Титул, пропитанный ядом

Обычно есть три причины, чтобы напиться. С горя. От радости. И чтобы просто разбавить опухший от информации мозг. Самому Никкуну показалось, что третья причина наиболее вероятна из всех, объяснима и достойна, чтобы встретиться жидкостью покрепче кефира, когда сегодня с утра Ленка вывалила на него небольшую, но очень тяжелую гору новостей. Еще в начале дня его внутренний мир жил в полном согласии с ужасающей реальностью, где лицемерие и гордыня шли рука об руку. И вот, стоило ему только задать вопрос, в который он сам не очень верил, как ответ этой девчонки уложил его на лопатки. Лена была для них кем-то вроде младшей не родной сестренки, нахальной и вечно преследующей их, но удивительно милой. Она всегда была такой энергичной, веселой и резвой, что парни как-то сами собой привыкли к ее существованию рядом. А сегодня эта девчушка, успевшая чудом вырасти в стройную, длинноногую блондинку, поведала ему, что у самого младшего участника их группы есть СЫН! У Чана, который ел по ночам, уничтожал бананы тоннами и вообще был моложе всех их, был двухлетний сын. В голове не укладывалось. После ответов на вопросы кто, где и когда, Кун едва сдержался, чтоб не выкинуть ни в чем не повинную девушку из машины посреди автострады, но все-таки довез ее куда следовало, а сам поехал пить. На самом деле сегодня Кун собирался поужинать дома и пораньше лечь спать, даже предупредил И Сыль,но вот уже с час он с усердием похотливого монаха, подглядывающего за купанием девиц, заливал в себя спиртное. Оно шло внутрь водой, совершенно не донося до организма градусов. От чего же он пил? Что его так сразило? Шок от того, что нарушены все мыслимые и не мыслимые правила, контракты и просто мужская солидарность. Или все-таки от того, что... В голове сразу всплыли сотни картин, как Чан играет с ребенком, купает его, покупает им одинаковую одежду. Ленка сказала, что мальчик похож на него и представив, как два таких похожих человечка идут рука об руку по улице, один большой, а другой маленький, в одинаковой одежде,а люди оборачиваются им в след, восхищаясь такой милой парой отца и сына. Кун сам не заметил, как скрипнул зубами. Нет, ему вовсе не нужна была семья. Пока что он не мог представить рядом с собой ни одной из знакомых женщин, но ребенок... Ребенка он хотел. Не важно, девочка или мальчик. Он хотел обязанности и ответственности, он хотел отвечать за чью-то жизнь. Он хотел, что бы его дома кто-то ждал. И даже понимая, что ввиду отсутствия потенциальной матери, дитя все время будет находиться под присмотром няни, пока он будет в разъездах, он никак не мог отмахнуться от видения, где Кун открывает двери дома, а на шею ему кидается маленький комочек его собственного счастья. Очередная рюмка была опрокинута ив горло потекла огненная жидкость. Немного покопавшись, Кун все-таки извлек из кармана телефон и набрал сообщение для И Сыль. Ночевать он сегодня будет в баре, это факт. Так что пусть не ждет. И продолжил. Стопка за стопкой, пока мир в его глазах не стал сначала радужным, а потом и вовсе потускнел. Мужчина сполз на диван и отрубился. Когда он очнулся, то едва понял, где находится. Спящее тело еще дрожало, пробуждаемое мозгом, изнасилованное алкоголем и замученное нелепыми мыслями. За дверями грохотала музыка. Это был какой-то бар Кун встал, кинул на стол несколько крупных купюр и вышел из кабинета. Хорошо хоть у него ума хватило так надраться в отдельном помещении, а то на утро все газеты бы писали, как Принц напился до розовых слонов. И правильно говорят, что бог бережет дураков и пьяниц. Если бы не это, вряд ли Кун смог бы покинуть питейное заведение без эксцессов. И теперь он весь помятый, болтался по салону такси, то засыпая, то просыпаясь. Сейчас его встретят парни. Тэк подхватит и дотащит до ванной, засунет под холодный душ и будет поливать водой до посинения, пока Кун не протрезвеет. Ён принесет ему какие-нибудь таблетосы, чтоб на утро полегче было. Хорошие у него друзья. Кун любил их. Ик! Очнулся он перед дверью своей квартиры. Удивительно, но код замка удалось набрать с первой попытки. Перешагивая порог, он сподобился не упасть. И, наконец, когда он расшнуровывал ботинки, ему пришло осознание, что парни не встречают. Кун собрался в кучу. В проеме из прихожей ему было видно аккуратно прибранную гостиную, в квартире витал приятный аромат приготовленной еды, а из области ванной слышен был плеск и довольные женские вздохи. Когда это его пустынная холостяцкая хата превратилась в настоящий дом? Мужчина поднял брови и пошел к бару. Налив себе еще спиртного, он развалился на диване, расстегнув рубашку, чувствуя, как тепло от алкоголя снова охватывает его, комфортный диван расслабляет, а тихий женский голос ласкает слух и пробуждает приятные эмоции. Ему казалось, что кто-то нежно шепчет на ухо какую-то милую чепуху. Захотелось даже рассмеяться, но возбуждение, накатившее волной, смыло смех, заставив лицо посерьезнеть. Дверь ванной открылась и Кун замер. Розовая, словно светящаяся кожа на тонких плечах, изогнутые ключицы, влажные локоны на шее, маленькие холмики грудей под тщательно замотанным полотенцем и пухленькие ножки. Девушка шла, не замечая его присутствия. Обычно пуглива и скромная, сейчас она спокойно и неторопливо шла к своей комнате, совершенно не беспокоясь, что ее кто-то может увидеть в таком виде. Конечно, она же не знала, что дома кто-то есть. -Далеко собралась в таком виде?-резко спросил Кун. Он видел, как медленно оборачивается девушка. Как ее взгляд мечется от стопки в его руках, на губы, на оголенную грудь, босые ноги. Как постепенно верхняя часть ее милого тела заливается румянцем. Теперь его было уже не остановить. -Иди сюда,-молодой человек немного подвинулся и похлопал по месту рядом с собой. Он увидел, как она сделала короткое движение, намереваясь убежать и спрятаться от него.-Прямо сейчас! Его резкий голос словно рассек ставший густым воздух. Девушка обернулась и ее кукольные глаза уставились на него. Кун еще раз похлопал по дивану. -Ну?... Не бойся. Он отставил стопку, наблюдая, как она пытается примоститься на пяти квадратных сантиметра краешка дивана, изо всех сил стискивая узел полотенца. Теперь оно задралось и Никкун видел мягкие розовые коленки. Никогда еще он так не заводился от одного вида женских коленей. Ему стало жарко и парень придвинулся к ней ближе, склоняясь над телом, чувствуя ее запах. Ему хотелось большего и подняв руку, Кун медленно провел по плечу, по ключице, по нежной шее, подбородку, и остановился на губах. -Не надо,-ее губы слегка шевельнулись под его пальцами и мужчина едва удержался на месте. От одного легкого прикосновения уровень гормонов подскочил до небес, заставляя его молодое тело напрячься и загореться словно в пожаре. Он еще ниже склонился над ней. Кривая улыбка скользнула по его губам. -Скажи, ты ведь согласилась работать на меня из-за больной матери? -Да,-еще одно прикосновение губ. Еще одна горячая возбуждающая стрела, от которой его тело дернулось. -Разве ты не хочешь помочь ей еще больше? Сейчас своими силами ты можешь обеспечить ей самый минимум. Я же предлагаю тебе куда больше... Эта девчонка так цеплялась за свою чистоту и невинность, что совершенно отказывалась включать соображалку. Другая бы уже давно поняла, что ей предлагают, а эта сидит и хлопает глазками, из которых вот-вот польются слезы. Кун подсунул ладонь ей под спину. Одно быстрое движение и она уже лежит, упираясь ладонями в его грудь, пытаясь оттолкнуть. Мужчина склонился над ней и поцеловал верх груди. -Ну же! Ты ведь понимаешь о чем я говорю. О да. И Сыль все прекрасно понимала. Она понимала, что сейчас ее тело накрывает тренированное тело сильного мужчины и физически ей одной с ним не справится. Она понимала так же, что этот мужчина был пьян и добиться чего-то разговорами не представлялось возможным. А еще по его горящим глазам девушка понимала, что он сам себе не намерен отказывать в удовольствии. -Я вас не люблю...-попытаться все же стоило. -Ты не поверишь, но я тебя тоже не люблю,-его пальцы незаметно прокрались к узлу полотенца и теперь осторожно тянули. Только бы она не заревела, а то все испортит. И Сыль второй рукой уперлась ему в грудь, пытаясь оттолкнуть. Ладонь ее попала на голую грудь. Рубашка совсем вылезла из брюк и теперь болталась, застегнутая всего лишь на одну ничтожную пуговицу. Кожа по ее пальцами была пылающей, мышцы перекатывались под ней от его попыток удержать ее. Девушка резко сжала кулачки, словно обжегшись. -Я не хочу. Я не буду... Внезапно светлые и приятные краски в гостиной стали темными, словно в квартире появилась туча. Улыбка пропала с его губ, а крупное тело напряглось. Злая усмешка появилась на лице. Презрительный взгляд. -Тогда пойди и скажи своей матери, что ты отказалась ей помочь из-за собственных глупых предрассудков. И Кун выпрямился, схватил со стола стопку и быстро выпил ее содержимое. Он незаметно сжал кулак. Не хотелось показывать ей, на сколько он захвачен своим желанием. Это он делает ей одолжение, что хочет сегодня переспать с ней, а не она ему, любезно соглашаясь принять его в постель. Тем более, что желание уже заполнило все его тело. Он хотел ее. Нет, не ее, а просто женщину. Ему нужно было избавиться от бешено несущейся по его жилам жизни, чтобы снова стать спокойным. Прошло несколько минут. Кун смотрел на противоположную стену и ждал, что она встанет и уйдет. И тогда можно будет что-нибудь разбить в ярости и вызвать проститутку. Но И Сыль продолжала лежать, не издавая ни звука. Он был абсолютно прав. Ее невинность не стоила ничего рядом с жизнью ее матери. Так разве стоило отказываться от такого шанса. Вряд ли выпадет еще такая возможность. Девушка почувствовала, как по щекам текут слезы. Вытирать их не хотелось. Она разняла сжатые на груди руки и опустила их вдоль тела. "Чему быть-того не миновать!" Заметив движение, Кун повернул голову и посмотрел на нее. Она как монашка лежала пере ним. Напряженное тело, сжатые кулачки, закрытые глаза и отрешенное выражение на лице. Она сдавалась. Появилось желание прямо здесь сорвать одежду, отбросить полотенце, перевернуть ее маленькое тело, поставить на колени и войти в нее такую теплую и трепещущую, но он удержался. Благородство? Нет. Просто на диване будет не удобно. Кун поднялся, подхватил ее на руки, донес до комнаты и распахнув пинком дверь своей спальни положил ее на большую кровать, которую она только сегодня застелила свежим бельем. Девушка сглотнула. Кто же знал, что для себя стелила...