Студенческая резня: борьба чувств

Понедельник. Одно слово. Одиннадцать букв и череда непрекращающихся неприятностей. Утро у Альбероны не задалось с самого начала. И если описывать его, то не то, что плохо, а ядреная смесь самых отрицательных эмоций, какие только можно придумать. И ярко выделялись на фоне только два. Она чувствовала себя униженной и оскорбленной. Отвратительно в кубе — говоря простым языком. И каждый брошенный через плечо косой взгляд резал по самолюбию, подобно острому кликну кинжала. Она держалась уверенно, безразлично — как всегда. Как могла. Но заводящаяся с каждой волной презрения самооценка уверенно катилась в самую темную бездну, стыд играл на мышцах и она едва смогла поднять взгляд на подруг во время разговора. Было сразу понятно, что ее ночные проделки разнесутся, подобно подхваченные народом слухи. Они прокричали на весь университет сразу на следующей неделе. Об этом знали все, кому не лень. И, логичнее предположить, что растрепал все именно Лаксас. Хотя, он не настолько низкий человек. Больше популярный. И если выяснится, что слухи понесли его фанатки, извечно следящие за блондином, то Кана даже не удивится. Выходные наложили отпечаток на каждую из пятёрки студенток. В столовой сидел перелив и вид самых разных девушек. От рассерженной, до почти наивно влюбившейся. — Ты чего светишься, как новогодняя елка? — угрюмо взглянула на Скарлетт Люси, расползаясь по деревянной поверхности стола. Эльза ярко улыбнулась в ответ, попивая холодное какао. — Странно. — Влюбилась, наверное. — протянула лениво Леви, под аккомпанемент собственного зёва. На ее изречение Локсар почти подпрыгнула на месте, начав нервно моргать. — Не ты, а Эльза. — подозрительно взглянула на Джу она, подпирая голову рукой. — Хотя ты, наверное, тоже. — В кого? Элита? — на вопрос Миры почти все девушки одновременно подавились воздухом, начав театрально хохотать. — Да я тебя умоляю, он же выглядит, как извращенец. — Умалишенный придурок. — брезгливо поморщилась Люси, отталкивая от себя поднос с завтраком. Штраус недоуменно приподняла бровь, губы растянулись в плотоядной улыбке, а Леви громко прокашлялась, подавившись фруктовыми соком. Пахнет подставой. Прямо таки воняет. — А вы про кого? — Фуллбастер! — Драгнил, конечно! Кана прыснула со смеху, наблюдая вытянувшиеся в овал лица двух подруг, а Мира разразилась громким искренним смехом, когда физиономии Люси и Джу стали принимать брезгливый вид и презрительные насмешки. Сейчас они были как две капли воды, идеально отражающие друг друга.

***

Хартфилия устало размяла шею, выходя из кабинета. Учеба сегодня давалась тяжелее обычного. А причина в грузящих сознание ненужных мыслях об одном парне. Хибики. Они встречались год, были самой лучшей парой — идеально друг другу подходили. Такие отношения создаются на небе — говорят все. Он был ее отрадой и лучом света, а она его маленькой дерзкой принцессой. И стоило только перейти в Хвост Феи, как долгое взаимопонимание, доверие и банально любовь, кануло в лету. Как будто ничего и не было. Лишь холодный взгляд карих глаз. Когда-то родной, но теперь незнакомый. Три слова: «Прости, не люблю» и звук разбивающегося на миллионы осколков сердца. Она никому не сказала. Ровно также, как и о самих отношениях — счастье любит тишину, этого она и придерживалась. Подруги узнали спонтанно, неожиданно, заявившись прямиком в дом Хартфилиев, где на пороге их встретил заспанный юноша с пленительным мягким взглядом и очаровывающей харизмой. Ее слабость никому не известна. Никому. И никогда не будет. — Нацу! Нацу! Уши режут громогласные крики фанаток, Люси неспешно бредёт в никуда, вдоль стадиона и игровой огороженной коробки. Драгнил во всей красе. Взлетает к баскетбольной корзине, оставляя противников где-то внизу, наедине с собственной неудачей. Он ослепителен и привлекает взгляд, заставляя студенток надрывать глотки от восхищения, полюбовно выкрикивающих его номер. Первый. Он капитан команды по баскетболу, организованной деканом для развития студентов в спортивных стезях. Для освобождения мыслей и напряжения мышц. Хвост Феи и есть элита. Где можно найти все и даже больше, чем требуется обычному ученику. Карие глаза не без раздражения пожирают каждую отличительную черту юноши, облизывают гневным взглядом рельеф мышц, а губы выстраиваются в тонкую полоску. Он полная противоположность Хибики. Заносчивый, высокомерный, идеальный. Раздражает. И он единственный, что видел ее падение. Тот, кто поймал ее пьяную, полную мыслей о другом парне и изнемогающую от желания разрыдаться. Разодетую как дешевую проститутку и в пьяном бреде о цветах на собственную могилу. Тот, кто увидел ее состояние. Враг.

***

— Хочешь пойти на свидание? Одно неловко брошенное предложение и Локсар давится морсом, начиная усиленно откашливаться, когда широкая мужская ладонь тревожно похлопывает по женской спине. Голубые глаза изумлённо уставились на члена элиты. — Ты где удариться головой успел, а, Фуллбастер? От неожиданности она оступилась, почти соприкасаясь с полом университетского коридора. Благо, Грей обладал хорошей реакцией и без проблем поймал неловкую студентку. — Да забей. — вздыхает, поднимает ее на ноги. Коснуться невесомо женского плеча и отойти на два шага. Чтобы только смотреть, но не обжечься взглядом. Чувствовать опьяняющий запах духов. Фуллбастер никак не мог понять этого притяжения. Стоило Локсар мелькнуть в коридоре, глазам заметить сексуально покачивающиеся от шагов округлые женские бёдра и взмах пушистых ресниц, как брюнет почти терял голову от обилия похабных мыслей. Что можно сделать с этим телом? Произведение искусства. Но в то же время вожделение сменялось злобой, переходящей в игривость и забаву. Она грызла кончики его волос, когда девушка бросалась красноречивыми взглядами и насмешками в его сторону. Он не понимал этого чувства, что тянуло к ней. И природная женская нервозность не отталкивала, а привлекала ещё сильнее, заставляя думать об этом. О каждой близости между ними. Начиная от поцелуя и заканчивая страстными прикосновениями к обнаженной женской коже. Во время разговора с ней теперь всегда мелькают картины обнаженной белоснежной спины, упругость мягких ягодиц и томные выдохи, от каждого его прикосновения. Но стоит взглянуть в глаза и ее совершенно не волнует произошедшее. Не то, что его. Все выходные будильником был громкий стон голубоволосой во сне, выдыхающей с мычанием имя Грея. — У моего брата день Рождения. Пойдёшь со мной?

***

Эльза с придыханием лепетала о возможном походе на концерт любимой группы. Жерар покорно слушал, развалившись на парте и изредка вставляя бессмысленные фразы в диалог, больше похожий на восторженный монолог девушки с самой собой. — Ты поселился у нас в группе? — Люси ядовито усмехнулась, падая на рядом стоящий стул и прерывая развеивание феромонов Фернандеса. Скарлетт продолжала беспрерывно заполнять чертоги его разума несуразным и неразборчивым вдохновленным бредом с другой стороны. — Типо того. — Вы слышали про фестиваль спортивных игр? — Мира резко вторглась в поле зрения всех троих, заполоняя собою весь обзор на кабинет. Люси недоуменно пару раз моргнула, Эльза замерла с открытым ртом, а Жерар лишь удручённо выдохнул, стукаясь головой о парту. — Да ладно. Каждый год одно и то же. На его слова сидящие по обе руки от парня девушки заинтересованно перевели взгляд на члена элиты, так внезапно поникшего и, может быть, даже недовольного. Предчувствуя во что выльется красноречивый взгляд студенток, он открыл рот прежде, чем был задан первый вопрос. — В Хвосте Феи проводится много всякого бреда. Один из которых — спортивный фестиваль. Происходит деление факультетов, каждый выбирает виды спорта и выдвигает участников. Победители получают либо путевки, либо зачёт по одному любому предмету всей группой. — Заманчивое, конечно, занятие, но не слишком ли детское? — поморщилась Хартфилия, выражая крайнюю степень брезгливости. Казалось, что эти эмоции, в совокупности с презрительной усмешкой, стали ее визитной карточкой в новом универе. Именно ими она и запомнилась всем другим студентам в первый день, когда затеяла драку с главой элиты. — Да какая разница, все равно нашу группу никто и никогда не может победить из-за парней. Элита всегда занимает первые места, хоть ты тресни. — угрюмо зевает парень, не чувствуя внезапно вспыхнувшего огонька в душе Скарлетт. Эльза всегда была и будет горазда до азарта. А уж занимать первые места и подавно ее божественное предназначение — по другому и быть не может, ведь состоя в женском университете как председатель студенческого совета она снабжала здание все новыми и новыми кубками и наградами, буквально захламляя своим триумфом каждый свободный угол. — Звучит как вызов. продолжение следует