Fresh blood or prosecution redhead banshee

Sundown on the sorry day By night lights the children pray I know you're probably getting ready for bed Beautiful woman get out of my head I'm so tired of the same old crud Sweet baby I need fresh blood.

— Лидия, — насмешливо и нарочито громко говорю я, и перекатистое эхо разносится по опустевшему зданию также, как и медленные шаги. Средняя школа города Бейкон-Хиллс последнее место, где мне хотелось находиться; этот храм знаний так и пропах бесконечной скукой и желанием поскорее отсюда убраться. Но сейчас школа совершенно пуста, потому что нет ни единой души, кто жаждал бы оказаться здесь, да и еще посреди ночи. Она пуста, если закрыть глаза на присутствие меня и рыжеволосой банши. Лидия Мартин. Эта девчонка чертовски умна, если не гениальна, но, к ее сожалению, и моему ликованию, не настолько, чтобы придумать иное место для игры в прятки. Точнее, это — самое глупое из принятых ею решений; решение, о котором она глубоко пожалеет. Лидия в сотканной самой для себя ловушке, из которой есть только единственный выход. И этот выход называется смертью. — Лидия, — вновь повторяю я, — выходи. Хватит прятаться, хватит испытывать мое терпение. Которое, кстати говоря, на исходе. Тебе все равно некуда идти в полнолуние. Она все слышит, я готов поставить тысячу баксов, что она слышит мой голос через всю школу. Слышит и все прекрасно понимает, но продолжает показывать свой упрямый характер. Или это страх? Отнюдь, ведь Лидия Мартин совсем не трусиха и далеко не дура, чтобы не осознавать всю безвыходность сложившейся ситуации для нее. Я лениво прогуливаюсь по продолговатому школьному коридору, периодически вслушиваюсь в идеальную тишину и продолжаю идти дальше, не услышав сердцебиения и всхлипов, что обычно выдают Лидию с потрохами. Я играл с ней, как хищник играет со своей добычей, прежде чем разорвать ту на кусочки; я давал ей почувствовать мнимую свободу, чтобы потом лишить. — Чем больше ты показываешь свое упрямство, тем сильнее я злюсь и желание кому-нибудь вырывать сердце возрастает. Ты была права, когда назвала меня монстром, ведь я и есть монстр. Я усмехаюсь, предвкушая вкусное лакомство в виде рыжей банши. Вы знали, что кровь этих вестников смерти по вкусу напоминает кровь фей? Я раньше не знал. Но стоит попробовать их кровь один раз, сложно удержаться, чтобы не сделать это во второй и следующие. На секунду я даже ощущаю чувство, ставшее столь незнакомым — жалость: Лидии всего шестнадцать, она вестник смерти и ей суждено умереть от моей руки в ближайшие часы. Разве это не трагично и в то же время забавно? — Здесь есть кто-нибудь? — слышится приглушенный голос, возрастающий с каждым мгновением, вперемешку с оживленными шагами. — Я вызову полицию! — продолжает он же. Через некоторое время в дверях появляется человек в черной форме, судя по всему, охранник. Он прищуривается вглядывается в темноту и едва завидев меня, страшно возмущается. — Мужчина, что Вы здесь делаете? Школа закрыта! — недовольно восклицает мужчина. Я закатываю глаза и раздраженно вздыхаю: сегодня ночью я не самый терпеливый вампир. — Знаете, я ищу одну ученицу здешней школы — Лидию Мартин. Я ищу, потому что хочу выпить ее кровь. Я мог бы выпить и тебя, но ты меня не привлекаешь, поэтому тебя я просто убью. Его рот открывается не то от страха, не то от удивления (хотя, скорее всего, первое), и с таким же выражением лица он навзничь падает на пол, когда еще бьющееся сердце оказывается в моих руках. Сжав орган, бросаю в сторону и он с хлюпающим звуком приземляется неподалеку от трупа и приличной лужи из крови под ним. — Я убил его, — смеюсь я, продолжая свою прогулку, словно все это — совершенно обыденное дело. — И эта жертва лишь твоя вина. Как и сотни других невинных людей, когда-либо контактирующих с тобой. Твоя семья, твои друзья, твой бойфренд, все они будут в скором времени мертвы. И все из-за твоего упрямства. Я даже готов сохранить твою жалкую жизнь, если прямо сейчас ты выйдешь оттуда, где прячешься и последуешь за мной. Давай же. Впереди целая ночь и меньше всего я хочу ее потратить на поиски самоуверенной девчонки, отчего-то решившей, что сможет противостоять вампиру. Человек против вампира. Комично. — Стой там, где ты стоишь, иначе я выстрелю в тебя, — слышится до жути знакомый голос позади, и я оборачиваюсь, шутливо поднимая руки вверх. — Я выстрелю в тебя в любом случае, чтобы никто больше не пострадал. Нортман, ты действительно думал, что я сдамся без боя? Ты слишком наивен для тысячелетнего вампира, — Лидия победно ухмыляется, видимо, решив, что превосходство на ее стороне, из-за оружия в ее руках. Как бы не так. — Я приложу все усилия, чтобы убить тебя. — Я и не надеялся на твое добровольное сотрудничество, дорогая. И это было слишком дерзко сказано для той, чья жизнь целиком и полностью в моих руках. Знаешь, — я молниеносно появляюсь позади нее, хватаю руку, которая держит пистолет. Я сжимаю хрупкое запястье, и оружие падает из девичьих рук. — А ведь ты действительно смелая, смелая до глупости. Сейчас ты повела себя глупо, да и еще клялась меня убить. — Я никогда не стану твоей и никогда не прогнусь под тебя, Нортман. Никогда. Ты можешь меня убить, но все равно никогда не получишь своего. — Посмотрим, Лидия, — насмешливо говорю я, неся в одном лишь тоне голоса неприкрытую угрозу. Лидия сама не понимала, насколько ошибается или же, насколько права. — Сейчас я всего лишь хочу отведать тебя. Будь так добра, не кричи, иначе твою шею мне точно придется свернуть. Я выпускаю клыки и немедля, впиваюсь в белоснежную кожу на шее. Лидия не кричит, как я ей и наказал, а просто кратко вскрикивает, понимая, что ситуацию не изменить. Сдалась? Хорошая девочка.