Титул, пропитанный ядом

Никкун проснулся от того, что в его голове поселился какой-то пьяный мастер, нещадно колотивший молотком по внутренней стороне его черепа. За окном было еще темно. Молодой человек медленно повернул голову и посмотрел на постель. Никого. Значит, ушла. Он встал и потянулся. Одеяло свалилось с его тела на пол, открывая взору побоище на кровати, простынь, перемазанную кровью и подушки непонятно в каком состоянии. Лицо его брезгливо скривилось и он сдернул испачканную тряпку с кровати, бросив ее кучей на пол. Посмотрев время, он направился в ванную. Там Кун склонился над раковиной. Его жутко мутило. Отошел к унитазу и сунул два пальца в рот. Ничего кроме спазмов ему это не дало. И Кун еще больше разозлился, что теперь придется отходить от вчерашних возлияний весь день. Наспех помывшись, он обмотался полотенцем и, вытирая волосы, вышел из ванной. На кухне уже гремела посуда и тянуло чем-то вкусным. Значит, обойдется без сцен. Ей же лучше. Ведь его совершенно не заботило, в каком она сейчас настроении. Все что случилось с ней этой ночью-это всего лишь самый обычный половой акт, который рано или поздно пришлось бы совершить. Она должна гордиться, что первым ее тело тронул такой мужчина, как он. Кун, как был в полотенце, так и прошел на кухню. Сев на свое место во главе стола, он принялся ждать. И Сыль не гладя на него поставила на стол стакан воды и подала таблетку на маленьком блюдечке. Уголок его губ дернулся. Она не хочет к нему прикасаться? Салфетка. Столовые принадлежности. Закуски и тарелка легкого супа. Рис. И все это не поднимая глаз, с резкими торопливыми движениями. Такая нервная. Такая маленькая.Слишком невинная и безупречная. Ее не видно и неслышно, но она умудряется делать все, что только возможно, касается это дома ли, работы ли. Как раздражает! Другая от радости до потолка бы прыгала, а она? Кажется, она готова сделать что угодно, лишь бы находиться в этот момент подальше от него. Но вот она потерла ладони и коротко взглянула на него. Ей что-то было нужно... -Можно мне...-она запнулась, снова посмотрела куда-то ему между бровей и сглотнула.-Можно мне сегодня задержаться немного? -Зачем?-Кун по прежнему глядел в телевизор напротив, работавший в беззвучном режиме. -Я должна навестить маму в больнице. Боже, ну что за картина. У Никкуна было ощущение, что он не облагодетельствовал ее сегодня ночью, а положил ей по паре мешков с картошкой на плечи и посыпал пеплом голову, потому что она стояла сгорбившись и опустив лицо к полу, теребя пальчиками рукава тонкой вязаной кофточки. -Иди, если надо. Девушка тут же собралась сбежать,но Кун ей не дал. -Кстати, в какой больнице лежит твоя мама? Она назвала, но он не расслышал. -Говори громче,-резко гаркнул он и девушка вздрогнула. Опять. Вот уже тысячный раз. Ей что, заняться нечем, как только вздрагивать он любого повышения голоса?! Раздражает! -Медицинский Центр Самсунг!-чуть не крикнула она и убежала. И все! Он слышал, как дверь ее комнаты захлопнулась. Спокойно допив свой утренний кофе, он встал и пошел одеваться. Джинсы, рубашка, толстовка, кепка, очки без стекол. Голова болела. Ему казалось, что он до сих пор пьян. Еще эти внеплановые ночные приключения... Да и причина попойки тоже... внеплановая. Сын Чана. Кун громко вздохнул и потер ладонями глаза. От чего-то болело сердце. -Отец, мне нужна твоя помощь,-он прижал плечом телефон к уху, когда обувался, выходил и захлопывал дверь, за которой осталась Вечно Дрожащая.-Нужно позаботиться кое о ком в больнице Самсунг. Я обещал... Кто бы мог подумать, что несколькими часами позже он снова вспомнит об этой больнице. Более того, что он поедет в нее сам. -Хен, я встану возле выезда. Постарайся поскорее закончить,-сказал он менеджеру, которого сам же и вызвался подбросить по делам, желая развеяться. -На твоем месте я бы наоборот, пользовался любой возможностью поспать,-ворчал тот, выходя из машины. Тренировка у Куна не клеилась. Вчерашние возлияния не прошли даром, поэтому тренер рассудил, что лучше пусть он помрет где-нибудь тихо в уголке, чем мешать всем остальным. Не сказать, что Никкун прямо умирал с похмелья. Все же он принял лекарства утром и позавтракал. Но все же какая-то слабость в членах наблюдалась. Кун вышел из машины и прислонился к ней спиной, отвернувшись от дороги. Он вынул из кармана пачку сигарет и выбил из нее одну. Сжав в зубах, уже было хотел прикурить, но передумал. Вообще-то, он не курил. По крайней мере старался не делать этого, тем более на людях. Просто иногда что-то накатывало и появлялось дикое желание затянуться, почувствовать, как едкий дым дерет горло и проникает в легкие, как горький воздух наполняет нос и мысли становятся невесомее, пока не выветрятся совсем. Но убрать сигарету он так и не смог. Его на мгновение приморозило к месту с поднесенной ко рту зажигалкой. Взгляд не отрываясь скользил по милому личику, раскрасневшемуся. Глазки опущены, по губам скользит едва уловимая нежная улыбка. Из тех, что заставляет девушек выглядеть непередаваемо прекрасными. Она сжимала в руках рюкзак, теребя петельку и кивала в ответ на слова мужчины в халате, положившему руку на ее плечо. А тот, вы только посмотрите на него, стоит, склоняясь над ней и рожа-то у него какая довольная. Никкун бросил сигарету на землю и с силой надавил на нее, стараясь размазать, втереть в асфальт. Вот тебе и недотрога. В этом была вся женская суть. Притворство. А обмана он не терпел. Он резко развернулся и сел в машину. Но взгляд его все время возвращался к отражения мужчины и девушки в боковом зеркале. Еще сегодня утром И Сыль готова была сказать, что жизнь ее не удалась настолько, что вряд ли улыбка когда-либо еще посетит ее лицо, но сейчас она была готова простить миру все его прегрешения. Когда она приехала в больницу, ей пришлось несколько минут бесцельно побродить. Потому что ее мать пропала из своей палаты. Девушка хотела было спросить у мед персонала, но вокруг народ сновал с такими деловыми и занятыми лицами, что она не решалась остановить кого-то. Она присела на скамью в коридоре и сжала кулачки. Это все Он был виноват, Никкун!. Ее жизнь и так не способствовала повышению самооценки.Сомнения абсолютно во всем одолевали ее теперь. В том, что она сможет помочь матери, в том, что удержится на работе. В том, что когда-нибудь у нее будут нормальные отношения. А сейчас ей казалось, что она бросила часть себя в смятых простынях его огромной постели, белье с которой она снимет сегодня вечером и постирает. Только вряд ли это поможет. И только она собралась с духом и поднялась, как рядом кто-то остановился. Черные ботинки, тонкие бежевые джинсы, белый халат,бледно-розовая рубашка с подходящим галстуком, тонкая оправа очков и смеющийся взгляд за ними. -А я все ждал, когда же вы придете!-доктор улыбался. -Да..-протянула девушка, изо всех сил пытаясь вспомнить, кто он такой. Что-то знакомое было в его чертах. Уже не молодой, лет на пятнадцать старше ее, но подтянутый и стройный, высокий, с широкими плечами и доброй улыбкой. он выглядел, как надежная улыбчивая скала. -Я -Кан Ын Сок, лечащий врач вашей мамы. -Да!-она вспомнила. Он был тем самым доктором, который спорил в коридоре с Хи Джу-онни, когда мама только попала в больницу.-Рада знакомству. Она ляпнула и только потом сообразила, что невпопад. -Пойдемте, я отведу вас к вашей матери,-он заложил руки за спину, отчего стал выглядеть еще сильнее.- Честно говоря, после того, как Джи Ен обещала вам помочь, я чувствовал какую-то ответственность... -Ну что вы, не стоило...-И Сыль чувствовала, что ее глаза начинают ходить по одной траектории. Вверх и вниз, но ей все еще было неловко так запросто разговаривать с мужчиной. Хотя этот создавал такую приятную атмосферу... -А когда сегодня утром пришло распоряжение перевести вашу маму в отдельную палату и начать хорошее лечение, у меня камень с души упал,-доктор в порыве прижал ладонь к груди. Брови его приподнялись и от этого он стал похож на совсем молодого парня. И Сыль внутренне вздохнула. И откуда только такая масса позитива в его возрасте. Между тем они зашли в отдельный коридор, где двери каждой палаты был больше и роскошнее. Она уже начала опасаться, куда это он ее вел. Но тут же одернула себя. Не стоило из-за одного экземпляра стричь всех под одну гребенку. Наверное... Но тут доктор остановился и показал рукой на табличку. На ней было имя ее матери. И Сыль уставилась на него. -Это шутка? -Совсем нет,-он перевел взгляд на нее и увидел, как ее глаза снова уставились в пол.-Средств хватило на все,-он склонился ближе.-Даже на то, на что не планировалось. Я провел полное обследование. Он с серьезным видом сложил руки на груди, но тут же испортил впечатление, подмигнув ей. Доктор улыбнулся, распахнул двери и жестом предложил ей войти. Не нужно было и говорить, в какое состояние повергло все это И Сыль. С одной стороны она была несказанно рада, что у мамы ее появился реальный шанс, хороший уход и отдых, которого женщина не видела на протяжении все своей жизни. И в то же время девушка с ужасом оглядывала дорогую обстановку палаты, большие комнаты. Яснее ясного становилось, откуда все это взялось и кто за это расплатился. Она. И Сыль. Своим собственным телом. Но разве может она стоить так дорого? Ответ пришел сам собой. Это был долгосрочный кредит, только вместо денег она будет отдавать себя. Раз за разом, уменьшая долг перед Ним, но увеличивая его перед самой собой. Поговорив немного с матерью, убедившись, что у нее все есть и выслушав доктора, девушка посмотрела на телефон и ужаснулась, как быстро пролетело время. Ей надо было срочно возвращаться, чтобы опять прислуживать этому дьяволу. -Я провожу,-услышала она, когда уже было попрощалась со всеми. Ей оставалось только кивнуть, поцеловать мать и постараться не зареветь в голос, выходя из палаты. Чем дальше она была от единственного родного человека, тем хуже себя чувствовала. Еще эта невозможность с кем-то поделиться. Не могла же она матери рассказать, что стала фактически содержанкой одного богатого артиста. Пока они шли к выходу, Ын Сок что-то рассказывал. Девушка не понимала не слова, но заставила губы расползтись в улыбке, хотя.. надо было посмотреть еще что там за улыбочка вышла. На улице ярко светило солнце и было тепло. Медсестры в аккуратной форме мелькали тут и там. Они улыбались. Они радовались. -Вы ведь не слышали не слова из того, что я говорил?-она быстро подняла глаза и тут же опустила их, продолжая улыбаться. -Да... -Ну, хоть ответ честный. -Извините, я не хотела,- И Сыль спустила с плеча рюкзак и сжала в руках петельку. Асфальт был по прежнему безумно интересен. -По правде говоря, я удивлен, как вы так быстро смогли найти столько денег... Простите. Это не корректно с моей стороны. Да и Хи Джу вам помогала. А уж если она что-то вбила себе в голову... -Мне немного тяжело от всего этого,-девушка решила не врать. Это было бессмысленно. Можно было просто не отвечать полностью. Можно было вообще не отвечать, но этот доктор проявлял столько искреннего беспокойства, что девушка не могла заставить себя грубить этому милому человеку. Поэтому продолжала стоять и молчать. -Все будет хорошо,-он ободряюще положил руку на плечо и склонился до ее роста. -Я прослежу, чтоб все до воны было потрачено разумно. -Спасибо! Спасибо вам!-она кончиками пальцев аккуратно сняла его руку со своего плеча и тихонько сжала. Она не хотела прикосновений и в тоже время боялась показаться грубой.-До свидания! Доктор кивнул и, повернувшись, пошел в больницу, глядя на часы. Видимо, возня с ней отняла у него много времени. И Сыль вздохнула, подняла голову, расправила плечи и пошла к выезду. -Далеко собралась?-от этого голоса, кожа покрылась мурашками. Так она могла реагировать только на одного человека и именно он стоял сейчас у автомобиля, засунув руки в карманы и глядя на ее исподлобья.