственно, и сделала. Конечно, папа не доверил вести филиал одной, да ещё и в таком состоянии, послал управляющего. Ну и Стас, конечно, на подхвате. – А потом… – А вот потом случился «бумс». Вот представь, – Крайнов уселся удобнее, – идёшь ты с учёбы, ничего не подозреваешь, тут тебе звонит твой парень и сообщает, что надо купить большой торт, где много-много крема. Причём парень сладкое на дух не переносит. Мысли, конечно, всякие в голову лезут. Зачем? С чего вдруг? Но ты послушно идёшь в магазин, выбираешь огромный торт, где сплошной крем, и идёшь домой. – В смятённых чуйствах, – подсказал Кирилл, улыбаясь. – Вот-вот. Заходишь в квартиру, а тебя встречают два загадочных персонажа – твой парень и твоя сестра. О-о-очень загадочных. Переглядываются, улыбаются. Тут всё что хочешь передумаешь! – А всего-навсего… – Нихрена ж себе всего-навсего! Всю жизнь, блин, мечтал услышать фразу «я беременна»! – Охренел? – рассмеялся Кир. – Охуел, дорогой! Я чуть было не ляпнул Стасу: «От тебя?!» Убил бы обоих, честное слово. – Хорошо, не ляпнул! – Просто не смог. Меня новость в ступор вогнала. – Зато потом выгнала! Ты носился вокруг Насти больше и громче всех. – Ну, знаете ли, не каждый день племянниками радуют. Имя, кстати, тоже я придумал. – Ага, а ничего, что из четырёх вариантов жребием выбирали? – Но выбрали-то мой! – Ладно, ладно, дядя. – Это так классно! – Даня изобразил нелепое движение руками, разулыбался и светящимися глазами посмотрел на Кирилла. – Ну, как из роддома их забирали, видел наши лица. – Да-а! Такие умильно-удивлённые: «ой, человеческий детёныш!» Бедный Витя, ему расти среди трёх неадекватных дядей и весьма неадекватного папаши. Пашка ж его до безумия любит. – Это офигенная компания, между прочим! – И он к Пашке тянется, – тихо добавил Кир. – А как же, отец всё же. Хоть и неродной. Я не знаю, скажут ли Витьке когда-нибудь, – Данила пожал плечами. – Да и не суть. Он же с ним… Это не передать. И покормить, и поиграть, и спать уложить, и Настю лишний раз не тревожит. При этом учиться и работать успевает. Такого отца всем бы. Долго они, конечно, с отношениями тянули. Друзья, друзья… Какие там друзья? Я так и не понимал. – А когда определились? – Витьке уже месяца три было. И тогда решили попробовать. – Вот Пашка даёт, – усмехнулся Кирилл. – Он же со школы… – Ага, со школы. Я сам удивлён. Думал, в универе найдёт кого, а нет. – Даже завидую… Даня ободряюще сжал его плечо. – О, я рассказывал, как мы в магазине были? Стоим в очереди: я с тележкой, Стас с Витей на руках. Перед нами женщина тоже с заполненной доверху тележкой, косится на нас иногда. Витьке скучно, он возиться начинает, ему действие надо, меня за нос хватануть, например. При этом балаболит что-то на своём. Самое интересное, Стас ему что-то отвечает. Во-от. Тут женщина оборачивается к нам в который раз и говорит Стасу: «Какой у вас сын очаровательный». Витька на пару секунд замолчал, смотрит на неё, палец сосёт, а потом снова куролесить начинает. А Стас просто отжёг! Поворачивается ко мне, чмокает в щёку и сообщает: «Дорогой, мы на выходе постоим, ладно?» Я заторможенно киваю, тётку сдувает с места. Вот что ты ржёшь? Я охуел! Дорогой, блин! Подожди, не икай, сейчас ещё расскажу… Что-что, а говорить о племяннике Крайнов мог часами. Он его обожал и всячески баловал вопреки запретам родителей. Закидывал игрушками, втихаря кормил сладким и не упускал ни единой возможности заехать и потискать. – …Тогда Настя просила с ним посидеть, а я ж на курсы вождения вернулся, задерживался. Стас его развлекал. И вот прихожу я домой, довольный как никто, с подарками и едой, захожу в комнату, а там идиллия: Витька среди кучи игрушек с какой-то погремушкой в руках и Стас полулёжа рядом машинку по полу катает. Тут Витя глаза на меня поднимает, большущие, каре-зелёные, улыбается и выдаёт что-то похожее на «Дань…ка!» Звонко так, ещё и ручонками взмахнул, погремушка на это «ка!» звякнула. Стас аж дёрнулся и говорит: «Ага, Данька, пришёл меня сменить, а то ты дядю загонял». Встаёт, забирает пакеты и выходит. – У Стаса спать его укладывать получается здорово. – Это да. Как он это делает, не знаю. А ещё Стас охрененно книжки читает! Бли-и-ин, – Даня прикрыл глаза. – Я знал, что у него голос сексуальный, но он много никогда не говорил. То есть так много, чтобы на десять страниц книги. Я когда первый раз застал их, заслушался. У Стаса ещё сессия шла, он и Историю России читал, и что-то финансовое, но с таким обалденным выражением! Ты не представляешь. Голос тихий, выразительный… О-ох! Я бы сказал, и чувственный. Потом заставил его мне читать про архитектуру восемнадцатого века. – Долго уговаривал? – Я после расплатился, – подмигнул Данила. – По полной программе. – Я б посмотрел, – шутливо задумчиво произнёс Кирилл. – Можешь попробовать уговорить нас на фотосессию в стиле «ню». – А реально? – Не знаю. Я-то могу согласиться, а со Стасом повозиться придётся. – Ладно, это мы ещё подумаем. – Ага. А поехали к ним завтра, а? Заберём Витьку погулять, дадим влюблённым побыть вместе. – Да не вопрос! – кивнул Кирилл. – А теперь ты мне поможешь пару коробок разобрать. Поднимайся-поднимайся, насиделись. – Эксплуататор, – поднимаясь, проворчал Даня.