За мгновенье до тебя

День не задался с самого утра – после пробуждения я так активно потягивалась, сидя в кровати, что нечаянно зацепила бабушкин медальон и порвала цепочку. Справиться с проблемой самостоятельно не получилось, так что я просто сунула медальон в сумку и решила отнести его в мастерскую – заодно пусть почистят. Впрочем, неприятности не закончились – за порванной цепочкой последовал пригоревший омлет и вылившийся на плиту кофе. Черт, может мне вообще сегодня не ехать в клинику? Вдруг я там кого-нибудь из пациентов угроблю? - Ты просто нервничаешь, - громко сказала я, глядя в глаза собственному отражению в зеркале. – Потому что он так неожиданно исчез… Эмметт Каллен вел себя очень странно, и я не находила его поступкам никакого объяснения. Если я его не интересую, то зачем он уже две недели катает меня на машине? А если интересую, то почему этими проездками все ограничивается? Мы видимся только два раза в день – утром и вечером. Правда, Эмметт уже дважды возил меня в Сиэтл в дом престарелых, а один раз мне даже удалось затащить его потанцевать в клубе Порт-Анжелеса. Но это все не то… А вчера он вообще не появился! Я проснулась с первыми лучами солнца, и чуть с ума не сошла от радости, потому что погожие дни в Форксе выдаются очень редко. А он не приехал! Так что все настроение насмарку… - Прекращай! – снова сказала я сама себе (так и до раздвоения личности недолго). – Он ничем тебе не обязан. И нельзя позволять чужому человеку так влиять на твое настроение… С улицы донесся знакомый автомобильный гудок, и мое сердце тут же подпрыгнуло и затрепетало. Ну уж нет, не буду я радоваться, как дура! Захотел – приехал, захотел – не приехал… Сейчас вот возьму и пойду на работу пешком! Впрочем, выбранная тактика поведения тут же показалась глупой – нет проще способа продемонстрировать мужчине, что он тебе небезразличен, чем показать, как ты обиделась на невнимательное отношение. Не стану вести себя, как дура! И привязываться к нему не стану – мне сейчас никакие отношения не нужны. Лучше я его… как-нибудь спровоцирую. Поцелую, например. Точно, дождусь подходящего момента и поцелую – это поможет расставить все по своим местам и окончательно выяснить отношения. Вдохновленная новой идеей, я спустилась с крыльца и мгновенно оказалась возле машины Эмметта. - Привет, - улыбнулся он, ловким движением открывая передо мной дверцу. - Привет, - отозвалась я и тоже схватилась за нее, причем таким образом, чтобы обязательно коснуться его прохладных пальцев. Касание было мимолетным, но Эмметт мгновенно отодвинул руку. Я же устроилась на кожаном сиденье, раздумывая, что ему от меня нужно. Если нравлюсь, чего дергаться? А если нет, зачем он уделяет мне внимание? Загадка, одним словом… Покосившись на парня, который с невозмутимым видом устроился за рулем, я расстегнула на блузке две верхних пуговички и заявила: - Жарко. Если учесть, что температура на улице с трудом дотягивала до пятнадцати градусов, поверить в такое заявление было весьма сложно. Но он ничего не сказал, и тогда я решила идти напролом – перегнулась через Эмметта и, практически устроившись грудью на его коленях, стала потрошить стопку дисков, не забыв проворковать: - Не возражаешь, если я выберу музыку? Каллен промолчал. Он сидел абсолютно неподвижно, как статуя, но я готова была поклясться, что взгляд парня сверлит мою обнаженную шею. От этого взгляда по коже забегали мурашки, и мне внезапно до дрожи захотелось, чтобы он меня коснулся. Чтобы протянул руку и провел пальцами по выпирающим позвонкам. Чтобы запустил ладонь мне в волосы. Чтобы прижался к коже губами… Что за черт! Я же должна его выводить из равновесия, а не себя! Рассердившись непонятно на что, я резко выпрямилась, сжимая в руке первый попавшийся диск. Эмметт сидел очень прямо, максимально откинувшись на спинку кресла, и губы его были плотно сжаты. Да что происходит, в конце концов?! Я уставилась на него и некоторое время сверлила взглядом. Эмметт не реагировал. Тогда я вдруг взяла и заявила: - Ты вчера не приехал! Секунд двадцать он молчал, словно обдумывая эти слова, а потом очнулся. - Не мог. Непредвиденные обстоятельства. - А как насчет позвонить? – саркастично осведомилась я, недовольная тем, что вообще затеяла этот разговор. - Не подумал, - он наконец-то обернулся и одарил меня привычной уже открытой улыбкой. От былого напряжения не осталось и следа. – Извини. Могу я загладить свою вину? - Можешь, - кивнула я. – Только я пока еще не придумала, как… Вечером заедешь? - Конечно. Машина остановилась возле больницы, и я, сама не зная, зачем это делаю, быстро подалась вперед и поцеловала его в щеку. А затем, не дожидаясь ответной реакции, пулей вылетела из салона и направилась к крыльцу. Эмметт смотрел мне вслед – я чувствовала. Но остановить не пытался. Что ж, посмотрим, что он предпримет вечером… * * * Ничего! Черт возьми, абсолютно ничего! Ну что мне сделать, чтобы намекнуть еще прозрачнее? Я хочу определенности (хотя и не очень понимаю, зачем мне это нужно). - Давай сегодня просто прогуляемся, - предложила я, когда мы встретились возле крыльца. – Погода отличная. На улице действительно ощутимо потеплело, и на небе даже начали проглядывать звезды. - Давай, – кивнул Эмметт. Несмотря на свой рост и атлетическую фигуру, он двигался абсолютно бесшумно, так что, когда мы шли рядом, в тишине раздавался только стук моих каблуков. Мы молчали всю дорогу, лишь изредка перебрасываясь ничего не значащими фразами, но это молчание было уютным. И когда впереди показался мой дом, мне не захотелось уходить от него. Что ждет меня там? Одиночество, которое давно стало верным спутником, но с которым я так и не свыклась?.. В общем, я решила, что если уж проводить «следственный эксперимент», то именно сейчас. Мы остановились у моего крыльца, и я негромко позвала: - Эмметт! Он обернулся и чуть склонил голову, всем своим видом выражая внимание к моим словам, но я не стала ничего говорить – быстро подалась вперед и, поднявшись на цыпочки, коснулась его губ своими. Ответная реакция последовала незамедлительно. И была она совершенно неожиданной – Эмметт практически отшвырнул меня к стене дома, возле которой мы стояли, и я ощутимо ударилась об нее спиной и затылком. Хотела было возмутиться и заявить, что даже если ему не по нраву мое поведение, это не повод драться, но не успела. Потому что Эмметт мгновенно оказался рядом и буквально вдавил меня в каменную кладку. Его ладони сжали мои плечи, а потом одна рука метнулась вверх и легла на затылок, который до сих пор саднил от удара. Я вскинула голову и встретилась с ним глазами, чувствуя одновременно невероятное возбуждение и полную растерянность. А Эмметт свободной рукой обхватил меня за талию (клянусь, я слышала, как хрустнули ребра) и поцеловал. Причем поцелуй был настолько страстным, что у меня мгновенно подкосились колени. Черт возьми, по-моему, это и называется «доигралась»… Он целовал меня отчаянно, страстно, даже грубо, а объятья были настолько крепкими, что можно не сомневаться – все тело будет в синяках. Но я даже помыслить не могла о том, чтобы начать сопротивляться. Все движения Эмметта казались наполненными какой-то первобытной страстью, и противиться ей было просто невозможно. Он остановился сам – резко разжал руки, выпуская меня на свободу, и оперся ладонями в стену. Глаза Каллена горели, тело было напряжено до предела, и мне даже стало неловко, что я довела беднягу до такого состояния. Хотя… он же чуть не разбил мне голову об стену. Так что мы, вроде, квиты. - Прости, - сдавлено проговорил Эмметт, восстанавливая дыхание. – Ты на меня так действуешь… - Я? – шепотом переспросила я, стараясь не двигаться – мало ли, что он еще выкинет. – Да ты ко мне даже не прикасался раньше! - Поэтому и не прикасался. Я бы и сейчас не стал, но ты… - Так я тебе нравлюсь? – уточнила я, хотя теперь ответ был очевиден. Эмметт только ухмыльнулся – самообладание возвращалось к нему поразительно быстро. - Пойдем в дом, - осторожно предложила я и, поймав его взгляд, тут же уточнила: - Не для того, о чем ты подумал! Просто успокоимся и выпьем чаю. Каллен некоторое время гипнотизировал меня взглядом, а потом кивнул и позволил мне выбраться из плена его рук. Я тут же стала подниматься на крыльцо, а он тенью последовал за мной. Я шла и думала о том, что веду себя, как полная идиотка. Сама спровоцировала парня… И для чего? Для того чтобы сказать, что нам с ним лучше даже не пытаться построить хоть какие-то отношения? Ведь я же собираюсь с ним поговорить начистоту… То есть, я и раньше хотела это сделать, но боялась оказаться в неловком положении – вдруг принимаю желаемое за действительное, и начну разговор об отношениях, когда он об этом даже не думал… В темноте прихожей все происходящее стало казаться еще более нелепым. И я уже подумывала спустить все на тормозах, но тут Эмметт вдруг обхватил меня сзади за талию, заставляя прижаться к нему спиной. Причем на этот раз объятья были далеко не такими крепкими, так что моим ребрам ничего не угрожало. - Лив, - негромко позвал он, обдавая мою щеку своим дыханием, и мне на нервной почве почему-то показалось, что оно прохладное. – Ты… испугалась? Я осторожно покачала головой. - Нет. - Тогда почему так напряглась? - Потому что я сама не знаю, что делаю, - честно призналась я. – Мне хотелось разобраться в ситуации и понять, нравлюсь ли я тебе, а теперь я не знаю, что с этим делать. Потому что у меня, если честно, и в мыслях не было завязывать какие-то там романы… - У меня тоже, - с усмешкой отозвался он. - Нет, я серьезно! Я не та, кем могу показаться. У меня есть страшная тайна… Эмметт, видимо, решил, что я шучу – он усмехнулся, и прохладное дыхание снова коснулось моей щеки. - Расскажешь? - Если я тебе и правда, нравлюсь, то придется. Иначе я могу подвергнуть твою жизнь опасности… На этот раз он усмехнулся еще явственнее, и я даже почти обиделась – ясно же, что меня не воспринимают всерьез. - Пойдем в комнату, не в прихожей же говорить о таких вещах! Думала, что он отпустит меня, но вместо этого Эмметт подхватил на руки и в буквальном смысле слова дотащил меня до гостиной. Здесь он очень осторожно опустил вашу покорную слугу на диван, сам сел рядом и заверил: - Я весь во внимании. Я молчала. Легко было принять решение все ему рассказать – в конце концов, я безумно устала носить это в себе, и поделиться с кем-то было просто необходимо. Но как сказать об этом? И с чего начать? Ладно, будь что будет, начну с самого начала. - На самом деле меня зовут Оливия Шеппард, - выпалила я, внимательно глядя в его удивительные глаза цвета дикого меда. – Я родилась в Южной Дакоте, а здесь живу под чужим именем... Я участница программы по защите свидетелей.