Хью

- Представляешь, я тут хотел завтрак приготовить и обжёгся, а потом как идиот поперся в душ! Ну, кто так делает? В том смысле, что я же взрослый человек, садись на диван, и должен понимать... Хью сыпал словами, тараторил этим своим сладеньким голоском с акцентом, но Мадс его не слушал, чего уж там, даже не слышал толком. Примостившись в уголок дивана, даже не сняв куртку, он пытался обуздать свою взбесившуюся фантазию. Так же он раздумывал над тем, каким образом начать разговор. В комнате было очень душно, с мокрой куртки капало на светлую обивку, датчанин совершенно растерялся. Казалось, у него даже голос сел от волнения. Хью резко оборвал свою речь и повернулся к нему. -Эй, Мадс, ты в порядке? Выглядишь плохо. Это всё из-за Виолы? Серьёзно? Не переживай так, - произнес он мягко и поставил на столик приготовленную для друга чашку чая.- Подумаешь, посмотрела фильм другой. Наша профессия подразумевает подобные неловкие ситуации. Дэнси положил руку на плечо Мадса и попытался стянуть насквозь мокрую куртку, мужчина вздрогнул и как-то испуганно покосился на него. Видимо в глазах Миккельсена отразилось что-то странное, т.к. Хью убрал руки и озабоченно взглянул в темные глаза собеседника. - Мадс, ты меня сейчас очень пугаешь, так что лучше мне сейчас услышать хоть что-то из твоих уст. Большие глаза Хью смотрели так внимательно и сочувствующе, что гостю стало себя жалко. «Боже, пусть это будет сон и на самом деле мне не хочется прикоснуться губами к его коже», - подумал он. - Гм…, плохо себя чувствую, - прохрипел он.- Прости за тот звонок. Кажется, в последнее время я слишком много работаю и мало вижу дочь. Еще раз извини. Сейчас Мадс не мог поверить, что действительно ехал поговорить с Хью о Виоле, ведь это было не так. Она уже взрослая, черт возьми, женщина! Единственная причина его приезда сидит рядом и трет переносицу, думая наверное, что его приятель свихнулся. Миккельсен всегда симпатизировал Хью, в том самом смысле, если бы я был гей и все такое. Изящная фигура, пухлые губы и глаза в пол-лица - все это не могло не притягивать. Но, до сегодняшнего дня эти мысли не переходили границ "если бы". - Сними куртку, пожалуйста, и пей чай, а потом поговорим. О чём хочешь. Устроим разговоры женатых мужиков с утра под пиво, - улыбнулся тем временем обладатель всех перечисленных характеристик и встав со своего места, отправился на кухню, выставив на обозрение свои плотно сидящие штаны, вернее то, что они так усердно обтягивали. «Жизнь дерьмо», - процитировал своего 16- летнего сына Мадс и потёр лицо. Чуть почесав зудящий живот, Хью поморщился и уставился на дверцу холодильника - пива там на самом деле не было. «И зачем я это предложил»? - подумал Дэнси. Просто для него было еще той неожиданностью наткнуться на палящий, полный желания взгляд Мадса. Он буквально испепелял. Ощущения были… своеобразными, не понятно с чего бы это вдруг его приятель захотел, но то, что именно захотел было очевидно. Хью ухмыльнулся. Вспомнилась его туповатая влюбленность в коллегу - десять лет назад, когда у него не было Клэр и предубеждений насчет пола человека, на которого можно было запасть, Дэнси буквально облизывался на датчанина. К чести оного, облизываться всегда было на что. Если бы в то время он получил этот взгляд - Миккельсен от него никуда бы не делся. Но сейчас.... сейчас все поменялось: Мадс - его хороший друг (хоть и до сих пор сногсшибательный) и мысли о горячих ночах пришлось засунуть куда подальше. "Проклятье, зачем я об этом вспомнил?! Как в детской шутке: не думай о белых слонах. Чёрт! Чёрт! Чёрт!"Вот пойду и сделаю что-нибудь непоправимое. Ей-Богу!", - погрозил он сам себе. Дэнси облокотился о кухонный стол и глубоко вздохнул, босые ноги скользнули по кафельному полу. Холодно не было, но это еще раз ему напомнило, что он вдобавок ещё и полуголый. Пойти в спальню и натянуть футболку было проблематично, ибо пришлось бы пройти мимо друга, сидящего в гостиной и тем самым показать ему свое волнение. К тому же испуганный Мадс и так выглядел почти заторможенным, каким-то чужим. Миккельсен сидел на прежнем месте, казалось даже не сдвинулся ни на дюйм, хотя куртку он снял и теперь его волосы на затылке забавно топорщились, по сосредоточенному выражению лица нельзя было понять, о чём именно он сейчас задумался. - Ты выпячиваешь губу когда сосредоточен, - улыбнувшись, нарушил тишину Хью. - Что? - Обернулся на звук Мадс и да "тот самый взгляд" вернулся. "Господи, Хью, здравствуй средняя школа! Сколько тебе лет?" - удивившись тому, что собрался сделать, англичанин присел чуть ли не на колени мужчине. – Говорю, нет у меня пива, придется найти себе другое занятие. Рука Дэнси будто сама по себе переместилась на плечо Мадса и легонько сжала серую толстовку. Миккельсен задеревенел: мягкое тепло руки и тяжесть кудрявой головы на его плече («вот же засранец, как он успел?») туманила рассудок. - Надо с этим что-то делать. Не хочу ходить вокруг да около. Мадс? - Я не понимаю, о чем ты, парень, - выдохнул Миккельсен. - Об этом, - вторая рука сжала его бедро. - Я не против. Что скажешь? Ммм? - Что ты хочешь услышать, Хью? Я ничего не понимаю и сомневаюсь что пойму в скором времени … подожди, что? - Он встретился глазами с Дэнси. - Ты не против? То, есть мы сидим на твоем семейном диване и обжимаемся. Как ты сам сказал, я слишком стар для подобных шуточек. - Это не шутка. Послушай, Мадс, будь я девушкой - обязательно развёл бы полемику и долго размышлял о смысле жизни, несправедливости бытия и морально-этическом вопросе, но я не девушка. Мы - взрослые мужчины, давай решим всё по-взрослому. Вся эта речь очень мило звучала из уст парня, закинувшего на тебя самого ноги. Несмотря на такой близкий контакт, Мадс даже успокоился, хотя напряжение в паху никуда не делось. - По-взрослому? Поэтому ты сел мне на коленки? – Он растянул губы в улыбке. - Технически моя задница до сих пор на диване. - С неё все и началось к слову. Мадс потянулся к лицу Хью и чмокнул того в губы. «Ну, вот, небо на меня не упало», - подумал он, осторожно прикасаясь к шее соблазнителя. - О дочери поговорить не хочешь? - шепнул в поцелуй Дэнси и лукаво улыбнулся. - Заткнись, - прошипел Миккельсен и все таки затащил его на себя.