The Boy With The Dragon Tattoo

Утром Луи разбудило назойливое пиликанье телефона на прикроватном столике. Звук эхом отразился от стен огромной лондонской квартиры, которую музыкант купил некоторое время назад за дьявольски бешеные деньги. Конечно, это была идея Барри. Якобы, восходящей молодой звезде просто необходима пафосная квартира с джакузи и домашней электроникой, реагирующей на хлопки и голос хозяина. Луи так и не выяснил, насколько данная покупка поспособствовала его популярности или подъёму авторитета, но находиться в этих апартаментах было по истине приятно. Мобильный пиликнул ещё раз, после чего Луи окончательно проснулся. После бурной ночи его как правило будили телефонные звонки от Барри или каких-то больших «шишек», которых он часто встречал в ночных клубах. Но вчерашний вечер оказался скуп на полезные знакомства. Музыкант даже не взял телефон у приятеля Барри. Вряд ли они ещё встретятся. Зато он хорошо помнил, как встретил в клубе Джеймса, своего тату-мастера, и как договорился с ним о встрече. К слову, телефон разрывался как раз потому, что Луи пришли две СМС-ки к ряду. Как раз от Джеймса. «В моём салоне, ровно в 2. И не опаздывай! Ты не единственный клиент на сегодня!» Томлинсон усмехнулся. Только Джеймс мог его так подгонять. У других просто не хватало духу. Но делать было нечего. Часы уже показывали 12, а значит, времени оставалось не так много. Луи сладко потянулся, зевнул и вылез из-под одеяла. На кухне его уже ждал свежеприготовленный завтрак. Сегодня это был омлет с беконом. Домработница обычно приходила рано утром, прибиралась в комнате, если было грязно, и готовила завтрак, который Луи потом разогревал в микроволновке. Но сегодня она явно припозднилась: омлет был ещё тёплым. Не долго думая, Томлинсон отправился в ванную, чтобы привести себя в порядок и почистить зубы. А на это требовалось время. Луи прекрасно знал, какие проблемы по утрам ему достают волосы: они постоянно путались, скатывались и на утро представляли собой нечто совершенно бесформенное. Это утро не стало исключением. Музыкант, уже по привычке, побрызгал волосы водой и причесал их. Они не всегда ложились, как надо, но Луи было лень что-либо переделывать. Благо, он имел средства на походы к своему личному парикмахеру не реже двух раз в месяц. Пока Луи возился в ванной, омлет уже успел остыть, поэтому завтрак вновь не миновал микроволновки. Томлинсон жадно набросился на омлет, как будто вчера совершенно не ел. В принципе, так оно и было. С утра Луи успел перехватить пару гамбургеров в фаст-фуде, вернее, ему их достал Барри, затем было нечто напоминающее йогурт в гримёрной перед выступлением. И всё. После этого ничего, кроме крепкого алкоголя не побывало во рту Луи Томлинсона. Омлет быстро оказался съеден и запит крепким чёрным чаем, который всегда бодрил и восполнял силы по утрам. Но Луи не мог не почувствовать лёгкое недомогание, которое всегда преследовало его на утро после клубной ночи. Казалось, он уже научился не замечать его, ведь, когда алкоголь становится неотъемлемой частью рутины, ты перестаёшь контролировать его объём в организме. То есть перестаёшь совсем его замечать. Луи думал, что через пару лет и вовсе сотрёт все границы, а головная боль перестанет приносить неудобства. На часах был ровно час. А это означало, что уже стоило выезжать. Воскресенье, разгар дня… Лондонские пробки всегда на месте. Даже если вы не едете в центр. Луи жил на западе столицы в тихом и уютном районе, построенном всего лишь пять лет назад. Район вошёл в программу озеленения и за последнее время преобразовался в один и самых комфортабельных жилых районов Лондона. Ну, и цены здесь, конечно, всего за несколько месяцев взлетели буквально до небес. Другими словами, вполне стали соответствовать стандартам Вест-Энда. Но когда Луи впервые въехал в свои апартаменты, то однозначно заявил, что они не стоят и половины потраченной на них суммы. Томлинсон в последний раз заглянул в зеркало перед отъездом. На этот раз ему повезло: волосы легли более или менее ровно, и всё это великолепие теперь можно было, хоть и с натяжкой, назвать причёской. Луи поднял свою чёлку вверх и закрепил её лаком. В такие минуты он ощущал себя малолетней девчонкой, собиравшейся на вечеринку к более страшим сверстникам. Но музыкант точно знал, что не протянул бы без лака и нескольких минут. Точнее, его чёлка не протянула бы. Когда с внешним видом было покончено, Луи взял с тумбочки барсетку, положил туда всё необходимое и покинул квартиру. Спускаясь вниз по лестнице, Луи всегда проходил мимо своего почтового ящика. Обычно из него буквально вываливались многочисленные письма от фанатов. Сегодняшний день не стал исключением. Музыкант обречённо посмотрел на кипу конвертов и листков, еле впихнутых почтальоном в его ящик. Томлинсон бы с удовольствием наплевал на чувства фанатов и просто выбросил бы все письма в ближайший мусорный контейнер или даже сжёг бы. Но в такие минуты у Луи почему-то просыпалась совесть. Он представлял себя на месте своих фанатов и понимал, что ни за что бы не смог выкинуть ни единого письма из почтового ящика. Он мог прочитать не все или не читать вовсе, но ни одно присланное письмо не полетело бы в мусорное ведро. Для них Луи приготовил специальную кладовую комнату, куда складывал все письма до единого. Как говорил музыкант: «будет, что почитать на старости лет». Звучало глупо, но Луи никогда не изменял этому принципу. По крайней мере, старался не изменять. У дорогого района в Вест-Энде, конечно же, есть несомненный плюс, который первым привлёк внимание Барри перед покупкой. Это была охраняемая территория. Причём, очень сильно охраняемая. Таким образом, купив здесь квартиру, Луи фактически обезопасил себя как от назойливых репортёров, так и от орущих под окнами фанатов. Это не могло не радовать, но вместе с тем заставляло чувствовать себя отчуждённым и как будто бы изолированным. К таким ощущения Луи до сих пор не мог привыкнуть. Новенький Range Rover Томлинсона, как и оговаривалось с водителем, был припаркован у самого дома. Во дворах машин вообще было немного, но Range Rover Луи всё равно выделялся среди прочих. Главным образом потому, что всегда был натёрт до блеска и потому что на бампере вместо номера была прикреплена табличка с надписью «Fuck U!». Фанаты неоднозначно приняли новость, когда увидели фотографию таблички в Твиттере. Но Луи принципиально не собирался ничего менять. Это не только добавляло немного пиара, но и доставляло владельцу машины неимоверное удовольствие. Номер, как и было положено по правилам, был прикреплён в правом верхнем углу лобового стекла. Всё-таки музыкант был законопослушным гражданином. По крайней мере, старался им быть. Луи резко нажимает на газ, и машина трогается с места. При выезде из района Луи приходится проезжать шлагбаум и предъявлять свой пропуск, который даёт ему право въезжать и выезжать с территории района. Подмигнув охране, Луи поворачивает направо, на оживлённое шоссе, ведущее в самое сердце Лондона. Но Томлинсону нужен вовсе не центр. Уже спустя пару километров Range Rover вписывается в крутой левый поворот, ныряет под мост и перестраивается в самый правый ряд Восточного шоссе, ведущего к Ист-Энду. Именно туда и планировал заскочить сегодня Луи. В Ист-Энде располагался один из самых дорогих и модных тату-салонов не только Ист-Энда, но и самого Лондона. Он носил название «Beetlejuice». Согласна, название не выглядит привлекательным, но именно оно создало салону настоящую славу среди любителей татуировок. Если у тебя много денег, то ты идёшь в «Beetlejuice», в противном случае ты абсолютно ничего не понимаешь в тату-искусстве. Возрождение старого дешёвого клуба, превращение его в модный тату-салон, пиар-кампания и оригинальное название – всё это заслуга одного единственного человека. Им является Джеймс Картер – один из владельцев и по совместительству главный мастер салона. Говорят, что у него золотые руки и абсолютно безграничный талант. Луи Томлинсону посчастливилось убедиться в этом самостоятельно. Одна единственная татуировка, и с тех пор музыкант всегда приходил в этот салон, если хотел видеть на своём теле какой-либо рисунок. Конечно, рейтинги салона взлетели ещё выше, когда визиты рок-музыканта стали достоянием общественности. А после оглушительного успеха на Уэмбли не стоило и говорить о росте прибыли! Луи никогда не задумывался, какие последствия имеют его появления в том или ином тату-салоне, магазине или просто кафетерии. Он до сих пор не считал себя звездой мирового масштаба, хотя ему несомненно импонировала такая мысль. Наверное, он бы не задумываясь попросил автограф у Пола Маккартни, если встретил бы того в каком-нибудь ресторане, и уж точно не удивился бы, если Пол не попросил бы его автограф взамен. Слава не сразу отравляет человека. И Луи был настроен биться до последнего. Range Rover свернул на главную улицу Ист-Энда и встал в небольшую пробку, протянувшуюся до первого светофора. Луи нервно смотрел на часы. Он ненавидел опаздывать. Ему всегда казалось, что чем выше социальный статус человека, тем более пунктуальным он должен быть. Томлинсон нечасто грешил опозданиями, но ему всегда было неприятно это делать. Часы показывали без пятнадцати два, а пробка всё не рассасывалась. В такие моменты Луи жалел, что элементарный этикет и уважение к окружающим не позволяли ему открыть дверь, высунуться наружу, крикнуть на всю улицу «Я Луи Томлинсон! Пропустите меня, мать вашу!» и спокойно проехать по образовавшемуся тоннелю до места назначения. Но Луи терпел… И не зря. Простояв в пробке пять минут, машина вновь набрала скорость, проехала злополучный светофор и свернула в один из узеньких переулков Ист-Энда. Салон «Beetlejuice» было видно издалека: только ему в этом квартале выделили особую парковочную площадку, где чисто теоретически можно было построить целый дом. Популярность салона и обилие клиентов вынудили девелоперов сдаться и уступить место под парковку. Луи припарковал Range Rover на одном из свободных мест и поставил машину на сигнализацию. У входа в тату-салон стоял рослый и крепкий охранник с рацией в руке. Сам салон внешне напоминал скорее ночной клуб, чем тату-салон, но эти два «мира» всегда были чем-то похожи. Над дверью красовалась чёрная табличка, на которой золотыми буквами было выведено «Beetlejuice». - Здравствуйте, мистер Томлинсон, - сказал гортанным голосом охранник и пропустил посетителя к двери. Луи улыбнулся и шагнул внутрь. В салоне всегда было тихо, если не брать в расчёт постоянно игравшую музыку. Чаще всего это было Кантри или Инди, но Луи всегда просил Джеймса ставить Рок, когда ему рисовали татуировки. Так Томлинсон чувствовал себя в своей тарелке. Не успел Луи присесть на диван, как из-за угла появилась фигура Джеймса Картера. На нём была потрёпанная чёрная майка и синие джинсы, из-под которых торчали рваные кроссовки. Это был совсем другой Джеймс, не тот, что носил костюмы и скрывал рубашками свои многочисленные татуировки. В своём салоне Джеймс всегда одевался так, как хотел сам, и никому не позволял себя критиковать. Луи этого никогда и не делал. Ему нравился такой Джеймс. Что же касается одежды не первой свежести, то это было необходимо для удобства работы, ведь старую одежду всегда было пачкать приятнее, чем новую. И Томлинсон это безоговорочно принимал. - Луи, дружище! – Джеймс крепко обнял подоспевшего гостя. – Рад тебя видеть! - И я тебя! - Да по тебе часы можно сверять! – воскликнул мастер, взглянув на свои чёрный Rolex, с которыми он не расставался даже во время работы. Минутная стрелка остановилась ровно на 2 часах. - А то ты меня не знаешь! - Ты всегда приезжаешь за полчаса! Сегодня ты припозднился. Оба усмехнулись. Джеймс поспешил проводить Луи в свой «кабинет», как здесь называли помещения, где делали татуировки. Томлинсон, как человек уже знающий все тонкости процесса, без лишних слов уселся в кресло и принялся ждать команды мастера. - У тебя точно нет проблем из-за меня? Сюда ведь стоят в очереди неделями, - протянул Луи, разглядывая приготовленные эскизы и трафареты. - Для Луи Томлинсона у меня всегда припасена пара часиков на экстренный случай. К тому же, я лучше обслужу тебя, чем пару-тройку оболтусов, которые по несколько часов выбирают себе татуировку. - А что на счёт твоего воспитанника? - У него прямо-таки праздник! Подогнал парню двоих новых клиентов. Тот был на седьмом небе от счастья! - Отлично, а то я уже начал чувствовать себя виноватым, - усмехнулся Луи, медленно потягиваясь. - Перейдём к делу. Что ты хочешь? - Однажды утром проснулся с мыслью, что хочу себе огромный глаз на левой ключице. Но потом вспомнил, что огромного уже не получится. Посмотри, хватит ли места хотя бы для обычного? Луи выпрямился и стянул с себя чёрную футболку, обнажив упругое мускулистое тело. Одежда прятала не только накаченные мышцы, но и обилие самых разнообразных татуировок. Единственный принцип, которому придерживался Луи, так это не набивать себе цветные татуировки. Поэтому все рисунки на теле музыканта были чёрными. - Ну, что ж… - протянул мастер, оглядывая ключицы Луи. – Глаз совершенно точно вместится. - Я знал! – Луи почесал свою короткую бороду и улыбнулся. - Тебе, скорее, повезло! – саркастически заметил Джеймс, ведя пальцем по татуировкам на ключице. – В один прекрасный момент ты захочешь себе обнажённую даму на груди, но будет уже поздно: места не останется! - Насколько я знаю, его и сейчас там уже нет… Оба звонко рассмеялись. Джеймс встал со своего стула и направился к одному из стеллажей, до верху наполненных какими-то папками и незаконченными эскизами. - Есть у меня для тебя кое-что. Мастер протянул Луи листок, на котором был нарисован огромный глаз. Его прелесть состояла в том, что у него не было нижних ресниц, а вместо зрачка были нарисованы извивающиеся языки пламени. - Ты всегда знаешь, что мне нужно! – Луи не переставал восхищаться своим другом. – Делаем! - Отлично! Я только подготовлю антисептик, а то тут всё, оказывается, позаканчивалось! Джеймс вышел из помещения, оставив Луи одного. Музыкант вновь облокотился на спинку кресла и закрыл глаза. Он не сразу заметил, что в комнате заиграла другая музыка. Это были Queen! Они всегда восхищали Луи как музыканты, да и один только Фредди Меркьюри чего стоит! Но в салоне играли их не самые популярные песни. Всё-таки атмосфера не должна была напрягать, а все главные хиты Queen скорее подходили для полномасштабной вечеринки, чем для музыкального фона в тату-салоне. Томлинсон позволил себе расслабиться. Он знал, что за один день татуировку ему не сделают. Но даже учитывая этот факт, впереди его ждало много работы. Луи уже привык долго сидеть и терпеть, пока мастер выводил на его теле рисунок. Но никто не говорил, что это не утомительно. Хорошо, что в салоне без перебоев работал кондиционер, иначе клиенты не высидели бы здесь и часа. Луи уже успел погрузиться в атмосферу безмятежной расслабленности, когда его покой нарушил чей-то низкий незнакомый голос. - Джеймс! У меня машинка сломалась! Ты ведь уже давно обещал её посмотреть. Джеймс? Луи открыл глаза. На пороге стоял молодой парень, лет 19-20, в серой рубашке поверх свободной длинной футболки, спускающейся ниже колен. Синие джинсы выглядели потёртыми, в некоторых местах были дырки. Старые ношенные кеды явно были на два размера больше ноги того, на ком они в данный момент были надеты. Тонкая серая шапка, едва прикрывавшая пышную, кудрявую шевелюру, и проколотая левая бровь лишь добавляли экстравагантности образу. Встретившись взглядом с Луи, парень тут же замялся, так и не решившись перешагнуть порог. - Привет, - протянул Томлинсон, сообразив, что будет невежливо проигнорировать молодого парня. - П… Привет,- выдавил юноша, непонятно из-за чего перепугавшись. – Эм… Ты не видел здесь Джеймса? - Он только что… - Нашёл антисептик! Сейчас начнём! – раздался голос Джеймса, после чего мастер зашёл в комнату и остановился. – Гарри? - Я… Я искал тебя, а тут… - Я же вроде говорил, что у меня сегодня важный клиент, - Джеймс поставил баночку с прозрачным раствором на тумбочку и вытер руки полотенцем. - Я знаю. У меня машинка сломалась. Ты ведь её так и не посмотрел? Луи не мог не заметить, что Гарри говорил неуверенно. Как будто стеснялся присутствия Луи. Это из-за своей молодости? Луи ненамного был его старше. Чего же было так переживать? - Да у тебя голос дрожит! – не без издёвки сказал мастер, похлопав парня по плечу. – Понимаю. Такой важный день! - Джеймс, может ты нас представишь? – поинтересовался Луи, которого почему-то очень веселило стеснение парня. - Ах, да, конечно! Луи, это мой воспитанник Гарри Стайлс, молодой талантливый тату-мастер! – Джеймс подтолкнул Гарри поближе к гостю. – Гарри, это музыкант Луи Томлинсон! Да ты наверняка о нём слышал! Восходящая звезда рок-энд-ролла. - Очень приятно, - робко сказал Гарри и протянул руку. Луи и с трудом подавил смешок. Первый раз при нём так смущались. Неужели это было из-за того, что на нём не было футболки?