Zero

Стас, едва переступивший порог своей обители, раздраженно скривился от звонка телефона. Через пять минут должны были собраться его «парни», чтобы получить «задания», и полковник ничего не успевал. — Да, — не очень любезно рявкнул Карпов, не глядя на дисплей. В трубке послышался дрожащий голос Леонида. — Лёнь, не молчи. Чё стряслось? — раскрыв ежедневник, Станислав с силой сжал мобильник. — Тут это… — всхлипнув, Лёня собрался с мыслями, и произнес, чуть заикаясь. — Дядь Стас, бабушка пропала. — Как? — ему показалось, что он ослышался. Куда, рано утром, могла подеваться его пожилая мать, Ленькина бабушка? — Я поздно пришел вчера, сразу спать лег, не думал, что бабушки дома нет… Сейчас проснулся, её нет. Трубку не берет, я раз сто звонил. — Так, не паникуй. Я летучку соберу и приеду. Сходи к соседке, спроси, не видела ли она бабушку твою, — распорядился Стас, не совсем въехав в ситуацию. На Ольгу Николаевну это было не похоже — вот так уйти, никому ничего не сказав. Если бы что-то случилось, она бы позвонила ему, ну или, в конце концов, предупредила соседку-пенсионерку, они, кажется общались. — Хорошо, я схожу. Мне к четвертому уроку сегодня… — пацан продолжал хлюпать носом, что безмерно раздражало его дядю. — Дома посидишь сегодня, в школу записку напишу. Кстати, Лёнь, разговор будет, но это дома. Ладно, скоро буду, перестань панику разводить, с бабушкой все хорошо, — явно соврав, Станислав сбросил вызов и задумался. Теперь, вместо того, чтобы общаться с обкуренными пацанами, решившими погеройствовать, придется искать собственную матушку. Ситуация не нравилась Карпову категорически — ему ли не знать, сколько на улицах обдолбанных и просто отморозков, что есть кадры, способные ограбить пенсионера, позарившись на то немногое, что есть в их кошельках. Пока начальник оперов прикидывал, кому что поручить, раздался короткий стук и тут же дверь распахнулась. На пороге, нервный и суетящийся, замер Тарасов. — Чего хотел? — подняв глаза на главного следователя отдела, Стас усмехнулся. — Тут один из пацанов про какого-то барыгу втирать начал, может поговоришь с обкурышем? Может, выйдем на того, кто им наркоту продавал. — Поговорю, не вопрос. А выйдем в любом случае, — Карпов вышел вслед за Колей. Мужчины прошли к допросной, в которой сидели трое «супергероев». Четвертого парня один из оперов повел в туалет, держа за шкирку спортивной толстовки. — Ну что, детишки. Рассказываем, кто толкал зелье. И ваше положение значительно улучшится, — полковник многообещающе ухмыльнулся. — Да че рассказывать, мы в клубе «Неон» иногда тусим, в соседнем районе… Там есть чувак, он продает чисто своим, избранным, — поведал лохматый светловолосый парень, растягивая слова так, словно засыпал на ходу. — Имя, погоняло, номер телефона. Быстро! — Стас рявкнул так, что Николай, невольно вздрогнул. Тут же отреагировав, он придержал пацана, который собирался грохнуться со стула на пол. — Полежать успеешь еще, дружно вспоминаем, ну?! — Дядя, не ори, ща… — до этого молчавший, смуглый парень в криво надетой трикотажной шапочке, трясущимися пальцами вытащил телефон с яблоком на задней панели. — Вот он, Адик. Вырвав гаджет из рук юноши телефон, Стас записал номер на бумаге и пролистав переписку, скривился. Похоже, парни заказывали постоянно одно и тоже — спайс. Хотя разумеется, он не одинаковый, смеси постоянно меняются. В этот раз им попался такой убойный, либо жрали что-то еще для усиления эффекта. — Спайсы только курили? — Не, мы еще водку, энергетика, так, отполировать… — икнув, восемнадцатилетний оболтус закашлялся и состроил страдальческое лицо. — Адвоката требую! — Будет тебе и адвокат, и ремень от бати, — пообещал Тарасов, поглядывая на часы. Для парней была вызвана скорая, родители всех четверых, уже ехали, словом, работа кипела. — Не надо… — забеспокоился тот, что по виду был младше, и отзывался на имя Антон. — Надо, Антоха, надо, — повторил известную фразу Станислав и повернулся к Николаю. — Сиди тут с этими, я с барыгой просто желаю пообщаться. Заглянув к Ирине, начальник оперов, решил, что о личных непонятках ничего говорить не будет, а только по рабочим моментам. — Ирина Сергеевна, я в клуб, где барыга, продавший летчикам-налетчикам, работает, — сходу заявил мужчина. — Сам? Ну ладно, поезжай, только ребят возьми, — Зимина и сама не заметила, как это прозвучало. Смутившись, начальница отдела стала что-то записывать на листок из органайзера. — Зиминух, ты за кого меня принимаешь? Естественно, двое молодцов будут при мне. Там, по ходу, прикормленное место, постоянный доход. Адику удобно и прекрасно, возьмем, поболтаем за жизнь, — усмехнувшись, Стас вышел из кабинета, естественно, собираясь для начала съездить домой, а в «Неон» подъехать чуть позже. Оставив двух оперов у допросной, Карпов, захватив Воронова и Савицкого, направился к выходу из отдела. Через час, имея в активе полный ноль в поисках матери, поставленного на уши участкового, переживающего Лёньку дома, Станислав Михайлович вместе с подчиненными стоял в захламленном, отвратительно пахнущем помещении — подсобке. А перед ним, на картонных, расплющенных под массой тела, коробках, лежал тот самый Адик, вниз лицом. Когда Рома перевернул убитого барыгу, обнаружил, что в рот молодому человеку запихнули пакет с зельем. — Туда ему и дорога, мрази, — Димон, скривившись, чуть поддел носком ботинка ногу парня, и отошел в сторону. — Черт, совсем немного не успели… — вздохнув, Стас вышел первым из подсобки, мысленно прокручивая варианты мест, где могла бы быть его мать. Когда вся суета с санитарами, опросами сотрудников клуба, закрытого днем, улеглась, работники Пятницкого вернулись обратно в отдел. Оклемавшиеся, стараниями медиков, парни, медленно и вяло, все же излагали события минувшего дня, каялись в содеянном, под строгими взглядами родителей. Выяснилось, что покупателей у Адика, а в миру Альберта Кузовлева, было более чем достаточно. Причем, предприимчивый химик в прошлом, продавал дозы как школьникам, начиная с двенадцати лет, так и взрослым людям. Ему было плевать на нормы морали и тому подобное, главное, чтобы платили деньги. А когда допросы закончились, парень с разбитой губой, Гоша, отозвал Карпова в сторонку, и смущаясь, промямлил, что знает, кто мог убить Адика. — Ну, не тяни кота за хвост, — нетерпеливо прошипел Станислав. В деле нужны были зацепки, улики, хотелось поскорее «размотать» и наказать виновных. — Пацан из девятнадцатой школы, одиннадцатый класс, Костяном зовут. Его девка вроде траванулась недавно спайсами, не откачали, — признался Гоша, и тут же, испуганно заглядывая в темные глаза полковника, пролепетал. — Это же мне поможет? Смягчит наказание? — А с чего ты взял? — невозмутимо изогнул бровь Карпов, порядком уставший от обкуренных парней, их истеричных родителей и вообще, царящего вокруг напряжения. — Я тебя ненавижу, ненавижу! — подкинулся пацан, метая яростные взгляды в сторону уходящего «мента». А начальнику СКМ было плевать, кто и что о нем подумает. «Так, у Иры Сашка в девятнадцатой… Поговорить бы надо, аккуратно. А то возраст такой, чуть что не так, в позу», — двигаясь к кабинету Зиминой, Стас, еще раз достал телефон и убрал обратно. Время тянулось преступно медленно, это раздражало едва ли не сильнее, чем бездействие.