Zero

Утро для Ирины Сергеевны было далеко не добрым. Проснувшись в шесть утра, Зимина пыталась снова заснуть, но безрезультатно. Не помогало даже обычно успокаивающее сопение Глухарева, спящего под боком. Телефон, встрепенувшийся на тумбочке, вырвал женщину из размышлений о произошедшем прошлой ночью. Петров хотел ее напугать, и у него это получилось, даже слишком хорошо. Дотянувшись до мобильника, Зимина пару секунд вглядывалась в буквы «С добрым утром, рыжая», и не сразу заметила отправителя. Карпов. «Черт. Он издевается что ли? Какое оно доброе?» — возмутилась Ирина, осторожно снимая со своей талии руку Сергея. Лежать дальше было просто невозможно, и рыжеволосая, в одной форменной рубашке, вышла из спальни. Возвращение с работы несколько смазалось, и сейчас женщина отрывками вспоминала то, как ее успокаивал Сережка, обещал никуда одну не отпускать, потом отпаивал валерьянкой, и как маленькую баюкал, бормоча разную ерунду. Порадовавшись, что Сашка у мамы, и они ничего не знают, Ирина прошла в ванную. Недолго думая, Зяма включила горячую воду. Женщине хотелось смыть усталость прошедшего дня, а заодно согреться и немного взбодриться. Новый рабочий день готовил сюрпризы, нужно было соответствовать. Полностью собравшись, и закрасив на лице следы недосыпа и волнений, Ирина Сергеевна пошла будить Глухарева. Тот сопротивлялся, пытаясь спрятаться под одеяло. И подскочил на постели только от раздраженного «Глухарев!». — Доброе утро, Ир. Встаю, — сонный майор слез с кровати, и зевая, стал одеваться. «И этот туда же.» — покачав головой, Ирина пошла на кухню, чтобы приготовить кофе. Оставшиеся до выезда полчаса пара провела молча — Ирина Сергеевна отвечала односложно, и Сергею в конце концов надоело тормошить любимую женщину. На полпути к отделу телефон Зиминой снова ожил, и снова сообщение от Карпова «Опоздаю, поехал к матери». — Это кто? — поинтересовался Сергей, отвлекаясь от дороги, глядя на то, как Зимина убирает мобильник в карман. — Оператор, о балансе написал, — непонятно для чего соврала Ирина. Глухарев тут же выбросил эту тему из головы, думая о другой своей знакомой.

***

По дороге в отдел карповский мобильник ожил, а на дисплее высветилась оригинальная фамилия Иванов. Карпов выслушал неудачливого бизнесмена, и ответил, что будет примерно через час. На этого неуклюжего тюфяка, с полным отсутствием характера и чутья к бизнесу, снова наехали выходцы с Кавказа. А это означало, что разговор с ними будет совсем другой. И как только Стас оказался в помещении, принадлежавшему Иванову, охранник, по давнишней привычке попытался его не пустить. Но кулаки Станислава всегда были убедительны — несколько ударов в солнечное сплетение, и охранник был готов принять «крышу» с распростертыми объятиями и даже извиниться. Одышливый, и с вечными причитаниями хозяин заведения едва ли не в ноги кинулся Стасу, прося разобраться, и тараторя о том, что сумма у этих «хачиков» стала еще больше — в полтора раза выше, чем та, что брал Карпов. Вручив недоумку пальто, подполковник прошел в зал, на ходу доставая «левый» ствол. Братья сидели там же, в большом зале, и при виде Станислава, коротко перекинулись фразами на своем языке. Еще мгновение, и один из чернявых, корчился на полу с простреленной рукой. Парень только выл, не пытаясь что-то сказать. Второму идиоту повезло чуть меньше — Стас, двумя точными выстрелами прострелил ступни, намекая, что не следует ходить по его земле, и устанавливать свои правила. Дел оказалось минут на десять, и когда Карпов вернулся к Иванову, одеваясь, кивнул в сторону двери: — Можно выносить, — а Иванов, поменяв цвет лица с бордово-красного на пепельно-серый, метнулся вглубь помещения, и вернулся с конвертом. — С-танислав Ми-михайлович, это вам, — конверт исчез во внутреннем кармане пальто. Отеческим жестом Станислав похлопал по плечу бизнесмена, который был похож на мыша, едва не съеденного совой. После продуктивной встречи, Стас прокатился еще на несколько адресов, успел навестить ювелирный, с хозяином которой был знаком давно и прочно. Дел было множество, и Стас успел сделать все намеченное, потратив минимум усилий и времени. Решив не откладывать покупку новой машины, мужчина подъехал к салону, в котором покупал прошлую «лошадку», с нужной суммой денег при себе. Выбрав точно такую же модель, и потратив полчаса жизни на оформление документов, Карпов вернулся в отдел на новой «тачиле». Дорога в родной ОВД прошла под бодрое бормотание «Авторадио», и Стас, более менее пришедший в себя после вчерашнего «хардкора», понял, что ему легко далось обещание не пить. Едва переступив порог Стас успел наткнуться на похмельного Антошина, разъяренную Зимину, которая будто бы только что слезла с метлы, и пошла варить очередное зелье, да Глухарева, с видом человека, несправедливо обиженного. Так же «Пятницкий» встретил Карпова новой очередью из терпил, которые все, как один, были связаны однотипными кражами. Усмехнувшись ловкости ворюг, Стас расписался, и, получив свой ключ, прошел к кабинету. Мимо него пробежала взмыленная Авдеева, с папкой наперевес. Она уверенно лавировала между толпами людей, а где-то в глубине коридора были слышны возмущения граждан. Оказавшись в относительной тишине своего кабинета, Стас снова занялся бумажной работой. Стены, как и двери, были тонкими, так что о том, что цунами «Терпила» отступило, Карпов знал, и то, что Глухарев, вместе с Антошиным, куда-то свалили. Заглянувший Юрец «осчастливил» начальника тем, что парни привезли барыгу, которого искали по притонам неделю. Всегда признающий насилие как метод достижения цели, подполковник пошел на допрос. Закончив беседу с барыгой, Станислав успел «напороться» на начальницу, буквально метавшей молнии. «Молоко бы ей за вредность выдавали, что ли. А лучше запасные нервы.» — прикинул Стас, и понял, что не так сильно хочет «рулить» отделом. — Стас, что ты творишь? Это не методы, — начальница отдела, исправно, уже в который, раз начала «воспитывать» начальника СКМ, пытаясь хоть немного контролировать его действия, — Ты мент, а не один из отморозков, которые все решают кулаками, — Зимина уже повысила тон, хотя понимала, что все это бесполезно. И этот избитый барыга никак не вязался с теми действиями, за которые подполковник Карпов мог реально убить. Хотя ей было все некогда вникнуть в дело, как всегда много работы, и она закрутилась. Сомнительное оправдание. Авдеева и Агапов сначала следили за разбором полетов, а затем Андрей увел Ольгу в глубь коридора, переводя тему на что-то свое. — Ира, этот барыга получил по заслугам, — Карпов отошел к стене, и рыжая сделала шаг в ту же сторону, — Парни его прессанули для того, чтобы получить нужную нам информацию. Он сдал своих подельников, главного в их шайке, и всех, кто сбывал геру. Ты знаешь, что на его квартире нашли особо крупную партию наркоты? Этот хмырь ответит за каждый грамм героина.- в интонации первого зама начальницы «Пятницкого» не было угроз, просто факты. Зимина задумчиво смотрела куда-то в сторону, положив руки в карманы кителя, и выглядела не такой уверенной, как до этого, и молча слушала то, что говорил Стас. — Но это не методы, — ее было возмущенный тон постепенно стих, так как именно это она всегда говорила, когда Станислав превышал свои полномочия. Карпов кинул на Зимину привычный взгляд исподлобья. После случая с Петровым что-то в отношении Стаса к начальнице поменялось. — Работай, но в следующий раз, если такое повторится… — реплика, набившая оскомину им двоим, повисла в воздухе кабинета, и тишину коридора разрезал нервный стук каблуков рыжеволосой женщины. Разговор, по сути был ни о чем, а Карпов направился к выходу из ОВД, проветриться и что называется «перекурить». Сотрудники следственного отдела тоже собирались на обед, и Карпов на своем пути успел столкнуться с вездесущим Глухаревым, выглядевшим подозрительно довольным и в компании слащавой блондинки, с внешностью куклы Барби. Рабочий день, как и сотни других, пролетел быстро. Привычно уже направляясь к кабинету Ирины Сергеевны, Карпов сам того не желая помешал личному разговору Сергея и Ирины. Распахнув дверь, мужчина сходу начал: — Зиминух, тут надо. Внезапный визит начальника СКМ точно не добавил Ирине настроения, женщина, оборвав речь на полуслове, отвернулась к окну. А Сергей, смерив подпола уничтожающим взглядом, выскочил из кабинета. — Или мне попозже зайти? — усмехнулся Стас, оставаясь стоять в дверном проеме. — Чего хотел? — чуть спокойнее поинтересовалась Зимина, все так же глядя в окно. — В отпуск например, и чтобы мир во всем мире, — серьезно ответил Карпов. — Да ладно? — Ирина Сергеевна даже улыбнулась, удивляясь, с каких это пор Станислав стал пацифистом. — Да я ж безобидный, Зиминух. Так что у вас тут стряслось? Меня Глухарь трижды взглядом убил, — покачал головой Стас. — Я перевожусь на должность судьи. Через два дня ухожу в отпуск, потом на новую должность, — невесело закончила Ира, разворачиваясь к Станиславу лицом. — Я хочу порулить, Ирин. И уверен, что справлюсь лучше Глухарева, — Карпов скрестил руки на груди, явно читая на лице начальницы согласие. Типичная ситуация — Зимина разрывалась между Сергеем, своим любовником, но у них разлад, и вообще она в нем сомневалась. И Стасом, который точно начнет кошмарить район, но гарантированно не потопит Пятницкий. — Стасик хочет порулить? — Ирина Сергеевна усмехнулась, хотя веселого в их разговоре было мало. — Стасик попробует, — тонкие губы Стаса скривились в усмешке, а он сам остался доволен исходом разговора.Стать начальником отдела — как запоздалый подарок на новый год. — А твой благоверный уже знает, что ты у нас судьей заделалась? — на этих словах лицо Зиминой окончательно стало серьезным, а ответ был вполне ожидаемым. Сергей ничего еще не знал. — Ну да, ему не до этого сейчас. Есть к кому домой спешить, — съязвил подполковник. — Стас, ты много себе позволяешь, — прошипела рассерженная подполковница, а Карпову на мгновение показалось, что ее медные пряди превратились в змей. — С завтрашнего дня ты ИО начальника, готовься, — уже спокойнее продолжила рыжая. — Как скажете, гражданка начальница, — с этими словами Станислав развернулся, понимая, что главное веселье началось. «Первая часть марлезонского балета» случилась на подходе к кабинету. Стаса поджидал Сергей, нетрезвый и мрачный. — Пошли поговорим, — буркнул Глухарь, кивая в сторону выхода из отдела. — Ну пошли, птица-говорун, — Станислав пошел по коридору, не дожидаясь Глухаря.