Граница

Белла первая нарушила неподвижное молчание в комнате. Она выпрямилась и глубоко вздохнула, поведя плечами, словно стремилась сбросить тяжелый груз. - Надо что-то делать, - негромко сказала она, бросив поочередные взгляды на брата и сестру. – Нельзя же бездействовать и просто ждать, пока нас всех накроет это безумие. Чтобы это ни было, мы должны пробовать бороться … - Да, - невесело усмехнулся Джаспер.- Втроем против непонятно чего, которое находится неизвестно где. Но ты права – опускать руки нельзя. Элис шевельнулась в кресле и качнула головой: - Мы бессильны что-либо исправить. Эта война разразиться прямо в наших домах. Нужно быть просто готовыми … Джаспер встал с пола и, подойдя креслу, присел на подлокотник, крепко обняв крошечную вампиршу. - Откуда столько фатализма, любовь моя? – спросил он, ласково погладив девушку по плечу. - Ты всегда говорила мне, что нужно бороться за свое счастье и свой дом, за любовь и семью. Не сдавайся. Мы справимся с чем угодно. Элис едва кивнула, спрятавшись в его объятиях и уткнувшись лицом в плечо. Белла подняла на них глаза и столкнулась с холодным взглядом своего брата. Она вздрогнула, прочитав в этом взгляде горечь, обреченность и боль. Сколько бы он ни говорил сейчас о том, с чем они справятся и ни убеждал в этом Элис, сам он в это нисколько не верил. Он верил Элис и знал совершенно точно, что она права, но не мог и не хотел позволить ей страдать раньше времени, поэтому притворялся, что они смогут победить. Сейчас вампир в шрамах распространил по комнате легкую волну умиротворения и беззаботности. Он лгал Элис, она знала, что он лжет и лгала в ответ, делая вид, что поверила в его слова. Двойная ложь, двойная попытка спасти и защитить самое дорогое. Белла вздохнула, окунаясь в созданный уют, как в спасительную прохладу во время жары, но не смогла отвести глаза и позволить себе успокоиться совсем. Джаспер и Элис, сжавшаяся в его объятиях, вызывали у вампирши с каштановыми волосами двойственные чувства: с одной стороны ей было невыносимо жаль их обоих, и в то же время она завидовала им, потому что, даже сейчас, на краю неизвестности, они были друг у друга, а Эдвард предпочитал ревновать, вместо того, чтобы просто обнять ее и быть рядом в такой тревожный и тяжелый миг. Белла моргнула, поняв, что все еще смотрит в золотые глаза своего названного брата, слишком сильно погрузившись в свои мысли. - Береги ее, - одними губами попросил Джаспер, отводя взгляд. Белла нашла в себе силы кивнуть и промолчать. Она понимала, что спорить с братом бессмысленно, что, что бы он ни решил, разубеждать уже бесполезно, остается просто смириться с этим и принять, как горькую данность, что семья снова может пострадать. *** Карлайл сидел за большим столом и поочередно рассматривал каждого из членов своей семьи. Эсме улыбалась ему ободряюще и ласково, она уже знала, о чем он хочет им сообщить и полностью поддерживала его. Розали и Эммет немного удивленно оглядывались на хмурую Беллу и не менее хмурых Джаспера и Элис, пытаясь понять, что нашло на эту троицу и почему они последними явились на зов отца с видимой неохотой и словно через силу. Эдвард сидел с непроницаемым лицом, прочитав уже мысли сестры и брата. Он задавался сейчас лишь одним вопросом, почему эти двое непременно решили именно сейчас все так усложнять и зачем втягивали в это его Беллу. - Я попросил вас собраться, чтобы рассказать о том, что мне поведал Антон, - начал Карлайл. Он немного волновался, но был настолько воодушевлен, что решил все же рассказать семье все сразу после ухода позднего гостя. – Этот замечательный вампир полностью разделяет не только наши убеждения, но и нашу уверенность в том, что человеческая жизнь – бесценна. Он считает, что нужно приложить больше усилий к тому, чтобы убедить наших друзей попробовать подобную жизнь. И не только друзей, но даже и Вольтури. Антон уверен, что можно научить весь наш род обходиться без человеческой крови. Он замолчал, рассматривая лицо своих родных, пытаясь понять какое впечатление на них произвели его слова. - Это невозможно, - помолчав, сказал Джаспер. – Ты более трехсот лет искал единомышленников, и, насколько мне известно, мало кто из твоих друзей разделяет подобное мировоззрение, вернее никто, кроме Тани. Он усмехнулся уголком губ, но улыбка вышла грустная: - Я последний, кто присоединился к вам, и я еще помню, как это сложно, - учиться жить заново. - Джаспер, - мягко осадила его Эсме. – Но почему хотя бы не попробовать, если Антон может указать нам новый путь к достижению такой великой цели … - Он развяжет войну! – встряла Белла, хлопнув ладонью по столу. – Он же сумасшедший! Разве неясно, что если за тысячи лет вампиры не решили перейти на более мирный рацион, то этого просто никогда не произойдет. Всегда будут те, кто захочет пить кровь людей … Эдвард вскинул на нее глаза: - Любимая, ты не понимаешь, о чем говоришь. Какая война? Я прочитал мысли Антона, хотя и мне, бесспорно, его убежденность в том, что удастся так радикально все поменять, кажется настораживающей, но мы можем хотя бы попробовать, Эсме права. Подумай, тогда никому больше не будет грозить опасность, больше никогда не будет риска того, что кто-то случайно создаст вампира и бросит его на произвол судьбы … - Война будет, – перебил Джаспер, поддержав Беллу. – Я это знаю точно. Я слышал их разговор … Карлайл вскинул руку, оборвав его речь. Он нахмурился и потер переносицу. Именно такой реакции он и ждал от своего младшего приемного сына. Сейчас Джаспер начнет приводить логичные и резкие доводы, доказывая свою правоту, будет говорить, что Антон собирается насильно навязывать другим подобный образ жизни или даже убивать тех, кто не согласен с его взглядами и убеждениями. - Я ждал чего-то такого от тебя, - грустно улыбнулся доктор Каллен. – Джаспер, война давно закончилась, она больше не повториться и не потревожит наш мир. Ты – выжил, и пора оставить ее в прошлом. Мы все стремились к тому, чтобы человеческих жертв не стало, или не наш род был в этом повинен. Я все обсудил с Антоном и думаю, что даже Аро рано или поздно примет столь веские доводы как те, что наш новый друг рассказал мне. - И как же он решил убеждать Вольтури? – Эммет подпер голову рукой, настроенный скептически и шутливо как всегда. Карлайл улыбнулся ему: - Аро уже понимает, что его власть пошатнулась после определенных событий, к которым все мы имели отношение, ему нужно заново искать, на что опираться, а нам это показало, что у нас много друзей, готовых поддержать нас и последовать за нами. Мы можем создать большой союз вампиров, готовых пробовать жить так, как мы, и со временем Аро вынужден будет прислушаться к такому большому сообществу, принять законы, ограничивающие убийства. Эдвард улыбнулся. Он давно не видел своего приемного отца и создателя таким воодушевленным. Горячность Карлайла захватила и его. Сложно было поверить, что такое вообще возможно, но с другой стороны, а если рискнуть … все может измениться, стать совсем иначе, так как это нельзя было даже представить в самых смелых мечтах. Эдвард прожил с отцом почти сто лет, но едва ли не в первый раз видел его таким восторженным, горящим какой-то идеей, настолько поглощенным ею. - Может ты и прав, - сказал он, вернув улыбку. – Почему бы и не попробовать, ведь теперь Аро знает, что он не самый сильный и совершенный в мире, и его клану легко могут противопоставить силу и дары другие вампиры. Он понял, что его не боятся. Может быть, сейчас как раз и пришло время для того, чтобы действовать. Белла гневно воззрилась на мужа: - Как ты не понимаешь, - начала она. – Не стоит обольщаться насчет этого вампира. Я уверена, что он не просто так не понравился тебе с первого взгляда, и еще эти люди с ними. Джаспер сказал … - «Джаспера сказал»! – передразнил ее Эммет. – Слушай, сестренка, успокойся. Мы же просто попробуем и все, от этого вреда не будет. А нашему параноику давно пора понять, что не все в мире – враги. Все, Джас, - он повернулся к брату. – Войны – это вчерашний день. Сейчас все решают переговорами и политикой, как было уже доказано на нашем примере. Никто не полезет драться, зато все найдут, о чем поговорить и как договориться. Скучновато, зато без потерь. - Ты не знаешь, о чем говоришь, - попробовала вмешаться Элис, но ее одернула Розали: - Элис, ты разве видела, что будет война? Или может она уже началась? Или мы все непременно погибнем? Нет? Тогда пойми, - это, возможно, единственный шанс в жизни хотя бы попробовать что-то изменить! Отец, я поддерживаю тебя, мы должны попытаться! И потом! – блондинка снова повернулась к сестре, - ты же сама так старалась ради их визита, откуда теперь столько враждебности? Элис горько вздохнула: -Тогда Антон еще не принял своего решения, и я не видела, что это именно из-за него начнется кошмар. - Да уж, ты мастер не увидеть что-то важное, - невесело пошутил Эдвард, вертя в пальцах гелевую ручку. – Хотя в этот раз, мне кажется, ты зря все так переусложняешь. Элис промолчала, отведя глаза. Эммет демонстративно сжал ладонь Розали, показывая, что согласен с ней и готов поддержать ее. Джаспер раздраженно тряхнул головой: - Эта война будет прямо здесь. Не где-то на юге, не за горами. Она придет в наши дома, разрушит семьи и кланы, возможно, сотрет с лица земли всю нашу породу. И это не сказка из прошлого и не страшный сон, это будет страшнее, чем что-либо до этого. Поймите, пока не поздно, нельзя верить этому Антону … - Довольно, - Карлайл встал из-за стола и отошел к окну, пристально рассматривая густую пасмурную ночь за стеклом. – Я не вижу ни одной причины не доверять нашим новым друзьям. Джаспер, я понимаю твои опасения, но, как уже говорил, свыкнись с тем, что твое прошлое не повториться. Успокойся, уже пора научиться жить по-новому. Эсме согласно кивнула и подсев к светловолосому вампиру погладила его по руке: - Отец прав, - тихо сказала она. – Все давно позади. Не стоит из-за старых привычек рушить то новое, что может быть у нас у всех впереди. Элис и Джаспер переглянулись. Во взгляде крошечной вампирши были горечь и разочарование, в глазах напротив – холодное упрямое решение бороться до конца и бессильная ярость. - Карлайл! – взмолилась Белла, вскакивая из-за стола. – Послушай их! Мы все в опасности! Пожалуйста, хотя бы выслушай то, что нам удалось узнать. Доктор Каллен долго стоял к ним спиной, глядя в окно. В нем боролись два решения, буквально раздирая его на части. С одной стороны он не мог оставаться глухим к своим родным. Если бы в идею столкновения упирался только его младший сын, он бы, скорее всего, отмахнулся, потому что более подозрительного и негостеприимного вампира, чем Джаспер, трудно было себе представить, но Белла … девочка из 20-ого века, которая отличалась здравомыслием и рассудительным характером, не могла просто так принять сторону офицера позапрошлого века. Они не очень ладили в прошлом, Белла откровенно побаивалась вампира в шрамах и сторонилась его. Откуда же теперь столько воодушевления и единого порыва? Что могло натолкнуть ее на мысли об опасности и войне. А с другой стороны именно сейчас перед Карлайлом открывались возможности донести до вампиров всего мира свой взгляд на жизнь, научить, рассказать, помочь увидеть этот удивительный путь. Антон был убежден, что все получиться, что даже Вольтури рано или поздно поймут правильность подобного решения. Как выбрать? Как, не отказавшись от мечты, не ранить семью и не задеть их чувства? Как убедить сейчас Джаспера, Элис и Беллу? - Знаете, как мы поступим, - Карлайл отвернулся от окна и задумчиво посмотрел в глаза светловолосому вампиру, обращаясь в основном к нему. – Антон уехал сейчас по делам со своей семьей. Мы подождем его возвращения и пока, что сделаем то, о чем я уже договорился с ним. Я соберу наших друзей и попробую им рассказать все то, что мне поведал Антон, и убедить их хотя бы попробовать. У нас большой заповедник и у семьи Саммет тоже, как оказалось. Нам хватит места для того, чтобы показать нашим друзьям, как это увлекательно – охотиться на животных. Эдвард согласно кивнул и бросил почти победный взгляд на Беллу: - Да, отец, я думаю, это самое разумное решение. Мы ничего не потеряем, но можем многое получить. - Ничего мы не потеряем, кроме времени, - тихо процедил Джаспер, отводя взгляд. – Отец, пойми … - Не начинай, - вмешалась Розали, раздраженно отбрасывая с лица челку. – Джас, умоляю, довольно. Отец предложил самое мудрое решение и прекрасный компромисс. Если за это время ничего страшного не случиться, то твои опасения были напрасными. Белла и Элис переглянулись, и крошечная черноволосая вампирша чуть повела плечом, словно хотела сказать: «Я же говорила вам». Джаспер встал и вышел из комнаты, демонстративно хлопнув дверью. Эсме вскочила, собираясь его догнать, но Карлайл удержал ее за руку. - Оставь, - мягко посоветовал он. – Ему нужно понять все самому. Если бы он чуть больше верил в себя и доверял другим, он бы понял нас сейчас, а так …пусть пройдет время. Когда замысел Антона начнет воплощаться в жизнь, - Джаспер тоже согласиться с тем, что мы приняли очень мудрое решение. Он погладил Эсме по плечу и ободряюще улыбнулся ей. Вампирша с карамельными волосами вздохнула и кивнула, соглашаясь. - Эдвард, как он там? – спросила Розали после довольно продолжительного молчания, когда семья уже решила расходиться. Она уселась на высокий подоконник и посмотрела в окно. - Расстроен, - пожал плечами ее брат. – Думает, что зря так ушел, и стоило ли еще раз попробовать убедить нас в своей правоте. Девушка покачала головой: - Я очень люблю своего брата, но в такие минуты его упрямство меня раздражает. - Брось, малыш! – Эммет поцеловал ее в макушку и обнял за плечи, заставляя отвернуться от непроглядной темени за окном. – Успокоится. Ты же знаешь, каждый раз одно и то же! Розали вздохнула и согласно кивнула головой. - Давайте лучше футбол смотреть! – Эммет рухнул на диван и включил телевизор. *** Джаспер смотрел на звезды, в сотый раз прокручивая в голове разговор с семьей и то, что услышал от Аниты. Они не поверили ему, что было вполне понятно и обосновано. Когда мечта застилает глаза, ничего не хочешь видеть, кроме нее, ничего не желаешь знать. Карлайл мечтал о том, что его принципы разделят все его друзья, что вампиры смогут научиться ценить человеческую жизнь. Конечно, он не хотел даже слышать ничего о том, что тот, кто вовлек его в исполнение этой мечты, оказался подлецом. Он тряхнул головой, пытаясь отогнать навязчивые мысли, но они возвращались, как бумеранг, заставляя снова и снова тревожиться за семью. - Джас! – на ветку дерева прямо рядом с ним заскочили Элис и Белла. – Мы искали тебя. Вампир в шрамах поднял брови и выжидательно уставился на девушек, едва дернув уголком губ. - Зачем? Элис села рядом с ним и погладила по плечу, стараясь ободрить и поддержать. - Ты расстроен, - тихо сказала она. – Я понимаю, но мы же знали, что так и будет. Нам остается только ждать и пробовать хоть как-то подготовиться к войне. Джаспер отрицательно качнул головой: - Нет, родная моя, мы ничего ждать не будем. Я поеду следом за Анитой и просто уничтожу ее, а вы попробуете убедить семью, что не стоит верить Антону, попробуете помешать этому безумию. Белла нерешительно взяла Джаспера за руку и погладила тонкими пальцами запястье в шрамах. Она раньше боялась своего названного брата, не понимала и считала слишком замкнутым и мрачным, но сейчас ей почему-то захотелось до дрожи поддержать его и разделить их общую тревогу. И еще ей почему-то стало страшно при мысли, что он уедет неизвестно куда. - Не бросай нас, - попросила она тихим голосом, - Эдвард злиться на меня, Розали и Эммет считают, что я по глупости приняла вашу сторону. Элис никто слушать сейчас не хочет, потому что она не может толком сказать, что видит, а объяснение в варианте «что-то случиться» никого не устраивает. Если ты уедешь, нам будет просто невыносимо здесь, уж лучше тогда мы поедем с тобой. Элис согласно кивнула, прижавшись к любимому всем телом. Джаспер долго молчал, рассматривая свою возлюбленную и ее сестру. Обе девушки сейчас были так похожи своими эмоциями, что казались близнецами, хотя между ними было больше полусотни лет разницы в возрасте и совершенно несхожая внешность. - Не волнуйтесь так, - сказал он и заставил себя улыбнуться. – Я же не навсегда уеду. Мне нужно будет не больше недели, чтобы выследить Аниту и потом я вернусь. - Не уезжай, - повторила Белла. – Мы что-нибудь сможем придумать и здесь, пока мы вместе, и Элис сказала, что Аниту все равно уже не остановить. Джаспер вздохнул. Он понимал, что должен догнать сумасбродную вампиршу и хотя бы попробовать предотвратить неминуемую катастрофу. Но сейчас, когда Элис дрожа пряталась в его объятиях, и Белла просила остаться дома, вот так беспомощно схватив за руку, он не смог найти в себе силы отказать им. - Хорошо, - кивнул светловолосый вампир, мысленно проклиная себя за слабоволие. – Я пока останусь. Посмотрим, как отец будет пробовать убеждать того же Аллистера в идее сменить рацион. Шутка вышла довольно слабая, но все же она зажгла подобием улыбки глаза Беллы и Элис. *** - Ну как вам? – Карлайл смотрел на Шивон и Лиама, которые только что попробовали охоту на оленей. – Что скажете? - Сносно, - пожал плечами мужчина, а его супруга улыбнулась. - Вы привыкните, - пообещал доктор Каллен, улыбнувшись им в ответ. Он никогда даже не подозревал, что можно убедить вампиров попробовать вкус крови животного, просто увлекши азартом охоты. Вампиры легко поддаются различным ярким эмоциям, но чаще это гнев и ярость. Кто же мог предположить, что азарт соревнований окажется таким же сильным, и так увлечет. - Ну что ж, Карлайл, - Лиам протянул ему руку. – Я готов признать, что ты прав, - эта жизнь вполне нам подходит, тем более что другую сложно себе представить. Шивон засмеялась, поддерживая его, и потянула за руку прочь из заповедника. Они шли по тропинке, спускаясь с гор, и никто из них так и не узнал, что за всем этим пристально наблюдал еще один вампир, который предпочел остаться незамеченным. Он неподвижно стоял на высокой скале, что не позволяло рассмотреть его с земли. Ветер ерошил короткие черные волосы и бросал в лицо пыль. Когда Карлайл и его гости отошли на достаточно большое расстояние, чтобы уже не слышать чужого присутствия, Кристина, которая и следила за ними, усмехнулась и соскочила с высокого утеса, где пряталась. Она прошла по прогалине леса и склонилась над тушами недавно убитых оленей. - Еще два, - Кристина самодовольно улыбнулась. – Скоро весь выводок друзей Карлайла станет таким же, как мы. Антон будет этим доволен. Как просто оказалось заставить их забыть вкус крови человека, когда они испытывают такие положительные и сильные эмоции. Все еще проще, чем мы думали … Она толкнула носком сапога тушу оленя и запрыгнула обратно на скалу. Антон велел ей спрятаться в этом заповеднике и ждать, пока Карлайл не приведет кого-то из своих друзей, а потом заставить их забыть, что когда-то они пили кровь человека, ведь уже будет замена, и память можно будет немного подкорректировать. *** - Ну как все прошло? – Эсме встретила мужа у дверей и тревожно заглянула в глаза, ожидая ответа. – Как они? - Отлично! – Карлайл поцеловал ее в щеку и повел в дом. – Теперь еще двое из наших друзей приняли наш образ жизни. Нас становится все больше. Эсме обняла его, улыбаясь, и прижалась щекой к плечу. Вот и начали сбываться те мечты, которые казались не более чем иллюзиями всего год назад. Всего только год назад, готовясь покинуть дождливый Форкс, семья Калленов могла только мечтать о том, что их убеждения станут не чужды многим из их друзей. Но Англия подарила новых знакомых и вместе с ними надежду на светлое и удивительное будущее. - Не это ли видела Элис, когда выбирала место для нашей новой жизни? – Карлайл сел на диван и привлек к себе жену. – Не ради всего ли этого она решила купить заповедник? Эсме погрустнела, отведя взгляд. - Не знаю, - сказала она. – Элис такая грустная в последние дни, и Белла тоже. Они с Эдвардом вчера поругались, а Джаспер вообще из комнаты не выходит. Карлайл вздохнул: - И зачем он только наговорил девчонкам этой чепухи? Ну, ради чего портить жизнь, когда она только начала налаживаться? - Может, ты поговоришь с ним? – Эсме подняла голову и заглянула в золотые глаза мужа. – Если он поймет, что нет причин для тревоги, то все успокоится. Доктор Каллен вздохнул еще раз и кивнул, соглашаясь, хотя у него не было никакого желания омрачать себе вечер долгим и тяжелым разговором с младшим сыном. - Знаешь, - прошептал он на ухо Эсме. – Антон предложил мне встать во главе нашего сообщества. Он считает, что новому миру вампиров нужен будет новый глава. Вампирша с карамельными волосами ахнула и отстранилась, недоверчиво уставившись на него широко распахнутыми глазами. - Не может быть, - проговорила она. – С ума сойти … - Я думаю, что я не достоин этого, - улыбнулся ей Карлайл. – Пусть кто-то, кто больше смыслит в политике, займется этим. Я рад тому, что нас наконец-то услышали, и буду наслаждаться этим осознанием вместе с вами. Эсме качнула головой: - Знаешь, а он прав. Ты как никто другой заслуживаешь такого высокого поста. Ты никогда не сорвешься в гордыню и всегда будешь ценить и уважать любую жизнь. Карлайл, это награда с небес за твои труды и усилия, за терпение и великодушие! Надо сказать детям! Она вскочила с дивана и вихрем умчалась на второй этаж, прежде чем муж успел ее остановить. - Ну вот, - Карлайл встал с дивана и пошел за женой. – Кажется, я поторопился поделиться с Эсме новостями. Он улыбнулся сам себе. Лишенный самолюбия, выросший в строгости католической веры, Карлайл был абсолютно уверен, что кто угодно, кроме него справиться с такой ролью гораздо лучше. Но Антон убеждал попробовать, говорил, что поможет справиться со всеми сложностями, уговаривал так горячо, что оставалось лишь согласиться подумать. Карлайл понимал, насколько велика ответственность в такой ситуации, как сложно будет убедить своего старинного друга Аро Вольтури, что никто не планирует свергать его власть и оспаривать первенство. Но стремительно растущий клан приспешников вегетарианского образа жизни нуждался в управлении и им нужен был лидер из их же числа. Карлайл считал, что сам Антон мог бы встать во главе клана, но тот отказался, заявив, что в отличие от доктора Каллена он пил кровь людей и этот грех никогда не смыть с совести. Белокурый вампир остановился у двери и тихо постучал в нее, отвлекаясь от радужных мыслей и погружаясь в сложность домашней обстановки. - Джаспер? – он открыл дверь, не получив ответа на стук. Хейл сидел на полу у окна, по своему обыкновению прислонившись виском к стеклу и смотрел в никуда. Казалось, он не услышал того, что кто-то вошел, или не пожелал услышать. Карлайл минуту постоял в дверях, потом вошел в комнату и присел около младшего сына. - Джаспер, - позвал он еще раз. – Нам нужно поговорить. - Ты не понимаешь, что делаешь, - после минутной паузы отозвался вампир в шрамах. – Ты потом сто раз себя проклянешь за это. - Лиам и Шивон приняли наш образ жизни, и, надеюсь, навсегда. Что дурного ты видишь в этом? Зачем убеждаешь Элис и Беллу в опасности, вместо того, чтобы порадоваться с нами? Карлайл попробовал заглянуть в светло-ореховые глаза, но Джаспер не дал этого сделать, отведя взгляд. - Потому что я знаю, чем все закончиться, - заявил он. – И Элис знает, просто не может увидеть, что именно нам грозит. Я читал историю Юга, там все так же начиналось. Кто-то решил, что он умнее, чем все остальные … Доктор Каллен глубоко вздохнул. Упрямство младшего сына, начинало его раздражать. - Нет никакой опасности, - четко проговорил он. – Ничего не случиться. Неужели ты не видишь, что все идет как нельзя лучше. Хватит искать беду там, где ее нет, лучше порадуйся с нами вместе. Джаспер отрицательно качнул головой и снова уставился в окно. - Из-за тебя Белла поссорилась с Эдвардом, - сказал Карлайл, надеясь на этот аргумент. Он знал, что Джаспер не любит напряженную атмосферу в доме. - Может, довольно уже? - Они поссорились не из-за меня, - возразил его приемный сын. – Просто Белла понимает больше Эдварда, который не хочет верить в очевидное. - Я не знаю, как тебя убедить, - Карлайл поднялся и посмотрел сверху вниз на вампира в шрамах. – Просто, поверь, постарайся забыть свое прошлое и не искать аналогов ему, потому что их нет. Наш мир идет вперед, и мы на пороге великого дня, когда весь род вампиров измениться. Перестань расстраивать Эсме и Элис своими мрачными прогнозами. Пора жить и улыбаться. Я уверен, что твои жена и сестра с радостью бы сейчас смеялись, а не сидели по углам со скорбными лицами. Подумай об этом. Он отвернулся и вышел из комнаты, прикрыв за собой дверь. - Отец! – ему на шею бросилась Розали, стрелой взлетевшая на третий этаж дома. – Поздравляю! Мама сейчас сказала мне … я … у меня нет слов! Она права, только ты один достоин такого высокого звания! Я так рада за тебя!!! Карлайл улыбнулся ей и обнял в ответ. «Ну, конечно, Эсме не могла промолчать, – мысленно засмеялся он. – Осталось лишь мне самому поверить в себя, потому что мои родные, похоже, безоговорочно верят в меня, так как я сам никогда не верил!»