Youth and Whiskey

Прошла уже неделя, за которую я ни разу не видел Джерарда больше, чем полчаса, и то, когда он возвращался домой. Взлохмаченные волосы, мятая рубашка, довольная улыбка и мечтательный блеск глаз. И да, это все с ним сделала чертова Линдси. А знаете, что делал Фрэнк? Гулял. Серьезно. Я просто выходил из дома рано утром и возвращался поздно ночью, доедая остаток прекрасного ужина Мардж, который, как выяснилось, она заказывала в ресторанах, принимал душ и заваливался на кровать. А затем я долго не мог уснуть. Лунный свет, что проникал в комнату через окно, всегда светил мне в лицо, но не это было причинной моей бессонницы. Я много думал. И это сводило меня с ума. Я мог только неподвижно лежать и слушать тихое, сладкое сопение Джерарда. Порой он ворочался с бока на бок, но вскоре успокаивался. И лишь когда сил смотреть на него у меня больше не оставалось, я отключался, чтобы проснуться утром, схватить какую-нибудь книгу и сбежать. Сбежать от Джерарда, сбежать от чувств, сбежать от всего этого мира и той грязи, в которой я погряз. И вот снова солнце ярко слепит мне в глаза. На часах, на прикроватной тумбочке, 6:45. Тихо прокрадываюсь в ванную, чтобы принять душ. Чищу зубы, но не смотрю на себя в зеркало. Я не хочу видеть себя. Осторожно выхожу, чтобы никого не разбудить, захватываю с собой помимо книги куртку и наушники, немного денег и ключи от дома Мардж. Словно вор, я прокрадываюсь в коридор, обуваюсь и ухожу, закрыв дверь ключом. Обычно после этого я сразу иду в никуда, но последние дни я зачастил с посещениями того самого пляжа, на котором мы с Джи проспали всю ночь. С утра было как всегда прохладно, море было спокойным и красиво переливалось на солнце. Казалось, все море один большой кристалл и каждая его грань буквально светится. Я присел на свое излюбленное место и просто смотрел на горизонт, уходил в себя, сам не замечая, как сливаюсь со всем вокруг. Я становился один целым с морем. С голубым и безоблачным небом. Я мог парить с чайками, что кружили над моей головой. Я дышал полной грудью, и впервые мне хватало воздуха. Я не был в отчаянии. Я был умиротворен и спокоен. И это было чудесное чувство. Я пришел в себя где-то к часам девяти, когда начало темнеть и читать становилось проблематично. Удивительно, но за все время, пока я находился здесь, сидя на песчаном берегу, никто так и не появился. Это поражало, но приятно меня радовало. Я читал «Портрет Дориана Грея». Мардж посоветовала мне эту книгу и сказала, что она чудесна. Возможно, я даже найду в ней себя. И я нашел. Скажу даже больше, я нашел в ней нас с Джерардом. Мы оба были словно прообразы Дориана. Два Дориана Грея вместе. Только представьте это себе? С ума сойти. Только вот я видимо упустил тот момент, когда мне надоела вся эта жизнь. Я сотню раз спрашивал себя, почему я вдруг захотел отказаться от всего этого. Но ответить себе я не мог. Я просто однажды проснулся с мыслью, что я больше не хочу такой жизни. Не как Дориан, через лет так двадцать подобной жизни, но все же. На часах только десятый час , и я собирался пойти куда-нибудь еще, может, даже выпить где-нибудь, но ни с того ни с сего раздался раскат грома. Дождь начался так же быстро, как и мои планы провалились. Медленно я побрел в сторону дома, надеясь там никого не застать. Я прошел только половину дороги и уже промок до нитки. Я крепко прижимал книгу к своей груди под курткой. Никогда бы не подумал, что буду пытаться так что-то беречь. Волосы намокли, капли скатывались по лицу и я порой слизывал их с губ, нервно выдыхая пар и судорожно вдыхая воздух. В домах на улицах кое-где горел свет. Я видел, как какая-то семья собралась в гостиной и собиралась ужинать. А вот какая-то парочка бежит домой, смеясь и шлепая по лужам. Они держат друг друга за руку так крепко, словно один из них вот-вот может раствориться. Парень нервно лазил по карманам в поисках ключей от дома, а девушка заливисто смеялась, прижимаясь к нему со спины, дрожа от холода. И вот, парню удалось открыть дверь и пара исчезает, а я вижу лишь, как девушка успевает прижаться своими губами к губам возлюбленного. Я слегка улыбаюсь этой картинке, искренне. Закрываю на минуту глаза, продолжая шагать по самому центру дороги. Меня все еще поливает дождь, как из ведра и ближе чем творения Оскара Уайльда, прижатого к моей груди, у меня сейчас никого нет. «Боже, как же ты одинок, Фрэнки» - пронеслось в голове, и я сильно прикусил губу, прибавляя шагу. Так же тихо, как и ушел, я вернулся домой. В гостиной обнаружил Мардж. Она лежала на диване и, похоже, уснула. Камин был растоплен и комнату заполнил приятный запах древесины и чего-то еще. Я подошел к ней и накрыл ее пледом, что лежал у ее ног. Она улыбнулась во сне, и я не сдержал ответной улыбки. И пусть она ее не видит. Я отчего-то любил чувство, когда за окном проливной дождь, а ты находишься дома, в тепле. А тут еще и камин, возле которого можно сесть и хоть немного отогреться. Решив, что я оставил достаточно мокрых следов от себя на ковре гостиной, я решил слиться, пока тетя не проснулась. Я поднялся в комнату, по пути снимая с себя одежду. Открыл дверь и замер на пороге. На своей кровати лежал Джерард и смотрел прямо на меня. Я тихо прикрыл за собой дверь, но продолжил стоять на пороге, держа мокрую кофту в руках. - Долго будешь молчать? - Уэй подал голос первым. - А что ты хочешь от меня услышать? - сглотнул я. - Почему ты избегаешь меня? - Джерард лежал на спине, скрестив руки на груди. Он был непривычно серьезен, даже для себя. - Могу я еще раз ответить вопросом на вопрос? - я, наконец, сдвинулся с места. - Айеро! Джерард поднялся с кровати и направился ко мне. Я старался держаться от него на максимальной дистанции, которой только мог. С самым что ни на есть невозмутимым выражением лица, я снимал с себя одежду и делал вид, что не чувствую этого прожигающего взгляда. Джерард тяжело вздохнул. - Фрэнки, что происходит? - Ничего не происходит, Джерард. - Неужели? - я слышал, что он начинает злиться. Но и я терпеть не мог. - Да, Джерард! - я развернулся к нему. - Ни черта не происходит! НИ-ЧЕ-ГО! Ты пропадаешь целыми днями со своей Лин, я почти не вижу тебя, но тебя это не слишком то и волнует, даже для лучшего друга… - я осекся. - Фрэнк… - Что? Если ты счастлив, Уэй, то я сердечно рад за тебя, и я прошу оставить меня в покое! - Я волнуюсь за тебя, придурок! - Джерард наступал на меня, а я продолжал стоять на месте и мечтал то ли ударить его, то ли поцеловать. - Неправда! Мы оба знаем, что тебе такие вещи не свойственны, - я посмотрел на него. Он на секунду даже остановился и удивленно уставился на меня. - Что с тобой вообще такое, Айеро? - Оставь меня, я же сказал, – я попытался отвернуться, но Джерард снова развернул меня к себе. Я собирался что-то возразить, но не успел. Уэй жадным поцелуем впился в мои губы, сжимая меня в своих руках так сильно, как только он мог. Я вырывался, а он кусал мои губы. Мне хотелось плакать, вопить от отчаянья. Я ничего не мог поделать с собой. Я всегда сдавался. Я любил его и в такие моменты я был готов сделать все, что он попросит. Уэй подталкивал меня к моей же кровати, пока я не упал на нее спиной, а он не уселся сверху, продолжая терзать мои губы, так что я едва успевал набирать в легкие воздуха. Он продолжал крепко прижимать меня к кровати, надавливая руками на плечи, а я с силой тянул его за волосы, но он продолжался сопротивляться мне, а я в свою очередь ему. Когда мне все же удалось отстраниться, я заметил, как он смотрит на меня. Внимательно изучая, словно что-то анализируя, сравнивая. Его глаза были широко раскрыты, зрачки расширены и он дышал так же часто, как и я. - Что ты видишь, Джерард? – шептал я. - Во мне Линдси или в Линдси меня? Его явно шокировал мой вопрос. Признаться, я и сам не ожидал от себя, что осмелюсь его задать. - Кому из нас ты врешь? - продолжал я так же тихо. - Может, себе? - Я-я не знаю. - Так же тихо ответил он, на минуту прикрывая глаза и до крови прокусывал свою нижнюю губу. - Я так и думал, - отчаянно и с некой издевкой отозвался я. Джерард распахнул глаза и вновь уставился на меня. И я снова увидел в его глазах боль. Ту самую, настоящую. Как когда-то я увидел ее в глазах еще юного Уэя, когда его бросила девушка, которую он любил. Меня словно ударило током. Казалось, я и сам чувствовал сейчас то, что старательно прятал в себе парень, все эти годы. Снова сдаваясь и принимая поражение, я притянул его к себе, зарываясь пальцами в его мягкие, черные волосы. Я целовал его осторожно, с теперь уже не свойственной мне дикостью, я желал растянуть этот болезненно-приятный момент как можно дольше. Слеза скатилась по щеке Джерарда, но я быстро стер ее, прижимая теперь уже его к себе. Я знаю, что на утро Уэй сделает вид, что ничего этого и не было. Он снова будет полным мудаком, а я останусь разбитым Фрэнком со своими чертовыми чувствами.