Отчаянный герои: Век Войн

- Ждешь кого-то? – голос Хезер вывел Николая из задумчивого состояния. Он поднял глаза от книги, что покоилась у него в руках, и изучающее посмотрел на девушку. - Это имеет какое-либо значение? – голос парня был нейтральным. - В принципе нет, - пожала плечами королева интриг, надевая одну из своих многочисленных застенчивых масок. – Я... Я хотела с тобой поговорить... - И о чем же, Fräulein? – даже не поднимая глаз от книги, что бы собеседница ничего не могла определить по его глазам, осведомился русский. Поведение девушки было довольно предсказуемым, хоть представленный вариант и не стоял на первом месте по приоритетности... - О том, что я могу рассказать твоей команде о помощи Гвен. И еще парой фраз перекинусь с Дунканом, - промелькнуло в голове у королевы интриг, но она решила действовать по первоначальному плану. – Но прибережем это для другого случая. Ладно, один раз я это уже сделала... - Я... Я, понимаешь... – девушка довольно натурально всхлипнула. – Я хотела тебе сказать... – слезинка скатилась по щеке... - О чем? – русский, казалось, не замечал перемен в поведении собеседницы. - Черствая скотина, - оценила это Хезер и пошла в наступление. - Ты... Я... Все дело в том, что я люблю тебя! – и, не тратя больше слов на разговоры, впилась парню в губы. Все это длилось лишь одно мгновение. Так же стремительно девушка отстранилась от новичка и, закрыв лицо руками, беззвучно зарыдала. - Тише, тише, Fräulein, - Николай нежно притянул выглядевшую такой несчастной Хезер к себе и обнял. – Тише, - погладил по волосам. – Но почему вы плачете... - Потому... Потому что нам не суждено быть вместе, - новая порция влаги впиталась в плечо русского. – Тебе нравится другая... Гвен... - Что за глупости, Fräulein, - королева интриг подняла на собеседника изумленное лицо. – Я просто из вежливости помог ей пару раз. С чего вы взяли, что я испытываю к ней хоть какие-то чувства? – этот вопрос снова заставил девушку сотрясаться в рыданиях. – Теперь-то в чем причина вашего плохого настроения? - Мы ничего не знаем про тему завтрашнего испытания, - успокоившись, наконец, смогла произнести она, - и обязательно проиграем. И следующей вылечу я. Ведь меня никто не любит и не понимает... - Да, веселого мало, - Николай тоже выглядел расстроенным, - и у меня не будет времени познакомиться с вами поближе, Fräulein. Но, - добавил парень уже куда веселее, - я знаю, как вам помочь. У меня есть один фильм... – и, не говоря больше ни слова, ушел в грузовой вагон, где расположилась «Альфа». Башня признаний (Хезер) - Этот идиот еще тупее Трента. Ха, - ухмыльнулась девушка, - это было еще проще, чем я ожидала... - Но ведь тебя обязательно выкинут из-за этого, - ужаснулась Хезер, когда Николай вернулся с каким-то диском. - Мне все равно, - с жаром ответил русский, еще раз поцеловав девушку. Королева интриг подавила жгучее желание дать ему пощечину. – Но вы останетесь. И я не потеряю вас! – тут дверь тамбура, где беседовала парочка, открылась, и через помещение прошла Гвен. Пока русский отвлекался на готессу, Хезер успела проскочить в коридор, ведущий к вагону первого класса. - Постойте, Fräulein, - Гвен пошла назад, и Николай приостановил ее. – Поздравляю с превосходным выступлением... - Спасибо, - готесса все же остановилась и решила расставить все точки над «i», - но меня не устраивает такая игра. - Какая? – уточнил Николай. - Ты прекрасно знаешь, - девушка вздохнула. Этот разговор напоминал ей еще один, прошедший более года назад. – Ты помогаешь мне выиграть. - Поправка, - парень поднял руку, останавливая намечающиеся возражения. – Я не помогаю вам выиграть. Я помогаю вам в той армейской специальности, что вы сами для себя выбрали... И, что бы больше не надоедать вам и не смущать своими советами, возьмите, - он протянул готессе книгу, которую до этого читал. На автомате та ее взяла, и русский тут же собрался уходить. – Удачной охоты, - ухмылка девушке уже была знакома. Именно такая, несколько безумная, уже играла на лице собеседника – в оружейной... - «Искусство снайпера» - прочитала Гвен. – Что ж, спасибо... – и так же поспешила в вагон первого класса. - Тебя только что поцеловала ядовитая змея, - прокомментировал Ной возвращение новичка, расположившегося на полке напротив. - Не то слово, - откликнулся тот. – Впрочем, я ей его вернул... Все прошло, как и планировали. - Замечательно, - к ним присоединился Трент. – Не могло не сработать. - Я, если честно, думал, что она сразу начнет меня шантажировать, - откликнулся Николай. От этих слов музыкант напрягся. Опять перед глазами всплыло ее улыбающееся лицо... - Лицо той, - промелькнуло в голове, - чей образ помог мне выжить в разверзшемся на земле аду и не сойти с ума, как наш барабанщик. Бедняга... – из нагрудного кармана рубашки гитарист достал фотографию. Было темно. Но свет и не был нужен. Провел пальцем по, теперь уже, шершавой бумаге... Он знал эту фотографию. Каждый ее квадратный миллиметр. И помнил, когда она была сделана. В последнюю их по-настоящему счастливую встречу... А потом все пошло прахом. Трент сам не мог понять, что тогда на него нашло. Но точно знал причину их разрыва – он сам! И никто другой... Любимая девушка ушла. А потом окончательно оборвала всякую надежду на воссоединение, связав свою судьбу с другим. Тем, кто был ей ближе. Тем, кто не проявлял практически никаких чувств. Тем, кто был более спокоен, безразличен, не надоедал чрезмерной заботой... Тем, от кого веяло холодом. - А не чрезмерным теплом, как от меня... – закончил мысль музыкант. Если бы он знал, как девушке сейчас не хватает последнего, но, увы... Он твердо решил не мешать ей, не пытаться вернуть... Кто-то назовет это малодушием или трусостью. Отнюдь. Он просто не хотел, что бы сердце любимой, нашедшей, как всем казалось на первый взгляд, наконец, свое счастье, вновь беспокоилось и мучилось. Не хотел больше терзать ее и так израненную всеми душу... С такими невеселыми мыслями Трент и уснул. Проснувшаяся Иззи, обостренные чувства которой мгновенно дали понять хозяйке, что она находится далеко не в товарном вагоне, где уснула, тут же вскочила. Подобное пробуждение дало девушке надежду на веселое продолжение, в отличие от прошедшего несколько дней назад испытания. Как она ни старалась, к единственному танку, что использовался тогда на шоу, ее не подпустил яро охраняющий боевую машину Шеф. И хоть довольно жаркая, но, в итоге, закончившаяся в ничью, драка с поваром частично компенсировала это, но... - Это было совершенно не то, - закончила мысль ненормальная, пружками передвигающаяся по поляне, наблюдая, как остальные отчаянные герои от ее криков начинают подавать признаки жизни. - Коди, где ты?! Согреем друг друга! – Сиерра, мало обращая внимания на изменившуюся обстановку, поспешила отыскать предмет своей страсти. Услышавший ее крик Коди, осмотревшись и поняв, что за то время, что он пролежал на снегу, его прилично запорошило, решил лучше немного померзнуть, до поры, до времени прикинувшись сугробом, чем оказаться в лапах дикого зверя. Впрочем, долго ему маскироваться не пришлось. - Угомонись! - проснувшаяся Кортни весьма оперативно ухватила пробегающую мимо Сиерру за ногу, после чего последняя упала. Холодный снег, тут же коснувшийся лица, напомнил девушке, что ее любовь находится в другой команде. - Черт, Крис, - хоть ведущего и не наблюдалось, Хезер прекрасно понимала, что он сейчас видит и слышит отчаянных героев. – Куда ты нас забросил? – раздраженно поинтересовалась девушка, оглядываясь вокруг. Все отчаянные герои сейчас находились посреди засыпанной довольно приличной толщины снежным покровом поляны. Вокруг не было видно ни поезда, ни путей. Вообще никаких признаков цивилизации. Лишь лес, хвойный, не просматривающийся насквозь – так часто стояли сосны и ели, в который уходили две укатанные дороги. - Внимание, мясо, - все обернулись на голос ведущего, исходящий из закрепленного на стволе одного из деревьев динамика. – Если вы не совсем идиоты, в чем я лично сомневаюсь, - из мембраны донесся какой-то хрип, в который, из-за невысокого качества связи, превратился смех ведущего, - то могли и догадаться, что ваше испытание уже началось. - А как же завтрак? – голос Оуэна свидетельствовал о том, что мир сейчас для него перевернулся. - Поедите по дороге, - хмыкнул Крис. – Если будет чем. А теперь хватит меня перебивать! Каждой команде предстоит сыграть роль заградительного отряда. Ваша цель – дойти по одной из дорог до линии фронта, выполняя его функции. - Что за функции? – однако, вопрос Гарольда МакЛин проигнорировал и продолжил. - «Альфа», вам налево. «Дельте» направо. И да, раз они победили в прошлом испытании, то получат преимущество – карту местности с обозначенными на ней подразделениями и соединениями. Когда обе команды прибудут к конечной точке, то начнется вторая часть испытания. - Нам хоть оружие дадут? – Алехандро, как и все сейчас одетый в форму всесильного ведомства, обыскивал карманы в поисках хоть какого-то средства лишения людей жизни. - Найдете себе сами. Все! Больше никаких вопросов! Идите, и советую вам поторопиться. Последнее могло означать все, что угодно, и ребята поспешили убраться в лес... Несмотря на свои опасения, и Дельта, и Альфа довольно быстро вооружились. По крайней мере, активная часть команд, не желавшая просто так погибать... Альфовцы наткнулись на недавно разгромленный пост на перекрестке. Но, увы, он состоял лишь из пяти человек... В итоге принцесса стала счастливой обладательницей ППШ, как и Ной. Иззи, было, тоже хотела схватить пистолет-пулемет, но, к своему большому сожалению, еще одного экземпляра не нашла. - То, что надо, - Трент, наклонившись над телом, расстегнул кобуру убитого офицера, сейчас лежащего на спине и устремившего мертвый взгляд в небо. Туда, где несильный ветер гнал большие и пушистые, белоснежные облака. И которым было совершенно безразлично то, что творилось внизу, под кронами деревьев. Причину смерти солдата гитарист определил довольно быстро. Да это было и не сложно. На груди успело растечься довольно большое пятно крови. А несколько дырочек в тулупе, с рваными, опаленными краями, перечертившие тело от правого плеча наискось, дополняли картину. В итоге музыкант стал счастливым обладателем пистолета ТТ. Быстро и внимательно его осмотрел, выщелкнул магазин, проверяя наличие боезапаса... - Ты умеешь с ним обращаться? – придирчиво взглянула на Трента Кортни, обернувшаяся на щелчок, возвестивший о том, что магазин встал на положенное место. Ответить парень не успел – приглушенный росшими деревьями, до команды донеслись звуки выстрелов, заставившие всех, без исключения, моментально рухнуть на землю. Наиболее опытные, или скорее, ученые, альфовцы, так как опыт ведения боевых действий был только у одного из команды, да и то короткий, вжимаясь в снег, поначалу стали отползать к обочине в кювет... - Это не по нашу душу, - Трент сориентировался первым и, сопровождаемый удивленными взглядами половины сокомандников, поднялся во весь рост. - Тогда что это? – с остатками испуга в голове пропищала Кэти. - Кажется, наши конкуренты успешно начали выполнять свои функции, - к музыканту, коротко кивнувшему на эти слова, подошел, отряхиваясь, русский. Лес вдруг закончился, открывая перед «Дельтой» довольно широкую просеку, занесенную снегом, из-под которого тут и там торчали разного размера припорошенные пеньки. Дорога же шла дальше, разрезая белоснежную целину пополам, и метров через сто снова терялась в стене деревьев, росших на противоположной стороне. - Как-то странно, - пробормотал Зик, оглядывая открывшуюся взгляду картину. - Видимо, - Алехандро слышал домашнего парня и решил дать пояснение всем, - Крис хотел сымитировать линию фронта, на которой шел бой. Да, - мексиканец сверился с обещанной ведущим картой, которую нашел в офицерском планшете у себя на ремне и никому не доверял, - так и есть. Судя по записи, тут неделю назад было жарко. Вот только, учитывая, что это, все же, шоу, - парень указал на противоположный конец, - они сократили линию ничейной земли до нелепых ста - ста пятидесяти метров. - Если это линия фронта, то где тогда солдаты? – задала вопрос ЛиШона. - Они тут, - Хезер смогла удержать голос, хоть и вздрогнула от увиденного. – Надо только присмотреться к деталям... Слова девушки Гвен уже слышала вполуха. Она и до этого смогла, как сейчас и остальные, последовавшие совету королевы интриг, отчаянные герои, уловить незамеченные ранее подробности, открывающие страшную картину произошедшего. Впрочем, все же статичность и обилие ранее просмотренных ужастиков помогли ей принять действительность гораздо более спокойно. В обе стороны от дороги отходило по траншее, уже прилично занесенные снегом. Тут и там из-под снежного покрова торчали, поначалу принятые за ветки, стволы винтовок. У одного окопа, задрав вверх дуло, смотрел припорошенный пулемет. То, что большинство вначале приняло за пеньки, оказалось окоченевшими трупами павших бойцов. Серый цвет формы выглядывал из-под снега... - Так! – пока Алехандро задумчиво ходил по нейтралке, изредка наклоняясь над тем или другим телом, королева интриг решила взять на себя командование остальными участниками. - Надо тут все обыскать. Давайте, пошевеливайтесь! - С чего это ты так раскомандовалась? – увы, даже пуля в голову не смогла выбить из ЛиШоны привычку лезть с разборками везде... - Так или иначе, - откликнулся на грозившую перерасти в разборку фразу, что ему пока было не нужно, мексиканец, - она права. Тут мы все вооружимся... У красноармейцев соберите как можно больше пистолетов-пулеметов. А вот пулеметы лучше поискать там, - отряхивая от снега только что поднятый ППС, Алехандро указал на противоположную сторону поля боя. Туда, где находились немецкие позиции... В итоге, после не очень продолжительного поиска, у каждого члена «Дельты» теперь имелось по единице, а то и не одной, огнестрельного оружия. Алехандро вышагивал впереди, неся на плече тушку немецкого MG. Парень прихватил еще и четыре сотенные пулеметные ленты, сцепив их попарно, и теперь они, тихо позвякивая при каждом шаге, висели у него на шее. Благо толстый воротник не давал металлу царапать и морозить кожу. За интриганом шел Оуэн, таща на горбу пару запасных стволов. Удивительно, на что толстяк был готов в благодарность за несколько шоколадок, сдобренных несколькими довольно банальными фразами про доверие и командный дух. Сорок вторым так же разжился шедший третьим Изикиил. Только ему, в связи с откровенно никудышной популярностью среди сокомандников, пришлось все тащить на себе. - Эй, Зик, - его догнала Бэт, - надо поговорить. - Так, а вот это уже странно, - на автомате отметил пулеметчик, произнеся вслух. – Именно сейчас? - Именно, - кивнула девушка. – Давай отойдем в конец... – немного притормозив, парочка пропустила мимо себя остальных ребят. - Брр... – Гвен все же было не по себе, хоть она, по обыкновению, и не подавала виду, стараясь все же заглушить невеселые мысли. На поле боя готесса нашла то, что искала – снайперскую винтовку, которая сейчас висела у нее на плече, и захватила пистолет-пулемет Судаева. Но возникли определенные трудности – винтовка была намертво зажата в окоченевших, не разгибающихся, мертвых пальцах солдата, не расстающегося со своим оружием даже после гибели. То, каким образом ей удалось все же стать обладательницей Мосинки, девушка предпочла тут же забыть, переключив все свое внимание на Дункана, сейчас шагающего рядом, и текущее испытание. - Так о чем ты хотела поговорить? – когда мимо них прошла Хезер, напомнил о начатом разговоре Зик. - Скажи, - решила начать издалека Бэт, - ты не задумывался над тем, что дает тебе новый сезон?.. - Не понимаю, о чем ты, - нельзя сказать, что разговор был коротким. Девушка старалась, естественно намеками – ведь спина Хезер маячила впереди, и она могла все слышать, - довести свою мысль до домоседа. Вообще, Бэт явно спешила. Гораздо умнее было бы пообщаться с Зиком в поезде, найдя укромный уголок, где никто бы не смог их подслушать и высказать все напрямую. Но... Слишком велик был соблазн, если он согласился бы... Увы, девушка не нашла в голосе собеседника и толики понимания – лишь искреннее, как ей показалось, удивление. Башня откровений (Бэт): - Он, кажется, так ничего и не понял, - с сожалением покачала головой Бэт. – Ничего, обязательно согласится. Надо будет только намекнуть более прозрачно... - Насколько помню, - пронеслось в голове, - с НЕЙ она не конфликтовала... Но присматривать за ней, все же, стоит. - И куда нам идти? – голос Бриджет сейчас озвучил мысль, посетившую всех членов «Дельты». Еще немного пройдя по лесной дороге и так никого и не встретив на пути ребята вышли к развилке. - Думаю, направо, - не долго думая Алехандро, а за ним и Оуэн, направился по выбранному маршруту. Еще не до конца разобравшиеся в ситуации отчаянные герои присоединиться, кроме Бэт, к удаляющемуся мексиканцу не спешили. - Эй, тебе не кажется, что ты кое-что забыл нам отдать? – его остановил недовольный, нагловатый голос Хезер. - Ах да, сеньорита, - к удивлению королевы интриг, заставив ее задуматься над подобным своим поведением, парень, лучезарно улыбнувшись, отстегнул планшет с выданной ведущим картой и протянул его девушке. – Прошу прощения. Вам это будет нужнее... – не успел он договорить, как предмет был довольно схвачен, если не сказать вырван из рук. - Славно, - с превосходством кивнула Хезер, мгновенно забыв о своих подозрениях. – Я тебя больше не задерживаю... – по-иному разговаривать с Алехандро она не видела смысла, прекрасно зная цену его обходительности, дружелюбию и хорошим манерам. Через минуту большая часть «Дельты» уже вновь двигалась, по левой дороге. Башня откровений (Алехандро): - У меня феноменальная память, благодаря одному из братьев моего деда... Так что мне хватило всего лишь несколько секунд для запоминания. Впрочем, не такая уж она была и сложная... Большая часть «Дельты», которую сейчас, как бы ЛиШоне это не нравилось, все же возглавила Хезер, встретила первого живого красноармейца. Точнее, делая поправку на происходящее, это был не боец РККА (Рабоче-Крестьянская Красная Армия, - прим автора), а стажер, или, с поправкой на возраст, актер, тщательно играющий свою роль. Мужчина лет тридцати – тридцати пяти сидел на собственном вещмешке, спиной прислонившись к дереву. Одет он был в бушлат, сейчас просто накинутый на плечи, одной рукой бинтуя вторую, при этом болезненно морщась. Винтовки или какого другого оружия поблизости с ним не наблюдалось. - Товарищ командир! – увидев приближающихся сотрудников всесильного ведомства и быстро, уже наметанным взглядом, определив по знакам различия старшего по званию, которым оказалась, как ни странно, именно Хезер, он попытался встать. И тут же тишину нарушил треск очереди. Распрямившийся и уже приложивший руку к виску, отдавая честь, солдат, на лице которого успело появиться удивление, стал медленно сползать по стволу дерева, окрашивая его в темно-красный цвет крови из пробитой спины... А тем временем большинство отчаянных героев с выражением страха смотрели то на него, уже мертвого, то на не опускающую пока пистолет-пулемет, из дула которого вился тонкой струйкой дымок пороховых газов Хезер. Именно она, не терзая себя долгими размышлениями, выпустила довольно длинную, патронов в десять, очередь, оборвавшую жизнь раненого. - Отлично, - подходя к свежему трупу, чье убийство и слышала полным составом «Альфа», резюмировала королева интриг. – Один есть. Фильм смотрели все, но напоминаю, - обернулась она к сокомандникам, не обращая внимания на выражения их лиц и опустошенные взгляды Бридж и Тайлера, – убиваем любого, кто встретится у нас на пути, без оружия, идущего в нашем направлении и так далее... Фильм смотрели все. - Ты... Ты... Ты его убила... – шепот Бриджетт, отвернувшейся от тела, раздражал говорящую. - Да, убила! – грубо оборвала она причитания блондинки, резко развернув ее к себе лицом. – И следующего, дорогуша, добьет кто-то другой! А именно – ты! - Эй, не ори на нее, - мягко обняв любимую девушку, которую уже колотила крупная дрожь от услышанных слов, за плечи, оборвал королеву интриг Джефф. Та, гневно сверкнув в сторону тусовщика глазами, на время отступила, но решив при первой же возможности воплотить свои угрозы в жизнь... - Что это? – выстрелы Хезер слышала и вторая часть «Дельты», уже пополнившаяся пятнадцатью красноармейцами. Каждого из них Алехандро отводил в сторону от общей толпы и беседовал, узнавая часть, в которой те служили. Карта крепко въелась ему в голову и он без труда вспоминал, было ли названное на карте или нет. Пока никаких несоответствий не было, что его не могло не радовать. - Кажется, наши товарищи с успехом, - последнюю фразу мексиканец произнес с нескрываемой иронией, внутренне ликуя, - начали выполнять задание. - Тогда, - решила уточнить Бэт, - зачем мы водим с собой этих... – она указала на построившихся в колонну по два красноармейцев, так им желая сказать «смертников». Но промолчала. Впрочем, тон ее голоса Алехандро заметил. - Они нам еще пригодятся, - улыбнулся интриган, заставляя девушку «поплыть». – А опробовать свою машинку, - он указал на ППШ, которым та обзавелась в одном из окопов, - ты еще успеешь... Башня откровений (Алехандро): - Двое моих хороших друзей увлекались военной историей. А один из троюродных братьев – выбрал это как основное направление своей деятельности, блестяще защитив несколько работ. И общаясь с ними, всегда узнавал много интересного. Как видите, пригодилось... Я прекрасно знаю, и знал изначально, что делать. Почему я не сказал остальным правду? О, если Хезер встает на путь вылета, - голос торжествовал, а в глазах светились мстительные огоньки, - зачем мне ее останавливать? Первого красноармейца, а точнее двух, что встретились на пути «Альфе», постигла участь того, что попался королеве интриг. На чистом рефлексе, на удивление быстро, лишь прозвучал первый выстрел, Трент вскинул оружие в сторону стрелявшей. - Черт. Не думал, что она вот так сразу убьет кого-то, - нельзя сказать, что Трент был сильно удивлен. Но такого решительного шага, которым принцесса перешагнула черту, не ожидал даже он. – Даже глазом не моргнула. Мне это далось гораздо тяжелее... - а к виновнице переполоха уже буквально летел еще один отчаянный герой. Увы, Николай стоял поодаль от принцессы и не успел что-либо предпринять до того, как палец Кортни нажал на курок. Длинная очередь от бедра, сложившая обоих красноармейцев пополам, оборвала их жизни. - Б***! Какого черта ты творишь?! – обычно спокойный русский сейчас выглядел, мягко говоря, сильно раздраженным. Громкий голос в начале фразы к концу сошел на рык. Впрочем, мулатка на эти слова, включая довольно нелестное обращение в свой адрес, прореагировала на удивление спокойно. Кинувшегося к ней при первых звуках выстрелов новичка, так и не остановившегося даже после того, как тела бойцов испустили последний дух, девушка встретила направленным в живот стволом «Шпагина». - Заткнись, урод! Или при первой же возможности я вышибу тебе мозги! – голос принцессы сейчас был холодным, и выглядела она не менее решительно, чем минуту назад. А вот истеричных ноток, как прежде, не наблюдалось вовсе. В глазах светилась твердость исполнить угрозу при любом удачно подвернувшемся случае. И все же, это было гораздо лучше, чем ожидаемая Николаем очередь в упор. - За что, Fräulein? – искренне удивился собеседник. - Для начала – что бы ты не путался у меня под ногами, - медленно, постепенно решимость применить оружие, для которого Кортни закручивала в себе пружину все утро, стала спадать, вновь возвращая девушку в привычное состояние. Но интонации остались те же. - А потом – что бы не сливал информацию другой команде и держал язык за зубами! И не строй тут невинных глаз, - раздраженно добавила она, - я видела все, что ты передал Хезер. – принцесса не стала вдаваться в подробности, как именно она подслушала разговор, а затем и увидела фильм, отданный «Дельте». И сколько пыли при этом наглоталась. Трент склонился над убитыми бойцами. Уже несколько месяцев он не встречал подобной картины. Тела, под которыми расползается лужа крови, уже начинающие остывать, лежащие в придорожной пыли. И было не важно, что это. Пушистый, бывший недавно девственно чистым, снег, что сейчас вновь стал падать с неба. Или песок с дороги, как тогда... Трупы, которых с нейтральной полосы, просто широкой улицы, разделяющей два здания, никто не потрудился убрать. Истошный крик раненого, доносившийся откуда-то из глубины строения, которого штопали уже практически по живому, поскольку анестетики подходили к концу... Стон умирающего, подстреленного на нейтралке неизвестным снайпером. И запах. Запах пороха. Запах подпаленного мяса. Запах смерти. Гитарист даже не заметил, как отдал подошедшему Гарольду, старающемуся не смотреть на дело рук Кортни и вообще, казалось, не дышать поблизости, документы убитых. Не заметил парень и того, как покачиваясь словно зомби отошел в сторону, облокотившись о ближайшую ель. Картина, которую, как ему казалось, Трент давно забыл, встала перед глазами вновь. - Ха, давно? – промелькнула мысль. – Вы были правы, серж, подобное просто так не забывается... – ход мыслей был прерван вырвавшимся наружу завтраком. Завтраком? Никто из «Альфы» не ел со вчерашнего вечера, и на снег, заставив вкусовые рецепторы во рту взвыть, полилась лишь желчь. - Слабак, - раздался в отдалении голос. Но это был не нагловатый, с примесью превосходства и презрения, голос Дункана. Он бы парня не удивил, окажись его владелец рядом. Этот же, вынесший выдержке гитариста не самый лестный приговор, был слащавым и самолюбивым. – Я никогда себе такого не позволю, - впрочем, адресовано все это было не случайно услышавшему Тренту, а окружившим Джастина двум поклонницам, - ведь мне надо беречь горло, - последовал режущий слух писк, заглушенный, как и острое желание набить красавчику за такие слова морду, новым приступом. - И это все? – пока Трент приходил в себя под чутким присмотром добряка ДиДжея, Ной решил вмешаться в перепалку Николая и Кортни, грозившую новыми жертвами. – Что ты знала до этого об НКВД вообще и заградительных отрядах в частности? – до сих пор сильно раздраженная принцесса уже собиралась в запале с разворота свернуть умнику челюсть прикладом, но это желание остановил его спокойный, рассудительный голос, в котором не было ни капли сарказма. Нужный эффект был достигнут – ствол пистолета-пулемета опустился вниз. До девушки начало постепенно доходить, что она села в глубокую лужу. - Вот и славно, - несколько пришедший в себя Николай, встав, отряхнулся. Испуг от столь быстро и неблагоприятно меняющихся событий отступил, а на его место вернулась и манера общения. Русский подхватил эстафету. – Запомните, Fräulein, основная цель заградительных отрядов – не перестрелять как можно больше своих наступающих войск в спину или бойцов в тылу, а вернуть потерявшихся или отставших от своих соединений солдат любыми способами на передовую. Высшая мера применяется только в крайнем случае! Вам ясно? Кортни, как бы она этого не хотела, пришлось все же кивнуть. Пусть так, что практически никто, кроме стоящей в стороне от остальных троицы этого и не заметил, но... Это был удар ниже пояса, которое ее самолюбие не могло оставить без ответа. Вопрос был только в том, когда последует возмездие? Масла в огонь, пусть и немного, подлил Гарольд. - Мы, кажется, подстрелили шпионов, - стараясь держать красноармейские книжки за чистые края, он передал документы для ознакомления остальным. - С чего ты так решил? – в голосе Евы мелькнуло раздражение. Все это время она стояла в стороне, не вмешиваясь в перепалку «командного состава», как про себя она назвала трио, и не подходя к телам убитых. И, надо отметить, прилично замерзла. - На скрепки обратите внимание, - пояснил тот. – На них нет ржавчины. А удостоверения, по виду, выданы давно. - И? - Нет ржавых следов на бумаге, - голос умника выражал ликование, смешанное с недоумением от того, что остальные не понимают таких элементарных вещей. - А это значит, - парень буквально сиял от осенившей его догадки, - что скрепочки-то выполнены не из обычной стали, как это делали в РККА, а никелированной. - Черт, в он прав, - поддержал говорившего Николай. – По этому признаку многих немецких агентов в первые месяцы войны разоблачили. Казалось бы, мелочь, а все же... Молодец, Гарольд. - Ну не зря же я... - Да, да... – уже хотевшего было выдать секрет своего знания парня прервала Кортни, которой надо было срочно спустить пар. – Замолкни! Как рано в зимний период становится темно. Это заметно даже в городе, с его многочисленными огнями вывесок, витрин, окон многоэтажек. Что уж говорить про нетронутую цивилизацией природу. Опушка леса. Еще нет и семи часов вечера, а небо уже окрасилось в темные цвета. Пушистые снежинки, повинуясь малейшему дуновению ветерка и силе земного притяжения, по замысловатым, непредсказуемым траекториям опускались на землю, тут же теряясь среди товарок, устилавших лесную опушку белоснежным ковром. И лишь свет луны, вышедшей из-за облаков, отразившись от нападавшего за день белого моря, заставляя его искриться, осветит дорогу путнику, забредшему сюда. Такой сейчас, отгородившись от всех и погрузившись внутрь себя, видела эту картину девушка, искренне жалея о том, что под рукой нет бумаги и красок. Умиротворение, покой. Все это, под конец дня, подарил ей один лишь взгляд на никем не тронутый уголок природы. Прошедший день... Как бы она ни старалась, но тот был слишком тяжелым, давящим на сознание. Слишком много крови пролилось сегодня. И она выплескивалась не на экран телевизора или ноутбука. И проливал ее не очередной маньяк или психопат, которого, следуя законам жанра, под конец героям удавалось одолеть. - Эй, о чем задумалась? – в ее мир беспардонно ворвался знакомый голос. Гвен обернулась и увидела перед собой лицо Дункана. Он смотрел на девушку, оперевшись на столб ограждения, опоясывающего две большие площадки и сейчас разделяющего двоих влюбленных. Эти две площадки, заасфальтированные, имеющие правильную прямоугольную форму были обнесены забором из колючей проволоки, натянутой между столбов. На обоих концах каждого поля сейчас подрагивали от ветерка двустворчатые ворота, представляющие собой металлический каркас с сеткой-рабицей. Освещали территорию расставленные по периметру фонари на высоких столбах. Да и как освещали? Кружок света прямо под ними, вот в принципе и все. А за их пределами вновь в свои права вступала тьма. Соседняя же площадка, что сейчас занимала команда «Альфа», пришедшая к финишу в полном составе, была освещена куда лучше. Многочисленные фары автомобилей, которых конкурирующая команда привела довольно много. Несколько закрепленных в кузовах бортовых машин прожекторов. А вместе с этой картинкой, так сильно контрастирующей с той, которой она наслаждалась в начале, в уши готессе ворвалась целая толпа звуков. Тарахтенье нескольких генераторов и двигателей. Редкие взрыкивания мощных танковых моторов, дополняющихся лязгом гусениц. Грохот упавшего где-то железа. Среди этого царства цивилизации не было даже слышно разговоров занятых своим делом людей, чьи длинные тени время от времени появлялись в поле зрения Гвен. - А они там явно не сидят без дела, - подумала девушка и перевела взгляд на площадку, отведенную «Дельте», где было куда спокойнее и тише. Из-за спины уже ушедшего, не сказав больше ни слова, панка, так и не дождавшегося от вновь погрузившейся в себя готессы ответа, виднелись пять грузовиков. Все, чем первая, возглавляемая Хезер, часть команды смогла разжиться в том лесу. Сама королева интриг, сейчас сидевшая на подножке одного из них, не могла точно сказать, что испытывает больше – облегчения или разочарования. - С какой стороны посмотреть, - пронеслось в голове. С одной – красноармейцев на пути попалось не так уж и много. Всего человек пятьдесят. И практически всех она убила сама. Да и как могло быть иначе? На кого надеяться? На остальных? Ха, у большинства из своих попутчиков в глазах она видела лишь ужас, когда каждый раз нажимала на курок. Это чувство практически материализовывалось, его можно было буквально ощутить кожей. От дальнейших размышлений Хезер отвлек рык двигателей и показавшийся вдалеке свет фар. Вторая, гораздо более многочисленная колонна команды «Дельта», наконец-то пришла к финишу. В то время, как большая часть команды вышла из леса, как говориться, налегке, то появление остальных вызвало немалое удивление. На отведенную для команды площадку один за другим стали заезжать грузовики. В основном - старые добрые ЗиС-5в (в – военный, официальная аббревиатура, - прим автора). Впрочем, среди «Захаров» попадались и гражданские, мобилизованные из народного хозяйства Страны Советов, экземпляры. Их легко можно было опознать среди собратьев по штампованным металлическим крыльям, а не деревянным, как на машинах, выпущенных уже в годы войны. Но, в независимости от того, были ли автомашины детищем довоенного времени или собранными уже в эвакуированных на Урал цехах, женщинами и детьми, груз у них был один и тот же. Ящики с патронами, гранатами и снарядами, горы стрелкового оружия, прочая амуниция. К половине были прицеплены разнообразные орудия и минометы. И в каждой машине, на всем этом богатстве, за обладание которым любой копатель душу продал бы, сидели, стояли, лежали бойцы РККА. Пехота, артиллеристы, танкисты. Можно было заметить и нескольких летчиков. Впрочем, понять и оценить такое разнообразие было некому, кроме Алехандро. Остальным членам «Дельты», как и большинству «Альфы», уже занявшей свою площадку, куда еле поместились многочисленные трофеи команды, все знаки различия и детали формы практически ни о чем не говорили, как и вид въезжающей на территорию техники. - Ты что натворил?! – в начинающихся сумерках Хезер при виде этой колонны, которую замыкала пятерка танков, еле тащивших за собой по снежной целине еще по паре грузовиков, так и не пожелавших завестись, взвилась буквально за мгновение. При виде похожей картины у прибывшей полчаса назад «Альфы» девушка буквально ликовала, посчитав, что охмуренный ею русский пошел на саботаж. А развернутую сразу же по приезду бурную деятельность русского приняла за его желание еще сильнее измотать сокомандников. Так что девушка решила пока не избавляться от Николая, выдав предательство «Альфе», как планировала вначале. И сейчас королева интриг набросилась на удивительно спокойного и рассудительного мексиканца, только что вылезшего из-за баранки головной машины и уже раздающего указаниям группе командиров РККА. Обернувшись же на недовольный, пышущий злобой, голос Алехандро даже не старался в этот раз заигрывать с собеседницей. - Это вы мне скажите, сеньорита, - насмешливый голос девушка пропустила мимо ушей, восприняв его как данность. - Я полностью следовала плану! Убила всех, кто попадался на пути! - У, кровавая гэбня, пятьсотмильенов расстрелянных лично Сталиным, - в глазах интригана плясала насмешка и ликование, невидимые в опустившихся на землю сумерках. – Молодцы, сеньорита, - беспричинный, как казалось Хезер, смех разнесся по округе. - Но вы были в корне неправы, - вздох сожаления вышел на пять. Сочувствующий. И, как могло показаться большинству, искренний. – Надо было... – но договорить сыну дипломата не дали. - Внимание, игроки! – разнесся над двумя площадками усиленный динамиком голос ведущего - Всем явиться к месту общего сбора для подведения итогов дня! - Ну что я могу сказать? – МакЛин, в отличие от вымотавшихся в многокилометровой пешей прогулке по лесу с оружием в руках ребят выглядел бодрячком. И замерзшим ведущего тоже было назвать сложно. В доме, куда герои пришли за объявлением результатов первой части испытания, было очень тепло, так что отчаянные герои, рассевшись кто где в ожидании тирана, тут же вспомнили о том, что называется «домашний уют». Человек не может все время быть в напряжении, и сейчас, попав в тихую, спокойную обстановку, так контрастирующую с той, что творилась на улице, все постепенно начали расслабляться, стараясь не думать о прошедшем дне. Угрюмые выражения на лицах стали сглаживаться. В не отличающихся оптимизмом, да и вообще жизнью, глазах появились здоровые огоньки. Но тягостное молчание, повисшее в самого начала, прерываемое лишь шелестом страниц нескольких книг да редкими вздохами, никак не хотело уходить. Кто-то пошутил, вызвав у нескольких человек несколько кривоватые ухмылки. Потом еще один анекдот, уже в исполнении Джеффа, и пара человек выдавила из себя непродолжительный смех, несколько оживившись. Тусовщик, продолжая обнимать любимую девушку, продолжил наступление... - Отлично, - пронеслось в голове ведущего, когда он зашел в комнату. – Наше мясо полностью расслабилось. Тем хуже для них и лучше для рейтингов. - Итак, подведем итоги, - ехидная улыбка озарила лицо Криса. – Хезер, - мужчина повернулся к королеве интриг, уже успевшей полностью прочувствовать свою ошибку, - благодаря твоим активным действиям, большинство стажеров поспешили убраться с твоего пути и перебежали на сторону «Альфы», которая их благополучно и отловила. И, если бы не Алехандро, которому посчастливилось встретить единственного красноармейца, что знал о лагере военнопленных и последующий удачный рейд небольшими силами, «Дельта» завтра шла бы в бой с от силы ротой. А так, хоть «Альфа» и победила в этой части испытания, шансы на победу у обеих команд приблизительно равны. Но монолог Криса не вызвал радости. Ни у одной из команд. Не было слышно ни аплодисментов со стороны членов «Альфы», ни восторженных криков. Более того, все участники смотрели на него теперь настороженно, просто приняв последние слова к сведению. - Ты сказал «в бой»? – первой нарушила молчание Бриджетт, которой не сойти с ума сегодня стоило огромных усилий. - Именно так, - спокойно, как будто говорил о чем-то обыденном и банальном, кивнул ведущий. – Вам предстоит организовать весь тот сброд, что вы насобирали сегодня. И взять штурмом высоту. Тот, кто сделает это раньше, или вообще это сделает, победит. Все. Выметайтесь! – и, оставив Шефа проследить, что бы ребята не задержались дольше, чем надо, Крис покинул комнату, уже начинающуюся вновь наполняться унынием, страхом и безразличием ко всему, как полчаса назад. - Кто это? – обе команды окружили ровесницу, вышедшую из леса прямо к тропинке, разделяющей две площадки, спустя час после разговора участников с Крисом. Девушка дрожала как осиновый лист. Она появилась из леса практически нагой, в каких-то лохмотьях. И это на тридцатиградусном морозе. Что-то пискнув, тело завалилось в снег, тут же наждаком царапнувший по коже. - Надо отнести ее к огню, - оцепенение с окруживших девушку участников шоу, поначалу завладевшее ими, спало. И никто не стал возражать Еве. Аккуратно подхватив несчастную, на которую Алехандро успел накинуть зимнюю шинель, она направилась к ближайшему разведенному костру. - Мать твою, - не сдержалась ЛиШона, когда неровный свет от подрагивающих языков пламени осветил незнакомку. - Медика сюда. Живо! – и два бойца, повинуясь практически синхронным командам Трента и Изикиила, поспешили найти эскулапов. Да, доктор, без сомнения, так пока и не пришедшей в сознание незваной гостье был нужен. И как можно быстрее. Все тело несчастной, с головы до пят, было покрыто синяками и ссадинами. Пара глубоких рубцов шла крест-накрест, еще несколько «украшали» руки и ноги, рассекая кожу. Тут и там под приличным слоем грязи виднелись засохшие корки крови. Волосы, бывшие когда-то светлыми, о чем говорили чудом сохранившиеся несколько локонов, отсутствовали. От вида того, что было на их месте, Хезер вздрогнула и постаралась как можно быстрее отойти в тень, что бы никто не увидел ее глаз. Волосы незнакомки не состригли машинкой. Они были выжжены, сожжены буквально под корень, как и брови. Дальнейшее наблюдение за девушкой было прервано голосом ведущего, донесшимся из скрытого где-то на столбе мощного динамика. - А это вам в качестве напоминания, - как всегда, сочувствия они не услышали. Лишь безразличие и злорадство. - Что бы вы не думали отказаться или попытаться повернуть оружие в мою сторону. Учтите, что с нашей модницей поработали только десять самых безобидных особей. И всего лишь сорок минут. Спокойной ночи, мясо. - Линдси? – от голоса Тайлера, до сих пор не верящего в произошедшее, девушка дернулась... - Так, наш план действий будет следующим... – как только Линдси, которой медики из числа собранных во время испытания бойцов оказали довольно квалифицированную первую помощь, увели стажеры, Дельта собралась на совещание. Если быть более точным, собрал товарищей по несчастью Алехандро. Взглянув на светящийся циферблат часов – единственную вещь, которую пропустили помощники ведущего, в обязанности которых входило, в том числе, следить за отсутствием у игроков вещей, не соответствующих тому временному этапу, в котором предстояло играть, парень нашел оставшийся до начала срок неутешительно малым. - С чего ты решил тут командовать? – как и ожидал мексиканец, его лидерство попытались оспорить. Но сделала это не Хезер, а ЛиШона. - Прошу поднять руки тех, - обратился сразу после этих слов негритянки к сокомандникам, ждущих развития событий, Алехандро, - кто еще знает основные составляющие тактики «блицкрига»? Или может классифицировать те танки, что мы заполучили, назвав их сильные и слабые стороны, – леса рук, как и ожидалось, не было. – Кто может назвать хотя бы приблизительный повзводный состав стрелковой роты? – не получив и на этот вопрос ни от кого, разве что Зик поднял руку, но этот жест был всеми проигнорирован, интриган повернулся к бунтарке. – Полагая, вопрос снят с повестки дня? – наиучтивейшим голос осведомился он. - На время, - гордо ответила та. - Отлично. Тогда, если неотложных вопросов больше нет – распределим наши роли... Прекрасно выспавшийся за ночь, в отличии от своих жертв, МакЛин взглянул на мониторы, отражающих картину приготовления обеих команд к бою. Сейчас ведущий, как и его бессменный помощник, которому пришлось вытерпеть на своем посту многое, находился на безопасном отдалении от того места, что транслировалось на висевшие перед тираном мониторы. Даже, по оценке Шефа, кое-как организованные стажеры, возглавляемые наиболее продвинутыми в военном деле ребятами, внушали ведущему чувство страха за свою жизнь. Так что к отчаянным героям, которым сейчас подчинялось не менее двух батальонов стажеров, одетых в форму Красной Армии и вооруженных, соответственно, на уровне одна тысяча девятьсот сорок второго года, МакЛин предпочел не выходить, а общаться посредством скрытых динамиков. Мужчина верно рассудил, что пока участники четвертого сезона еще не до конца смирились с окружающей их жестокой действительностью, показываться им на глаза не следует. Впрочем, по словам все того же Хатчета, через два-три испытания большинство должно будет полностью освоиться. А вот о том, какую форму это примет, повар старался не думать. А если и начинал, то не мог с полной уверенностью сказать, как поведет себя тот или иной отчаянный герой. - Начали! – со скучающей миной на лице Крис объявил о начале испытания. Из-за разделяющего его и участников леса послышался приглушенный стеной векового леса рык моторов. - Черт, - от очередного близкого разрыва, которому предшествовал противный, затяжной свист оперенной мины в завершающей части траектории полета, вжавшихся в стенку окопа отчаянных героев обдало землей. Ной и Николай инстинктивно пригнулись еще ниже, хотя их, сидящих на дне час назад захваченного окопа, как и Кортни, и так не было видно с противоположной стороны линии фронта. Девушка начала отряхивать волосы, уже порядком растрепанные и полные черных, твердых, смерзшихся комьев земли. А ведь начиналось все довольно оптимистично... После команды ведущего Альфа и Дельта выдвинули свои боевые соединения к линии фронта. С той или иной эффективностью провели артиллерийскую подготовку и преодолели две из трех полос обороны противника. В силу небольшого размера театра боевых действий и задействованных сил никаких особых тактических приемов, кроме как лобовой атаки, применить не было возможности. Альфа продвинулась быстрее соседей, благодаря, в том числе, на удивление грамотному командованию Кортни. Но, как и Дельта, застряла перед третьей, самой сильной, линией обороны противника. И, как это часто бывает, как только череда успехов оборвалась и прошла эйфория, вскрылись прежние распри среди командного состава. - И какого черта ты отправил половину наших трофеев не пойми куда? – выплевывая землю, вновь начала полоскать мозги русскому принцесса. Впрочем, было за что. Без объяснения причин Николай погрузил на часть машин около половины трофейных пулеметов, артиллерии и другого вооружения, прибавив ко всему прочему еще и два исправных броневика. И, игнорируя протесты девушки, передал это все пришедшим от ведущего стажерам. - Согласно контракту нового сезона, - напомнил русский, - игрок может сдать организаторам часть захваченного в испытании инвентаря и получить его после шоу. Да и чего вы так взъелись, Fräulein? – раздался еще один взрыв и на секунду новичок замолчал. – У нас и так достаточно орудий. - Да?! – возмутилась, пытаясь перекричать треплющий нервы затяжной свист падающей с неба смерти, Кортни. – Я что-то не вижу! - При двадцати пяти орудиях на километр фронта, - заметил Ной, умудрившийся сохранять голос флегматичным не смотря ни на что, и идущий в разрез с несколько ошалелым взглядом умника, - а у нас их, позволь заметить, сорок, метров на семьсот, докладывают не о противнике и силе его сопротивления, а об успешном выполнении поставленных задач. И запрашивают дальнейший приказ. - Черт, - Трент только присоединился к спорящей троице, как позади, за тем углом, из-за которого он только что вышел, расцвел фонтан земли. Дернувшись, музыкант обернулся и несколько секунд, не моргая и тяжело дыша, смотрел на место своей так и не состоявшейся преждевременной кончины. Небольшое углубление в мерзлой земле с опаленными краями и струйкой дыма в центре стало для него еще одни напоминанием. - Что делать будем? – прошло всего лишь десять минут. Всего лишь? О, это в обыденной, мирной жизни десять минут – относительный короткий промежуток времени. В бою десять минут – это большой, очень большой промежуток времени. За десять минут ситуация на поле боя может кардинально поменяться и там, где вы эти самые десять минут назад вели успешное наступление, ваши солдаты бегут, преследуемые перешедшим в успешную контратаку противником. За десять минут, да даже за меньший промежуток времени, вражеская колонна, попавшая в грамотную засаду, может быть полностью истреблена. Но, все это – размышления и головная боль командиров, в обязанности которых и входит следить за такими вот поворотами судьбы и оперативно на них реагировать. Для обычного же солдата десять минут яростного боя покажутся несколькими часами, наполненными взрывами, грохотом, кровью, смертью и всем тем, что царствует на поле боя. За эти десять минут даже крепкий с виду боец устанет так, что сможет еле стоять на ногах, тяжело дыша. - Что? Надо поднимать наше воинство в атаку. И, скорее всего, придется это делать личным примером, - все так же спокойно, но с нервной ухмылкой на лице ответил Кортни Ной. Надо заметить, что только вышеназванная четверка: Трент, Ной, Николай и Кортни были в самой гуще событий. Гарольда еще в самом начале боя отправили к артиллеристам, здраво рассудив, что там, со своими неплохими, стоит отдать должное, мозгами он нужнее. В тылу оставили и ДиДжея, решив лишний раз не трепать добряку нервы. Ева буквально испарилась вместе с еще четырьмя бойцами от прямого попадания артиллерийского снаряда еще в самом начале наступления на вторую линию, успев, впрочем, огнем из дедушки ее крупнокалиберной винтовки – советского противотанкового ружья – нейтрализовать несколько противотанковых орудий. Обугленный, почерневший труп Иззи сейчас тоже был где-то за спинами четырех отчаянных героев. После долгих раздумий и очередного жаркого спора Кортни согласилась доверить ненормальной сформированную из разномастных машин ударную группу. Ее использовали при штурме второй полосы обороны, но артиллерийским огнем все бронированные монстры были оперативно уничтожены. Так что сейчас тело рыжеволосой бестии можно было найти свесившимся из распахнутого люка БТ. Сиерру никто не мог найти с самого начала активной части испытания. Впрочем, так же как и Джастина с увивающейся за ним парочкой визгливых подружек. - Молодец, светлая голова, - ехидно ответила Кортни, возвращаясь на свое место. – Вот ты и поднимай их. Лезь под пули. А я вот так вот просто умирать не хочу. - А вы, оказывается, смелая девушка, Fräulein, - с ухмылкой прокомментировал последние слова сокомандницы русский. - В каком смысле? – в прозвучавшем голосе промелькнула угроза. - Знаете, - задумчиво произнес оппонент, – товарищ Сталин как-то сказал: «Надо быть очень смелым человеком, чтобы быть трусом в Красной Армии». Тем временем Трент, вполуха слушавший остальных, аккуратно выглянул из-за бруствера и оглядел открывшуюся картину. (Бруствер - насыпь в фортификационном сооружении, предназначенная для удобной стрельбы, защиты от пуль и снарядов, а также для укрытия от наблюдения противника, – прим автора). Перепаханное артиллерийским и минометным огнем, все в воронках, поле, бывшее еще меньше часа назад девственно белым. Сейчас же на нем нельзя было найти и клочка чистого снега, чтобы он не был черным от разбросанной земли или пролитой крови. Искореженное, поломанное, погнутое взрывной волной оружие. Остовы нескольких самодельных броневиков, что успели собрать за ночь, и которые сейчас все еще чадили густым черным дымом, оглашая округу редкими выстрелами немногочисленных оставшихся патронов. И тела. Начиная от края того окопа, где сейчас сидели четверо отчаянных героев и дальше, везде, тут и там лежали тела. Какие-то полу засыпанные – эти умерли давно и взрывы успели накидать на них слой. Какие-то – еще не покрытые черным покрывалом. Кто-то целый, кому посчастливилось словить пулю в сердце или голову – они умерли быстро, иногда мгновенно. Кто-то без ноги или руки, от которых остался лишь обрубок – их крики, сменившиеся стонами, долго висели над полем боя, дополняя, а порой и перекрывая, все остальные звуки боя. И там, чуть дальше, на противоположной кромке поля – линия обороны противника. Даже отсюда можно было различить мельтешащие фигурки стажеров, одетых в серую немецкую форму. Поудобнее перехватывающих приклады винтовок в ожидании очередной самоубийственной атаки. Прильнувших к прицелам пулеметов и орудий. Готовых по первому же приказу кинуть в ствол снаряд или мину. Раскладывающих перед собой гранаты на длинной деревянной ручке. Люди на той стороне ждали их. - А знаете, - голос музыканта приобрел неразличимые, неопределенные пока нотки, – я вот храбростью никогда не отличался, - парень передернул затвор трофейного МР-40, досылая патрон... - Я что, по-твоему, совсем с ума сошел? – в который раз уже огрызнулся Дункан, сейчас выглядящий не лучшим образом. Панк малость переборщил с силой подрывного заряда и взрывная волна от закинутого в амбразуру ДЗОТа (деревоземляная огневая точка, - прим автора) «подарка» того раскатало по бревнышкам, одно из которых и задело подрывника. – Когда ты предложил мне возглавить саперную роту, ни о чем подобном и речи не было. - Твои проблемы, - безапелляционно парировал Алехандро. В действительности, когда он назначал командиров, то отправил Гвен набирать себе коллег-снайперов. А Дункану предложил возглавить саперную роту. Тот, по незнанию, согласился, полагая что будет заниматься лишь своим любимым делом – взрывать все и вся. Ведь мексиканец умолчал об одном небольшом пункте – саперные роты часто применялись для штурма хорошо укрепленных полос обороны противника, наступая в первых рядах. И сейчас интриган как раз пытался заставить панка выполнять свои прямые обязанности. – Ты вообще в курсе, что я могу тебя просто пристрелить за неподчинение приказа? – невинным нейтральным голосом осведомился парень, как бы невзначай кладя ладонь на кобуру с ТТ. - Толкни это фуфло кому-нибудь другому, - панка ни слова, ни действия мексиканца не проняли. – Напугал, ха. Пустыми угрозами меня на понт уже давно не взять. - Что б тебя, - про себя выругался мексиканец. – Пристрелить его, что ли? Башня откровений (Алехандро) - Я бы мог его пристрелить. Вы не подумайте обратное, - последовал вздох. – Но, увы, в этом случае он стал бы опасен в следующий раз. А мне этого совсем не нужно. - Впрочем, не знал что Трент смелее тебя, - а вот эти слова мексиканца, сейчас заинтересованно наблюдающего за тем, что происходит на стороне «Альфы», кое-какой эффект возымели. - Дело не в смелости, - прокомментировал увиденное на поле обернувшийся панк. – Он просто идиот... После своей короткой разоблачительной речи музыкант без лишних разговоров перемахнул через край защитного сооружения и, поминая Бога, черта и прочую нечисть рванул в сторону позиций неприятеля. Николай и Ной, переглянувшись, рванули следом, успев отдать приказ на всеобщую атаку. Тут и там из окопов стали выскакивать бойцы и, стреляя на ходу, ринулись догонять командный состав. На той стороне открыли огонь, весьма прицельный. Ведь обороняющимся «немцам» ничто не мешала как следует прицелиться постоянная тряска оружия на бегу. Первыми же очередями скосило Николая. Пулеметная очередь прошлась по нему вскользь, задев плечо. Но и этого оказалось достаточно, чтобы, крутанувшись волчком, русский упал и больше не поднимался. Сила и плотность огня стрелкового оружия со стороны неприятеля усиливалась с каждым мгновением, но остановить поднявшуюся людскую волну было уже поздно. Над полем, заглушая даже треск оружия, сначала негромко, а потом все распаляясь и распаляясь разнеслось громогласное «УРА!!!», перемежавшееся с нечастыми «За Родину!» и «За Сталина!». - Черт, так они выиграют это испытание. Тайлер, отзовись, - даже увидев самоубийственный рывок Трента, который, кстати, вполне себе живым и целым добрался до окопов, Дункан наотрез отказался лезть под пули. У Алехандро не было ни времени, ни желания упрашивать, уговаривать, угрожать панку, поэтому он решил, наконец, ввести в бой резерв, попытавшись с ним связаться и передать соответствующий приказ. Увы, безуспешно. Танк шел напрямик, через лес. Да и какой это был лес? Так, лесочек. Вырубленная несколько лет назад просека, успевшая кое-как зарасти. И сейчас успевшие подняться небольшие деревца осыпали на нее с крон пушистые снежные шапки, покорно склоняясь, повинуясь напоры брони. А потом, когда многотонная машина проезжала над ними, не обращая внимания на слабые и тщетные попытки живой природы причинить ей боль, оцарапав голыми ветками брюхо, вставали на место, наблюдая за менее везучими товарищами. Теми, кого в щепки размолотили траки Тридцатьчетверки – бонуса, который благодаря удачному стечению обстоятельств, достался Дельте. И который Алехандро собирался использовать именно сейчас. Однако у сидящего за рычагами Тэшки парня были совершенно другие планы... - Тайлер. Тайлер, ответь! Ответь, мать твою! – надрывался в наушниках спортсмена голос главного интригана шоу. – Что бы ты там не задумал – отставить!!! – но парень его не слушал. Да и не слышал. Он был слишком погружен в себя, чтобы обращать внимания на внешние раздражители. - Ты ведь легко можешь ему отомстить, - в мозгу вертелась фраза, произнесенная хитрым, чем-то похожим на змеиный, голосом. – Он сейчас один. Совершенно беззащитный. Тебе не составит труда его раздавить. Только вспомни, что по его приказу сделали с Линдси... Образ любимой девушки, искалеченной, дрожащей от холода, затравленно озирающейся по сторонам и вздрагивающей от каждого шороха до сих пор стоял перед глазами. - Я отомщу! Я раздавлю его, - сейчас вырывалось из плотно стиснутых зубов. – Я... – наконец, лес закончился. Сквозь щели люка была видна хорошо освещенная площадка с парой трейлеров, у одного из которых стояла пара шезлонгов. На одном из них, совершенно беззаботный и безмятежный, мирно лежал ведущий. Человек, готовый на все ради рейтингов. Человек, без колебания отправивший сегодня людей на убой. Человек, который был повинен в произошедшем с любимой девушкой спортсмена. И сейчас на лице этого существа играла белоснежная, в тридцать два безупречных зуба, улыбка. Ее Тайлер и собирался смешать с землей, кровью и внутренностями ведущего, намотанными на гусеницы. Осколочно-фугасный снаряд в стволе уже не казался ему достаточной платой за все совершенной Крисом. - Вперед! Я убью... - конец фразы потонул в ужасающем грохоте, вместе с которым тьма, разгоняемая до этого тусклым светом лампочек в боевом отделении, стала абсолютной. Раздался грохот. Крис, наслаждающийся до этого тишиной и спокойствием в паре километров от идущих в атаку и умирающих отчаянных героев, заинтересовано посмотрел на груду железа, мгновение назад бывшую советским танком. И в который раз его наполнила гордость за себя любимого, и за свою предусмотрительность в частности. Ведущий доверил свое самочувствие не только приличному расстоянию до «игровой зоны», но и глубокому минному полю, расчетам противотанковых средств и... В общем, всему тому, что должно было обезопасить его самодовольную и эгоистичную тушку от неприятностей. - Кажется, кто-то все же не внял моим предупреждениям, - с притворным сожалением в голосе и нескрываемым раздражением на лице прокомментировал тиран увиденное. – Впрочем, - посмотрел на мониторы ведущий, - раз у нас уже есть победитель, то отложим наказание до лучших времен. Альфа сегодня победила! – разнесся над полем боя, разорвав установившуюся секунды назад тишину, голос МакЛина. Но, как и в предыдущий раз, никто не встретил его аплодисментами и криками радости. Наступил долгожданный вечер. Ребята, те, кто выжил сегодняшним днем, добрались до бронепоезда, мирно спящего на путях. Сейчас состав, пропахший старой сталью, машинным маслом, дымом и вообще не пойми чем, весь стонущий и скрипящий, казался им самым родным местом из всего окружающего. Громадина, которой вновь предстояло нести отчаянных героев к новым, не менее ужасным и кровавым – в этом уже никто не сомневался, но старались не думать, - испытаниям внушал чувство надежности и, что не менее странно, уюта. - Черт, - сейчас вертелось в голове одного из выживших отчаянных героев, - я и не думал, что это повторится. Что вновь придется пройти через это... Все гораздо хуже, чем ожидалось. У нашего ведущего поехала крыша, раз он устроил такое. Это будет не просто новый сезон – это будет филиал Ада на земле. А разорвать контракт... Ха. Сколько он там просит? Стоп. И думать забудь об этом. Помни, ради чего ты согласился на участие. - Ей, очнись, - к Тренту подошел Николай. - Вас уже восстановили? – уточнил очевидное музыкант. - С час назад, - посмотрел на часы русский. – У меня к тебе разговор. - И? - Твой сегодняшний, - собеседник на мгновение замолчал, подбирая нужное слово, - поступок... Что произошло? Ты уж извини, но, наблюдая за тобой все три сезона, я такого сегодня не ожидал. - Всего лишь еще один глупый фортель, - пожал плечами музыкант, радуясь, что новичок сам дает ему шанс уйти от прямого ответа, о котором он не любил и не хотел рассказывать. – Мозги расплавились от пережитого до этого. - Э, нет, - голос Николая был убедительнее некуда. – Ты не свихнулся от происходящего. И не пытайся меня переубедить. Впрочем, я не знаток человеческой психологии и, значит, или я ошибаюсь, или... - Или, - кивнул головой музыкант, про себя проклиная свою несдержанность и въедливого русского. - И когда успел? – голос собеседника, как и лицо вообще, изменился. Стал более серьезным и сосредоточенным. Исчезли настраивающие на полушутливый разговор нотки. – Подожди... – поднял руку новичок. В выстраиваемой им сейчас цепочке оставалась еще одна дыра. - Вас же должны были при первых признаках... - Должны были. Да не успели, - Трент поднялся с мерзлой земли, давая понять, что разговор окончен и стал взбираться по лестнице на крышу вагона. - Мне бы не помешал опытный боец, – донеслось с земли. – Соглашайся, - собеседник на секунду остановился, словно раздумывая. - Нет, - твердо ответил продолживший свой отвесный путь музыкант, - у меня тут другие интересы. - Ладно, - пожав плечами, быстро согласился Николай. – И, кажется, они у нас все же совпадают, - а вот этих мыслей ушедшего к вагону первого класса русского музыканту знать было не обязательно. В вагоне первого класса, оказавшимся весьма недурным, Альфа наслаждалась заслуженным отдыхом. В дальнем углу стояли друг напротив друга два дивана, на одном из которых развалился Джастин, самовлюбленно рассматривая себя в зеркало и бормоча под нос проклятия. - Этот мороз, - подобно гвоздю по школьной доске голос модели резал уши Еве, Гарольду, ДиДжею и остальным. Культуристка сейчас, найдя в вагоне достаточный кусок свободного пространства, по обыкновению занялась собственной формой. Тяжелая гиря размеренно, с одной и той же частотой, поднималась и опускалась, повинуясь мощным мускулам. - Двадцать семь, двадцать восемь... – негромко, но четко считала девушка. Это помогало не только следить за количеством выполненных упражнений, но и почти не слушать причитающего неженку. - Я чуть не отморозил себе лицо, - Гарольд, от скуки раскладывающий на столе пасьянс, закатил глаза. В прошедшем бою умник хоть и не побывал на переднем крае, но его мозги, довольно быстро анализировавшие информацию, позволили несколько повысить эффективность артиллерийского огня благодаря правильно и своевременно определенным и внесенным поправкам. – И губы обветрились. Ужас! Что скажет мой менеджер? А этот новенький вообще хотел отправить меня на передовую. - И что? – не выдержала, наконец, принцесса, пытающаяся отвлечься от слишком беспокойных мыслей и раздражающего голоса, витающего в вагоне, любимым делом – работой со своим наладонником. - И что?! – вспылил Джастин. – И что?! Ты себя видела после испытания? Покрытая грязью. Вся в синяках и ссадинах. А ногти?! Столько грязи я еще ни у кого никогда не видел... Модель еще что-то продолжал говорить, описывая внешний вид Кортни, когда, наконец, испытание завершилось. Но она уже не слышала. - Видела ли я себя? Видела ли я?! А заглянул ли ты ко мне в глаза?! Урод! Бесчувственное существо! – сжатая пружина переживаний и воспоминаний, потревоженная словами и той интонацией, с которой этого говорилось, наконец, распрямлялась, накручивая девушку все больше. - Джастин, ты не прав, - попытался образумить сокомандника ДиДжей. Но, только произнеся эту фразу, тут же замолчал и попытался уменьшиться в размерах, сам испугавшись своих слов. - Не прав? Ха, ну конечно. Тебя-то никуда не заставляли лезть... - договорить распалившейся модели не дали. Сидящие напротив него и все это время кивающие на каждое слово модели, преданно глядя ему в глаза все это время, Кэти и Сэди вскрикнули и тут же кинулись к свалившемуся на пол, скорее от неожиданности, дюже разговорившемуся парню. Произнесенные Джастином слова могли вывести из себя кого угодно. Уже начинали, медленно, но верно, закипать Кортни и Ной. Но первой не выдержала, хоть честно пыталась это сделать, Ева. Схватив с ближайшего столика чашку, она с силой запустила ею в нахала, заслужив одобрительный кивок Кортни. Из противоположно конца вагона раздались аплодисменты. Рассерженный таким с собой обращением Джастин бросил ненавидящий взгляд на дверь. - И снова браво, Fräulein, - там стоял Николай, с дежурной ухмылкой на губах. – Знаете, как поднять другим настроение. - Не за что, - Ева так же быстро, как и вскипела, успокоилась и, повернувшись к вошедшему, слегка поклонилась. Последний вагон, погруженный в полумрак – тот максимум, что давала висевшая под потолком пара лампочек. Стук колес – поезд уже мчался вперед, неся отчаянных героев навстречу еще большей опастности. Негромкий скрип плохо смазанных петель и стон железных конструкций, давно справивших полувековой юбилей. Врывающийся в щели между неплотно пригнанных досок холод, пронизывающий сидящих на поставленных друг за другом трех скамейках героев – в эту, последнюю часть, состава отопление не установили – еще более нагнетающий давящее ожидание. Ожидание того, кому сегодня ведущий не кинет пистолет, ставший в этом сезоне не просто гарантом сохранения своего присутствия в игре, но и, для большинства, самой жизни. Ведь ответственный за вылет участников Шеф уже стоял за спиной ведущего со штурмовой винтовкой в руках. - Итак, - с дежурной улыбкой растягивал время МакЛин. – У меня остался один единственный пистолет. И кому же из сидящих передо мной он достанется? Кто сегодня будет выкинут на рельсы безвольным мешком с костями? А кому товарищи предоставили шанс исправиться? - Хезер, я повторюсь. Твои действия... Твоя попытка манипулировать новичком провалилась и могла привести команду к проигрышу, – взгляд перетек с выражающей снаружи полное спокойствие Хезер на чуть ли не трясущегося Тайлера. – А ты, - голос ведущего изменился. Сейчас он уже не пытался держать интригу, а полностью выражал испытываемую Крисом гамму чувств, - друг мой, не внял моему предупреждению и попытался меня убить, подписав смертный приговор не только себе, но и всей команде. И только своевременная победа «Альфы» избавила их от того, что по площадям отработал бы «Град». Башня откровений (Хезер) - Ха, любовь, - ухмыльнулась королева интриг. – Как же легко манипулировать этими влюбленными, ни о чем больше не думающими кретинами. - Их, но тебя! – глаза тирана полыхнули буквально физически ощущаемым огнем. Раздался щелчок пальцев. – Шеф... Повар без лишних разговоров огромной ручищей сгреб даже не сопротивляющегося спортсмена, застывшего от ужаса, и просто выкинул его из вагона. Это удивило всех, уже ожидающих кровавой развязки. Однако ведущий быстро развеял подозрения ребят в гуманизме. - Что ж, лететь ему вниз метров сто, – без сожаления, довольный собой, сказал Крис. – И, надеюсь, он сдохнет на дне ущелья не сразу. А полежит там пару дней.