Пролог
15 мая 2014 г., 05:42
Небо над городом сегодня какое-то хмурое. С самого утра оно затянуто тучами, и только к вечеру начало проясняться, так что сейчас там смешались серые и оранжевые краски. А еще из всей этой воздушной палитры то и дело срывается дождь. То затихает, то снова барабанит в окна, выбивая какую-то неведомую мелодию.
Госпожа Маиджима вот уже четвертый час протирает бокалы, чтобы хоть как-то бороться с досаждающей скукой: за весь день к нам заглянула всего пара посетителей, да и те недолго развлекали хозяйку разговорами. Выпили по чашечке кофе и упорхнули в открытую дверь, так и оставив нас грустить вдвоем.
Лично я жутко не люблю подобные дни. Причина проста: в такую погоду завсегдатаи нашего кафе предпочитают сидеть дома, укрывшись пледиками, а не переться невесть куда ради интересной беседы за чашечкой чего-нибудь ароматного. С тех пор, как Маиджима-сан взяла меня работать официанткой, моим любимым занятием стало слушать россказни наших посетителей. Они, впрочем, редко когда с большой охотой выкладывают фрагменты своей биографии, но уж если начнут – могут болтать хоть до закрытия. «Главное, чтобы за кофе платили!» – говорит мне хозяйка. Лукавит, конечно, – ей не меньше моего интересно, да виду подавать нельзя.
Она частенько ругает меня, что я много отвлекаюсь от дела, но ведь так хочется иногда послушать очередную историю. Даже если мало что понимаю, все равно держу ушки на макушке. Мало ли, а вдруг и впрямь чего интересного услышу!
Но вот незадача! Наше кафе, именуемое «Кошкин Дом», расположено в пригороде Токио, месте настолько удаленном, что сюда почти никто не заходит. Те же, кто случайно забредают, редко остаются надолго, а уходя – почти никогда не возвращаются. То ли дело те, кто приходит сюда специально, имея в пригоршне добрую дюжину интересных рассказов. В особенности часто тут звучат истории, события которых произошли не в этом, но в НАШЕМ мире. Их я люблю слушать больше всего.
Часы пробили шесть, но в зале кроме нас с хозяйкой так никого и нет. Обычно, если посетителей совсем нет, Маиджима-сан отпускает меня домой пораньше. Но сегодня она почему-то не говорит мне собираться, а лишь смотрит, то на часы, то на дверь, лукаво при этом улыбаясь. Мне интересно, о чем же она думает. Но как только я открываю рот, чтобы спросить, звенит дверной колокольчик.
Взглянув на дверь, я вскакиваю с табурета, хватаю поднос и меню, но хозяйка останавливает.
– Погоди, Наоми-чан. Этим клиентам не нужно меню.
Я удивленно смотрю на нее, затем оборачиваюсь к двери. На пороге уже стоят новые гости: двое парней и девушка. Первым заходит невысокий парень ничем особо не примечательный: коротко стриженные коричневые волосы, зачесанные назад так, что лишь челка спадает на лоб, голубые глаза прикрывают очки в тонкой оправе. Одет он в обычные джинсы и коричневую кожаную куртку. Девушка, вошедшая следом за ним, довольно красива. На ней не так много косметики, нет украшений, но присутствует в ее лице некая природная женственность. Черные волосы спускаются почти до плеч, сливаясь с черным пальто, а глаза будто отсвечивают серебром. Зато последний вошедший весьма отличается от своих товарищей. Растрепанные светло-русые волосы прикрывают один глаз. Тот же, который видно, сияет словно изумруд – к слову, особенно ярко это видно, когда парень бросает мимолетный взгляд на девушку. На нем нет верхней одежды, а от осеннего ветра его спасает лишь черный свитер под горло. В довершение ко всему, он достаточно высок, что не свойственно представителям нашей нации. Мне сперва показалось, что он иностранец, но нет – глаза раскосые, скулы приподняты и говорит без иностранного акцента.
– День добрый! – говорит он. – Или надо говорить «вечер»? Эх, признаться, я совсем потерял счет времени.
Его голос кажется до жути знакомым, да и внешностью он тоже кого-то напоминает. Но вот кого?
– Вот уж не думал, что у «Бочки эля» существует реальный аналог, – продолжает он, проходя внутрь.
Его друзья присаживаются за дальний столик, а сам он подходит к стойке. Только сейчас я замечаю, что он прихрамывает, опираясь на деревянную трость.
– Гляжу, ты как всегда в своем репертуаре: обещал ведь прийти к полудню! – госпожа обращается к нему, как к старому знакомому, хотя я его прежде тут не видела. Или все-таки видела?.. Нет, ну ведь точно видела. Но здесь ли?
– Лоретта, могла бы пожалеть меня бедненького. Я ведь только начал заново учиться ходить. – С этими словами он поднимает руку и трясет перед носом Маиджимы-сан тростью.
Ну дела! Так фамильярничать с женщиной, которая на десяток лет его старше! И ладно бы просто фамильярничал – он назвал ее «Лоретта». А ведь это имя госпожи мало кто знает. Имена из того мира вообще мало кому известны, и люди не охотно о них говорят.
Словно прочитав мои мысли, он внезапно наклоняется, взъерошивает рукой мои волосы и улыбается, как старой знакомой.
– О, Риса-чан, ты подросла!
От удивления я даже отшатнулась. Хорошо, хоть не упала. Получается, и мое имя он тоже знает. Притом, из его уст оно звучит так знакомо…
Однако парень не обращает на это внимания. Вновь обернувшись к Маиджиме-сан, говорит:
– Ну так что, сделаешь, что обещала? А то ведь я с другого конца Токио на дегустацию ехал.
– Само собой! Садись, я как раз заканчиваю.
Следуя ее совету, парень оборачивается и отправляется к друзьям за столик. И, может это мое воображение разыгралось, но он подмигивает мне.
– Маиджима-сан, а кто это? Ваш старый знакомый, да? – спрашиваю я.
– Не поверишь, твой тоже! – отвечает она, все так же продолжая над чем-то усердно корпеть у плиты. – Просто ты знала его версию двухлетней давности. Разумеется, внешне он, как и все мы, слегка изменился.
Только теперь я начинаю понимать. Образ, что порой всплывал в моей памяти на протяжении последних трех месяцев, вдруг обрел очень четкие черты. Да, цвет волос и глаз у них были разные, да и голос этого парня чуть больше отдавал хрипотцой, но…
И если до этого момента я не была до конца уверена, то врученный мне поднос с тремя кружками черного ароматного напитка выбил все сомнения прочь. Этот аромат я не могла ни с чем спутать – аромат последней ночи в том мире.
Госпожа понимающе мне улыбнулась, дескать, наконец-то я все поняла. И правда, давно было пора!
Гости выбрали столик у окна. К сожалению, обычно за ним редко кто сидит, а ведь отсюда я могу слышать, о чем говорят посетители, не отходя от стойки. Но клиенты, видимо, боятся сквозняков, потому это место частенько пустует. Но в этот раз гости не просто так выбрали его.
Приятель госпожи открывает окно, достает из кармана пачку сигарет и закуривает.
– Вот теперь жизнь удалась. Ради такого стоило пройтись! – радостно заявляет он, когда я ставлю на стол кружки с напитком.
– Желаете чего-нибудь еще? – вежливо уточняю я.
– Расслабься, Риса! Не первый же день знакомы. Или… погоди, а ты меня не узнала?
Мне становиться очень неловко. Щеки становятся пунцовыми, но желание знать наверняка все же побеждает:
– Вы ведь… Марэ, верно?
В этот момент его друзья переглядываются, от чего мне становится еще более неуютно. Неужели я ошиблась?
– И да, и нет, – неожиданно отвечает он. – Марэ… Ночным Кошмаром я был в Айнкраде, а сейчас я просто Широ. Не больше и не меньше.
– Широ… значит… – мне неловко, но я рада. Вот значит, как его по-настоящему зовут. Широ.
Мне хочется о многом его спросить, но хозяйка неожиданно подзывает меня к себе.
– Я знаю, ты не прочь с ними поболтать, но пока что ты еще на работе, так что не отвлекайся. Не волнуйся, как только закончишь протирать тарелки и приборы, наполируешь столы, проверишь… – и поверьте, этот список продолжался достаточно долго. Из всего я поняла, что ближайшие несколько часов я смогу только слушать. Ну да ничего, пусть так. Он ведь здесь, и исчезать никуда не собирается, а значит, успею еще обо всем его расспросить.
А тем временем парень в очках удивленно глядит на Широ, следя за каждым его движением. Он, разумеется, тоже это замечает, а потому спрашивает:
– Брин, дружище, ты меня пугаешь! Такое ощущение, что я тут перед вами фокусы показываю!
– А, простите! Просто непривычно видеть вас с сигаретой, а не трубкой. И вообще, зовите меня, пожалуйста, настоящим именем!
– Ладно-ладно, Сеичиро-кун! А трубка дело хлопотное и неэнергоемкое. Курить ее в реале довольно трудно, но и не курить совсем я тоже не могу. Так что Marlboro мне в помощь! – сказав это, он выдыхает очередное кольцо дыма с таким упоением, словно цветок нюхает. Этого я никогда не могла понять.
– Кстати, – неожиданно говорит девушка, – а что это за история с Ночным Кошмаром? Ты действительно себя так называл?
Широ виновато чешет затылок, смотрит куда-то в сторону, глупо хихикая, но девушка не отступает.
– Ши-и-иро! Я хочу знать! И вообще, почему ты мне раньше об этом не рассказывал?
– Семпай, неужели именно вы были тем самым охотником на «красных»? У меня к вам, между прочим, тоже куча вопросов накопилась. И ответ на главный я бы хотел услышать прямо сейчас. Не то рискую взорваться от любопытства. – Лицо Сеичиро выражало невиданную серьезность. Было видно, что этот вопрос назревал у него уже очень давно:
– Семпай… как вышло, что вы все еще живы?
На пару секунд в зале повисла неловкая тишина. Даже госпожа перестала греметь тарелками за стойкой, желая услышать ответ. Озвучивать его, впрочем, никто не спешил.
Широ задумчиво глядел в окно, надо думать, выбирая правильные слова, а его друзья с неустанным интересом наблюдали за сим мыслительным потугом.
– Знаете, – наконец, начал он, – эта часть моего пребывания в САО отнюдь не является моим предметом гордости. Мио, я не рассказывал тебе эту историю в первую очередь потому, что мне было стыдно…
– Широ – ты дурак! – не дожидаясь продолжения, выпалила девушка. – Пока ты оставался в ловушке игры, я каждый день ходила в храм, молилась всем богам… я готова была на все, чтобы ты остался жить. Что бы ты там не делал, главное – сейчас ты здесь! Мне не нужно большего.
Он улыбнулся ей. Я сразу узнала эту улыбку: веселая, грустная, душераздирающая, но обнадеживающая. Он часто так улыбался в то время. Это выражение лица как нельзя лучше показывало всю его суть – человек, что всегда балансирует на грани. Это в нем не изменилось.
Впрочем, девушка тоже это понимала. Она прильнула к его губам, одарив легким поцелуем, а затем… она отзеркалила ее. Ее улыбка была точно такой, разве что чуть более радостной. Эта девушка, Мио, наверное, лучше всех понимала Широ.
– Расскажи мне все.
Широ, изрядно покрасневший, быстро отвернулся. Взглянул на Сеичиро в поисках поддержки, и тут же понял, что не тут-то было. Казалось, ради того, чтобы узнать, уже сам Сеичиро готов был его с ног до головы расцеловать. Жажда знаний – страшная вещь!
Поняв, что деваться некуда, Широ извлек из кармана еще одну сигарету, щелкнул зажигалкой и вновь заговорил:
– Ладно, уболтали. Но предупреждаю: эта история будет отнюдь не веселой. И начинается она с того момента, когда я отправился на сделку с – если хотите – и дьяволом и богом того мира…
