Хроники Айнкрада

«Как рождаются кошмары» история рассказанная Широнуи Нагисой

Вспоминая сейчас то время, я отчетливо понимаю, какой эгоистичной сволочью был. Но тут уж ничего не поделаешь: в тот злополучный день вся моя жизнь пошла крахом. Дальнейшее существование не представлялось мне целесообразным, а мысли всецело было охвачены желанием свести счеты с жизнью. Пожалуй, сидя тогда на краю света, я был готов блаженно предоставить свое виртуальное тело небесной бесконечности. Просто сделать шаг вперед, и утонуть в пушистых бледно-оранжевых облачках, прерывая свою агонию. Мне незачем было продолжать жить – так я думал сперва. Единственная, ради кого я готов был жить, рассыпалась сияющими песчинками на моих глазах; ее убийцы, угрожающие скорой расправой над всеми моими друзьями, пали от моей руки; сам же я обратился для всего Айнкрада безжалостным убийцей. Казалось бы, что еще мне оставалось? В особенности, учитывая, что само мое существование ставило под угрозу жизни и благополучие всех, кто был мне дорог. Если бы не одно маленькое обстоятельство, я бы действительно решился на этот шаг. Но даже в тот момент мое нечеловеческое любопытство взяло верх: голос Альфы крутился у меня в голове, сводясь к одному единственному слову – «Организация». Тот день был действительно очень долгим, так что мысли мои смялись в один большой ком и никак не хотели расставляться по своим местам. Поэтому только сейчас я начинал понимать, о чем тогда шла речь. Те слова Альфы, которым я сперва не придал никакого значения, оказались куда более зловещими, чем все прочие его речи, чем раскрытие обстоятельств смерти моего старого друга Арти, чем его обезумевшее лицо за момент до смерти. Организация – один из Айнкрадовских мифов. Общество, в которое входили могущественные мира сего. Топовые игроки, лидеры гильдий, ремесленники – в сущности, обычные игроки, которых от остальных отделяет всего одна вещь – нежелание заканчивать игру. Разумеется, никто из них не говорил об этом напрямую. Это же вздор: не хотеть вновь очутиться в реальности, увидеть своих близких, почувствовать свое настоящее тело. Те, кто высказывал иное мнение, чаще всего рассматривались обществом как умалишенные и списывались в утиль. Потому-то никто не спешил во всеуслышание кричать о своих политических взглядах, предпочитая мило улыбаться и топать на передний край. Считалось, что каждый игрок непременно хочет достичь верхнего этажа и сбежать из этой игры-ловушки. Миф существовал почти с самого начала игры, но никто ни разу не смог доказать его реальность. Признаться, даже я, услыхав об этом, решил что Организация – не более чем обычный слух. Однако теперь, услышав упоминание этой самой Организации из уст покойного майора Армии, это не давало мне покоя. Ведь если я правильно уловил суть его речей, его целью являлся захват власти в Айнкраде и прекращение прохождения игры. Произойди это, и шесть тысяч игроков уже никогда не покинули бы парящей крепости. Но если майор стремился лишь опередить своих товарищей, то сколько еще будут ждать другие члены Организации, прежде чем перейти к решительным действиям? Одна эта мысль оказалась настолько ужасной, настолько дикой, что моментально вытеснила из головы все прочие. Я внезапно ощутил, насколько малы и ничтожны мои собственные проблемы, по сравнению с пожизненным заключением в цифровом мире всего здешнего населения. Даже местный Бог, которого многие считали безумным тираном, на деле же давал куда больше свободы. Дескать, хотите быть свободными – пожалуйста! Никаких преград, только одно условие: вальните сотню боссов. А так – делайте что хотите. Но методы Организации были уж совсем невменяемыми. И вот тогда-то я понял одну вещь: во всем Айнкраде я, пожалуй, единственный непричастный к Организации человек, который знает о реальности подобной угрозы. Да и к тому же, даже несмотря на все со мной произошедшее, я по-прежнему был блюстителем закона. Вот только… Думаю, следует сразу пояснить, в каком контексте происходили мои внутренние размышления. Я был зол на весь мир в целом, и на себя в частности, загрызен собственной совестью, отвержен всеми, и больше всего желал поскорее покончить со всем. В то же время мое чувство долга упрямо твердило мне, что я не могу, не имею права вот так просто все оставить. Ведь даже те, кого, как мне казалось, я смог защитить, все еще были под угрозой пожизненного заточения. Выход был лишь один: разобраться с Организацией, и только затем уже решать свою судьбу. Но сперва я должен был исчезнуть. Для старого Широ больше не было места под солнцем, ведь теперь на него объявлена охота. Притом, пока я жив, все те, кого я смел считать друзьями, были бы под подозрением как соучастники. Больше всех, разумеется, рисковало мое непосредственное начальство в лице Синкера и Юриэль. Не мудрено: когда один из приближенных правящей верхушки уничтожает целый отряд оппозиции, ни у кого не возникает сомнений, что приказы ему отдавало руководство. Репутация моего верного помощника Брина так же могла пострадать, ну а о том, что мои товарищи постарались бы со мной связаться я и вовсе молчу. Потому мне следовало каким-то образом исчезнуть. Сделать так, чтобы весь Айнкрад считал меня покойником, и лишь затем приступать к расследованию. И я уже знал, как это провернуть. Материализовав из своего инвентаря все элементы моей «армейской экипировки», я швырнул их прямиком за борт парящей крепости. Осталась лишь броня из черной кожи и ткани, носящая имя «Вестник» и кинжал класса «божественный» - «Линчеватель». В будущем эти элементы стали визитной карточкой игрока, прозванного в народе Ночным Кошмаром.

***

Лишь одна свеча освещала просторный кабинет лидера РыКов. Сам Хитклифф сидел за своим письменным столом и, периодически устало вздыхая, перебирал последнюю кипу бумаг. Было уже за полночь, когда в его дверь постучали. Несомненно, одна из красивейших девушек Айнкрада, лучшая рапиристка и сублидер гильдии стояла на пороге. – Как вы тут, лидер? – поинтересовалась она у начальника. – Ничего, справляюсь. – Он приветливо улыбнулся ей и откинулся на спинку кресла. – Ты чего-то хотела? – Да. Зашла предупредить: завтра мы отправляемся зачищать данж. Вы ведь не против? – Когда это я был против? Поступайте, как считаете нужным. Рапиристка кивнула и уже хотела уходить, но в последнюю секунду развернулась и подошла вплотную к столу. – Что-то еще? – Лидер РыКов приподнял бровь и взглянул на своего зама. – Хочу спросить вас кое о чем. Можно? – ответила она не без доли волнения в голосе. Хитклифф кивнул. – Знаете, я очень уважаю вас… и как человека, и как лидера… – начала она издалека, но столкнувшись с ним взглядом, быстро перешла к делу. – Вы почти не принимаете участия в руководстве гильдией, всегда говорите, чтобы мы сами решали, как поступать и вообще не даете никаких точных указаний. Ребята начинают думать, что я пытаюсь отобрать у вас должность, когда начинаю делать все это вместо вас… – А ты бы хотела? – внезапно перебил ее Святой меч. – Ээ? Ах, вовсе нет! – она усердно замотала руками. – Вы куда более сильный и опытный игрок, лучше ладите с ребятами, да и как стратег никому не уступаете. Чтобы дотянуться до вашего уровня, мне еще учиться и учиться… вот… – закончила она свои пояснения. Хитклифф – человек лишенный всяких слабостей и изъянов – смотрел на нее, как на годовалую дочурку, ласково улыбаясь. На его лице удивительным образом смешались родительская нежность и… некая отстраненность. – Асуна-чан, когда-нибудь тебе придется занять мое место, а до тех пор ты должна быть сильной. Совершенствоваться с каждым днем, или этот мир проглотит тебя. – После этих слов он сделал многозначительную паузу, после чего добавил. – Впрочем, сегодня тебе не стоит забивать голову дурными мыслями. Лучше хорошенько выспись, ведь завтра у вас будет трудный день. На этом они распрощались, и сублидер РыКов покинула комнату. – Ну и долго ты еще будешь там прятаться? – внезапно сказал РыК куда-то в пустоту. Впрочем, нет. Ведь я тоже был здесь. – И давно вы знаете, что я тут? – тихо промолвил я, выходя из тени массивного серванта, что вот уже несколько минут служила мне укрытием. – Достаточно. И с чем же ты пожаловал к главе Рыцарей Крови? Неужели ты решил принять мое предложение? – невозмутимо поинтересовался он. – Я здесь не за этим. На сей раз, я пришел не к вам… вернее не к Хитклиффу. Даже после этого заявления на лице РыКа не проскользнуло ничего, кроме легкой заинтересованности. Еще сутки назад я бы наверняка принял предложение этого загадочного господина и присоединился к его гильдии, потенциал которой был в значительной мере выше, чем у Армии. Еще сутки назад я был куда счастливее, полон надежд и планов, и обладал чистейшей репутацией самого порядочного убийцы Айнкрада. Ну и, конечно же, сутки назад количество катастрофически опасных знаний не перегружало мой мозг и совесть. Хотя именно благодаря этим знаниям я все еще был жив. – Не уверен, что понимаю, о чем ты. – Да все вы понимаете, Акихико Каяба-сан. – У меня не было ни малейшего желания выслушивать его отговорки. – Можете не соглашаться, если это для вас так важно. Главное, что я это знаю. Вот теперь лицо Хитклиффа преобразилось. Правда, ни страха, ни гнева на нем по-прежнему не было. Только довольная улыбка, лишенная всякой ядовитости. Как будто его вовсе не заботило раскрытие этой тайны. – Вот как. И как же ты об этом узнал? – Терминал указал координаты этого места. – Так я оказался прав по поводу вас двоих. Мне сразу показалось странным, что вы c таким рвением рветесь на передний край, и не куда-нибудь, а именно в 37-ой сектор… но я, помнится, отключил все команды, которые могли бы указать на меня, так как же вы… – А это важно? – сухо спросил я, не давая тому даже окончить предложение. – Я знаю, что вы – Акихико Каяба, и только это сейчас важно. Мой голос был настолько жестким, что я сам ужасался этому факту. Я словно бы проговаривал все слова сквозь зубы, пытаясь подавить невесть откуда взявшуюся ярость. Каяба чувствовал это, видел, что со мной происходит, потому смиловался и решил перейти сразу к главному. – Значит, ты пришел сюда, чтобы убить меня, не так ли? – спросил он все тем же спокойным тоном. – Ошибаетесь! – Выпалив это, я резко замолчал и, кажется, даже слегка ухмыльнулся. – Будь здесь Мори, она бы с радостью бросилась на вас, сделала бы все, пожертвовала собой, чтобы только узнать, как освободить всех заложников САО. Но, ее здесь нет… ее вообще нигде больше нет. – А ты разве не хочешь того же? Если сможешь меня победить, я освобожу вас всех и… – начал было он, но я снова перебил. – Сейчас я достаточно зол на весь этот мир, на вас, и на всю вселенную, но я все еще не лишился рассудка… пока нет. Я знаю – мне не победить. Наконец, на лице Каябы появилось изумление. Он приподнял бровь и вопросительно осмотрел меня. Не найдя, по-видимому, нужных ответов, спросил: – Так зачем же тогда ты пришел? – Предложить сделку. Я не выдаю ваш секрет, а вы выполните одну мою просьбу. – Даже так! А ты не думал, что я могу тебя просто убить? – Каяба лукаво ухмыльнулся. – Нет. – Я был краток как никогда прежде. – И почему ты в этом так уверен? Ты ведь знаешь, я уже обрек на смерть тысячи игроков. Или ты думаешь, что я не рискну убивать тебя в своем кабинете? Но на утро я просто скажу, что ко мне ворвался псих с ножом и пытался убить… В который раз я прервал главу РыКа на полуслове. – Ваш кабинет – безопасная территория, так что по факту ни я, ни вы не можете здесь атаковать. Только один навык в игре дает такую возможность, но им обладаете не вы и, что хуже для вас, я не единственный, кто об этом знает, – сухо пояснил я, затем добавил: – К тому же, я действительно знаю кто вы: безумный гений, но не убийца. Вы не пойдете на убийство – это просто не в вашем стиле. К моему изумлению, Хитклифф улыбнулся как довольный кот. – А ты весьма проницателен. Так чего же ты хочешь? Богатства, бессмертия? Нет, не думаю что тебя интересуют подобные вещи. – Я желаю… исчезнуть, – коротко пояснил я. На короткий миг наши с ним взгляды столкнулись. Казалось, он смотрел не столько мне в глаза, сколько старался заглянуть в душу, дабы та выдала ему все мои секреты. Но меня это совсем не пугало. Да и что толку: когда имеешь дело с богом, утаивать что-либо не имеет никакого смысла. Нависшая над нами тишина продолжалась около минуты, после чего Хитклифф сказал: – Я понял, чего ты хочешь. Я сделаю это, но не за твое молчание. Можешь рассказать всем, если хочешь. Я так и так умру в конечном итоге, ведь я – финальный босс Sword Art Online. – Я знаю. Понял это, пока наблюдал за вами. Это девушка – Асуна – вы готовите из нее преемницу своего поста главы гильдии. Потому-то и остаетесь безучастным. Потому и не убили бы меня. – А ты смышленый. Из тебя мог бы выйти отличный проходчик и, кто знает, может, именно ты бы смог убить меня в конце? – Нет уж. Мне не стать проходчиком и героем, но, уверяю, однажды найдется тот, кто сможет низвергнуть тебя с твоего трона. – Я сам не заметил, как перешел с «Богом» на «ты». – Но если не это, то в чем причина? – Твои глаза говорят мне, что ты уже победил меня. Вернее, мое детище, не так ли? Сперва я не понял, о чем он, но затем вспомнил отражение на мозаичной ледяной плитке данжа. Мои глаза были алыми и то и дело посверкивали. Точно тлеющие угольки в давно затухшем камине. Такова была цена победы над Системой. – Вроде того. Но едва ли это можно назвать победой, ведь в конечном итоге я потерял то, за что боролся. – Ясно. Что же, к утру твоя просьба будет исполнена. Я кивнул и подошел к открытому окну, через которое сюда попал. Уже поставил ногу на подоконник, как вдруг услышал голос. Он, несомненно, принадлежал Каябе, но при этом интонация была совсем другой: в ней не было былого азартного интереса, свойственного наблюдателю, не было надменности. Голос звучал не от Бога этого мира, а от человека: – Ты меня ненавидишь? Я оторопело поглядел на него, но тот даже не обернулся, продолжая глядеть на, доживающую свои последние минуты, свечу. – Я уже говорил, я зол… но не ненавижу. Ты создал потрясающий мир, отстроил его своими собственными руками. За свою жизнь я не видел ничего более прекрасного. Лишь одну ошибку ты допустил… Даже с такого расстояния я мог видеть, как расширились его зрачки. Он все так же смотрел на свечу, но всего естество хотело узнать конец этой фразы. И я дал ему то, чего он желал. – Ты отравил этот мир нами. И я выпрыгнул в окно рывком, не оглядываясь. И я бежал без оглядки, потому что знал, что не выдержу. Я не смел оборачиваться и мог бежать только вперед. Пути назад для меня больше не было.

***

– Ну а на следующее утро мое существование и вправду было стерто. Имя на монументе вычеркнуто, все логи и данные удалены, но при этом «Я» все еще был. Широ ставит кружку на стол и достает еще одну сигарету. Да будет проклят тот, кто придумал эти дурацкие штуки, из-за которых люди вынуждены прекращать свой рассказ! Мне очень интересно узнать, что же случилось с ним дальше, но Широ, похоже, не спешит продолжать. Только сидит, глядя в окно, и курит, изредка бросая опасливые взгляды на свою подругу. Мне кажется, ему страшно узнать ее реакцию, страшно увидеть ее разъяренное лицо. Но нет же, вон она – сидит и с задумчивым видом ковыряет зубочисткой столешницу. Наконец опрокидывает голову на спинку стула и говорит: – Так вот, значит, каким он был. Я так понимаю, нашелся таки богоубийца в том мире. Ведь Каяба сейчас мертв, так? – И да, и нет. – Ответ Широ как всегда неоднозначен. Зато он, наконец, оборачивается к девушке и спрашивает: – Так ты не злишься, Мио? Она внезапно поднимает голову и бьет Широ по макушке ребром ладони. – Нет, конечно, балда! – несмотря на ее возглас, она улыбается. – В конце концов, ты был прав: в том, что случилось с моим братом, виноват не создатель Айнкрада, а люди, что его населяли. Жаль лишь, что я слишком поздно это поняла. – А что случилось с вашим братом, Нисагава-сан? – внезапно спрашивает Сеичиро. Все это время он тоже о чем-то усердно размышлял, и только сейчас решил оживиться. Экая у них все-таки компания – сплошные мыслители да философы. – И вообще, после истории семпая у меня к вам тот же вопрос, что и к нему. Как так вышло, что несмотря на то, что сам Широ видел, как вы погибли, вы сидите прямо передо мной? – Ох, Сеи-чан, ты действительно хочешь это слушать? К тому же Широ ведь еще не закончил свой рассказ… – Э нет, дорогая! Я и так уже нарассказывался – дальше некуда! Моему организму срочно требуется сменить род деятельности, а еще лучше занять рот. Посему план следующий: ты говоришь, Брин слушает, я ем и слушаю в пол уха, ибо твою историю и так знаю. Затем Широ подзывает меня, просит принести еще имры и «чего-то пожевать». Он никогда не был прихотлив к еде. А тем временем черноволосая девушка начинает свой рассказ…