Холодный разум, горячее сердце. Часть первая

Abel Korzeniowski - Satin Birds

Репетиция, как всегда, подошла к концу только спустя нескольких трудоемких часов. Перед новым спектаклем у всех дрожали коленки от волнения, но это только в гримерной. Страхи и волнение должны остаться за пределами сцены. Бэсс собралась пройти в раздевалку, как ее окликнул мистер Вайс, главный хореограф Ковент-Гарден. Недавно всей труппой они праздновали его восьмидесятилетие. Бывший танцор сохранил до настоящего времени гибкость в теле. Бэсс подошла к нему. Она внимательно смотрела на него, думая и гадая, что же он ей скажет. Она не видела гнева в его блеклых серых глазах, он не хмурил седые брови и не делал своего обычного жеста, когда злился – не рвал не себе седые волосы. - Бэсс, Джулия бросает нас ради Метрополитена, - начал он. – Весь совет решил, что теперь ты будешь прима-балериной. - Я? – она зажала рот рукой, чтобы не закричать от неожиданности. – Правда, я? - Ну, конечно, ты. Хватит тебе уже танцевать вторые роли, ты достойна большего. Надеюсь, что после свадьбы ты не оставишь нас, - мистер Вайс сжал ее ладонь, смотря в голубо-зеленые глаза полные счастья. – Ну так что, ты согласна танцевать главную роль? - Да, да, - выдохнула она. - Мы отпускаем тебя на пять дней и снова ждем тебя здесь, - старый хореограф обнял ее. – Ну, давай уже, иди. Элизабет быстро переоделась. На улице ее уже ждал Роберт. Она радостно кинулась к нему на шею. Роберт прерывисто обнял ее. Бэсс провела ладонями по его светлым волосам. Она прильнула к нему всем телом, губы слились в пылком поцелуе. Они засмеялись, как дети, которые увидели что-то очень смешное. - Поехали, - громко сказал Роберт. - Я прима-балерина! – он снова поцеловал ее в губы. - Милая моя, я очень рад за тебя! – его серые глаза светились неподдельным счастьем. – Я очень рад. Давай поедем, отметим это событие. Они ужинали в «Савойе», их любимом ресторане. Вместе они уже были три года, им казалось, что дальше их ждет только вечность. После первого же свидания Элизабет поняла, что безумно влюбилась в Роберта Стюарта. Ее не пугала разница в возрасте между ними. Десять лет, но они будто бы не замечали этого. Роберт провожал ее на каждые гастроли, встречал после каждой поездки. В любви он признавался ей на крыше своего многоэтажного дома, словно даря ей целое небо и луну. С ним она ощущала себя хрупкой статуэткой, которую он оберегал. В любви они оказались безудержными, пылкими, голодными. Каждую свою свободную минутку они старались проводить вместе. Спустя два года после знакомства Роберт решился сделать Бэсс предложение. Для этого он привез ее в Париж на выходные, где осыпал ее лаской и подарками. Она, ни минуты не думая, ответила ему: «Да». Ее отец был просто счастлив. Эдварду Моргану всегда нравился молодой Роберт, поэтому решение об их свадьбе он воспринял со слезами на щеках. Его дочь была безмерно счастлива, и он хотел думать, что и с его бизнесом все будет хорошо. Он не делился с ней своими проблемами, не говоря о том, что на него наступали Тернер и Паркинсон. Бэсс знала об этих всех проблемах, но она не представляла масштаб всей ситуации. Роберт, рассказывая, приуменьшал некоторые явления. После ужина они поехали в Киттери-Холл. Элизабет терялась в этих чувствах. Их жизнь началась со сказки. Роберт был нежным, добрым обходительным, и, самое главное, он позволял Бэсс многое решать самой. За несколько лет, что они прожили вместе, она давно поняла, что за человек ее жених. Роберт много давал, но и много забирал, он заваливал ее признаниями и подарками, по ночам он был то пылким, ненасытным любовником, то ласковым котенком. С ним весь мир был другим. Все лишнее отлетело в сторону, сейчас между ними ничто не стояло, сейчас была только любовь. Роберт взял ее лицо, как чашу, мягко целуя в губы. Это был глубокий нежный поцелуй, дарящий надежду на счастье. Его пальцы ласково скользили по изгибам ее тела. Бэсс хотела, чтобы он помнил ее губы, ее пальцы, чтобы его память навсегда сохранила эти мгновенья. Она обняла его, боясь навсегда отпустить его от себя. Она заплакала, и он подумал, что это от переизбытка эмоций. Ах, если бы они знали, что завтра все изменится. Она провалилась в бездну чувств вместе с ним, они оба оказались где-то за пределами человеческого сознанья, не постигая, где они оба находятся. После они лежали в объятьях друг друга, ощущая размеренное дыханье на своих щеках. Роберт гладил темные шелковые волосы, не понимая, почему она сегодня плачет. - Ты какая-то сегодня другая. - Какая? - спросила она. - Трогательная что ли. Что-то случилось? – она явно была не с ним, находясь рядом с ним, ее разум и душа были где-то далеко. - Нет, - Бэсс посмотрела в его серые пронзительные глаза. - Тебе плохо? - Мне хорошо с тобой, просто будь со мной, - ответила она, пряча свои чувства глубоко внутри себя. - Я всегда с тобой, - он крепче прижал ее к себе, целуя в губы. - Милая, я всегда буду с тобой, только не уходи из моей судьбы, прошу тебя. Будь всегда в ней. - Я буду, - ответила она. Он снова ее поцеловал, но почему-то Бэсс ощутила горечь на губах. Спустя час в доме начался переполох. Загорелись конюшни. Эдвард Морган поспешил спасать своих дорогих арабских скакунов. - Ты куда? – сонно спросила Элизабет. - Нужно помочь твоему отцу, спи, - он поцеловал ее в губы. Ей не хотелось его отпускать, но она погасила в себе панику. Роберт покинул ее. Больше они не виделись, никогда.

***

Шерлок окинул оценивающим взглядом Молли. Она была в желтом атласном платье в пол, которое она наверняка выбирала с Мери. Русые волосы были убраны наверх в какую-то сложную прическу. У Молли был простой макияж, который подчеркнул ее карие глаза. В туфлях на каблуках она стала намного выше и изящнее. Она пугливо посмотрела на него, ожидая, что он скажет. Шерлок молчал. Он поправил бабочку, бросая еще один взгляд на Молли. Он, конечно, знал о ее теплом отношении к нему, и, разумеется, он постоянно пользовался этим. Молли не раз его выручала, очень часто она безропотно соглашалась ему помогать. - Готова? – спросил Шерлок. - Да. Что мне нужно будет делать? – Молли сделала шаг навстречу к Шерлоку. - Просто сопровождать меня, - ответил Шерлок. Он жестом указал на дверь. У дома их уже ждало такси. Мероприятие проходило в закрытом загородном клубе. Предлогом было желание собрать денег для больных детей, на самом же деле, как сказал Майкрофт, Тернер и Паркинсон хотели купить одну строительную компанию. Этим людям, видно, очень нравится увеличивать свои капиталы, разделываться с людьми, которые не согласны играть по их правилам. В последние семь дней их уверенность в себе слегка пошатнулась. Каждый день выходила какая-нибудь мерзопакостная статья, которая облачала то одного партнера Тернера, то другого. Также поговаривали, что со дня на день собираются арестовать Паркинсона за нечистые финансовые махинации. Кто-то явно взялся за это гнездо серьезно. Шерлок не сомневался, что это была она – мадмуазель Флёр, дочь лорда Киттери. «Атласные птицы», как называли этот вечер, собирал богатую публику: банкиров, финансистов, инвесторов, предпринимателей, аристократов, некоторых чиновников, звезд. Толстосумы делали пожертвования, кто-то искренне, кто-то потому что так модно. Цели у всех были разные. Шерлок старался раствориться в толпе, с его немного невзрачной спутницей это легко сделать. Ведь мужчины в такой вечер хотят видеть рядом с собой красивую женщину. Шерлок увидел Джона и Мери, подавая им знак пока ничего не делать. Мери, эта милая блондинка, сегодня, по своему обыкновению, была изумительна в лиловом атласном платье с черной отделкой. Шерлок продолжил приглядываться к публике. Этого не может быть! Что она здесь делает? К ней подошел Тернер. Брюнет подал ей бокал шампанского, она улыбнулась ему, он поцеловал кончики ее пальцев, потом оставил ее. Шерлок сделал шаг навстречу к ней. Она была облачена в атласное жемчужное платье, чем-то напоминающее пачку. Лиф был очень плотным, юбка с вуалью ниспадала от тонкой талии к полу. Она казалась какой-то воздушной, неуловимой, легкой. - Добрый вечер, - прошептал он над ее ухом. - Вы меня просто преследуете! – воскликнула она, поднимая на него лицо. Ее голубо-зеленые глаза таинственно сияли. - У меня нет таких целей, - Шерлок взял ее за руку, целуя запястье, что явно у нее вызвало неприязнь. Элизабет выдернула руку. - За последние две недели вы слишком много сделали, - усмехнулся он. – Что с вами сделает Тернер, если узнает, что это вы тот самый аноним, которого он будет искать в ближайшее время? - Мне все равно, - воскликнула она. - Вы ведь выжили в пожаре, почему так настойчиво ищете смерть сейчас? – Шерлок продолжал делать вид, что они ведут непринужденную светскую беседу. - Какое вам дело? – она зло посмотрела на него. – Какое вам дело до меня? - Мне нет до вас никого дела, но вот ваши шаги мешают мне жить, - Шерлок завел руки за спину. - Потому что я вас поставила в тупик, - отметила она, отпивая шампанское. – Ирэн Адлер, кстати, передавала вам «привет», - и с этими словами она покинула его. Шерлок оцепенел. Что она сказала? Ирэн Адлер? Эта женщина сейчас в Лондоне? Они что, знают друг друга? В голове роились сотни вопросов, ответы на которые могла дать ему только мадмуазель Флёр. Шерлок огляделся - она успела раствориться в толпе, словно ее здесь никогда и не было. - Шерлок, кто она? – тихо спросила Молли. - Так, одна старая знакомая, - просто сказал Шерлок, оставляя Молли. Молли кольнула ревность. Она видела, как детектив подошел к этой девушке в таком легком красивом платье, как он, наклонившись, на ухо ей что-то прошептал. Это был такой интимный жест, вряд ли так делают с простыми знакомыми. Они говорили так пылко, от них просто искры летели. Кто она? Молли прекрасно знала, что у Шерлока почти нет знакомых женского пола, потому что женщины его не интересуют в принципе. Джон тоже заметил эти искры. Он порой не понимал Холмса. Хоть он и говорил об этой Элизабет Морган с презрением, но почти каждый день его интересовало, что она делает. Он бы мог давным-давно разобраться с нею, но, вместо этого, он словно отпустил ее в свободное плавание, позволил делать ей все, что она посчитает нужным. Что происходит с Шерлоком? Может, он просто решил использовать эту Морган в своих целях, ведь он уже делал так и не раз.

***

Элизабет набрела на маленькую комнату. Она посмотрела на экран телефона. Важная встреча Тернера назначена на полночь. Бэсс услышала мужские голоса в соседней комнате. Она вышла в холл - дверь была слегка приоткрыта. Элизабет почти никого не видела, но отчетливо слышала каждое слово. Она включила диктофон. Угрозы - а это самый лучший компромат для того, чтобы обвинить Тернера и его компанию в нечистом ведении бизнеса и нарушении всего антимонопольного законодательства. Разговор стал подходить к концу, Бэсс стала осматриваться, чтобы тихо уйти и остаться при этом незамеченной. Она сделала несколько шагов назад. Сердце бешено забилось, глаза широко распахнулись. Что делать, потому что о путях отступления она совсем не подумала. Бэсс стала панически глотать воздух. Кто-то схватил ее за талию, мягко зажимая ей рот рукой. Они зашли в нишу, куда не падал тусклый свет, и прикрывали ее алые портьеры. Кто-то крепко прижал ее к себе. Она перестала волноваться и дрожать, почему-то вместо страха появилась спокойствие. Когда все ушли, Бэсс отпустили. - Вы совсем в своих играх голову потеряли! – воскликнул кто-то. Этот голос теперь она узнает из тысячи. Бэсс тяжело сглотнула. – Вам жизнь совсем недорога? - Вы же знаете, что нет! – тихо произнесла Элизабет, смотря в упор на Шерлока. - Вы маленькая дурочка, я просто идиот, раз готов был признать вас достаточно умной, - горячо произнес Шерлок. Его стальные глаза странно сверкнули в темноте. - Что? – она непонимающе хлопала ресницами. – Вы считали меня дурой? Я это знаю, меня вы так не задели. - Вы заиграетесь, Элизабет, - он подошел к ней, схватил за плечи. - Пустите меня! Не смейте так разговаривать со мной! – прошипела она. - А как надо с вами разговаривать, чтобы объяснить вам, что вы влезли туда, куда вам не следовало лезть вообще, - она улыбнулась, что ввело его в ступор. Он говорит с ней об опасности ее жизни, а она ему улыбается. - Вы так переживаете за меня? – ехидно спросила она. – Правда? - Нет. Мне нет дела до вас. Мне важно самому прижать Тернера! – почти крикнул Шерлок. - Да, именно это мне говорили о вас, - усмехнулась Элизабет. – Я разберусь со всем сама! - Я так не думаю, - он все крепче сжимал ее плечи. – Я только что видел, как вы блестяще играете. Вас только что чуть не поймали с поличным. - Пустите меня! – зло прошептала она. Шерлок тряхнул ее, голова запрокинулась. Ее блестящие губы были так рядом, ее глаза так загадочно сияли. Она заметила его странный взгляд. – Отпустите меня! - Чтобы вы попали в еще одну историю? – возразил он. - Я уже попала в историю, когда повстречала вас, - Бэсс слабо улыбнулась. Шерлок заглянул в ее глаза. Ее губы так близко… Да что же это с ним! Такие манящие губы… Контроль, не забывать о контроле. Такие красивые губы… Его рот впился в ее губы. Она просто задохнулась от этого поцелуя. Она стиснула его плечи, Бэсс не могла дышать, ей не хватало воздуха. У нее начала кружиться голова. Что ты творишь, Бэсс? Ты предательница! Ты только что сравнила Холмса с Робертом. Как ты смеешь? Этот внутренний голос заглушал совсем другой голос: «Бэсс, ты живая, а ты говорила, что растратила все свои чувства». Хватит! Элизабет оторвалась от Шерлока. Она замахнулась, отвесив ему тяжелую пощечину. Он потер щеку. Для балерины у нее слишком тяжелый удар, отметил Шерлок. - Да как вы смеете! – вскричала она. - Странное заявление для проститутки, - спокойно произнес Шерлок. Как же ее выводило из себя его выражение лица, его холодность. Она собралась дать ему еще одну пощечину. Шерлок перехватил ее руку. - Не смейте так со мной разговаривать! – она подобрала юбку и пустилась в бега. Шерлок Холмс даже не вспомнил, что у нее есть запись разговора Тернера. Какая же удача, что в этот раз ее очарование, каким она обладала всегда, сделало свое дело. Ее беспокоило только одно – этот странный поцелуй. Бэсс вернулась в зал, чтобы найти своего спутника. Она снова улыбалась всем, вела вежливые беседы, делала вид, что наслаждается обществом мужчин. Шерлок ничего не понимал, что на него нашло? «Сантименты, братец мой», - прозвучал в голове голос Майкрофта. «Без тебя знаю! Но это обычная физиология», - мысленно возразил Шерлок. Обычная физиология, жалкое влечение, какое было у него по отношению к Ирэн Адлер. Но из той истории он извлек урок. Больше этого не повторится. Он не позволит этой безрассудной девчонке испортить его дело. «Она заставила тебя потерять контроль, братец мой», - снова прозвучал в голове голос брата. «Она меня спровоцировала, Майкрофт. Эта девчонка знает, как это нужно делать». Она упорхнула от него, как птичка. Шерлок понимал, что месть - это ее основная цель. Он знал, что она была помолвлена, что свадьба так и не состоялась из-за гибели семьи лорда Киттери. Что случилось в ту ночь? Что она знает о событиях пятилетней давности? Тернер считал мертвой Элизабет Морган, леди Киттери, значит, он никогда не видел ее лично. Иначе бы он узнал ее, даже спустя столько лет. Она не удобный ему человек, потому что она свидетельница. Она наследница, которая может оспорить право Тернера на владение богатством семьи Киттери. Если он узнает, что она не только та, что пытается разрушить его империю, но и еще непогибшая дочь Киттери, то Тернер сразу же попытается ее убить. Какая же она безрассудная. Она, конечно, знала на что идет, как и знала, что ее могут застукать. Шерлок не сомневался, что она смогла бы найти способ выкрутиться. Но все же была вероятность, что ее столь дерзкий обман могли бы сразу же раскусить. - Шерлок, все в порядке? – голос Джона вывел детектива из раздумий. - Да, - отмахнулся Шерлок. - Она опять с новым кавалером? – поинтересовался Джон. - Она здесь с Тернером, - Холмс огляделся, ища взглядом мадмуазель Флёр. – Она следит за ним. - Неудивительно, Шерлок. Она хочет мести, - произнес доктор Ватсон.

***

Домой Элизабет смогла вернуться только под утро. Она прошла в квартиру, бессильно упала на постель, заснув прямо в платье. Она проспала недолгим, но глубоким сном. Проснувшись, она ощутила легкость в теле. Она невольно прикоснулась пальцами к губам. Этот поцелуй… Бэсс улыбнулась, но потом нахмурилась. Она не чувствовала себя такой живой с момента смерти Роберта, вчера она ощутила себя совсем другой. Элизабет не понимала, что с ней произошло. Неужели она начала попадать под обаяние этого детектива? Ведь именно об этом ее предупреждала Ирэн. Она просила ее быть осторожной, потому что в ее игре действительно чувствам не было места. Бэсс глубоко вздохнула. «Хватит, Бэсс! Размечталась что-то. Нужно приниматься за дело», - говорила она себе. В течение недели она усилила нападки на партнеров Тернера. Он затаился, стало понятно, что он ищет способ откреститься от своих же «друзей», чтобы выйти чистым из всей этой ситуации. У нее еще осталось достаточно козырей. Паркинсона все же арестовали за нечистое ведение бизнеса. Игра принимала серьезный оборот.