Погладь мои крылышки, детка!

От лица Сэма, высоченного и симпатичного младшего Винчестера. В уютном столичном баре завязалась драка. И видит бог, самая нелепая, что я когда-либо видел. Нет, правда, весь этот фарс под задорную бессмысленную мелодию напоминал мне какую-то давно всеми забытую комедию, где разбушевавшуюся пьянь бьют по голове бутылками и все дружно гогочут, наблюдая, как очередная порция виски выливается на пол. Я сидел за стойкой и наблюдал, как аккуратный гамбургер драматично летит мимо меня в чью-то наглую рыжую морду. Проводив его равнодушным взглядом, я наткнулся на бармена, радостно улыбающегося этому дурдому, словно своей подрастающей дочурке. Что-то неприлично знакомое чудилось в этих прилизанных волосах и завитых атласных усиках, в ухмылке и сверкающих пожаром веселья ореховых глазах. Внезапная догадка заставила меня сорваться с места. Стоило мне приблизиться, как бармен просиял. Улыбнувшись мне счастливо и беззаботно, он внезапно полыхнул зеленоватым светом и передо мной предстал архангел Габриэль, Трикстер, Фокусник и, по совместительству, любовь всей моей жизни. Странно, но раньше я не замечал за Гейбом дешёвых спецэффектов: - Отлично, Сэмми! – излучая лучи любви, буквально пропел архангел. – Ты меня нашёл! Осталось разве что поймать! И с астрономической скоростью драпанул прочь. Я даже рта открыть не успел, как пришлось принять правила его странной игры и ринуться следом очертя голову. Неугомонный. Выбежав из душного бара, мы помчались по залитой солнечным светом тропинке в лес. Гостиницу окружала восхитительная роща, которую вчера у меня просто не было сил заметить. А, быть может, её там никогда и не было, ведь с Габриэлем нельзя быть уверенным на все сто процентов. Я бежал широкими шагами, легко перемахивая через поваленные деревья, в то время как архангел на удивление шустро от меня удирал, умудряясь экономно перебирать ногами ровно с той скоростью, на которой у меня не было возможности мыслить адекватно. И тут с Габриэлем начали твориться странные вещи. Во время бега он вдруг стал хаотично менять личины, но при этом я продолжал видеть его истинное лицо. Менялись только костюмы, но Гейб оставался для меня всё тем же. Мелькнула полицейская фуражка, серый костюм бизнесмена, халат доктора-секси, почему-то жёлтая каска рабочего… В два стремительных прыжка я нагнал своего архангела и завалил его на траву, совершив при этом головокружительный рывок. Габриэль, возмущённо фыркнул, но узрев мою недоумённую рожу, тут же начал ржать. Ореховые глаза сверкали беспредельным счастьем, я даже забеспокоился, не захлебнётся ли Гейб в собственной радости. Но всмотревшись в его счастливое улыбающееся лицо, не удержался и жарко поцеловал. После всей этой беготни было особенно приятно впиться жадным поцелуем в постоянно кривящиеся в улыбке губы архангела. Кажется, вдруг проснулись древние инстинкты, потому как азарт, игравший в жилах, ловко придал мне решительности обладать добычей. Гейб отпихнул меня и надулся: - Сэмми! Я тебе не мамонт, чтобы меня заваливать! - Что происходит, Гейб? К чему весь этот цирк? – спросил я мягко, устраивая локти по обе стороны от архангела на мягкую по-весеннему нежно-зелёную травку. Несмотря на свой изначальный протест, Габриэль с удовольствием развалился подо мной, позволяя заглядывать в глаза. - Скучно стало. Вот и решил развлечься. Разве тебе не понравилось? - Мне? Не знаю. Гамбургеры были вкусные. - Гамбургеры? – в ореховых прищуренных глазах мелькнула неподдельная нежность. Архангел помолчал и выдал: - Ты же не видишь больше моих личин, да? - Что? - Там, в баре, как ты меня увидел? - Просто…увидел, – растерялся я. Но тут до меня дошло: - Постой-ка… - Ага, – кивнул Габриэль. – Ты видишь именно меня, а не то, что я пытаюсь тебе показать. Я уже не могу дурить тебя так же легко как раньше. - Это из-за крыльев? – протянул я. - Не только. Думаю тут всё гораздо серьёзнее. - Ты это о чём?.. Обстановка стремительно изменилась. Как всегда, этот нахальный крылатый не озаботился предупредить меня очередным скачком в пространстве. Я вцепился в Габриэля и очень вовремя, так как под ногами у меня засвистела безмятежная пустота. Шесть белоснежных крыльев надёжно удерживали нас в воздухе в паре километров над знойной саванной. - И что всё это… - начал было я, и тут же заткнулся, поскольку мимо нас пролетел слон. Именно пролетел и именно слон. Здоровенный серый слон на огромных ярко-синих крыльях. Эти самые крылья были похожи на крылья колибри, но они не трепетали с сумасшедшей частотой, а чинно планировали, перетаскивая серую тушку в пространстве. - Что за черт?! – воскликнул я, когда вдруг понял, что всё небо вокруг нас кишит крылатыми слонами. – Гейб, это уже не смешно! - А я и не смеюсь. Смотри, – на удивление серьёзно ответил архангел. Я послушно уставился вниз. Глаза у меня всё больше выползали из орбит. Внизу, прямо под нами, оказалось грязное озеро. Слоны спешили с разгона спланировать в рыжую от пыли воду. Они возились там, подобно сотни выброшенных на берег рыбок, им явно было тесно. И выходили на берег. Совершенно бескрылые. - Зачем они это делают? – спросил я ошарашено. - Зачем спешат избавиться от крыльев? – участливо уточнил архангел. – Просто это клеймо позора для них. Они стремятся стать настоящими слонами и поскорее забыть небо. - Бред какой-то…- пробормотал я. - Ты это им скажи! – усмехнулся Гейб. Декорации снова сменились. Мои ноги наконец-то нашли твёрдую землю, и мне подумалось, что подошва моих ботинок вот-вот расплавится на потрескавшейся красно-рыжей почве. Мы очутились в обезвоженной красной пустоши, окружённой высокими скалами. У подножья одной из каменных глыб обозначился беломраморный город. Оттуда с хитрой улыбкой шёл человек с чёрными, как воронье крыло, волосами, а за ним тянулась вереница воровато озирающихся высоченных каменных людей. Все они были из белого мрамора, антично одетые, одинаково прекрасные и совершенно разные. Я недоумённо взирал на всю эту процессию, пока до меня наконец-то не допёрло. Эти статуи, похоже, пытались прогнать этого хитрого человека. Они наступали, сурово размахивая руками, но тут же беспокойно оглядывались на стену города, словно боялись далеко уходить от него. - Это дома, Сэмми, дома принявшие человеческий облик, чтобы защитить город от шулера и интригана, – Габриэль положил мне руку на плечо. Признаться очень вовремя, я уж подумал ненароком, что схожу с ума. – В этом мире здания - живые существа. - Почему они оглядываются? - Если они далеко уйдут от города, то потеряют себя. Станут грудой мрамора. Человеку только того и надо, ведь белый мрамор такой ценный и дорогой. Процессия каменных существ продолжала своё немногословное шествие. Одна из девушек вдруг остановилась и с тоской посмотрела на белокаменную стену. Она знала. Знала, что домой они уже не вернутся… Солнце пустоши потухло так резко, будто кто-то просто щёлкнул рубильником. Я плюхнулся на кровать в уже родном для меня отеле. Рядом примостился Габриэль. Удивительно тихий и покладистый архангел молча наблюдал за мной. - Что это было? – я вопросительно уставился на него. - Иные миры, Сэмми. Мне хотелось показать тебе их. Теперь, когда ты называешь меня своим архангелом, - Гейб сделал выразительное ударение на предпоследнее слово. – А ты называешь, я знаю! В общем, теперь я могу таскать тебя по мировой арене, куда захочу. Взамен, я уже не смогу так безнаказанно над тобой потешаться, меняя облик по своему желанию, – отозвался Габриэль. Я долго молчал, внимательно изучая его лицо, а потом зарылся носом в рыжеватые кудряшки и выдохнул: - Не знал, что другие миры такие…другие. - То-то и оно, Сэмми, то-то и оно…