Will you marry me?

Мне страшно. Мне страшно открыть глаза, увидеть Глускина, увидеть его выражение лица. Мне страшно открыть глаза, увидеть, как он держит в руках нож. Мне страшно открыть глаза. Я была уверена, что он так просто не простит мне мой побег. Он не отпустит меня, более того, он убьет меня. Это лишь вопрос времени. Я все еще могу дышать, но это не значит, что я в безопасности. Я делала вид, что сплю, пока ощущала, что Глускин находился рядом. Я слышала его. Его шаги, его дыхание, его вздохи. Но я так сильно боялась открыть глаза, что сжимала их как можно сильнее. Но невозможно убежать от этого. И я должна столкнуться с этим наказанием. Я не смогу избежать этого. И да, я стала чувствовать странный холод, пробегающий по ногам. Это было не к добру. Я была в таком состоянии, что еле-еле ощущала собственное тело. Все будто онемело. Мне тяжело даже объяснить, что я увидела, когда открыла глаза. Этот человек, определенно, собирается удивлять меня каждые десять минут, если не чаще. Он уложил меня на стол, а сам присел на стульчик, совсем рядом со мной. Это было бы невероятно романтично, если бы не было так жутко. Это еще не все! Мои прекрасные джинсы… Их на мне не было! Он снял с меня мои джинсы. И я лежала перед ним в одних трусах. Благо майка была на мне, но знаете, лежать в таком виде перед психопатом-убийцей – это вообще не прикольно. Я хотела накричать на него и обвинить в сексуальном домогательстве, но я не была уверена, что он отреагирует на это адекватно. В лучшем случае вырубит меня за секунду, схватив свой замечательный нож. Один глаз я закрыла, а второй держала открытым, дабы следить за передвижением своего жениха. Но он совершенно не двигался. Сидел на стуле, опустив голову. Он спит? В таком случае, возможно, я могу просто встать и… - Дорогая? – Глускин поднял голову и посмотрел на меня, грустно улыбаясь. – Ты слишком долго спала. Не очень долго, учитывая то, что последний час, я делала вид, что сплю. Но тебе об этом знать необязательно. - Мне нужны… Мои джинсы. Отдай их. – Пробормотала я, глядя на Глускина. Он сначала покачал головой, мол, не понимая, о чем я говорю, а потом вдруг подскочил и уже через несколько секунд мои джинсы оказались на столе, прямо рядом со мной. И только я собралась надеть их, как Глускин вдруг схватил меня за руку, второй рукой он схватил джинсы и кинул их на пол. Ну а сейчас я вообще не поняла. Это что еще за издевательство? Я должна ловить свою одежду? Только мне стоило потянуться за своими джинсами, как Глускин перехватил меня и посадил на стол. Я боялась накричать на него, но я была действительно зла в этот момент. Какое право он имеет оставлять меня голой?! - Отдай. – Буркнула я, не поднимая взгляд. Мне страшно возникать, страшно злиться, а еще страшнее смотреть в этот момент на него. - Нет, – сказал Глускин, все еще держа меня за руки. – Ты не можешь сейчас одеваться. Посмотри на себя, любовь моя. Он причинил тебе боль. Посмотри на себя. Он испортил твое тело, и я собираюсь помочь тебе. Ты должна быть идеальной. Я понятия не имела, о чем говорит мой жених. Но только когда он перевернул меня, словно больную собачку (!!!), я обратила внимание на кровавые ссадины на моем бедре. Видимо, когда меня откинули к стене, я содрала кожу. И очень сильно. Но мое бедро не болело, поэтому я не замечала этого раньше. - Я обработал рану, моя милая. Но ты должна больше отдыхать, потому что я не хочу видеть, как ты страдаешь. Обработал? Чем? Кровавыми сгустками предыдущих жен? Нет, спасибо, мне бы водой обработать, что ли. До свадьбы заживет. Ох, насколько актуальной сейчас является эта поговорка. - Это обычная ранка. Всё будет в порядке. – Я попыталась встать, но Глускин накрыл меня своим телом, преграждая мне путь. - Нет. – Настаивал он. Я закатила глаза, но вдруг мне стало смешно. Человек, который держит меня здесь, человек, который пытался убить меня.… Обработал мне рану? Не хочет, чтобы я поранилась? Что в голове у Глускина на самом деле? - Хорошо. Я буду сидеть здесь. – Поддалась я. - Зачем ты украла ключ, милая? Я не помню, чтобы я клал его в твой карман. – Глускин смотрел мне в глаза. Ухмылка появилась на его лице, а меня это настолько сильно смутило, что я опустила взгляд и молилась, чтобы моя попытка сбежать не привела к ужасным последствиям. Я молчала. Что мне нужно было ему сказать? Что я пыталась сбежать от него? Он понял это. Давно уже понял. - Мы с тобой взрослые люди. Именно поэтому, я прошу тебя, будь честна со мной. Иначе мне придется навсегда лишить тебя возможности ходить в одежде. Как тебе такое, ангел мой? О, смею предположить, что ты давно мечтала посмотреть на свое платье, именно поэтому ошиблась дверью, но я ведь предупреждал тебя, что тебе нужно было пройти в тот длинный зал. А ты… Сделала все иначе. Мне нравятся своевольные женщины, такие как ты. Но в следующий раз, боюсь, что я не выдержу. Я не такой терпеливый мужчина, – Глускин аккуратно приподнял моё лицо за подбородок. – Будь хорошей. Прекрасные советы дает, а сам им не следует. Ему бы поучиться у меня, как быть хорошей! Не прошло и часа, как Глускин уже был готов отпустить меня на примерку платья. Это меня, безусловно, радовало, потому что торчать вечность на столе, уткнувшись в грудь моего мучителя – это не то, чего я на данный момент желаю. И сомневаюсь, что когда-нибудь буду желать чего-то подобного. И благо джинсы мои теперь на мне. Не хотелось бы засветить свою невероятно прекрасную попу в таком невероятно не прекрасном месте. Пока я разгуливала по коридорам, в поисках заветного зала с платьем, я поражалась, сколько же здесь было швейных машин. Теперь мне было понятно, откуда здесь столько различных тканей, и вообще, откуда здесь появилось свадебное платье. Вопрос был в том, кто сшил его. Неужели Глускин? И вот, наконец, я нашла зал, в котором мне придется выходить замуж. Я уже дала свое согласие, да и вообще, у меня больше не было шанса выбраться отсюда. Если Глускин в течение нескольких минут отыскал меня и «загуляйку», то, что будет, если я снова попытаюсь убежать? Меня ждет наказание гораздо хуже. Но, конечно, я должна была снова попытаться это сделать. Независимо от того, сколько раз он будет меня ловить, что-то не позволяет ему поднимать на меня руку. Он мог бы давно расправиться со мной, как он поступал с остальными сбежавшими невестами. Что-то останавливает его, именно это и есть слабое место моего прекрасного. - Нашла? Правда, красивое? – Глускин возник за моей спиной совершенно неожиданно, из-за чего я немного испугалась. Только что рассуждала о побеге, а тут появился человек, от которого я собралась убегать. Неуютно, я сказала бы. И только сейчас я смогла сосредоточиться на платье. Оно было прекрасным. Платье, с завышенной талией, основание которого плавно переходило в длинную юбку. Когда я прикоснулась к нему, я ощутила приятную шелковую ткань. Самая не осознавая того, я улыбалась, как дурочка. Мой брат часто говорил мне, что когда у меня будет свадьба, он обязательно посмеется надо мной, потому что в свадебном платье я буду выглядеть совершенно нелепо. Я всегда дула губы и говорила, что это не так. Мне стало интересно, как я буду выглядеть в этом платье. Хоть оно изначально и не предназначалось для меня. Мне хотелось надеть его. Мне захотелось стать невестой. - Оно прекрасно, – прошептала я, поворачиваясь к Глускину. – Я могу надеть его? - Разумеется, душа моя. Оно твое. Ты обязана надеть его. Я слабо улыбнулась и вернулась к изучению платья. С некоторых пор я стала чувствовать себя странно. Я имею в виду, мои чувства к тому, кто держал меня здесь взаперти, эти чувства внезапно изменились. И с некоторых пор я стала осознавать, чего должна бояться на самом деле. Я должна бояться себя, потому что, мне кажется, что было бы неплохо.... Нет! Что я несу? И если кто-то из нас сейчас является безумцем, так это, вероятнее всего, именно я. Продолжение вышло немного раньше, чем я планировала :Р Поэтому следующая часть будет завтра ночью ;) Ваши отзывы мотивируют меня, поэтому оставляйте их чаще :з